РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Балтийск 21 марта 2017 года

Балтийский городской суд Калининградской области в лице судьи Дуденкова В.В.

при секретаре Черновой С.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) в Светловском городском округе Калининградской области (межрайонному) о признании права на досрочное назначение страховой пенсии по старости,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) в Светловском городском округе Калининградской области (межрайонному) (далее по тексту – "УПФР в СГО") об обязании включить в специальный лечебный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, периодов обучения на курсах повышения квалификации с 05.03.1991 по 19.04.1991, с 03.11.1992 по 04.11.1992, с 22.08.1994 по 03.12.1994, с 15.06.1995 по 12.07.1995, с 14.06.1999 по 11.07.1999, с 09.06.2003 по 08.07.2003, с 27.03.2006 по 01.04.2006, с 09.06.2008 по 30.06.2008, с 14.11.2011 по 10.12.2011, с 30.05.2013 по 21.06.2013, с 06.06.2016 по 25.06.2016, а также о признании права на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ "О страховых пенсиях" с 10 января 2017 года. В обоснование своих требований указала, что 10 января 2017 года она обратилась к ответчику с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии по старости в связи с лечебной деятельностью, однако 17 января 2017 года пенсионный орган в удовлетворении указанного заявления отказал со ссылкой на отсутствие требуемого 30-летнего специального стажа и направил ей соответствующее письменное сообщение. При этом УПФР в СГО неправомерно отказало во включении в специальный стаж работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости периодов обучения на курсах повышения квалификации, что противоречит положениям статьи 187 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – "ТК РФ") и пунктов 4, 5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 11.07.2002 № 516 (далее по тексту – "Правила от 11.07.2002"). Периодическое обучение врача по специальности является обязательным и необходимым для повышения квалификации и получения сертификата специалиста, дающего право на осуществление лечебной деятельности. В период нахождения на обучении за ней сохранялись место работы (должность) и средняя заработная плата, из которой работодатель производил отчисления в ПФР. 

В судебном заседании истица ФИО1 настаивала на удовлетворении иска и полностью поддержала доводы, изложенные в исковом заявлении. При этом дополнительно пояснила, что в спорные периоды она направлялась на курсы повышения квалификации на основании приказов руководителя медицинской организации, а в это время из сохраняемой за ней заработной платы удерживались страховые взносы в ПФР. Непосредственно до и после повышения квалификации она осуществляла лечебную деятельность в качестве врача-специалиста. На момент обращения в пенсионный орган её специальный стаж, необходимый для досрочного назначения пенсии, составлял более 30 лет.

Представитель УПФР в СГО ФИО2 не признала предъявленный иск полностью и просила оставить его без удовлетворения, пояснив, что решение об отказе истице в досрочном назначении страховой пенсии по старости является законным и обоснованным. Пункт 5 Правил от 11.07.2002 позволяет включить в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости только периоды временной нетрудоспособности, ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков, а спорные периоды обучения ФИО1 на курсах повышения квалификации не подлежат включению в специальный лечебный стаж. 

Выслушав объяснения участников судебного разбирательства и исследовав письменные доказательства, суд находит иск ФИО1 подлежащим удовлетворению по следующим мотивам. 

Как установлено судом при рассмотрении дела, ФИО1 (добрачная фамилия "А.") Татьяна Викторовна, родившаяся 

<

...> в городе 

<

...>, имеет высшее медицинское образование и специальность "врач-терапевт", с 1985 года по настоящее время занимается лечебной деятельностью. 

В частности, в период с 01 июля 1985 года по 01 апреля 1986 года включительно она работала на станции скорой медицинской помощи города 

<

...> в должности фельдшера выездной бригады, с 01 августа 1986 года по 22 июля 1987 года включительно – в 

<

...> областной больнице в должности врача-интерна по терапии, с 01 августа 1987 года по 13 сентября 1991 года включительно и с 01 сентября 1992 года по настоящее время – в Балтийской ЦРБ в должностях врача-терапевта и врача-отоларинголога.

Эти обстоятельства наряду с объяснениями истицы подтверждаются письменными доказательствами: паспортом № (л.д. 8), трудовой книжкой № (л.д. 9–14), дипломом № от 26.06.1986 (л.д. 15), удостоверением от 18.06.1987 № (л.д. 16), свидетельством о заключении брака № (л.д. 17), справкой Балтийской ЦРБ от 10.01.2017 № (л.д. 18–19), личными карточками формы № Т-2 (л.д. 37–40), приказами главного врача Балтийской городской больницы от 04.08.1987 

<

...>, от 11.09.1991 

<

...>, от 09.09.1992 

<

...>, от 30.12.2005 

<

...> (л.д. 41, 44–46, 47–49, 54–56), карточками-справками за 1991, 1992, 1994, 1995, 1999, 2006, 2008 годы (л.д. 63–78), лицевыми счетами за 2011, 2013, 2016 годы (л.д. 79–90), табелями учёта использования рабочего времени и подсчёта заработка за 2003 год (л.д. 91–102), а ответчиком не оспариваются.

В соответствии со статьёй 39 (часть 1) Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Статьёй 39 (часть 2) Конституции Российской Федерации предусмотрено, что государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

С 01 января 2015 года основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28.12.2013 № 400-ФЗ "О страховых пенсиях", что прямо вытекает из части 1 статьи 1 и статьи 36 этого Федерального закона.

Согласно части 1 статьи 8 Федерального закона "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию по старости имеют женщины, достигшие возраста 55 лет.

Страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа (часть 2 статьи 8 Федерального закона "О страховых пенсиях").

В силу статьи 11 Федерального закона "О страховых пенсиях" в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 Федерального закона "О страховых пенсиях" при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Как следует из пункта 20 части 1 статьи 30 Федерального закона "О страховых пенсиях", страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьёй настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и посёлках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и посёлках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

Согласно части 2 статьи 30 Федерального закона "О страховых пенсиях" списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учётом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 настоящей статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

Пунктом 3 постановления Правительства Российской Федерации от 16.07.2014 № 665 предусмотрено, что исчисление периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии со статьёй 30 Федерального закона "О страховых пенсиях", осуществляется с применением Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 11.07.2002 № 516; Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 29.10.2002 № 781. При этом по выбору застрахованных лиц при исчислении периодов лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения применяются: Положение о порядке исчисления стажа для назначения пенсии за выслугу лет работникам просвещения и здравоохранения, утверждённое постановлением Совета Министров СССР от 17.12.1959 № 1397, – для исчисления периодов соответствующей деятельности, имевшей место до 01 января 1992 года; постановление Совета Министров РСФСР от 06.09.1991 № 464 "Об утверждении Списка профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет" – для исчисления периодов соответствующей деятельности, имевшей место в период с 01 января 1992 года по 31 октября 1999 года включительно; Правила исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, утверждённые постановлением Правительства Российской Федерации от 22.09.1999 № 1066, – для исчисления периодов соответствующей деятельности, имевшей место в период с 01 ноября 1999 года по 31 декабря 2001 года включительно.

В соответствии с частью 4 статьи 5 Федерального закона "О страховых пенсиях" обращение за назначением страховой пенсии может осуществляться в любое время после возникновения права на страховую пенсию без ограничения каким-либо сроком.

В силу части 2 статьи 22 Федерального закона "О страховых пенсиях" днём обращения за страховой пенсией считается день приёма органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами.

Как установлено судом, ФИО1 обратилась за назначением страховой пенсии по старости в УПФР в СГО и подала ответчику соответствующее письменное заявление с приложением всех необходимых документов 10 января 2017 года (л.д. 20–21).

По результатам проверки представленных истицей документов УПФР в СГО 11 января 2017 года отказало ФИО1 в досрочном назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона "О страховых пенсиях" по причине отсутствия у неё на день обращения требуемого специального стажа лечебной деятельности не менее 30 лет.

При этом ответчик определил общую продолжительность подтверждённого специального медицинского стажа ФИО1 по состоянию на 10 января 2017 года равной 29 годам 01 месяцу 16 дням, и включило в этот стаж в календарном порядке периоды работы истицы на станции скорой медицинской помощи города 

<

...> в должности фельдшера выездной бригады с 01 июля 1985 года по 01 апреля 1986 года, в 

<

...> областной больнице в должности врача-интерна по терапии с 01 августа 1986 года по 22 июля 1987 года, в Балтийской ЦРБ в должностях врача-терапевта и врача-отоларинголога с 01 августа 1987 года по 13 сентября 1991 года и с 01 сентября 1992 года по 09 января 2017 года (за вычетом периодов нахождения в отпусках без сохранения заработной платы и на курсах повышения квалификации).

Одновременно ответчик отказал ФИО1 в зачёте в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона "О страховых пенсиях", периодов нахождения её в отпусках без сохранения заработной платы с 02 по 11 февраля 1989 года, с 17 по 21 декабря 1990 года, с 10 по 23 марта 1994 года, с 17 по 18 сентября 1996 года, с 30 января по 12 февраля 1997 года, с 15 по 21 июля 1997 года, 30 сентября 1997 года, с 10 по 16 февраля 2000 года, а также периодов обучения на курсах повышения квалификации с 05 марта по 19 апреля 1991 года, с 03 по 04 ноября 1992 года, с 22 августа по 03 декабря 1994 года, с 15 июня по 12 июля 1995 года, с 14 июня по 11 июля 1999 года, с 09 июня по 08 июля 2003 года, с 27 марта по 01 апреля 2006 года, с 09 по 30 июня 2008 года, с 14 ноября по 10 декабря 2011 года, с 30 мая по 21 июня 2013 года, с 06 по 25 июня 2016 года.

Данные обстоятельства подтверждаются письменным сообщением УПФР в СГО от 17.01.2017 № (л.д. 22), протоколом заседания комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан от 11.01.2017 № (л.д. 104–106), решением об отказе в установлении пенсии от 11.01.2017 № (л.д. 107).

В силу части 20 статьи 21 Федерального закона "О страховых пенсиях" решение об отказе в установлении страховой пенсии может быть обжаловано в вышестоящий пенсионный орган (по отношению к органу, вынесшему соответствующее решение) и (или) в суд.

Применительно к статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита нарушенных пенсионных прав ФИО1 может осуществляться такими способами как признание права и присуждение к исполнению обязанности в натуре.

Согласно части 1 статьи 4 Федерального закона "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 № 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных Федеральным законом "О страховых пенсиях".

Из содержания пункта 20 части 1 статьи 30 Федерального закона "О страховых пенсиях" вытекает, что для признания за истицей права на досрочное назначение страховой пенсии по старости необходимо наличие у неё специального стажа лечебной деятельности в учреждениях здравоохранения не менее 30 лет.

Внимательно и всесторонне проверив продолжительность специального стажа лечебной деятельности ФИО1 по состоянию на 10 января 2017 года, суд приходит к выводу о достаточности указанного страхового стажа для возникновения у истицы права на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения. 

Согласно статье 112 Кодекса законов о труде РСФСР при направлении рабочих и служащих для повышения квалификации с отрывом от производства за ними сохраняется место работы (должность) и производятся выплаты, предусмотренные законодательством.

Подпунктом "ж" пункта 1 Положения о порядке исчисления стажа для назначения пенсий за выслугу лет работникам просвещения и здравоохранения, утверждённого Постановлением Совета Министров СССР от 17.12.1959 № 1397, предусматривалось, что врачам и другим работникам здравоохранения в стаж работы по специальности засчитывается время обучения на курсах повышения квалификации по специальности. 

В соответствии с пунктом 16 Постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 06.02.1988 № 166 за руководящими работниками и специалистами народного хозяйства сохранялась средняя заработная плата по основному месту работы на время их обучения с отрывом от работы. 

Из статьи 187 ТК РФ следует, что при направлении работодателем работника для повышения квалификации с отрывом от работы за ним сохраняется место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы.

В ходе судебного разбирательства установлено, а материалами дела (л.д. 39, 43, 49, 50, 51, 52, 53, 57, 58, 59, 60, 61) достоверно подтверждено, что в периоды с 05 марта по 19 апреля 1991 года включительно, с 03 ноября по 04 ноября 1992 года включительно, с 22 августа по 03 декабря 1994 года включительно, с 15 июня по 12 июля 1995 года включительно, с 14 июня по 11 июля 1999 года включительно, с 09 июня по 08 июля 2003 года включительно, с 27 марта по 01 апреля 2006 года включительно, с 09 июня по 30 июня 2008 года включительно, с 14 ноября по 10 декабря 2011 года включительно, с 30 мая по 21 июня 2013 года включительно, с 06 июня по 25 июня 2016 года включительно ФИО1, занимавшая должности врача-терапевта и врача-отоларинголога в Балтийской ЦРБ (ранее – Балтийской городской больнице, Балтийском ГТМО, ЦГБ БГО), находилась по направлению работодателя на курсах повышения квалификации в медицинских организациях города Калининграда в целях повышения и совершенствования профессиональных знаний. 

Во время обучения на курсах повышения квалификации с отрывом от производства истица, работая на должностях и в медицинском учреждении, предусмотренных пенсионным законодательством, сохраняла трудовые отношения с работодателем, числилась в штате работников медицинского учреждения.

Обучаясь на курсах повышения квалификации, медицинские работники, хотя и не занимаются непосредственно лечебной деятельностью, но продолжают осуществлять свою профессиональную врачебную деятельность, так как целью повышения квалификации является обновление теоретических и практических знаний специалистов ввиду повышения требований к уровню квалификации и необходимостью освоения современных методов решения профессиональных задач. 

То есть периодическое повышение квалификации является для медицинских работников необходимостью, без которой невозможна их профессиональная деятельность.

Кроме того, повышение квалификации является обязательным условием трудового договора врача и предусматривается должностными обязанностями, невыполнение которых может повлечь отстранение от работы. 

Поскольку во время нахождения на курсах повышения квалификации ФИО1 не прекращала заниматься профессиональной лечебной деятельностью, а из сохраняемой за ней на эти периоды заработной платы производились отчисления на государственное социальное страхование и удерживались страховые взносы на обязательное пенсионное страхование, суд приходит к выводу о необходимости включения периодов обучения истицы на курсах повышения квалификации в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

В судебном заседании установлено, что и до, и после периодов нахождения на курсах повышения квалификации ФИО1 занималась врачебной деятельностью в медицинской организации, занимая в ней штатную должность.

Следовательно, у ответчика не было никаких законных оснований для отказа ФИО1 во включении в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, периодов нахождения на курсах повышения квалификации общей продолжительностью 11 месяцев 2 дня. 

Решение УПФР в СГО от 11.01.2017 № в части отказа ФИО1 во включении вышеуказанных периодов в специальный стаж суд признаёт не соответствующим закону и нарушающим конституционное право истицы на социальное обеспечение по возрасту. 

Защищаемое ФИО1 в судебном порядке право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения никаким образом не посягает на основы конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

Принимая во внимание все установленные обстоятельства, признавая исследованные доказательства достаточными и оценивая их в совокупности, суд приходит к окончательному выводу о том, что время обучении ФИО1 на курсах повышения квалификации общей продолжительностью 11 месяцев 2 дня подлежит зачёту в календарном порядке в специальный стаж лечебной деятельности, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости на основании пункта 20 части 1 статьи 30 Федерального закона "О страховых пенсиях", а потому соответствующее требование истицы удовлетворяется.

Из этого следует, что с учётом позиции УПФР в СГО относительно продолжительности лечебного стажа истицы и ранее сделанных судом в решении выводов специальный стаж лечебной деятельности ФИО1 в учреждениях здравоохранения на день её обращения за назначением страховой пенсии (10 января 2017 года) составил 30 лет 18 дней, то есть превышал требуемые по закону 30 лет. 

Согласно части 1 статьи 22 Федерального закона "О страховых пенсиях" страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Поскольку ко дню обращения в территориальный орган ПФР истица выработала требуемый законом стаж лечебной деятельности (30 лет), в целях полного восстановления нарушенных пенсионных прав ФИО1, суд признаёт за ней право на досрочное назначение страховой пенсии по старости на основании пункта 20 части 1 статьи 30 Федерального закона "О страховых пенсиях" с 10 января 2017 года.

В силу части первой статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы. 

Таким образом, с УПФР в СГО в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 98, 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

удовлетворить иск ФИО1.

Включить ФИО1 в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, в календарном исчислении периоды обучения на курсах повышения квалификации с 05 марта по 19 апреля 1991 года включительно, с 03 ноября по 04 ноября 1992 года включительно, с 22 августа по 03 декабря 1994 года включительно, с 15 июня по 12 июля 1995 года включительно, с 14 июня по 11 июля 1999 года включительно, с 09 июня по 08 июля 2003 года включительно, с 27 марта по 01 апреля 2006 года включительно, с 09 июня по 30 июня 2008 года включительно, с 14 ноября по 10 декабря 2011 года включительно, с 30 мая по 21 июня 2013 года включительно, с 06 июня по 25 июня 2016 года включительно общей продолжительностью 11 месяцев 2 дня. 

Признать за ФИО1 право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ "О страховых пенсиях" с 10 января 2017 года. 

Взыскать с Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) в Светловском городском округе Калининградской области (межрайонного) в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 (трёхсот) рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Калининградского областного суда через Балтийский городской суд Калининградской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Балтийского городского суда 

Калининградской области подпись В.В. Дуденков

Мотивированное решение изготовлено 24 марта 2017 года на семи страницах.