Дело № 2-10/2025 КОПИЯ

УИД 87RS0004-01-2024-000288-80

решение

именем Российской Федерации

город Билибино 20 февраля 2025 года

Билибинский районный суд Чукотского автономного округа в составе:

председательствующего судьи Осипова С.Ф.,

при секретаре судебного заседания Герловой Т.Ю., 

с участием истца ФИО1, 

представителя истца ФИО14 (путем использования систем видеоконференц-связи),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Чукотэнерго» о возмещении материального вреда и компенсации морального вреда в связи с дискриминацией в сфере труда и о взыскании судебных расходов, 

установил:

В Билибинский районный суд 06.11.2024 обратилась ФИО1 с иском к Акционерному обществу «Чукотэнерго» (далее по тексту – АО «Чукотэнерго», ответчик) о возмещении материального вреда и компенсации морального вреда в связи с дискриминацией в сфере труда и о взыскании судебных расходов.

В обоснование требований указано, что истец до 19.09.2024 работала в филиале АО «Чукотэнерго» Северные электрические сети (далее – Северные электрические сети, филиал) начальником отдела надёжности, промышленной безопасности и охраны труда. С начала 2024 года подвергалась дискриминации в сфере трудовых отношений. Руководитель филиала ФИО3 стал безосновательно предвзято относиться к истцу лично и к выполнению ею трудовой функции после проведенного истцом вводного инструктажа его супруге при трудоустройстве последней в филиал в январе 2024 года на должность инженера, когда истец объяснила ей риски, связанные с работой в электроустановках выше 1000 В., что входит в её должностные обязанности, и необходимости получения 5 группы по электробезопасности. 

По возвращении ФИО5 из командировки в 

<

адрес>, из подразделения Сетей Чаунском РЭС (ЧРЭС), без предварительного выяснения обстоятельств, истцу было вручено требование на объяснение от 05.02.2024 № ОРП-169 по выявленным им замечаниям в ЧРЭС, согласно акту проверки рабочих мест в филиале АО «Чукотэнерго» Северные электрические сети от 02.02.2024. В указанном требовании не конкретизировано по каким пунктам акта истец должна дать объяснения (замечания по пунктам 3 и 4 не входят в зону ответственности истца). Истец запросила объяснительную с ответственного лица - начальника ЭПС ЧРЭС ФИО6 и приложила ее к своему объяснению. ФИО5 направил эти материалы в управление АО «Чукотэнерго» (г. Анадырь) для рассмотрения вопроса о наложении на истца дисциплинарного взыскания, однако в управлении посчитали, что для этого нет оснований. После чего начались постоянные проверки работы отдела истца, давление на истца со стороны директора филиала. Каждый раз директор запрашивал какие-нибудь документы, задавал различные вопросы на знание истцом правил. Выявить у истца пробелы в знании нормативной документации не получалось.

14.02.2024 года в филиале АО «Чукотэнерго» был проведён день охраны труда (далее – ДОТ). Подготовка итогового акта, плана корректирующих мероприятий и проекта приказа по результатам проведения ДОТ входит в обязанности специалиста по охране труда 1 категории, находящегося у истца в подчинении. В соответствии с Единым порядком проведения ДОТ в АО «Чукотэнерго» и Положения о процессе проведения ДОТ в АО «Чукотэнерго» эти документы должны быть разработаны не позднее 10 дней после проведения ДОТ. Специалист по ОТ ФИО7 отказывалась это делать, о чём 26.02.2024 истцом была направлена служебная записка № 220 на имя директора «Об неисполнении поручения в срок». Несмотря на указанный факт, истцу было вручено требование от 28.02.2024 № ОРП-301 о не предоставлении директору документов по ДОТ. Кроме того, на служебной записке истца от 26.02.2024 № 220 директор наложил резолюцию её непосредственному руководителю – и.о. главного инженера ФИО4, чтобы он принял в отношении истца меры за организацию работы в отделе.

С 19.03.2024 по 25.03.2024 представителем АО «Чукотэнерго» в филиале АО «Чукотэнерго» Северные электрические сети г. Билибино была проведена выездная проверка соблюдения требований законодательства РФ, НТД в области охраны труда, промышленной и пожарной безопасности. По результатам проверки составлен акт - предписание № 10/2024 от 25.03.2024. Приказом № 134 от 24.04.2024 (далее - Приказ) к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде выговора. Решением Билибинского районного суда 21.06.2024 указанный приказ признан незаконным.

Несмотря на длившийся судебный процесс, директор продолжал преследование и давление на истца. 29.05.2024 с истца были запрошены объяснения по выдуманным фактам грубых нарушений несуществующей нарядно-пропускной системы (Требование № 20/27-ОРП-185 от 29.05.2024).

В это же время, на протяжении двух недель руководитель филиала не согласовывал ежегодный оплачиваемый отпуск. В Билибинском районе в связи с особенностью транспортной схемы и большим спросом на авиабилеты в период отпусков (с мая по сентябрь), они приобретаются в конце января – в начале февраля. Из-за ограниченного количества рейсов зачастую не получается приобрести билеты на даты, утвержденные в графике отпусков. Все работодатели Билибинского района об этом знают и не препятствуют и допускают перенос отпуска без заявления в пределах 14 дней от утвержденной даты.

В соответствии с графиком отпусков истцу отпуск должен был предоставлен с 05.07.2024. 05.06.2024 она написала заявление о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска с 24.06.2024, т.к. билеты были приобретены на 28.06.2024, в чем истцу было отказано. Директор сказал писать заявление согласно графику отпусков, т.е. с 05.07.2024, а на период с 28.06 по 04.07.2024 брать дни без сохранения заработной платы. Истец так и сделала. В бухгалтерии пояснили, что в таком случае истец должна будет предоставить билеты для оплаты на 05.07.2024, на другие даты билеты оплачиваться не будут. Истец тут же написала заявление об отзыве заявления на отпуск с 05.07.2024. Директор проигнорировал второе заявление истца и согласовал первое. 06.06.2024 истец написала заявление о внесении изменения в график отпусков, обосновав это справками об отсутствии авиабилетов и о том, что ребёнок истца является выпускником 11 класса в 2024 году. Заявление истца осталось без рассмотрения. Истцу пришлось несколько раз переписывать заявление в разных вариантах (от 13.06.2024, от 17.06.2024), чтобы не потерять возможность улететь в ЦРС и доставить оригиналы документов для поступления ребенка в выбранный ВУЗ до 25.07.2024, и не потерять право на оплату дороги. Все заявления истца остались без рассмотрения. И только, когда, по требованию директора истец исключила из своего заявления дни без сохранения заработной платы на дорогу, на которые она имела право в соответствии с п.2.18 Положения о порядке предоставления компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно и компенсации расходов, связанных с переездом работникам АО «Чукотэнерго», утв. приказом АО «Чукотэнерго» от 13.03.2024 №132, заявление истца от 18.06.2024 было согласовано.

В результате предвзятого отношения к истцу нарушались её трудовые права. С февраля по июнь 2024 года истец находилась в напряжении, в постоянном страхе совершить ошибку, в переживаниях за будущее своего ребёнка, что привело к расстройствам ее нервной системы. Она была вынуждена обратиться за медицинской помощью

<

данные изъяты> На лечение она потратила 3805,75 руб.

Вернувшись с отпуска, она вновь столкнувшись с негативным отношением директора, понимая, что цель преследования – уволить истца, продолжать работать она не смогла и вынуждена была написать заявление на увольнение (т.1 л.д.1-5).

В ходе судебного разбирательства истцом увеличены исковые требования, в связи с дополнительными расходами на лечение. На основании изложенного, руководствуясь ч. 4 ст.3 ТК РФ, истец просит взыскать в её пользу с ответчика компенсацию стоимости лечения в размере 8957,75 руб., компенсацию морального вреда в размере 500000 руб., а также судебные расходы, связанные с оказанием юридической помощи в размере 30000 рублей и стоимость услуг нотариуса по подготовке доверенности в размере 3700 руб. (т.2 л.д. 217-220).

Ответчиком были представлены письменные возражения на иск, в которых указано, что АО «Чукотэнерго» входит в группу компаний ПАО «РусГидро» и является подконтрольной ему организацией. Распоряжением ПАО «РусГидро» от 10.11.2023 № 526р утвержден план проведения технических аудитов, к числу объектов проверки был отнесён филиал АО «Чукотэнерго» Северные электрические сети, проверки запланированы на период с 15.04.2024 по 19.04.2024. Распоряжением ПАО «РусГидро» от 31.01.2024 №35р утвержден состав комиссий по проведению технических аудитов энергетических объектов Группы РусГидро. 

ФИО1 работала в филиале ответчика в Северных электрических сетях в должности начальника отдела надежности, промышленной безопасности и охраны труда. Требования руководителя филиала к ФИО1 о предоставлении объяснений по результатам проведенных проверок по деятельности предприятия, обусловлены выявленными недостатками и выполняемой истцом трудовой функцией, ошибочно расценено истцом как способ оказания давления на неё.

Нарушения, отраженные в акте-предписании от 25.03.2024 г. № 10/2024, на основании которого ФИО1 была привлечена к дисциплинарной ответственности, являлись предметом спора в рамках гражданского дела № 2-89/2024 и отражены в решении суда от 21.06.2024. Не отрицая факта выявленных нарушений, ответственность за которые была возложена на ФИО1 как на руководителя специализированного отдела, дисциплинарное взыскание было отменено, как вынесенное с нарушением процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности (работнику не предоставлен двухдневный срок для представления объяснений по нарушениям), на этом основании взыскана компенсация морального вреда. 

В требовании о предоставлении объяснений от 29.05.2024 № 20/24-ОРП-185 указано на итоги плановой проверки службы по ремонту и эксплуатации воздушных линий электропередачи 110-0,4 кВ, отражённые в акте от 28.05.2024, где были выявлены нарушения нарядно-пропускной системы, которые в своё время не нашли отражения в акте о проведении дня охраны труда. Вместе с тем, ФИО1 ознакомлена с программой проведения дня охраны труда, утвержденной приказом №146-п от 06.05.2024 г., итоговым актом от 15.05.2024, в связи с чем, ей было известно о проведении проверки нарядно-допускной системы и о допущении в вышеуказанном требовании руководителя технической ошибки. ФИО1 могла обратиться за разъяснениями относительно допущенной ошибки, но подготовила формальный ответ с провокационными формулировками от 31.05.2024 г. №719, порождающий дополнительные запросы.

На основании заявления от 18.09.2023 ФИО1 была включена в график отпусков на 2024 год с 05.07.2024 с оплатой проезда ей и членам ее семьи (сын и дочь). 31.01.2024 истцом были приобретены проездные документы, с заявлением об авансировании оплаты проезда ФИО1 обратилась 17.06.2024. Приказом от 18.06.2024 № 305-к ФИО1 предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск на период с 28.06.2024 по 21.08.2024, приказом от 21.06.2024 № 329-к предоставлен отпуск без сохранения заработной платы с 24.06.2024 по 27.06.2024 на основании заявления от 20.06.2024.

Согласно ч. 2 ст. 123 ТК РФ, график отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника. Предоставление отпуска вне графика является правом работодателя, а не его обязанностью. Продление или перенесение ежегодного оплачиваемого отпуска допустимо в случаях, перечисленных в ст. 124 ТК РФ, наличие которых применительно к рассматриваемым обстоятельствам отсутствуют. Процесс согласования с работодателем переноса отпуска за пределы утверждённого графика отпусков, выраженное в многочисленных переписываниях заявлений, изменении формулировок, вида отпуска, само по себе не свидетельствует о дискриминационном отношении работодателя к работнику в смысловом понимании, передаваемом ст. 3 ТК РФ. 

Приказом от 14.08.2024 № 506-к ФИО1 продлён очередной оплачиваемый отпуск на основании больничного листа до 19.09.2024. По окончании отпуска 19.09.2024 ФИО1 была уволена по собственному желанию. Таким образом, непосредственная трудовая деятельность фактически была прекращена с 24.06.2024, поскольку, не возвращаясь из отпуска, истец направила заявление об увольнении. Данный факт делает несостоятельным довод истца о негативном отношении директора филиала, с которым она столкнулась, вернувшись из отпуска.

Как следует из медицинской карты амбулаторного больного, ФИО1 впервые обратилась за врачебной помощью 

<

данные изъяты> во взаимосвязи с фактическими обстоятельствами и событиями, происходившими с февраля 2024 года, допускается возможный вывод о том, что нравственные и физические страдания могли быть испытаны работником в период проведения проверок соблюдения требований законодательства в области охраны труда, промышленной и пожарной безопасности.

Является общеизвестным тот факт, что в период интенсивной работы на фоне поставленных задач, проверок контролирующих органов возрастает общий уровень напряженности, увеличивается стрессовое состояние, так происходит во всех учреждениях, особенно среди работников руководящего состава, где уровень ответственности гораздо выше, чем у рядового сотрудника. Напряжение, создавшееся между истцом и работодателем, является внутренним отношением истца, созданным личным эмоциональным фоном, в силу характера, темперамента и прочих личностных особенностей, отсутствием стрессоустойчивости на фоне возросшего уровня ответственности.

Ответчик полагает, что истцом не представлены доказательства, что она подверглись дискриминации в сфере труда, а её увольнению предшествовало личное неприязненное отношение самого работника к работодателю и нежелание продолжать работу на ответственной должности. Наличие неправомерных действий (бездействий) работодателя не доказано, причинно-следственная связь между страданиями истца и виновными действиями работодателя, как и сами виновные действия не установлены, что исключает компенсацию материального ущерба и морального вреда ответчиком. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 3, 123, 392 ТК РФ, ответчик просил отказать в удовлетворении иска в полном объеме. Также заявлено о пропуске истцом срока для обращения с требованиями, связанными с нарушением трудовых прав (т.1 л.д.104-107).

Представитель истца представила дополнительные обоснования иска и указала, что супруга директора филиала ФИО8 принята на работу 24.01.2024 инженером 1 категории в отдел сбыта энергии. Истцом ей был проведен вводный инструктаж об охране труда с разъяснением требований. В соответствии с должностной инструкцией инженер 1 категории должен иметь высшее техническое образование, стаж работы в должности инженера II категории не менее трех лет, и V группу допуска к электробезопасности. В соответствии пунктом 44 Правил работы с персоналом в организациях электроэнергетики РФ, утвержденных Приказом Министерства энергетики РФ от 22.09.2020 № 796, инженер 1 категории должна пройти проверку знаний в течение месяца после назначения на должность. Эти требования супругу директора не устроили и для того, чтобы не проходить соответствующие проверки директором филиала было издано распоряжение по филиалу от 12.02.2024 №09-п «О передаче функциональных обязанностей», согласно которому изменен функционал взаимодействия по вопросам технологического присоединения и обязанности по должностной инструкции инженера 1 категории, для исключения группы допуска по электробезопасности (т.2 л.д.226).

Проверка комиссией ПАО «РусГидро» в Северных электрический сетях была запланирована в апреле 2024 года (распоряжение № 526 от 10.11.2023). Этой проверке предшествовала проверка представителем АО «Чукотэнерго» с 19.03.2024 по 25.03.2024, в результате которой был составлен акт - предписание № 10/2024 от 25.03.2024. Приказом № 134 от 24.04.2024 к истцу применено дисциплинарное взыскание, которое было отменено решением суда от 21.06.2024 по гражданскому делу № 2-89/2024, в том числе, в связи с надлежащем исполнением истцом своих должностных обязанностей.

В запрошенном у истца объяснении по выдуманным фактам грубых нарушений несуществующей нарядно-пропускной системы (требование № 20/27-ОРП-185 от 29.05.2024) директор указал, что «В акте о проведении дня охраны труда с Вашим участием было зафиксировано отсутствие замечаний». В объяснении истец перечислила выявленные и указанные в акте замечания во время проведения ДОТ, утвержденном приказом от 22.05.2024 № 168-п (приложение к возражению «Приказ по рез_ДОТ_05_24»), что доказывает необъективность в отношения к истцу.

Хотя приказом от 18.06.2024 отпуск истцу и был предоставлен, директором совершены действия направленные на ущемление прав истца. Игнорирование заявлений истца о переносе ее в графике отпусков и предоставлении ей отпуска в другие сроки, вынуждение переписывать заявление с изменением формулировок, не предоставление дней без сохранения заработной платы на дорогу ставит истца в положение не равное по отношению к другим работникам филиала. Доказательство этому является заявление от 05.06.2024 о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска супругу истца Свидетель №1 который стоял в графике отпусков вместе с ФИО1 на 05.07.2024, билеты приобретались совместно на одно число, заявление о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска с предоставлением дней без сохранения заработной платы на дорогу были написаны в один день. Заявление Свидетель №1 было согласовано без замечаний, однако заявление ФИО1 не согласовано.

Если рассмотреть все заявления на отпуск работников филиала за период с января по июль 2024 года и график отпусков на 2024 год, то можно увидеть не менее 50% случаев предоставления отпуска в даты отличные от графика и без каких-либо ограничений или возражений работодателя. 

Отпуском без сохранения заработной платы с 24.06.2024 по 27.06.2024 (приказ от 21.06.2024 №329-к) не получилось воспользоваться, так как истцу с 24.06.2024 года был открыт больничный лист.

По окончании отпуска истец была вынуждена написать заявление на увольнение от 04.09.2024 в ущерб своего материального благополучия, понимая, что по выходу из отпуска давление и преследование со стороны директора не прекратятся. Этому способствовало распоряжение директора контролёрам КПП не пропускать истца на территорию филиала до окончания её отпуска без предварительного согласования с ним. В отношении других работников таких распоряжений никогда не поступало.

Нравственные и физические страдания истца начались в феврале 2024 года, после того как директор отказал истцу в поездке в ЧРЭС и самолично решил выполнить проверку, чтоб в последствии спросить с нее за выявленные им нарушения. Поездка была запланированной комиссионной, приуроченной ко дню охраны труда (прил.4 приказа от 08.12.2023 № 319-п).

Нравственные страдания истца не были обусловлены проверками вышестоящих организаций или увеличением напряженности и стресса из-за высокого уровня ответственности. В области охраны труда истец работала более 20 лет, в том числе, у ответчика – 8 лет, из них в должности начальника отдела – более 5 лет, проходила множество проверок разного уровня, и сама состояла в различных комиссиях и регулярно проводила проверки на предмет соблюдения законодательства в области охраны труда, промышленной и пожарной безопасности. Поэтому предстоящие проверки не представлялись истцу чем-то новым и волнительным. Кроме того, для подготовки к проверке ПАО «РусГидро» было почти 6 месяцев. Учитывая компетентность истца в предмете проверки и надлежащее исполнение своих трудовых обязанностей, она была готова к ним, не испытывала по этому поводу особых переживаний. Выезд комиссии ПАО «РусГидро» с запланированной проверкой так и не состоялся (т.2 л.д.89-90).

На изложенные в ходе судебного разбирательства дополнительные доводы истца, что одной из причин предвзятого отношения к ней директора филиала явилась её активная деятельность как заместителя первичной профсоюзной организации по отстаиванию трудовых прав работников филиала, связанных с оплатой труда, установлением персональных надбавок и доплат за совмещение, ответчик 27.12.2024 представил дополнительные письменные возражения, где указал, что истцом были представлены служебные записки от различных подразделений Северных электрических сетей и заявления на имя директора филиала ФИО5 об установлении персональных надбавок и доплат за совмещение, в числе которых имеется также записка от 25.01.2024 об установлении персональной надбавки и истцу.

Представленные заявления и служебные записки свидетельствуют о том, что ФИО1 наравне с другими работниками – заявителями, была поставлена в одинаковые с ними условия в вопросе установления доплаты, что опровергает её доводы о предвзятом отношении руководителя филиала персонально к ней.

На подготовленное ФИО1 в заседаниях первичной профсоюзной организации «Северные ЭС» (далее - ППО «СЭС») коллективного обращения к генеральному директору АО «Чукотэнерго» по вопросам оплаты дополнительной работы, ответчиком был дан мотивированный ответ (который представлен истцом, исх. №20/53-04-901 от 28.02.2024). Действия руководителя филиала были признаны правомерными. Доплаты и надбавки, о которых просили работники, были им установлены с февраля 2024 года.

Утверждение ФИО1 о том, что в 2024 году не менее 50% работникам СЭС предоставлялись отпуска не в соответствии с Графиком подтверждает тот факт, что в отношении истца никаких дискриминационных действий не предпринималось, и отказ в переносе отпуска носит системный характер.

Рецепт, выписанный 10.12.2024 врачом на некие лекарства, без установления связи с неизвестным заболеванием, предположительно возникшим в период работы истца, когда последняя подвергалась дискриминации, не имеет правового значения, т.к. данный рецепт был выписан после окончания ФИО1 трудовой деятельности в АО «Чукотэнерго».

Указание истцом в заявлении от 04.09.2024 на причину увольнения «в связи с дискриминацией» выражает её субъективное мнение и не является законным обоснованием в рамках статьи 80 ТК РФ, не имеет правового значения. Давление на истца при увольнении не оказывалось, заявление об увольнении представлено ФИО1 в период её нахождения в очередном отпуске, более того законность увольнения не является предметом настоящего спора.

Приказ № 22-к от 24.01.2024 о приёме на работу ФИО8 также не имеет правового значения, поскольку не подтверждает дискриминационный характер в сфере труда в отношении истца, никаким образом не свидетельствует о причинах нравственных страданий, а лишь устанавливает факт трудоустройства указанного гражданина на должность инженера 1 категории в отдел сбыта энергии.

Приказ №21-к от 11.01.2024 об организации работы с персоналом также не устанавливает/подтверждает/опровергает обстоятельства, на которые истец ссылается в обоснование своих требований. 

По доводу ФИО1 о том, что директором Филиала издано распоряжение № 09-н от 12.02.2024 г. в целях снятия с его супруги обязанности проходить первичную проверку поясняет следующее. В течение всего 2024 года из должностных обязанностей работников, которые фактически не работали в электроустановках, были исключены обязанности прохождения проверки знаний. Данные изменения были внесены в отношении всех работников АО «Чукотэнерго», в том числе осуществляющих трудовую деятельность в других филиалах, изменения должностных инструкций имели системный характер и никоим образом не связаны с взаимоотношениями между ФИО1 и супругой директора. 

Довод искового заявления о том, что с февраля по июнь 2024 года ФИО1 находилась в напряжении и постоянном страхе совершить ошибку, что в результате привело к расстройствам нервной системы, не согласуется с изложенными в возражениях на отзыв ответчика обстоятельствами, где ФИО1, ссылаясь на многолетний опыт работы в сфере охраны труда и компетентность, не испытывала волнений и переживаний (т.3 л.д. 14-15).

В судебном заседании истец и ее представитель настаивали на удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в иске и дополнениях к нему. Истец пояснила, что в Северные электрические сети она трудоустроена в январе 2016 года на должность инженера по эксплуатации электрических сетей I категории. Работая в организации повысила свой уровень квалификации до начальника отдела. В 2018 году ее перевели на должность начальника отдела. За весь трудовой стаж она не привлекалась к дисциплинарной ответственности, ей не уменьшали премию, была всегда на хорошем счету и неоднократно награждалась почетными грамотами. После проведения вводного инструктажа супруги директора начались проблемы. Директор начал оказывать на нее давление, к ней придираться, старался подчеркнуть ее профессиональную несостоятельность, критиковал работу, говорил, что у нее слабые знания, что она не соответствую занимаемой должности, своими действиями подрывал репутацию в коллективе, что повлекло ее к постоянному напряжению и расстройству. На проверку в Чаунском РЭС она должна была ехать с комиссией, но директор ее не пустил, поехал самостоятельно и выполнил проверку. По выявленным там замечаниям запросил объяснение только у нее. У должностных лиц, допустивших нарушения, объяснительные он не запрашивал. В Северных сетях очень много вакансий и работники выполняют дополнительную трудовую функцию за дополнительную плату. Ранее каждый месяц писали служебные записки на доплаты и «Чукотэнерго» согласовывало их. Люди выполняли дополнительные трудовые функции, за что потом получали вознаграждения. Также случилось и в январе 2024 года. В январе написали служебные записки. Директор эти служебные записки заставлял переписывать несколько раз, в итоге не согласовывал, доплату за январь никто не получил. Она на тот момент была заместителем председателя профкома. По итогам заседания профкома было направлено обращение генеральному директору и в Всероссийский Электропрофсоюз для разрешения указанной ситуации. Обращение не было удовлетворенно. После этого директор стал относиться к ней еще более пристально и предвзято, из-за чего она в полной мере не могла осуществлять руководство своим отделом, начальники других служб позволяли себе ослушаться ее законных требований, связанных с охраной труда. 

Она много раз переписывала заявление на отпуск. Директор долго его не согласовывал, зная, что ее ребёнок является выпускником, усмехался и говорил, что если он захочет, то вообще не согласует отпуск и может перенести его на более поздний срок по производственной необходимости. Из чего она очень сильно переживала, потому что авиабилеты поменять или купить на новую дату не получается. Графики отпусков на следующий год утверждается в ноябре, билеты покупают в январе-феврале. Билетов на дату, указанную в графике отпусков не было, поэтому ей пришлось купить билеты на 8 дней раньше даты, указанной в графике. Заявление на изменение в график отпусков она заранее не писала, поскольку на предприятии негласно существовало правило о возможности ухода в отпуск раньше на две недели установленного в графике срока, о чем её заверили в отделе кадров. 

После возвращения в город Билибино она должна была через две недели выйти на работу. Директор, когда узнал, что она вернулась, дал распоряжение не пропускать её на территорию организации. Ранее таких распоряжений в отношении других работников у них никогда не было. Она поняла, что отношение работодателя к ней не изменилось, и приняла решение об увольнении по собственному желанию.

Представитель истца дополнительно указала, что нарушение является длящимся, срок для обращения в суд истцом не пропущен, поскольку она подвергалась дискриминации вплоть до увольнения, а обратилась в суд в течение трех месяцев после увольнения.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявлял.

Исследовав представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 19 Конституции РФ государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности. Мужчина и женщина имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации.

Конституционный принцип равенства всех перед законом в области трудовых отношений получил воплощение в ст. 3 ТК РФ.

Согласно ст. 3 ТК РФ каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав (ч.1). Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (ч.2).

Под дискриминацией в сфере труда по смыслу ст. 1 Конвенции № 111 и ст. 3 ТК РФ следует понимать различие, исключение или предпочтение, имеющее своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей в осуществлении трудовых прав и свобод или получение каких-либо преимуществ в зависимости от любых обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (в том числе не перечисленных в указанной статье ТК РФ), помимо определяемых свойственными данному виду труда требованиями, установленными федеральным законом, либо обусловленных особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите (п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.01.2014 N 1 "О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних").

Дискриминация представляет собой деяние, направленное на ущемление трудовых прав и свобод работника, а также лица, принимаемого на работу.

Вместе с тем не является дискриминацией установление различий, исключений, предпочтений, а также ограничение прав работников, которые определяются свойственными данному виду труда требованиями, установленными федеральным законом, либо обусловлены особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите, либо установлены ТК РФ или в случаях и в порядке, которые им предусмотрены, в целях обеспечения национальной безопасности, поддержания оптимального баланса трудовых ресурсов, содействия в приоритетном порядке трудоустройству граждан РФ и в целях решения иных задач внутренней и внешней политики государства (ч. 3 ст. 3 ТК РФ).

Помимо положений ст. 19 Конституции РФ, ст. ст. 3, 64 ТК РФ, правовое регулирование вопросов, связанных с дискриминацией, содержит Конвенция № 111 Международной организации труда "Относительно дискриминации в области труда и занятий" (принята в г.Женеве 25.06.1958 на 42-ой сессии Генеральной конференции МОТ). 

В преамбуле Конвенции указано, что дискриминация представляет собой нарушение прав, провозглашенных во Всеобщей декларации прав человека. 

Статья 1 указанной Конвенции определяет, что термин "дискриминация" включает:

a) всякое различие, исключение или предпочтение, основанные на признаках расы, цвета кожи, пола, религии, политических убеждений, национальной принадлежности или социального происхождения и имеющие своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей или обращения в области труда и занятий;

b) всякое другое различие, исключение или предпочтение, имеющие своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей или обращения в области труда и занятий, как они могут быть определены заинтересованным членом МОТ по консультации с представительными организациями предпринимателей и трудящихся, где таковые существуют, и с другими соответствующими органами.

Не считаются дискриминацией всякое различие, исключение или предпочтение, основанные на специфических требованиях, связанных с определенной работой (статья 2).

Для установления дискриминации со стороны работодателя в отношении конкретного работника юридически значимыми являются обстоятельства установления какого бы то ни было прямого или косвенного ограничения прав или установления прямых или косвенных преимуществ при осуществлении трудовых (служебных) функций в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства (в том числе наличия или отсутствия регистрации по месту жительства или пребывания), а также других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

Под деловыми качествами работника следует, в частности, понимать способности физического лица выполнять определенную трудовую функцию с учетом имеющихся у него профессионально-квалификационных качеств (например, наличие определенной профессии, специальности, квалификации), личностных качеств работника (например, состояние здоровья, наличие определенного уровня образования, опыт работы по данной специальности, в данной отрасли). Работодатель вправе предъявить к лицу, претендующему на вакантную должность или работу, и иные требования, которые обязательны для заключения трудового договора в силу прямого предписания федерального закона либо которые необходимы в дополнение к типовым или типичным профессионально-квалификационным требованиям в силу специфики той или иной работы (например, владение одним или несколькими иностранными языками, способность работать на компьютере) (п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 17.03.2004 N 2).

Дискриминация проявляется в установлении разных условий, например, по предоставлению отпуска, назначению премий, доплат работникам одной категории и т.п.

Лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда (ч. 4 ст. 3 ТК РФ).

Вместе с тем трудовое законодательство РФ не содержит понятия и признаков предвзятого отношения к работнику. В общем смысле под предвзятым отношением к работнику можно понимать необъективное мнение работодателя, сложившееся на основе стереотипов, или заранее принятое решение, которое основано на личном эмоциональном отношении к работнику.

Основные права работника установлены в ч.1 ст. 21 ТК РФ. В частности, работник имеет право на: заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами; предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором; отдых, обеспечиваемый установлением нормальной продолжительности рабочего времени, предоставлением оплачиваемых ежегодных отпусков; объединение, включая право на создание профессиональных союзов и вступление в них для защиты своих трудовых прав, свобод и законных интересов; ведение коллективных переговоров и заключение коллективных договоров и соглашений через своих представителей, а также на информацию о выполнении коллективного договора, соглашений; защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

В тоже время в силу ч.2 ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

В ч.1 ст. 22 ТК РФ закреплено право работодателя требовать от работника выполнения трудовых обязанностей. 

Работодатель обязан, в том числе, соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности; рассматривать представления соответствующих профсоюзных органов, иных избранных работниками представителей о выявленных нарушениях трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; исполнять иные обязанности, предусмотренные трудовым законодательством (ч.2 ст. 22 ТК РФ).

Таким образом, из анализа вышеприведенных правовых норм следует, что дискриминация – это нарушение трудовых прав и свобод гражданина по признаку отнесения человека к определенной категории лиц. Это посягательство всегда выражается в нарушении не одного, а минимум двух прав. Первое – это всегда нарушение равенства, второе – нарушение иного права, свободы, законного интереса. Обусловлено это тем, что нарушение равноправия не может быть совершено само по себе, вне зависимости от иного нарушаемого права. Другими словами, нарушение равноправия должно в чем-то выражаться, а выражаться оно может в нарушении, например, прав работника, которые приведены выше.

Так, судом установлено, что в спорный период ФИО1 работала в Акционерном обществе «Чукотэнерго» – филиал Северные электрические сети на должности начальника отдела надежности, промышленной безопасности и охраны труда (т.1 л.д. 108, 109-111, т. 2 л.д. 241-258).

Отдел надежности промышленной безопасности и охраны труда (далее – ОНПБиОТ СЭС) является структурным подразделением филиала Северные электрические сети. 

Истец являлся руководителем структурного подразделения, в функции которого входило в том числе осуществление контроля за соблюдением в структурных подразделениях организации требований нормативных правовых актов по охране труда, проведением профилактической работы по предупреждению производственного травматизма и профессиональных заболеваний, выполнением мероприятий, направленных на создание здоровых и безопасных условий труда в организации. 

Руководство ОНПБиОТ СЭС осуществляется начальником, к которому предъявляются квалификационные требования в соответствии с Квалификационным справочником должностей руководителей, специалистов и других служащих организаций электроэнергетики, утвержденным постановлением Минтруда Российской Федерации от 29.01.2004 № 4. 

Как следует из указанного квалификационного справочника в обязанности начальника Отдела надежности промышленной безопасности и охраны труда входит в том числе контроль за выполнением структурными подразделениями и отдельными работниками организации закрепленных за ними обязанностей по обеспечению надежной и безопасной эксплуатации, охране труда и пожарной безопасности, организация проведения плановых и внеочередных проверок состояния охраны труда, технической эксплуатации, промышленной и пожарной безопасности в структурных подразделениях и на объектах организации, обеспечение учета и систематизации действующих законодательных, нормативных правовых актов и других руководящих документов по вопросам организации эксплуатации, противоаварийной работы, охраны труда, промышленной и пожарной безопасности, дача предписаний руководителям структурных подразделений и другим работникам организации об устранении отступлений от требований правил и инструкций по эксплуатации, охране труда, промышленной и пожарной безопасности и контролирует их выполнение. 

Аналогичные условия содержатся в разделах 3 и 4 Положения об отделе надежности промышленной безопасности и охраны труда филиала АО «Чукотэнерго» Северные электрические сети (т. 1 л.д.112-116), которое разработано начальником отдела надежности, промышленной безопасности и охраны труда ФИО1

Следовательно, истец, осуществляя руководство ОНПБиОТ СЭС, несет ответственность за соблюдением правил и инструкций по эксплуатации, охране труда, промышленной и пожарной безопасности не только сотрудниками своего отдела, но и руководителями и работниками всех структурных подразделений Северных электрических сетей – именно на нее как на руководителя отдела возложена обязанность по контролю за соблюдением всеми работниками филиала закрепленных за ними обязанностей по обеспечению надежной и безопасной эксплуатации и охране труда и соблюдению мер противопожарной безопасности, в том числе за проведение и полноту целевого инструктажа работников, предусмотренных Правилами противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16.09.2020 № 1479, Правилами безопасности при работе с инструментом и приспособлениями (РД 34.03.204), утвержденных Минэнерго СССР 30.04.1985, Постановлением Президиума ЦК профсоюза рабочих электростанций и электротехнической промышленности от 27.03.1985, Правилами по охране труда при эксплуатации электроустановок, утвержденных Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации от 15.12.2020 № 903н, Правилами безопасного ведения газоопасных, огневых и ремонтных работ, утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 15.12.2020 № 528, Правилами работы с персоналом в организациях электроэнергетики РФ, утвержденными Приказом Министерства энергетики РФ от 22.09.2020 г. № 796, а также другими нормативными (в том числе локальными) актами, регулирующими отношения в сфере промышленной и пожарной безопасности и охраны труда в организациях электроэнергетики Российской Федерации.

Допрошенный по ходатайству истца свидетель Свидетель №2 показал, что в Северных сетях он проработал с 2006 года, а с 2015 года по 14.06.2024 – на должности главного инженера. ФИО1 находилась в его подчинении. В ноябре был назначен новый директор филиала ФИО3 Вначале замечаний директора к ФИО1 не было, но всё началось в конце января 2024 г., когда ФИО5 принял свою супругу на работу. В ходе проведения ФИО1 вводного инструктажа супруга директора возмутилась на разъяснения, что по должностной инструкции у неё должна быть группа допуска по электробезопасности, что она не соответствует должности по образованию. Являясь заместителем председателя профкома, в феврале 2024 г. ФИО1 обратилась коллективным письмом в адрес Всероссийского Электропрофсоюза и генерального директора в связи с не установлением доплат работникам филиала, выполняющим работу, не входящую в их должностные обязанности. 

Полагает, что все это обусловило личные неприязненные отношения и преследования ФИО1 директором филиала. Замечания к руководителям структурных подразделений по дню охраны труда, выявленные даже начальником отдела охраны труда ФИО1, разворачивались в обратную сторону, упреками директора филиала в адрес самой ФИО1 От неё часто требовали разные объяснительные.

У него, как непосредственного начальника, не было сомнений в квалификации и профессионализме ФИО1, она имеет большой стаж работы, нареканий к ней никаких не было в ходе проверок и иных мероприятий. Поэтому он говорил с директором филиала в защиту ФИО1, предлагал нормально работать, без преследований. О своем отношении к ФИО1 директор ФИО5 при нем напрямую никогда не высказывался.

Перед своим увольнением он согласовывал первоначальное заявление ФИО1 на отпуск, с учетом заранее приобретенных ей авиабилетов, поскольку смещение даты отпуска на плюс-минус неделю от графика у них на работе никогда не запрещалось. Но ФИО5 сказал, что только по графику, а авиабилеты его не волнуют, продолжил высказывания, что ФИО1 плохо работает, пусть устраняет недостатки и потом уйдет в отпуск по графику. Перед своим увольнением он еще раз в устно попросил директора, чтобы отпустил ФИО1 в отпуск, а если тот не хочет, чтобы она работала в Северных сетях, то она после отпуска уйдет.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №1 – супруг истца, работающий в филиале электросварщиком, показал, что новый директор через некоторое время стал предвзято относиться к ФИО1, из-за чего супруга была расстроенная, плакала, жаловалась, что её достает директор всякими ненужными вопросами. Затем директор филиала не согласовал супруге заявление на отпуск, лишь за несколько дней до отпуска директор согласовал ее заявление. Хотя ему заявление на отпуск было согласовано сразу же и с даты раньше, чем установлено в графике отпусков. Все это вызвало у супруги постоянно нервозность, она начала пить успокоительные препараты. В отпуске её здоровье намного улучшилось, но она до сих пор принимает таблетки. После отпуска супруга уволилась по собственному желанию, т.к. там невозможно было уже работать. 

Приказом руководителя филиала ФИО5 от 24.01.2024 №-к ФИО8 принята на работу в отдел сбыта энергии инженером 1 категории с 24.01.2024.

В соответствии с должностной инструкцией инженер 1 категории должен иметь высшее профессиональное (техническое) образование, стаж работы в должности инженера II категории не менее 3 лет, и V группу допуска к электробезопасности (пункт 1.4). В его обязанности входит, в частности, облуживание систем учета электроэнергии, замена приборов учета электроэнергии в электроустановках напряжением выше 1000В (т.3 л.д.31-38).

Согласно приказу руководителя филиала от 11.01.2024 №21-п инженер отдела сбыта энергии отнесен к административно-техническому персоналу, должен пройти первичный инструктаж на рабочем месте, стажировку, пройти соответствующие обучения и раз в год – проверку знаний (т.3 л.д.23-26).

В соответствии требования пунктов 10, 44 Правил работы с персоналом в организациях электроэнергетики РФ, утвержденных Приказом Министерства энергетики РФ от 22.09.2020 № 796, инженер 1 категории (административно-технический персонал) должен пройти первичную проверку знаний не позднее одного месяца после назначения на должность (т.3 л.д. 27-30). 

Ответчиком признается, что ФИО8 приходится супругой руководителю филиала. 

При этом ответчиком в нарушение требований ч.1 ст.56 ГПК РФ суду не представлены доказательства соответствия ФИО8 при приеме на работу выше приведённым требованиям по образованию и стажу работы, а также наличия соответствующей группы допуска к электробезопасности. 

Поэтому доводы истца, что причиной возникновения предвзятого к ней отношения могли явиться разногласия, возникшие с руководителем филиала после вводного инструктажа его супруги при трудоустройстве, согласуются с материалами дела, показаниями свидетелей и не были опровергнуты ответчиком.

В части затребованных работодателем у ФИО1 письменных объяснений суд исходит из следующего.

Письменная форма для объяснений работника установлена законом. Работодатель должен его затребовать в ходе проверки фактов о нарушения дисциплины труда и трудового распорядка, до применения дисциплинарного взыскания (ст. 189, ч.1 ст.193 ТК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в п.6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 09.12.2020), затребование у работника письменного объяснения необходимо для обеспечения объективной оценки фактических обстоятельств совершения проступка, а также для предотвращения необоснованного применения к работнику дисциплинарного взыскания.

В тоже время, объяснение работника выступает в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений и направлено на быстрое, эффективное восстановление нарушенных прав, как работника, так и работодателя. Воспользовавшись правом представления письменного объяснения, работник защищает свои трудовые права и законные интересы. Объяснения работника служат целям установления всех имевших место обстоятельств совершенного работником дисциплинарного проступка. Выяснение причины ненадлежащего исполнения или неисполнения работником возложенных на него обязанностей имеет значение для определения наличия или отсутствия его вины.

ПАО «РусГидро» распоряжением от 10.11.2023 № 526р утвержден план проведения технических аудитов, в том числе к числу объектов относящихся к филиалу АО «Чукотэнерго» Северные электрические сети. Распоряжением от 05.04.2024 № 180р, с изменением распоряжения №35р от 31.01.2024, утвержден состав комиссий по проведению технических аудитов энергетических объектов Группы РусГидро (т. 1 л.д.118-129).

В соответствии с приказом (распоряжением) от 01.02.2024 № № ФИО3 направлен в командировку в г. Певек Чаунский район электрических сетей, с целью рабочей поездки в период с 01.02.2024 по 03.02.2024 (т. 1 л.д.130, 131).

По результатам проверки в Чаунском РЭС комиссией составлен акт от 02.02.2024, где отражены ряд выявленных нарушений, в том числе охраны труда. Руководителем ФИО5 на основании ст. 193 ТК РФ 05.02.2024 запрошены объяснения начальника ОНПБиОТ ФИО1 по данному факту (т. 1 л.д. 12, 13-14).

В служебной записке от 06.02.2024 № 114 ФИО1 даны объяснения в установленный срок, в подтверждение своих доводов приложена объяснительная записка начальника участка ЭПС ЧРЭС ФИО11 об устранении замечаний (т. 1 л.д. 15, 16).

В соответствии с приказом от 05.02.2024 № 48-п проведен День охраны труда в Филиале АО «Чукотэнерго» Северные электрические сети по результатам которого в нарушение Положения о процессе проведения Дня охраны труда в АО «Чукотэнерго» не был представлен соответствующий акт, в связи с чем 28.02.2024 руководителем ФИО5 на основании ст. 193 ТК РФ затребованы объяснения начальника ОНПБиОТ ФИО1 по данному факту (т.1 л.д. 17). 

В служебной записке от 01.03.2024 № 231 ФИО1 даны объяснения в установленный законодательством срок, о том, что подготовка итогового акта, плана корректирующих мероприятий и проекта приказа по результатам проведения Дня охраны труда входили в обязанности специалиста по охране труда 1 категории ФИО7, находящегося у истца в подчинении, не были им исполнены в срок, о чем истцом было сообщено директору 26.02.2024.

26.02.2024 директору филиала истцом была представлена служебная записка №220, в котором указано о ненадлежащем исполнении обязанностей специалистом по охране труда ФИО7 при проведении на предприятии Дня охраны труда и составлении соответствующего акта по его результатам, для принятия мер в отношении специалиста по охране труда (т. 1 л.д. 21, 18-20).

Хотя начальник отдела ФИО1 несет персональную ответственность за деятельность отдела, в том числе за: невыполнение или ненадлежащее выполнение возложенных на отдел задачи и функций (раздел 7 Положения об отделе надежности промышленной безопасности и охраны труда филиала АО «Чукотэнерго» - Северные электрические сети) (т. 1 л.д.112-116), однако это не освобождает иных специалистов отдела от выполнения ими своих трудовых функций и правомерных указаний начальника отдела. 

Но вместо проверки факта нарушения дисциплины труда специалистом ФИО7, директор филиала своей резолюцией на этой записке поручает и.о. главного инженера ФИО4 лишь принять меры в отношении истца «за организацию работы в отделе» (т. 1 л.д. 21, 18-20).

С 19.03.2024 по 25.03.2024 в филиале Северные электрические сети проведена выездная проверка соблюдения требований законодательства РФ, НТД в области охраны труда, промышленной и пожарной безопасности. В ходе проверки комиссией, в состав которой входила, в том числе, истец как руководитель ОНПБиОТ СЭС, выявлены нарушения, отраженные в акте – предписании от 25.03.2024 № 10/2024. С указанным актом истец согласилась, о чем свидетельствует ее подпись на данном документе наряду с подписями других членов комиссии (т.1 л.д. 27-31).

Приказом от 24.04.2024 № 134-п к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за ненадлежащее выполнение возложенных на отдел надежности, промышленной безопасности и охраны труда Филиала задач и функций (т.1 л.д.32). 

Решением Билибинского районного суда Чукотского АО от 21.06.2024, вступившим в законную силу 27.07.2024, указанный приказ признан незаконным, как вынесенный с нарушением требований трудового законодательства в части нарушения процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности. С ответчика в пользу истца взыскана компенсация морального вреда, невыплаченная премия и судебные расходы (т. 3 л.д. 40-45). Мнение истца о несправедливости дисциплинарного взыскания, нарушении трудовых прав не свидетельствует о дискриминации по смыслу ст. 3 ТК РФ при отсутствии иных доказательств, подтверждающих данные обстоятельства. 

В требовании работодателя к истцу от 29.05.2024 № 20/24-ОРП-185 о предоставлении объяснений указано на итоги плановой проверки службы по ремонту и эксплуатации воздушных линий электропередачи 110-0,4 кВ, отражённые в акте от 28.05.2024, где были выявлены нарушения нарядно-пропускной системы, но которые в своё время не нашли отражения в акте о проведении дня охраны труда с участием ФИО1 Последней предлагалось дать объяснение «в связи с формальным подходом проведения дня охраны труда». 31.05.2024 объяснения в письменной форме истцом работодателю были представлены (т.1 л.д.22-24, 163-165, 166-171).

Приведенные действия руководителя филиала, выразившиеся в требованиях от ФИО1 письменных объяснений, обусловлены проверкой работодателем фактов неисполнения или ненадлежащего исполнения работником возложенных на него трудовых обязанностей, выяснением их причин, вины работника, а также установленным ст.193 ТК РФ порядком применения дисциплинарных взысканий, когда у руководителя имелись основания полагать о совершении работником дисциплинарного проступка.

Эти действия работодателя не могут быть расценены судом как нарушение трудовых прав, свобод истца и равенства по сравнению с иными работниками, не повлияли на возможности для реализации истцом своих трудовых прав, а потому не могут быть квалифицированы как дискриминация в сфере труда.

То, что при затребовании объяснений в рамках ч.1 ст.193 ТК РФ директором филиала не было определено и не указано истцу, неисполнение или ненадлежащее исполнение каких именно должностных обязанностей вменяется ему в вину, лишает работника права знать, какое именно нарушение ему вменяется и давать объяснения по существу того нарушения трудовой дисциплины, которое, как полагает работодатель, совершил работник. Такие действия работодателя могли бы свидетельствовать о нарушении порядка применения дисциплинарного взыскания, если бы оно было фактически применено, но по смыслу ст. 3 ТК РФ не могут быть, безусловно признаны проявлением дискриминации в сфере труда.

В части доводов ФИО1 о том, что она подверглась дискриминации при предоставлении ей в июне 2024 года ежегодного оплачиваемого отпуска, суд руководствуется следующим.

В соответствии со ст. 123 ТК РФ очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее, чем за две недели до наступления календарного года. График отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника. Отдельным категориям работников в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, ежегодный оплачиваемый отпуск предоставляется по их желанию в удобное для них время.

Продление или перенесение ежегодного оплачиваемого отпуска допустимо в случаях, перечисленных в ст. 124 ТК РФ. 

При этом только заявления работника об изменении в графике отпусков даты отпуска будет недостаточно для предоставления такого отпуска (Определение Конституционного Суда РФ от 17.11.2009 N 1385-О-О). В данном Определении Конституционный Суд РФ подчеркнул, что предоставление отпуска по соглашению сторон трудового договора исходит из невозможности изменения графика отпусков по решению лишь одной из сторон трудового договора, что основано на принципе свободы трудового договора и направлено на обеспечение баланса интересов его сторон. То есть необходимо получить согласие работодателя на такое изменение.

В заявлении от 18.09.2023 ФИО1 просила включить ее в график отпусков на 2024 год с 05.07.2024 с оплатой проезда ей и членам её семьи (т. 1 л.д. 151).

11.12.2023 руководителем филиала был утвержден график отпусков на 2024 год, согласно которому ФИО1 запланирована дата предоставления отпуска с 05.07.2024 за период работы с 22.01.2023 по 21.01.2025 с оплатой проезда работнику и двум членам семьи (т.1 л.д. 210-212, 152).

Локальным нормативным актом ответчика – Положением об отпусках АО «Чукотэнерго» установлены порядок и условия предоставления ежегодного и дополнительных отпусков работникам (далее – Положение об отпусках)

Согласно Положению об отпусках по заявлению работника работодатель обязан предоставить отпуск в удобное время, в том числе родителям, сопровождающим ребенка в возрасте до 18 лет, который поступает в образовательное учреждение среднего или высшего профессионального образования, расположенное в другой местности, если организация-работодатель находится в районе Крайнего Севера или приравненной к нему местности (п.2.8); график отпусков обязателен, как для общества (ОП, филиала), так и для его работников (п.4.8); при составлении графика отпусков учитывается: потребности производственного процесса, особенности работы службы, отдела подразделения и в целом предприятия, личные пожелания работников, наличие несовершеннолетних детей (п. 4.9); в подразделении должно оставаться такое количество работников, которое может поддерживать его нормальное функционирование (п. 4.18); работник, желающий уйти в отпуск вне установленной в графике очередности, должен не менее (не позднее) чем за 1 месяц до предполагаемой даты начала отпуска написать работодателю соответствующее заявление с указанием причины переноса (п. 4.12, п. 6.4); заявление передается в день его написания генеральному директору общества (директору ОП, филиала) после отметки кадровой службы о наличии (отсутствии) права на отпуск (п. 4.13); если и работодатель и работник согласны на перенос отпуска, то работник кадровой службы оформляет приказ о переносе отпуска и вносит соответствующие изменения в график отпусков (п.6.6); работодатель обязан предоставить по желанию работника дополнительное время на проезд к месту проведения отпуска и обратно продолжительностью до 4-х календарных дней без сохранения заработной платы (п. 9.1) (т. 2 л.д. 34-45).

05.06.2024 истец обратилась к ответчику с заявлением о предоставлении ежегодного очередного отпуска с 24.06.2024. Заявление не было согласовано руководителем филиала со ссылкой на дату, установленную графиком отпусков – с 05.07.2024 (т. 1 л.д. 44).

В этот же день истец повторно обратилась к ответчику с заявлением о предоставлении ежегодного очередного отпуска согласно графику с 05.07.2024, которое согласовано руководителем филиала 05.06.2024. Но 06.06.2024 это заявление было отозвано истцом (т. 1 л.д. 45, 46).

С нарушением установленного п.6.4 Положения об отпусках месячного срока до предполагаемой даты начала отпуска, ФИО1 07.06.2024 (вх. № 1032) обратилась с заявлением о внесении изменений в график отпусков на 2024 год. Просила перенести основной оплачиваемый отпуск на 24.06.2024, обосновывая это сложной транспортной схемой и отсутствием билетов по маршруту следования Кепервеем-Магадан с 05.07.2024 по 24.07.2024; необходимостью подачи заявления на поступление в ВУЗы до 25.07.2024 ее сыном, являющимся выпускником 11 класса общеобразовательного учреждения. К этому заявлению истцом приложена справка от 06.06.2024 № 339 об отсутствии авиабилетов по маршруту следования на период с 05.07.2024 по 24.07.2024, а также справка МАОУ «СОШ г. Билибино ЧАО» № 211 от 06.06.2024, о том, что ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ в 2023/2024 учебном году обучается в 11-Б многопрофильном классе по очной форме обучения и является выпускником 2024 года. Период сдачи государственной итоговой аттестации – с 26.05.2024 по 30.06.2024 (т.1 л.д.47, 48, 49).

В данном случае отсутствовала обязанность работодателя по предоставлению отпуска в удобное для работника время, установленная п.2.8 Положения об отпусках, так как ребенок, для сопровождения которого родитель просил отпуск с ДД.ММ.ГГГГ, уже достиг возраста 18 лет.

13.06.2024 истец обратилась к ответчику с заявлением о предоставлении неиспользованных дней отпуска за период работы с 22.01.2023 по 21.01.2024 в количестве 6 дней с 29.06.2024 по 04.07.2024, отпуск без сохранения заработной платы с 24.06.2024 по 27.06.2024 продолжительностью 4 календарных дней по семейным обстоятельствам и один день 28.06.2024 без сохранения заработной платы на проезд, с приложением копии билета (т.1 л.д. 50).

В судебном заседании истец пояснила, что к указанному заявлению был приложен электронный билет по направлению Кепервеем-Магадан на 28.06.2024. Электронные билеты на 28.06.2024 были приобретены истцом заранее 31.01.2024 на пассажиров ФИО1, ФИО2, ФИО9 по маршруту Кепервеем-Магадан (т. 1 л.д. 215, 219, 221).

17.06.2024 истец вновь обратилась к директору филиала с заявлением о предоставлении ежегодного основного оплачиваемого отпуска с 28.06.2024 и отпуска без сохранения заработной платы на проезд в количестве 4-х дней с 24 по 27.06.2024 (т. 1 л.д. 51).

Сведений о результатах рассмотрения указанных заявлений и принятых по ним решениях ответчиком ни работнику, ни суду представлено не было.

18.06.2024 (вх. № 1113) ФИО1 в очередной раз обратилась к директору филиала с заявлением о предоставлении ежегодного основного оплачиваемого отпуска с 28.06.2024. Заявление было согласовано директором (т. 1 л.д. 52, 214).

Приказом от 18.06.2024 № 305-к истцу предоставлен отпуск с 28.06.2024 по 21.08.2024 в количестве 55 календарных дней с оплатой проезда работнику и двум членам семьи. 

С приказом ФИО1 ознакомлена 20.06.2024 (т. 1 л.д. 227).

В тот же день 20.06.2024 истец обратилась с заявлением о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы на 4 дня с 24.06.2024 по 27.06.2024 по семейным обстоятельствам. Заявление согласовано руководителем, и приказом от 21.06.2024 № 329-к ФИО1 предоставлен отпуск без сохранения заработной платы (т. 1 л.д. 138, 139).

Приказом от 14.08.2024 ФИО1 был продлен очередной оплачиваемый отпуск на 29 календарных дней с 22.08.2024 по 19.09.2024 на основании больничного листа (т. 1 л.д. 140, 228). В соответствии с локальным нормативным актом приказами работодателя ФИО1 были компенсированы расходы на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно (т.1 л.д.141-149).

04.09.2024 ФИО1 подано заявление (вх.№) об увольнении по собственному желанию с 19.09.2024 «в связи с невозможностью продолжения работы из-за дискриминации». Приказом от 17.09.2024 №-к трудовой договор расторгнут по инициативе работника на основании п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ (т. 1 л.д. 68, 229). 

Несмотря приведенную работником мотивировку, это заявление не признается судом, как поданное под психологическим давлением работодателя или из-за критики труда работника. ФИО1 находясь в отпуске, сама изъявила желание расторгнуть трудовой договор и написала заявление, при этом не предпринимала никаких действий для отзыва заявления. Под подпись 19.09.2024 ознакомилась с приказом об увольнении, требований о неправомерности увольнения не заявляла.

В соответствии с п. 22 Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника. Однако таких доказательств истцом представлено не было. 

Приведенные действия (бездействие) работодателя, выразившиеся в первоначальном отказе предоставить истцу отпуск вне графика, в оставлении без ответов других заявлений истца, поданных с 05.06.2024 по 17.06.2024, не могут быть признаны судом проявлением дискриминации в сфере труда по смыслу ст. 3 ТК РФ, так как изменения графика отпусков допускается лишь по соглашению сторон, а решения лишь одной из сторон трудового договора для этого недостаточно. Бездействие работодателя по длительному несогласованию даты предоставления отпуска вне графика и сохранение для работника неопределенности в части даты начала отпуска, не могут свидетельствовать о нарушении порядка его предоставления, поскольку законодателем не регламентированы конкретные его сроки и правила изменения даты ежегодного отпуска работника в графике отпусков. 

В тоже время работник, приобретая авиабилеты в январе 2024 года на 28.06.2024 и желая уйти в отпуск вне установленной в графике очередности, действуя разумно и добросовестно, должен был за 1 месяц до предполагаемой даты начала отпуска написать работодателю соответствующее заявление с указанием причины переноса, однако сделал это лишь 07.06.2024 (за 17 календарных дней до предполагаемой даты начала отпуска).

Несмотря на это права ФИО1 на отдых, на ежегодный оплачиваемый отпуск, на отпуск без сохранения заработной платы, на компенсацию расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно в итоге нарушены не были, а требование о восстановлении этих прав не заявлено. Истцу были предоставлены дни на отдых с 24.06.2024 (с 24.06.2024 по 27.06.2024 без сохранения заработной платы и с 28.06.2024 ежегодный оплачиваемый отпуск) – фактически как она первоначально просила в заявлении от 05.06.2024. 

Эти деяния работодателя не могут быть расценены судом как нарушение трудовых прав, свобод истца и равенства по сравнению с иными работниками, не повлияли на реализацию истцом своих трудовых прав, а потому не могут быть квалифицированы как дискриминация в сфере труда.

Также не могут быть признаны дискриминацией ограничение работодателем в сентябре 2024 года прохода ФИО1 на территорию филиала в период её нахождения в отпуске, так как это не привело к нарушению её трудовых прав и свобод и не повлияло на обеспечение равенства возможностей работника. Кроме того, подобная практика в отношении лиц, находящихся в отпуске применялась и ранее работодателем в отношении иных работников.

Так, допрошенный по ходатайству ответчика свидетель ФИО7 показала, что некоторое время работала в отделе под непосредственным руководством истца, но из-за применяемых ФИО1 средств и методов руководства, контроля за исполнением обязанностей и указаний, не смогла с ней работать и перевелась в другой отдел. После увольнения истца вернулась обратно специалистом по охране труда. В начале декабря 2023 года, когда она находилась в отпуске, по указанию ФИО10 и ФИО1 её не пускали на территорию филиала на свое рабочее место. На проходной показали её заявление, где внизу ФИО1 было написано: «не пускать». Разрешен был проход через КПП только по пятницам с 17 ч. до 21 ч. в ведомственную баню, расположенную на территории филиала. Только по окончанию отпуска 25.12.2023 на КПП ей «открыли» пропуск на территорию филиала. Полагает, что отношение директора филиала к ФИО1, замечания по работе, требования представить какие-то документы, не выходили за рамки служебных. Директор спокойный человек, относиться ко всем одинаково, не выделяет никого. 

Таким образом, в нарушении требований ст. 56 ГПК РФ в рамках судебного разбирательства истцом не доказано, что предвзятое отношением директора филиала повлекло такое различие в обращении, в результате которого она оказалась в менее выгодном (ущемленном) положении, чем другие работники, и это привело к ограничению её трудовых прав и свобод, либо нарушило равенство возможностей в осуществлении трудовых прав и свобод или получение каких-либо преимуществ в зависимости от любых обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника, при этом единственным основанием различия в обращении была какая-либо из персональных характеристик (пол, возраст, язык, раса, заболевание и др.). То есть не доказано, что истец подверглась дискриминации в сфере труда.

Исковые требования о взыскании с ответчика денежной компенсации морального вреда, стоимости лечения также не подлежат удовлетворению, так как согласно обоснованию, содержащемуся в исковом заявлении, дополнительных письменных обоснованиях и пояснениях истца, они являются производными от основного требования о признании факта дискриминации в сфере труда, в удовлетворении которого судом отказано. Нарушение прав, свобод и законных интересов работника судом установлено не было. Кроме того, истцом не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями работодателя и её обращением за медицинской помощью, причинением вреда её здоровью при исполнении ей трудовых обязанностей, ходатайство о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы не заявлено.

В части возражений ответчика о пропуске срока обращения в суд, суд приходит к следующему. В силу ч.1 ст.392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Из обоснования иска и дополнительных пояснений следует, что оспариваемые истом действия (бездействие) работодателя выражены только в предвзятом отношении директора филиала, которое было основано на личном эмоциональном отношении к ней, поэтому оспариваемое деяние является длящимися, продолжалось вплоть до подачи заявления об увольнении по собственному желанию до 04.09.2024. 

Суд соглашается с доводами истца и, исходя из длящегося характера оспариваемых правоотношений, приходит к выводу, что при обращении в суд с иском 06.11.2024 ФИО1 не был пропущен трехмесячный срок обращения в суд за разрешением настоящего индивидуального трудового спора.

Поскольку в удовлетворении исковых требований судом полностью отказано, то издержки, понесенные истцом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина в соответствии с ч.1 ст.98, ч.1 ст.103 ГПК РФ взысканию с ответчика не подлежат. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Отказать полностью в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Чукотэнерго» о взыскании: материального вреда в размере 8957 рублей 75 копеек и денежной компенсации морального вреда в размере 500000 рублей в связи с дискриминацией в сфере труда; понесенных истцом судебных расходов, связанных с оказанием юридической помощи в размере 30000 рублей и стоимостью услуг нотариуса по подготовке доверенности в размере 3700 рублей.

Решение может быть обжаловано в суд Чукотского автономного округа с подачей апелляционной жалобы через Билибинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья подпись С.Ф. Осипов

Мотивированное решение изготовлено 06 марта 2025 г.

Копия верна

Подлинный документ подшит в деле № 2-10/2025, находящемся в производстве 

Билибинского районного суда Чукотского автономного округа

Судья С.Ф. Осипов