07RS0001-02-2018-004416-88

Дело № 2-125/19

Решение

Именем Российской Федерации

17 января 2019 года гор. Нальчик

Нальчикский городской суд в составе председательствующего судьи Безрокова Б.Т., при секретаре Гукетловой О.С., с участием представителя истца по ордеру № 025454 от 16.04.2018 г. ФИО1, представителя ответчика - ФИО2, действующей на основании доверенности от 28.09.2018 года, представителя третьего лица - Южной транспортной прокуратуры по доверенности от 16.01.2019 г. ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 ФИО8 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по КБР о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности

Установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.

Требования мотивировал тем, что 30.12.2016 г. следователем по особо важным делам по расследованию особо важных дел Южного следственного управления на транспорте Следственного комитета РФ в гор. Ростове- на -Дону в отношении него было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а», «б», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ, о чем он узнал только 13.01.2017 года, кода в его квартире был произведен незаконный обыск в присутствии беременной супруги и малолетней дочери, которые были напуганы и испытали сильное душевное потрясение вместе с ним.

На момент возбуждения уголовного дела он практически прошел оформление на должность оперуполномоченного уголовного розыска ОМВД России по гор. Ессентуки и ожидал выхода на службу в середине января 2017 года.

Однако, 16.01.2017 г. он был незаконно задержан по подозрению в совершении преступления, помещен в ИВС, а 18.01.2017 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу и помещен в СИЗО-1 гор. Ростове- на -Дону, потом этапирован в гор. Пятигорск, оттуда в гор. Грозный.

Общий срок содержания под стражей составил более одного года, в течение которого он находился в нечеловеческих условиях, содержался в переполненных камерах следственного изолятора, заболел и ему выставлен диагноз: гипертоническая болезнь 2 стадии, нарушение ритма сердца и желудочно-кишечного тракта, хотя в ноябре месяце 2016 года при трудоустройстве на службу в отдел МВД Росси по гор. Ессентуки, военно- врачебной комиссией был признан здоровым, годным к службе в должности оперуполномоченного уголовного розыска.

Пострадала профессиональная репутация истца. Текст постановления о привлечении в качестве обвиняемого, следователь направил в адрес Северо-Кавказского таможенного управления и Минераловодскую таможню как представление для рассмотрения, уголовное дело освещалось в средствах массовой информации, в частности в региональном интернет-СМИ «Кавказский узел» и стало достоянием неопределенного круга лиц. Были опорочены его честь и достоинство. Также он был лишен возможности общения с близкими людьми. 

Незаконное привлечение к уголовной ответственности сказалось на здоровье его отца, который из-за стресса и переживания заболел, находился на стационарном лечении и ему установлена инвалидность 2 группы. Супруга, находившаяся на 5 неделе беременности, потеряла ребенка, а малолетняя дочь стала заикаться.

Приговором Ленинского районного суда гор. Грозного ЧР от 05.02.2018 г., он был оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. 

Данный приговор вступил в законную силу 27.03.2018 г. и указанным приговором за ним признано право на реабилитацию и обращение в суд с требованием о компенсации морального вреда.

Основываясь на изложенном, полагая, что незаконным уголовным преследованием ему причинен моральный вред, ФИО4 просит присудить в его пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 15 000 000 руб.

Определением суда от 05.12.2018 г. к участию в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечена Южная транспортная прокуратура.

В судебное заседание истец ФИО4 не явился, просил рассмотреть дело без своего участия. 

Представитель истца - ФИО1, исковые требования и доводы, изложенные в заявлении, поддержала в полном объеме.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ - ФИО2 исковые требования не признала. Пояснила, что доказательств причинения в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности физических и нравственных страданий истцом не представлено. Просила уменьшить размер компенсации морального вреда.

Представитель третьего лица Южной транспортной прокуратуры - ФИО3 посчитал размер компенсации морального вреда завышенным, не отвечающим требованиям разумности и в случае удовлетворения иска просил уменьшить размер компенсации морального вреда до разумных пределов.

Выслушав доводы представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении иска по следующим основаниям.

Конституцией Российской Федерации каждому гарантировано право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба (статья 52).

Согласно пункту 1 статьи 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" установлено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Пунктом 8 Постановления разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 21 Постановления от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Кроме того, Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г., с изменениями от 13 мая 2004 г.) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Как указано в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 N 5 (ред. от 05.03.2013) "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" к "бесчеловечному обращению" относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Из материалов дела следует, что в отношении истца 30.12.2016 г. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а», «б», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ.

Ему было инкриминировано в вину то, что он вместе с ФИО5, являясь представителями власти, а именно должностными лицами правоохранительного органа, наделенными в установленном порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, вымогали и получили взятку в крупном размере в виде денег за бездействие, т.е. за не совершение в пользу взяткодателя действий, входящих в их служебные полномочия.

16.01.2017 г. он был задержан в порядке ст.91-92 УПК РФ и 18.01.2017 г. в отношении него избрана мера пресечения - содержание под стражей.

05.02.2018 г. приговором Ленинского районного суда гор. Грозного ЧР от 05.02.2018 г., он оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. 

Мера пресечения - содержание под стражей - отменена. За оправданным ФИО4 признано право на реабилитацию и обращение в суд с требованием о компенсации имущественного и морального вреда.

Таким образом, моральный вред причинен истцу в результате незаконного уголовного преследования, что установлено вступившим в законную силу приговором суда, которым признано право на реабилитацию, в связи с чем, суд приходит к выводу о доказанности причинения истцу физических и нравственных страданий в результате такого преследования.

При таких обстоятельствах, поскольку истец был незаконно привлечен к уголовной ответственности по п.п. «а», «б», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ, то его требование о взыскании компенсации морального вреда основано на законе.

Определяя размер компенсации морального вреда, и оценивая степень испытанных истцом нравственных и физических страданий, суд принимает во внимание тяжесть незаконно предъявленного истцу обвинения, длительность уголовного преследования и пребывания в статусе обвиняемого по уголовному делу в связи с преступлением, совершение которого не подтвердилось, что он находился в изоляции от общества более одного года в негативной среде, в том числе с уголовными элементами, незаконно подвергался различным следственным действиям, которые унижали его достоинство, был ограничен в свободе передвижения, в период уголовного преследования состояние его здоровья ухудшилось, испытывал нервное напряжение, он и его семья остались без средств к существованию, а также был лишен возможности общения с ними, осуществлять помощь и проявлять заботу о них, его репутация порядочного, честного и законопослушного гражданина была испорчена. 

В течение длительного времени истец имел статус подсудимого, что наложило негативный отпечаток на нормальный ритм его жизни, причинило глубокие душевные страдания, нервный и психический стресс, в связи с чем, незаконное привлечение его к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного п.п. «а», «б», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ (получение взятки), которое относится к категории коррупционных, является особо тяжким преступлением, и длительное нахождение под стражей явилось существенным психотравмирующим фактором.

Кроме того, незаконное привлечение истца к уголовной ответственности, безусловно, дискредитировало и негативно повлияло на его репутацию как должностного лица правоохранительного органа, привело к умалению честного имени, достоинства и деловой репутации среди коллег и неопределенного круга лиц, оскорбило и унизило его, неблагоприятно изменило его жизнь, его социальный статус и, соответственно, может негативно отразится на дальнейшей его судьбе и трудоустройстве.

Наличие указанных фактических обстоятельств сомнений не вызывает в силу их очевидности и необходимости учета при решении вопроса о размере компенсации морального вреда.

С учетом приведенных фактических обстоятельств, последствий незаконного привлечения истца к уголовной ответственности, длительности времени содержания под стражей, характера и степени, пережитых истцом нравственных страданий, индивидуальных особенностей истца, требований разумности и справедливости, принимая во внимание, что истец ранее к уголовной ответственности не привлекался, суд считает возможным взыскать с Министерства финансов РФ в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей за счет казны Российской Федерации, а в удовлетворении остальной части иска - отказать.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Иск ФИО4 ФИО8 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО4 ФИО8 5 000 000 рублей в счет возмещения компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.

В удовлетворении остальной части иска, отказать.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Верховный суд КБР через Нальчикский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Безроков Б.Т.