ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Челябинск 05 июля 2021 года

Тракторозаводский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего – судьи Боброва Л.В., единолично,

при ведении протокола судебного заседания секретарями Савиной М.А., Валеевым В.Т. и Жумабаевым Н.А., а также помощником судьи Деревсковой Т.А.,

с участием государственных обвинителей – помощников прокурора Тракторозаводского района г. Челябинска Максимовой А.Т. и ФИО2,

подсудимого ФИО3, его защитника – адвоката Гриценко Т.С., действующей с полномочиями по удостоверению и ордеру, на основании назначения,

потерпевшей ФИО14,

рассмотрев в ходе открытого судебного заседания в помещении Тракторозаводского районного суда г. Челябинска (по адресу: 

<

...>) материалы уголовного дела в отношении:

ФИО3, 

<

данные изъяты>,

ранее судимого:

1) 24 ноября 2016 года Троицким районным судом Челябинской области по ч. 2 ст. 167 Уголовного Кодекса Российской Федерации (по тексту УК РФ) к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 (два) года, с применением положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении, с испытательным сроком в 2 (два) года (приговор суда вступил в законную силу 06 декабря 2016 года, наказание в виде лишения свободы отбыто);

2) 18 мая 2017 года Троицким городским судом Челябинской области по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, с применением положений ч. 5 ст. 74 УК РФ и ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, к окончательному наказанию в виде лишения свободы сроком в 3 (три) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима (приговор суда вступил в законную силу 30 мая 2017 года, наказание в виде лишения свободы отбыто),

освобожденного 31 декабря 2019 года по отбытии срока наказания;

по настоящему уголовному делу задержанного в порядке ст. 91 Уголовно-Процессуального Кодекса Российской Федерации (по тексту УПК РФ) 25 ноября 2020 года, содержащего в условиях применения меры пресечения в виде заключения под стражу по постановлению Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 26 ноября 2020 года,

по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного Кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 и ФИО8, в период времени с 02 часов 30 минут до 11 часов 21 минут 25 ноября 2020 года, совместно распивали спиртные напитки в помещении 

<

адрес>, где между ними произошел конфликт на почве личных неприязненных отношений, в ходе которого ФИО3, реализуя умысел, направленный на причинение вреда здоровью, нанес потерпевшему ФИО8 рукой один удар в область головы, от которого потерпевший упал, ударившись в результате падения головой о твердую поверхность пола.

Совершая указанные действия, ФИО3 отнесся к ним небрежно, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий в виде смерти потерпевшего ФИО8, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Своими преступными действиями ФИО3 причинил потерпевшему ФИО9:

- ушибленную рану на лице в лобной области слева (в проекции верхнего края глазницы), кровоподтек на лице в области левой орбиты и ссадины на лице в лобной области слева, которые как повреждения расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека;

- открытую тупую травму головы, включающую в себя: ушибленную рану на волосистой части головы в затылочной области слева; линейный перелом затылочной кости; острое двухстороннее субдуральное кровоизлияние, очаговые ушибы головного мозга на основании правой лобной доли, в области полюса и на основании правой височной доли; субарахноидальное кровоизлияние в области левого полушария мозжечка, с развитием отека и острых дисциркуляторных расстройств в головном мозге. 

В результате причиненной ФИО3 по неосторожности открытой тупой травмы головы, через осложнения, наступила смерть потерпевшего в стационаре ГБУЗ «Областная клиническая больница № 3 г. Челябинска» в 06 часов 00 минут 05 декабря 2020 года.

Подсудимый ФИО3 при производстве по делу обстоятельства предъявленного обвинения в той части, что в ночное время 25 ноября 2020 года в помещении 

<

адрес>, в ходе возникшей ссоры и конфликта, нанес удар потерпевшему ФИО8, от которого последний упал на пол, ударился головой, но продолжил находиться в квартире, а позднее был госпитализирован в медицинское учреждение, фактически признал полностью. При этом, отвечая на вопросы участников указал, что удар потерпевшему нанес в том момент, когда сам потерпевший его (ФИО3) держал «за грудки», не предполагал, что может наступить смерть потерпевшего от таких повреждений.

Оценив представленные суду доказательства и подвергнув судебной проверке доводы сторон, суд приходит к выводу о причастности подсудимого к причинению смерти ФИО8 по неосторожности, на что указывает совокупность исследованных в суде доказательств, к числу которых суд относит показания допрошенных по делу лиц, а именно потерпевшей ФИО14, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3 и Свидетель №4, а также письменных доказательств по делу.

Допрошенная по делу ФИО14, в целом положительно охарактеризовала своего сына ФИО8, указав, что очевидцем каких-либо событий не являлась, о произошедшем знает только со слов. Отвечая на вопросы участников судопроизводства, отметила, что сын (ФИО8) по характеру агрессивным не был, старался сгладить конфликты, имел инвалидность, работал, помогал своему ребенку деньгами.

В показаниях свидетеля Свидетель №1, чьи показания на следствии были исследованы в порядке ч. 1 ст 281 УПК РФ, ввиду достигнутого согласия сторон на оглашение показаний, усматривается, что около 23 часов 30 минут 24 ноября 2020 года, в состоянии алкогольного опьянения, находился у знакомого Свидетель №2 по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, где в какой-то момент лег спать. Его разбудил ФИО3, который также находился в гостях у Свидетель №2, и попросил помочь разобраться в конфликтной ситуации. Когда он пришел на кухню, то увидел, что ФИО8 схватил ФИО3 за ворот одежды и кричал на него, после чего ФИО3 нанес один удар ФИО8 и от данного удара ФИО8 упал на пол в кухне, ударился головой и потерял сознание. Он (Свидетель №1) видел на брови ФИО8 рассечение, а на голове кровь. Смог привести мужчину в сознание, после чего все продолжили распивать спиртное, в том числе ФИО8 Далее ФИО8 увела в комнату Свидетель №4. Позднее кто-то сообщил, что ФИО8 стало хуже, поэтому вызвали скорую помощь. ФИО8 пытались привести в сознание, но не смогли. Когда приехали сотрудники скорой помощи, то сказали, что ФИО8 находится в коме, и его забрали в больницу. При допросах свидетель отмечал, что начало конфликта между ФИО3 и ФИО8 не видел, т.к. спал. У ФИО3 конфликтов еще с кем-то не было, ФИО8 схватил ФИО3 «за грудки», а также, что пол в квартире твердый.

(Том № 1, л.д. 125-128, 129-133)

Из показаний свидетеля Свидетель №2, допрошенного в судебном заседании, и чьи показания на следствии были исследованы в части противоречий (Том № 1, л.д. 134-137), усматриваются объективные свидетельства того, что 25 ноября 2020 года в 

<

адрес> в г. Челябинске, помимо него (Свидетель №2), находились также Свидетель №4, Свидетель №3, ФИО8, а также ФИО1 и Свидетель №1, и присутствующие распивали спиртные напитки. В процессе употребления алкоголя между ФИО3 и ФИО8 произошел словесный конфликт из-за того, что оба ранее отбывали наказание в местах лишения свободы. После конфликта все вновь продолжили распивать спиртные напитки, находились в состоянии алкогольного опьянения. ФИО3 и ФИО8, при этом, разговаривали, конфликта у них не было. В какой-то момент увидел, как ФИО8 упал на пол. При этом, как ФИО3 наносил удар, не видел, но рядом никого с ними не было. После падения ФИО8 потерял сознания, в области затылка была кровь. Свидетель №1 привел ФИО8 в сознание, после чего все продолжили распивать спиртное. Через некоторое время ФИО8 ушел в комнату, и позже кто-то из женщин заметил, что ФИО8 побледнел, и была вызвана скорая помощь. ФИО8 к моменту прибытия медицинских работников был без сознания и был госпитализирован.

Свидетели Свидетель №3 и Свидетель №4, в ходе своих допросов в судебном заседании, в значимой части, указывали на аналогичные по своему логическому содержанию сведения, что были сообщены свидетелями Свидетель №1 и Свидетель №2, и согласно которым 25 ноября 2020 года, около 03 часов 00 минут, находясь по адресу: 

<

адрес>, употребляли спиртное. При употреблении спиртного также был ФИО3, который был в гостях у соседа ФИО10 При распитии спиртного никаких конфликтов в компании не было. В какой-то момент они (Свидетель №3 и Свидетель №4) находились в туалете, услышали шум, а когда вышли, то увидели на полу кухни ФИО8, который был без сознания, а на голове, в области затылка, имелась кровь. Через некоторое время ФИО8 пришел в сознание. При этом, свидетель Свидетель №4 также указывала, что в момент, когда шла в комнату, то видела, как ФИО3 нанес удар в лицо ФИО8, попал ему в район левой брови. Имено от этого удара ФИО8 упал, не сгибаясь, на пол, и ударился затылочной частью головы о поверхность пола. При этом, когда ФИО8 пришел в сознание, то ответил, что чувствует себя нормально, отказывался от вызова скорой помощи. Далее они продолжили распивать спиртное, ФИО8 просидел около часа, на самочувствие не жаловался, но примерно через час сказал, что устал и хочет спать, после чего ушел в комнату и лег спать. Через некоторое время, она (Свидетель №4) обнаружила ФИО8 без сознания, была вызвана скорая помощь, которая госпитализировала ФИО8

Помимо показаний тех лиц, что были допрошены при производстве по делу, в подтверждение причастности и виновности ФИО1 суду также представлены письменные доказательства по делу, а именно:

- рапорт об обнаружении признаков преступления от 25 ноября 2020 года, согласно которому 25 ноября 2020 года около 12 часов получено сообщение о том, что по адресу: 

<

адрес>, избит мужчина. По прибытию к указанному адресу, обнаружен без сознания ФИО8, ДД.ММ.ГГГГр., который был госпитализирован бригадой скорой медицинской помощи.

(Том № 1, л.д. 15);

- протокол осмотра места происшествия от 25 ноября 2020 года, согласно которому при следственном действии осматривалось помещение 

<

адрес>, где участвующая Свидетель №4 указывала, что в помещении кухни ФИО3 нанес один удар ФИО8

(Том № 1, л.д. 17-21);

- протокол осмотра места происшествия от 19 января 2021 года, в ходе которого при осмотре помещения 

<

адрес> 

<

адрес>, участвующая Свидетель №4 конкретизировала место в помещении кухни, куда упал ФИО8, и ударился головой после нанесенного удара ФИО3 При детальном осмотре указанного места установлено, что поверхность пола представляет собой бетонное покрытие покрытое линолеумом, каких-либо значительных неровностей, иных мелких предметов, выступающих из пола не обнаружено.

(Том № 1, л.д. 22-31);

- иной документ в виде справки ГБУЗ «Областная клиническая больница № 3 г. Челябинска» от 25 ноября 2020 года, согласно которой ФИО8 находится на лечении в указанном медицинском учреждении с диагнозом: ЗЧМТ, перелом основания черепа, ЗЧЯ справа, ушиб головного мозга со сдавлением острой субдуральной гематомой справа, травматическое САК, латеральная дислокация, ушибленные раны мягких тканей головы.

(Том № 1, л.д. 35);

- иной документ – посмертный эпикриз из медицинской карты стационарного больного ФИО8, согласно которому ФИО8 находился на лечении в ГБУЗ «ОКБ № 3 г. Челябинска» с 25 ноября 2020 года по 05 декабря 2020 года; заключительный диагноз: ОЧМТ. Перелом затылочной кости с переходом на основание черепа ЗЧЯ. Ушиб головного мозга со сдавлением острой субдуральной гематомой справа. Травматическое САК. Отек головного мозга. Ушибленные раны мягких тканей головы. Травма в алкогольном опьянении.

(Том № 1, л.д. 42);

- иные документы – карта («фишка») вызова бригады скорой медицинской помощи от 25 ноября 2020 года, согласно которому в диспетчерскую 25 ноября 2020 года в 10 часов 29 минут поступило сообщение о необходимости оказания медицинской помощи ФИО8, который был осмотрен бригадой сотрудников скорой медицинской помощи. На момент осмотра ФИО8 находился без сознания, на голове обнаружены 2 раны в затылочной части головы и подбровной области слева, умеренное кровотечение.

(Том № 1, л.д. 48-50);

- заключение эксперта № от 26 января 2021 года с выводами, что смерть ФИО8 наступила в результате открытой тупой травмы головы, включающей в себя: ушибленную рану на волосистой части головы в затылочной области слева; линейный перелом затылочной кости; острое двухстороннее субдуральное кровоизлияние, очаговые ушибы головного мозга на основании правой лобной доли, в области полюса и на основании правой височной доли; субарахноидальное кровоизлияние в области левого полушария мозжечка, с развитием отёка и острых дисциркуляторных расстройств в головном мозге. По поводу тупой травмы головы было проведено оперативное вмешательство: декомпрессивная трепанация черепа в правой лобно-теменно-височной области, удаление острой субдуральной гематомы справа (200 мл). Данная травма образовалась от однократного воздействия в затылочную область головы тупого твердого предмета, имевшего плоскую широкую контактирующую поверхность. Повреждения, вошедшие в состав тупой травмы головы, повлекли за собой развитие угрожающего жизни состояния (нарушение мозгового кровообращения тяжелой степени) и квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (Приказ № 194Н, п. 6.2.4 об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека). Имевшие место повреждения в виде ушибленной раны на лице в лобной области слева (в проекции верхнего края глазницы), кровоподтека на лице в области левой орбиты и ссадины на лице в лобной области слева образовались, наиболее вероятно, от двух воздействий тупого твердого предмета (предметов), частные признаки которого (которых) не отобразились Данные повреждения расцениваются как повреждения не причинившие вред здоровью человека (Приказ № 194Н, п. 9 об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека). Все вышеперечисленные повреждения являются прижизненными и могли быть причинены в короткий промежуток времени, установить последовательность их нанесения не представляется возможным. Согласно выраженности реактивных процессов в повреждениях, тупая травма головы могла быть получена не менее чем за 7 суток до наступления смерти пострадавшего, возможно в период времени, непосредственно предшествующий госпитализации. Возможность совершения активных самостоятельных действий потерпевшим в посттравматическом периоде представляется маловероятной. Повреждений, характерных для борьбы и самообороны при исследовании трупа не обнаружено. При исследовании были обнаружены постинъекционные следы (внебольничные) в области левой локтевой ямки (2) и дефекты кожи (2) в области паховых складок - следы неоднократного внутривенного доступа. Других механических повреждений, за исключением следов медицинских манипуляций (состояние после установки паренхиматозного датчика ВЧД, трахеостомии, катеризации правой подключичной вены), при исследовании не установлено. Смерть ФИО8 констатирована в стационарном лечебном учреждении 05 декабря 2020 года в 06 часов 00 минут.

(Том № 1, л.д. 89-98).

Помимо вышеуказанных доказательств в ходе судебного следствия также исследовано заключение комиссии судебных экспертов № от 20 января 2021 года с выводами, что ФИО3 

<

данные изъяты>

(Том № 1, л.д. 72-76).

Подвергая судебной проверке показания допрошенных по делу лиц, как потерпевшей, так и свидетелей обвинения, суд приходит к твердому убеждению, что оснований полагать, что лица, которыми даны показания, в том числе и показания которых в период предварительного следствия оглашены и исследованы в судебном заседании, оговаривали, а равно они имели основания для оговора подсудимого ФИО3, не имеется.

Проводя судебную проверку исследованных судом показаний ФИО14, свидетелей обвинения Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3 и Свидетель №4, у суда не вызывают сомнений те сведения, которые излагались каждым из допрошенных лиц, т.к. показания допрошенных лиц в целом согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга.

Вместе с тем, при оценке показаний свидетелей обвинения и сопоставлении их с иными доказательствами, суд обращает внимание, что каждый из допрошенных лиц находились в состоянии алкогольного опьянения, в силу чего в показаниях имеются незначительные противоречия, которые судом не расцениваются как существенные влияющие на объективность установления фактических обстоятельств произошедшего и юридическую квалификацию.

В силу отсутствия какой-либо заинтересованности, а равно заявлений о наличии тенденциозности со стороны кого-бы то ни было из допрошенных лиц, по отношению к личности ФИО3, суд находит возможным положить в основу принимаемого решения показания потерпевшей ФИО14, а также свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3 и Свидетель №4, как лиц обладающих значимой для разрешения дела информацией, в основу выводов суда.

Принимая указанное решение, основывая свои выводы полученными из объективных и разных источников данными, приходя к выводу об относимости, допустимости и достоверности показаний свидетелей, суд учитывает, что хоть названные лица и были непосредственными очевидцами лишь части имевшего место общения между ФИО3 и ФИО8, но располагают различными сведениями об обстоятельствах и месте обнаружения ФИО8 с повреждением на лице и травмой, с которой последний позднее был доставлен в медицинское учреждение, а равно сведениями об обстоятельствах конфликта, ставшими известными сотрудникам правоохранительных органов при участии Свидетель №4 в следственных действиях.

Тщательно оценив и сопоставив доказательства между собой, оценив полученные в судебном заседании доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, оценив изложенные экспертом в выводах проведенной по делу судебно-медицинской экспертизе, суд полагает, что комплекс повреждений, с которыми потерпевший ФИО8 поступил для получения квалифицированной медицинской помощи, были получены в условиях возникшего конфликта и явились следствием действий подсудимого ФИО1, выразившиеся в нанесении удара рукой в область головы потерпевшего, а затем последовавшее за этим падение на пол потерпевшего.

Проводя судебную проверку письменных доказательств, представленных суду стороной обвинения, суд находит, что проведенные по делу экспертные исследования, а именно заключение судебно-медицинской экспертизы № от 26 января 2021 года, по своей сути, в достаточной степени является полным, мотивированным и ясным, основано на тщательной исследовании, в связи с чем, оснований сомневаться в компетенции эксперта, проводившего соответствующее исследование с применением специальных знаний, а, следовательно, и выводах, изложенных экспертом, не имеется.

Принимая решение по существу дела, проведя судебную оценку письменных доказательств в виде протоколов следственных действий, исследованных в ходе судебного следствия, суд полагает, что каких-либо нарушений, которые свидетельствуют о нарушении уголовно-процессуального закона, не установлено.

Оценив позицию и показания подсудимого ФИО3, суд находит его заявления о том, что нанес один удар в область левой части лица ФИО8, т.е. о причастности к нанесению удара по голове, от которого потерпевший упал, ударившись головой об пол, подтвержденными совокупностью иных исследованных в судебном заседании доказательств.

У суда не имеется оснований сомневаться, что ФИО3, излагая описание происходивших событий в ночное врем 25 ноября 2020 года, не отрицая своей причастности к нанесению удара по голове потерпевшего, излагал в целом правдивые сведения. В настоящем случае, суд, принимая во внимание, что свидетельств тому, чтобы иные лица наносили ФИО8 удары не установлено, отмечает, что показания ФИО3, когда он не оспаривал обстоятельства нанесения ударов в голову потерпевшего, изложенные при производстве по делу, не противоречат иным доказательствам, оцененным судом, и в целом находят свое подтверждение в последовательных показаниях свидетелей обвинения о конфликте, а также вышеуказанных письменных доказательствах по делу.

Принимая названое решение, суд находит, что показания ФИО3, отражающие данные о том, что он нанес удар потерпевшему ФИО8, вследствие чего последним упал, ударившись головой о бетонный пол, покрытый линолеумом, могут быть положены в основу приговора суда, как не противоречащие иным исследованным доказательствам, и такие заявления должны быть расценены судом как полное признание обстоятельств, предъявленного обвинения.

Суд находит совокупность иных исследованных в судебном заседании доказательств, представленных сторонами, указавших о наличии возможности закончить судебное следствие в объеме представленных доказательств, достаточной для разрешения уголовного дела по существу.

Оценив представленные сторонами доказательства как каждое в отдельности, так и в совокупности между собой, суд приходит к выводу, что изложенные и оцененные судом доказательства, признанные достоверными и достаточными для разрешения дела по существу, являются относимыми, достоверными и допустимыми, в своей совокупности свидетельствующими и устанавливающими в целом одинаковые обстоятельства произошедших в ночное время 25 ноября 2020 года событий, указывающими на виновность ФИО3 в совершении преступления, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, и в силу чего подсудимый должен быть подвергнут уголовной ответственности за содеянное.

Органом предварительного следствия действия ФИО3 квалифицированы как преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК РФ, т.е. как умышленное причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Государственный обвинитель, выступая в судебных прениях, в полном объеме поддержал юридическую квалификацию, предложенную органом предварительного следствия, находя инкриминированные органом следствия события, установленными и доказанными.

Сторона защиты указала на ошибочность суждений государственного обвинителя о юридической квалификации, предложив квалифицировать действия по признакам неосторожного причинения смерти.

Оценивая обоснованность предъявленного обвинения, суд, выполняя исключительно функции правосудия, не имея полномочий для выполнения функций стороны защиты или обвинения, руководствуясь принципами уголовного судопроизводства, закрепленными положениями ст.ст. 6.1, 14, 15 и 17 УПК РФ, подвергнув судебной проверке и принимая во внимание исключительно представленные сторонами доказательства, приходит к убеждению о том, что предложенная стороной обвинения юридическая квалификация является завышенной.

Так, согласно заключению эксперта № от 26 января 2021 года, смерть ФИО8 наступила от имевшей место открытой тупой травмы головы, включающей в себя: ушибленную рану на волосистой части головы в затылочной области слева; линейный перелом затылочной кости; острое двухстороннее субдуральное кровоизлияние, очаговые ушибы головного мозга на основании правой лобной доли, в области полюса и на основании правой височной доли; субарахноидальное кровоизлияние в области левого полушария мозжечка, с развитием отека и острых дисциркуляторных расстройств в головном мозге, которая была получена прижизненно и образовалась от однократного воздействия в затылочную область головы тупого твердого предмета, имевшего плоскую широкую контактирующую поверхность.

Оценивая представленные суду доказательства, суд находит, что указанная травма образовалось в момент, когда ФИО8 упал и ударился задней частью головы о поверхность бетонного пола, на котором находился линолеум, о чем указывали показания свидетелей обвинения, а также сведения о поверхности пола содержатся в протоколе осмотра места происшествия от 19 января 2021 года, в ходе которого участвующая Свидетель №4 указывала на место соударения задней части головы ФИО11 с полом.

При принятии решения суд учитывает возникшие между ФИО8 и ФИО3 взаимоотношения, которые, по мнению суда, не указывают на возникновение у подсудимого ФИО3 умысла на причинение именно тяжкого вреда здоровью. Примененное физическое воздействие, как о том указывал сам подсудимый, было обусловлено возникшей ссорой и эмоциональным состоянием, а также поведением самого ФИО8, который держал подсудимого за одежду. Пояснения ФИО3 в указанной части о нанесении одного удара в область левой брови подтверждаются заключением судебно-медицинской экспертизы с выводами о локализации повреждений в подбровной области слева у ФИО8 на лице.

Выводы экспертизы о том, что ушибленная рана на лице в лобной области слева (в проекции верхнего края глазницы), кровоподтек на лице в области левой орбиты, а равно ссадины на лице в лобной области слева, которые как повреждения расцениваются как не причинившие вред здоровью человека, т.е. при их нанесении не применялась значительная сила, которая привела бы к более серьезным повреждениям, учитывая поведение подсудимого как до конфликта (обращался к постороннему за помощью), так и при конфликте (фактически нанес удар в момент, когда сам был ограничен в свободе передвижения), приводят суд к убеждению, что умысел ФИО3 не был направлен на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО8, и его действия не были направлены на реализацию желания применить насилие опасное для жизни и здоровья. В настоящем случае, по мнению суда, умыслом ФИО3 не охватывалось, что от единственного удара потерпевший ФИО8, безусловно, потеряет равновесие и упадет на бетонный пол и получит тяжкий вред здоровью.

При этом, суд не может согласиться с доводами органа следствия, а также представителем государственного обвинения о том, что ФИО3 нанес не менее двух ударов в область головы ФИО8, поскольку все допрошенные свидетели указывали о нанесении одного удара, сам ФИО3 последовательно в период производства по делу также указывал о нанесении одного удара.

В силу вышеуказанных выводов, суд находит установленным, что ФИО3 нанес потерпевшему один удар в область головы, от которого потерпевший упал, ударившись в результате падения головой о твердую поверхность пола.

При принятии решения, суд учитывает, что экспертом, в заключении эксперта № от 26 января 2021 года, сделан вероятностный вывод о том, что повреждения в виде ушибленной раны на лице в лобной области слева (в проекции верхнего края глазницы), кровоподтека на лице в области левой орбиты и ссадины на лице в лобной области слева образовались, от двух воздействий тупого твердого предмета (предметов), частные признаки которого не отобразились, в связи с чем неустранимые сомнения, в соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ, толкуются в пользу подсудимого.

Иных данных о совершении каких-либо иных действий со стороны ФИО3 по отношению к ФИО8 в судебном следствии не установлено.

При указанных обстоятельствах суд находит необходимым квалифицировать действия ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 Уголовного Кодекса Российской Федерации как причинение смерти по неосторожности.

Приходя к такому выводу, суд исходит из установленных в судебном заседании фактических обстоятельств дела, а именно из заключения эксперта в оцененной части, в том числе о тяжести повреждений и причине смерти ФИО8, сведений, содержащихся в протоколах следственных действий, а также из совокупности показаний допрошенных по делу лиц, указывающих на причастность к совершению установленных судом действий именно ФИО3, с учетом, что при производстве по делу сам ФИО3 не отрицал нанесение им удара в область головы потерпевшего, от которых тот упал, ударившись головой об пол, после чего тому присутствующие в квартире лица, стали оказывать помощь.

Оценив установленные судом фактические обстоятельства дела, учитывая отсутствие у ФИО3 каких-либо телесных повреждений, суд приходит к твердому убеждению, что угроз жизни и (или) здоровью ФИО3, не имелось, в связи с чем суд не усматривает в его действиях ни признаков необходимой обороны, ни превышения пределов необходимой обороны.

В ходе судебного разбирательства обстоятельства, свидетельствующих о применении со стороны потерпевшего ФИО8 к ФИО3 насилия опасного для жизни и здоровья, высказывания тяжких оскорблений, либо издевательств, как свидетельствующих о возникновении у подсудимого сильного душевного волнения, равно как и наличия каких-либо предметов, которыми могли быть причинены повреждения, не установлены.

Исследовав подробным образом обстоятельства дела, оценив доказательства по делу как каждое в отдельности, так и в совокупности между собой, суд приходит к твердому убеждению о достаточности исследованных и представленных сторонами доказательств, относящихся к указанному делу, для разрешения по существу, не находя, разумных и законных оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

С учетом сведений о личности подсудимого ФИО3, в совокупности с данными, приведенными в заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов, суд признает ФИО3 вменяемым, подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

На основании вышеизложенного, суд, оценив совокупность исследованных доказательств, которые являются относимыми, допустимыми, непротиворечивыми, полученными с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, являющихся достаточными для разрешения дела по существу, считает, что виновность подсудимого ФИО3 нашла свое подтверждение в ходе судебного следствия, в связи с чем он подлежит привлечению к уголовной ответственности за совершенное им при обстоятельствах, изложенных в приговоре, преступление.

При обсуждении вопроса о назначении ФИО3 наказания суд, руководствуясь требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, принимает во внимание обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершённого преступления, отнесенного законодателем к категории преступления небольшой тяжести, данные о личности подсудимого, возраст, состояние здоровья, наличие смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При разрешении вопроса о назначении вида и размере наказания ФИО3, суд, в качестве данных о личности учитывает возраст подсудимого, сведения, что он характеризуется положительно, состоит в браке, у него имеется малолетний ребенок, имеет постоянное место жительства и регистрацию на территории г. Челябинска, занят трудом, на учете у специализированного врача нарколога не состоит, а также данные о состоянии здоровья ФИО3 и близких для него лиц.

При назначении наказания суд учитывает, что ФИО3 совершил неосторожное преступление против жизни человека, которое в силу положений ч. 2 ст. 15 УК РФ, относится к категории преступлений небольшой тяжести, в силу чего применение положений ч. 6 ст. 15 УК РФ не обсуждается.

В числе смягчающих наказание ФИО3 обстоятельств, в силу п.п. «г, з, и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ и ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд учитывает: наличие малолетнего ребенка у виновного; противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления; полное признание вины и активное способствование раскрытию и расследованию преступления; оказание иной помощи потерпевшему после совершения преступления, а равно совершение иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, заявления о раскаянии и принесении публичных извинений; данные о состоянии здоровья подсудимого и близких для подсудимого лиц, о чем исследовалась в судебном заседании документы медицинского характера.

Проводя оценку установленных судом обстоятельств содеянного ФИО3, суд не усматривает отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ.

Наличие смягчающих наказание ФИО3 обстоятельств, предусмотренных п.п. «и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, обязывают суд при разрешении вопроса о назначении наказания учесть ограничения, предусмотренные ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В судебном заседании установлено, что ранее ФИО3 уже был осужден за совершение ряда преступлений, в том числе против жизни и здоровья человека, относящегося к категории тяжкого преступления, за которые реально отбывал наказание в местах лишения свободы, откуда был освобожден по отбытии наказания в декабре 2019 года.

По мнению суда, совершение нового преступления, хоть и носящего характер неосторожного, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, в условиях, когда судимости за ранее совершенные им преступления, не сняты и не погашены, а новое преступление, за которое суд признает ФИО3 виновным, совершено в относительно короткий промежуток времени с момента освобождения, свидетельствуют, что ФИО3 должных выводов для себя не сделал и не желает вставать на путь исправления, т.е. сформировавшейся у него личностной установки на стойкое асоциальное поведение и нежелание вести законопослушный образ жизни, что требует дополнительных форм воздействия на его поведение.

С учетом исследованных данных о личности ФИО3, а также характера и степени общественной опасности совершенного им в отношении ФИО8 преступления, суд, учитывая положения ст. 56 УК РФ, приходит к твердому выводу, что исправление подсудимого возможно только при назначении наказания в виде лишения свободы в пределах санкции ч. 1 ст. 109 УК РФ, не находя необходимых и разумных оснований для применения положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении, полагая, что назначение наказания только в виде реального лишения свободы, будет является адекватной мерой правового воздействия по характеру и степени тяжести совершенного преступления.

Руководствуясь ч. 2 ст. 43 УК РФ, суд полагает, что назначение более мягкого наказания не будет способствовать восстановлению социальной справедливости, предупреждению совершения ФИО3 новых преступлений и его исправлению.

Исключительных обстоятельств, которые бы давали основания для применения положений ст. 64 УК РФ, в отношении подсудимого ФИО3, по мнению суда, не имеется.

Принимая решение о возможности исправления подсудимого исключительно в условиях изоляции от общества, учитывая данные о склонности к асоциальному поведению, что выражается в неоднократном привлечении ФИО3 к уголовной ответственности ранее, в силу положений п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, для отбывания наказания ФИО3 должна быть назначена исправительная колония общего режима.

Гражданский иск по делу не заявлен. Вещественных доказательств по делу не имеется.

Вопрос о процессуальных издержках, требующий разрешения в настоящей стадии судопроизводства, связанный с разрешением вопроса об оплате услуг защитника, подлежит разрешению путем вынесения отдельного процессуального решения.

Принимая во внимание установленные данные о личности подсудимого, который склонен к асоциальному поведению, учитывая, что судом сделан вывод о назначении в целях достижения целей исправления окончательного наказания, связанного с принудительной изоляцией от общества в виде реального лишения свободы, до вступления приговора в законную силу, в отношении ФИО3 целесообразно сохранить меру пресечения в виде заключения под стражу.

При принятии названного решения суд учитывает, что в судебное заседание не представлено объективных свидетельств, в том числе и по медицинским показаниям, и невозможности применения в отношении ФИО3 принудительной меры ограничения свободы в виде заключения под стражей или наказания в виде лишения свободы.

Разрешая вопрос о зачете времени содержания ФИО3 под стражей, суд полагает, что в части зачета времени нахождения в условиях применения меры пресечения в виде заключения под стражу применению подлежит принцип, предусмотренный п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, согласно которому время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 29, 299, 302, 307, 308 и 309 Уголовно-Процессуального Кодекса Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 Уголовного Кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком в 1 (один) год 3 (три) месяца с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

До вступления приговора суда в законную силу, избранную ФИО3 меру пресечения, оставить прежней, ? в виде заключения под стражу, которую, как меру пресечения, по вступлении приговора в законную силу, ? отменить.

Срок отбывания наказания ФИО3 надлежит исчислять с даты (дня) вступления приговора суда в законную силу.

В срок отбытого ФИО3 наказания зачесть период нахождения в условиях изоляции от общества и при применении меры пресечения в виде заключения под стражу с 25 ноября 2020 года до даты (дня) вступления приговора суда в законную силу.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного Кодекса Российской Федерации период времени ограничения свободы в условиях изоляции от общества с 25 ноября 2020 года до даты (дня) вступления приговора суда в законную силу (в условиях задержания в порядке ст. 91 Уголовно-Процессуального Кодекса Российской Федерации и применения меры пресечения в виде заключения под стражу), зачесть в срок лишения свободы из расчета один день нахождения под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговор суда может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Челябинского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, ? в тот же срок со дня вручения копии приговора суда.

В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления осуждённый вправе ходатайствовать о своём личном участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции (Челябинским областным судом).

Председательствующий Л.В. Бобров