Дело № 2-38/2019 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 февраля 2019 г. г. ФИО1

Краснокамский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Лукмановой Г.Х., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 (далее по тексту – истец) обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 (далее по тексту – ответчики) о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда. В частности просил признать сведения, указанные в заявлениях от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ на имя Главы Республики Башкортостан, Главы администрации городского округа г. Агидель, Председателя Совета городского округа г. Агидель не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство, обязании ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 опровергнуть ранее указанные ими в заявлениях от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ сведения, как несоответствующие действительности, путем направления соответствующих заявлений Главе Республики Башкортостан, Главе администрации городского округа г. Агидель, Председателю Совета городского округа г. Агидель, взыскании морального вреда в сумме 100 000 руб. с каждого из ответчиков.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ, а также ДД.ММ.ГГГГ (вх.ДД.ММ.ГГГГ) в адрес Главы Республики Башкортостан, Главы администрации городского округа г. Агидель, Председателя Совета городского округа г. Агидель поступили письменные обращения от ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, в которых ответчики распространили сведения в отношении истца не соответствующие действительности, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию. Так, из содержания указанных писем усматриваются следующие фразы: «Сначала притворился глухим…Такие факты указывают на психическое нездоровье престарелого депутата…Также возникает вопрос: может управляющая организация делится вырученными от сдачи м/лома денежными средствами с ФИО3, раз он так яро отстаивает интересы недобросовестной организации?... Все указывает на коррупционную составляющую в действиях ФИО3…Налицо факты и действия ФИО3, квалифицирующиеся ст.285 УК РФ…Вел себя на этой встрече не адекватно, кричал на жильцов, пенсионеров, чтоб «закрыли рты»… ФИО3 вел себя несдержанно: ругался с председателями домкомов, назвал жителей города «тупыми». Истец полагает, что вышеуказанное создает впечатление о нем как о человеке, недобросовестном при осуществлении служебных полномочий в должности депутата Совета городского округа г. ФИО1, выразившееся в неисполнении должностных полномочий в сфере жилищно-коммунальных услуг, в неуважении к жителям г. Агидель. Учитывая характер и содержание данных сведений из вышеуказанных заявлений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения об истце, являющимся публичным человеком, со стороны жителей г. Агидель, ему был причинен также и моральный вред, поскольку указанные сведения нанесли оскорбление его чести и достоинству, деловой репутации как депутату Совета городского округа г. ФИО1.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО3 просил признать не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство сведения, распространенные ответчиками, обязании ответчиков опровергнуть распространенные ими в отношении истца не соответствующие действительности, порочащие честь и деловую репутацию сведения, взыскать с каждого из ответчиков в его пользу денежную компенсацию за причиненный моральный вред в размере 100 000 руб.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. При этом отметил, что совокупность использованных ответчиками выражений негативно характеризует его как должностное лицо органа местного самоуправления, неспособное справиться с порученной работой, нежелание защищать социальные права граждан, чем формирует у жителей г. Агидель, у работников администрации округа, депутатов городского округа негативное отношение, чем умаляет и порочит его честь, достоинство, деловую репутацию в глазах неограниченного круга лиц.

Ответчики ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 исковые требования в судебном заседании не признали, указав, что в оспариваемых истцом письменных обращениях никаких не соответствующих действительности и порочащих истца сведений распространено не было, пояснили, что выше обозначенные фразы действительно были истцом произнесены в адрес жителей дома, что соответствует действительности. Более того, в их обращении не распространено каких-либо порочащих сведений об истце, так как в них не содержится никаких утверждений авторов, со всей очевидностью указывающих на нарушение истцом как гражданином либо должностным лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной либо политической жизни, недобросовестности при осуществлении какой-либо деятельности, нарушении им деловой этики либо обычаев делового оборота, в их статье не дается какой-либо оценки профессиональным качествам истца. Просили в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Суд, выслушав доводы сторон, исследовав материалы дела, в том числе представленную ответчиками аудиозапись, произведенную последними со встречи истца с главой администрации г. Агидель и председателями домкомов, оценив доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В силу ст. ст. 150, 151 ГК РФ достоинство личности, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна отнесены к личным неимущественным правам гражданина, эти нематериальные блага защищаются в соответствии с законом, и если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом. Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. При этом бремя доказывания соответствия действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений. При этом порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Как следует из материалов дела, от ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ, а также ДД.ММ.ГГГГ были направлены на имя Главы Республики Башкортостан, Главы администрации городского округа г. Агидель, Председателя Совета городского округа г. Агидель письменные обращения, содержащее сведения о недовольстве действиями руководителя Центра общественного контроля в сфере ЖКХ, а именно ФИО3, а также неудовлетворительной работе ООО «УЖКХ» г. Агидель. Фразы вышеуказанных обращений, на которые ссылается истец, как на основание своих исковых требований, содержат следующие сведения: «Сначала притворился глухим…Такие факты указывают на психическое нездоровье престарелого депутата…Также возникает вопрос: может управляющая организация делится вырученными от сдачи м/лома денежными средствами с ФИО3, раз он так яро отстаивает интересы недобросовестной организации?... Все указывает на коррупционную составляющую в действиях ФИО3…Налицо факты и действия ФИО3, квалифицирующиеся ст.285 УК РФ…Вел себя на этой встрече не адекватно, кричал на жильцов, пенсионеров, чтоб «закрыли рты»… ФИО3 вел себя несдержанно: ругался с председателями домкомов, назвал жителей города «тупыми».

В данном обращении ответчики также просили оказать содействие в разрешении ситуации.

Суд отмечает, что в настоящем гражданском деле необходимо учитывать статус истца. Сам истец позиционирует себя как депутат Совета городского округа г. ФИО1, проработавшего на руководящих должностях 35 лет, на что указано им самим в исковом заявлении, о чем говорил истец и в ходе судебного заседания. Истец, являясь политическим деятелем, должен учитывать публичный характер сферы своей деятельности, поскольку тем самым он соглашается стать объектом общественной дискуссии и критики. Следовательно, критика истца в интересах общества допустима. При этом предел допустимой критики в отношении истца не исключает более пристальное внимание и является выше, чем в отношении обычных граждан.

Суд находит, что заявленные истцом высказывания не могут представлять собой сообщение о факте, а должны квалифицироваться только как оценочные суждения, так как указанные предложения выражают лишь субъективное мнение ответчиков, обнародовавших свою оценку по факту ненадлежащего оказания услуг как со стороны управляющей организации, так и со стороны Центра общественного контроля. Кроме того, суд обращает внимание на позицию истца, выделяющего из текста письменных обращений фразы и предложения и заявляющего отдельные фрагменты в качестве доказательств порочности и недостоверности. Суд считает, что данную позицию следует расценивать как доказательство того, что данные выражения определяются как авторский взгляд на факты, квалифицирующий их с определенных правовых, моральных и деловых позиций, что соответственно подтверждает то обстоятельство, что содержащееся в этих высказываниях мнение выражено в оценочных суждениях. Таким образом, в оспариваемых обращениях отсутствуют недостоверные и порочащие деловую репутацию ФИО3 утверждения, в связи с чем суд не находит оснований для удовлетворения иска.

При этом суд учитывает, что сведения о том, что «..все указывает на коррупционную составляющую в действиях ФИО3…Налицо факты и действия ФИО3, квалифицирующиеся ст.285 УК РФ..», не содержат в себе утверждения о совершении им преступления – злоупотребление должностными полномочиями либо иного преступления. Признаки возможных составов преступлений перечислены как предмет проверок в уголовно-процессуальном порядке, при этом отсутствуют утверждения о фактах, они относятся к оценочным суждениям, мнению ответчиков, которые не могут быть отнесены к предмету судебной защиты в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, суд отмечает, что истец должен указывать конкретные сведения, которые оспариваются, а не их смысл. Предметом опровержения в порядке, предусмотренном ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются распространенные ответчиками конкретные сведения о фактах, а не вкладываемый истцом смысл в высказывания, допущенные ответчиками.

Помимо указанного, спорные выражения нельзя трактовать как утверждение о фактах, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца, поскольку по сути, исходя из их построения, отрывочности, нечеткости, они являются оценочным суждением и мнением, выражающими убеждения ответчиков относительно поведения и действий истца. Выражения, опосредованно несущие негативную информацию об истце, не имеют оскорбительного характера. При этом содержание и общий контекст оспариваемой истцом информации указывают на субъективно-оценочный характер спорных высказываний, носят характер мнения, которое в соответствии с Конституцией РФ включает в себя свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи, гарантируемую государством возможность беспрепятственно выражать свое мнение и убеждение по самым различным вопросам разнообразного характера, что не противоречит содержанию Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Российской Федерацией.

В соответствии со ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции РФ, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности. Разногласия во мнениях граждан по оценке своих поступков и поступков иных лиц не подпадает под понятие «распространение порочащих (то есть не соответствующих действительности) сведений».

Статьей 33 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.

В связи с указанным суд учитывает, что в случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений (п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.04.2005 № 3).

Кроме того, поскольку Верховный Суд Российской Федерации в Постановлении Пленума от 24.02.2005 № 3 указывает на необходимость различия между утверждениями о фактах (соответствие действительности которых можно проверить) и оценочными суждениями (которые не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности и квалифицируются лишь как выражение субъективного мнения), следовательно, при рассмотрении спора следует проводить разграничение между утверждениями о фактах и их оценкой ответчиками.

При этом каких-либо доказательств, что обращения инициированы намерением причинить вред истцу, судом также не установлено. Доказательств, что ответчики намеревались довести изложенную в письменных обращениях информацию до сведения неопределенного круга лиц, которые могут сформировать негативное общественное мнение о деловых качествах истца, а также причинить ему вред, суду также не представлено.

Таким образом, сведения, о которых истец упоминает в своем исковом заявлении имеют обобщенный характер и являются субъективно-оценочными по своей природе, поскольку в приведенных высказываниях отсутствует объективно выявляемый отрицательный смысловой компонент, а передаваемая в них негативная информация имеет субъективно-оценочный характер и выражена не в форме утверждения о каких-либо фактах, а в форме мнения ответчиков при излагаемых ими событиях, в связи с чем оспариваемые истцом высказывания не могут быть расценены как порочащие и проверены на их соответствие действительности в рамках настоящего гражданского спора.

В судебное заседание не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемые сведения были распространены ответчиками с целью опорочить честь, достоинство и деловую репутацию истца, а также что указанные высказывания являются не соответствующими действительности. При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание недоказанность стороной истца распространения ответчиками сведений, носящих порочащий характер, а обозначенные истцом в исковом заявлении выражения, являются лишь оценочными суждениями, что не влечет судебную защиту в порядке ст. 152 ГК РФ, суд пришел к выводу об отказе истцу в удовлетворении исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 -199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 о признании сведений, указанных в заявлениях от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ на имя Главы Республики Башкортостан, Главы администрации городского округа г. Агидель, Председателя Совета городского округа г. Агидель не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство, обязании ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 опровергнуть ранее указанные в заявлениях от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ сведения, как несоответствующие действительности, путем направления соответствующих заявлений Главе Республики Башкортостан, Главе администрации городского округа г. Агидель, Председателю Совета городского округа г. Агидель, взыскании морального вреда в сумме 100 000 руб. с каждого из ответчиков, отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня вынесения.

Судья Г.Х. Лукманова