Председательствующий Колегов Е.П. Дело № 22-628/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Курган 25 апреля 2019 г.

Курганский областной суд в составе:

председательствующего Алфимова А.Н., 

с участием прокурора отдела прокуратуры Курганской области Ефремова В.Ю.,

потерпевшего К., его представителя – ФИО1,

осужденного ФИО2, его защитника – адвоката Борисова С.А., предоставившего удостоверение № 0843, ордер № 352 от 25 апреля 2019 г.,

при секретаре Блонских А.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционным жалобам представителя потерпевшего, осужденного и его защитника, на приговор Курганского городского суда Курганской области от 4 марта 2019 г., которым 

ФИО2, 

<

...>, несудимый, 

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы с возложением ограничений и обязанности в соответствии со ст. 53 УК РФ. 

Постановлено взыскать с ФИО2 в пользу К. компенсацию морального вреда причиненного преступлением в размере 350 000 руб. 

Заслушав пояснения потерпевшего и выступление его представителя пояснения осужденного и выступление его защитника поддержавших доводы своих апелляционных жалоб, мнение прокурора Ефремова В.Ю. о наличии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы представителя потерпевшего, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 признан виновным в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью К..

Преступление совершено 23 июня 2018 г. в г. Кургане при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

ФИО2 виновным себя не признал. 

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего просит обжалуемый приговор изменить, назначив ФИО2 наказание, связанное с лишением права управления транспортными средствами и увеличить размер компенсации морального вреда, причиненного преступлением до 1000000 рублей. Считает, что в нарушение положений ст. 1101 ГК РФ, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10, ст. 2 Федерального Закона № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» судом не дана надлежащая оценка причиненных потерпевшему нравственных и физических страданий, подтвержденных медицинскими документами, а в большей степени учтено материальное положение осужденного и его семьи. Кроме того, считает, что назначение дополнительного наказания будет в большей степени способствовать достижению целей наказания.

В апелляционных жалобах осужденный и его защитник просят приговор отменить и вынести оправдательный приговор. 

Осужденный настаивает, что выехал на перекресток на зеленый сигнал светофора, при его проезде руководствовался п. 13.7 ПДД, согласно которому он должен был выехать в намеченном направлении независимо от сигналов светофора на выходе с перекрестка. Считает, что столкновение произошло в результате нарушения потерпевшим ФИО3 пп. 6.13, 10.1 ПДД. 

Защитник осужденного указывает, что п. 8.1 ПДД не определяет право преимущественного пересечения перекрестка. В нарушение положений п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 г. № 25 судом не установлено, какие именно нормы ПДД нарушены осужденным, поскольку правила проезда перекрестков закреплены в п. 13.4, 13.12 ПДД. Материалы уголовного дела не опровергают его доводы о том, что автомобиль ФИО2 выехал на перекресток на зеленый сигнал светофора, в связи с чем в нарушение положений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 г. № 55 выводы суда основаны на предположениях. Потерпевший К. двигался на запрещающий сигнал светофора, с превышением скоростного режима и не имел преимущественного права проезда, поскольку должен был руководствоваться пунктом 6.2 ПДД.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника осужденного – адвоката Борисова государственный обвинитель Костенко, считая приговор законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного и его защитника представитель потерпевшего ФИО1 просит оставить апелляционные жалобы без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб и возражений на них, суд приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности ФИО2 в совершении преступления на основе объективной оценки исследованных в судебном разбирательстве дела убедительных, достаточных и допустимых доказательств, содержание и анализ которых приведены в приговоре.

В частности, в качестве доказательств виновности осужденного Сукманова суд обоснованно сослался на показания потерпевшего К., свидетелей П., Ч., Ч2, П2, экспертов В., Б., результаты осмотра места происшествия, заключения экспертов и иные документы, содержание и доказательственное значение которых приведены в приговоре. 

Всем представленным доказательствам судом дана надлежащая оценка, соответствующая положениям ст. 88 УПК РФ. Достоверность и допустимость доказательств, положенных судом в основу приговора, сомнений не вызывает. 

Оснований сомневаться в достоверности заключения эксперта № 5/578, на чем настаивал защитник осужденного, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Указанное заключение аргументировано, не вызывает неясности или двойного толкования, основано на результатах объективных исследований, проведенных в соответствии с правилами и методиками проведения экспертиз соответствующего вида. Оснований сомневаться в компетенции эксперта судом не установлено, поскольку он имеет необходимое образование и опыт работы в соответствующей области.

Согласно выводам эксперта изложенных в заключении № 5/578 потерпевший ФИО3 при управлении автомобилем «Лада Гранта»» не располагал технической возможностью остановить свой автомобиль до места столкновения с автомобилем «Газель», под управлением ФИО2 путем применения своевременных мер экстренного торможения в момент возникновения опасности. При этом экспертом учитывалась средняя скорость движения автомобилей (для автомобиля «Лада Гранта» 63 км/ч.) которая могла быть больше при условии, если столкновение произошло без применения торможения водителями.

Учитывая изложенное ни показания потерпевшего о том, что он успел прибегнуть к торможению, ни результаты просмотра видеозаписи с регистратора свидетеля Ч. не опровергают выводов указанного заключения, а лишь указывают на то, что автомобиль К. двигался со скоростью, не превышающей установленной экспертом. 

Вопреки доводам осужденного и его защитника суд верно установил, что ФИО2 и К. выехали на перекресток на желтый сигнал светофора, учитывая показания свидетелей, данные видеозаписи дорожно-транспортного происшествия, сведения о режиме работы светофора и заключение эксперта № 5/578. И при таких обстоятельствах, выводы суда о том, что в результате несоблюдения водителем ФИО2 правил дорожного движения стало возможным дорожно-транспортное происшествие, в результате которого причинен тяжкий вред здоровью водителя К., является правильным, поскольку осужденный, управляя автомобилем «Газель» при совершении поворота налево обязан был, не создавая помех, пропустить автомобиль «Лада Гранта» под управлением К. двигавшегося прямолинейно и имеющего приоритетное право проезда перекрестка. 

Принимая во внимание изложенное, доводы жалоб осужденного и его защитника, о том какими именно пунктами Правил дорожного движения должны были руководствоваться ФИО2 и К. следует признать несостоятельными.

Так вопреки доводам осужденного и его защитника пп. 13.4. и 13.7 ПДД предусматривают правила проезда, поворота налево или разворота на регулируемом перекрестке по зеленому сигналу светофора, в то время как согласно установленным судом обстоятельствам ФИО2 двигался на желтый сигнал светофора.

ФИО2 признан виновным в невыполнении требований Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся приоритетом.

Согласно п. 1.2 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 г. № 1090:

- «преимущество (приоритет)» - право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения;

- «уступить дорогу (не создавать помех)» - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Правила дорожного движения содержат различные нормы (пп 8.1, 8.8, 8.9, 13.1, 13.4, 13.12 и др.), которые конкретизируют требования уступить дорогу (не создавать помех) иным участникам дорожного движения применительно к различным дорожно-транспортным ситуациям.

Учитывая изложенное, при установленных обстоятельствах суд пришел к обоснованному выводу о несоблюдении ФИО2 п. 8.1 ПДД предусматривающим обязанность водителя обеспечить безопасность и не создавать помех при движении, перестроении, повороте (развороте) другим участникам движения, пользующимся приоритетом.

Действия Сукманова судом квалифицированы правильно.

Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 43, 60 УК РФ и является справедливым. Судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, данные о личности осужденного, который характеризуется удовлетворительно, обстоятельства, смягчающие наказание: оказание медицинской помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, наличие несовершеннолетнего ребенка и наличие на иждивении малолетнего ребенка П2 с которой сложились фактические брачные отношения. Отягчающих обстоятельств судом не установлено. 

Каких-либо не учтенных судом первой инстанции обстоятельств, которые могли бы повлиять на справедливость назначенного ФИО2 наказания, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Выводы суда о назначении ограничения свободы, а также об отсутствии необходимости дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортным средством мотивированы в приговоре и являются правильными.

Вместе с тем приговор подлежит изменению, по следующим основаниям.

Согласно приговору представителем потерпевшего был заявлен гражданский иск о взыскании с осужденного ФИО2 компенсации морального вреда в размере 1 000000 рублей, который удовлетворен в части. 

С учетом обстоятельств дела с ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в сумме 350 000 рублей.

В соответствии со ст. ст. 151, 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом индивидуальных особенностей потерпевшего и фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред.

При определении размера компенсации морального вреда суд правильно применил положения ст. 151 ГК РФ и исходил из того, что в результате преступления совершенного осужденным ФИО2 потерпевшему К. причинен моральный вред.

Вместе с тем согласно представленным в суд апелляционной инстанции документам усматривается, что К. до настоящего времени проходит курс восстановительной терапии, заключением врачебной комиссии № 79 от 16 апреля 2019 г. К. установлены ограничения при трудоустройстве вследствие медицинских противопоказаний к выполнению определенных видов работ.

Исходя из изложенного, с учетом характера причиненных потерпевшему К. нравственных страданий, степени вины осужденного ФИО2 и его материального положения, наступивших последствий, а также требований разумности и справедливости, суд апелляционной инстанции находит возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, принять по делу в указанной части новое решение, увеличив размер компенсации морального вреда ФИО3 до 500 000 руб.

При принятии решения суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. Таким образом, судебное решение, вынесенное по данному делу, которым взыскана компенсация морального вреда в явно заниженном размере, нельзя признать законным, обоснованным и справедливым, поскольку оно не соответствует целям законодательства, предусматривающего возмещение вреда в подобных случаях.

Иные доводы апелляционных жалоб не влияют на выводы суда апелляционной инстанции об обоснованности приговора.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих в соответствии со ст. 389.17 УПК РФ отмену или изменение приговора, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Курганского городского суда Курганской области от 4 марта 2019 г. в отношении ФИО2 изменить.

Увеличить размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО2 в пользу К. , до 500000 рублей.

В остальном приговор в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Председательствующий