Дело № 10-5019/2023 судья Винников Ю.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 27 сентября 2023 года

Челябинский областной суд в составе судьи Антоновой Е.Ф. при ведении протокола помощником судьи Смирновой У.А. с участием:

прокурора Таракановой Т.И.,

защитника осужденного адвоката Мухтарова Д.Р.,

потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №2, Потерпевший №3,

их представителя адвоката Трапезникова С.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Араповой В.А., апелляционной жалобе адвоката Мухтарова Д.Р., поданной в защиту интересов осужденного Вдовина Ю.М., апелляционной жалобе потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №2, Потерпевший №3 на приговор Курчатовского районного суда г. Челябинска от 25 мая 2023 года, которым

ВДОВИН Юрий Марсович, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, на срок 2 года.

На период испытательного срока возложены обязанности, указанные в приговоре. 

Разрешен гражданский иск потерпевших. Взыскано с Вдовина Ю.М. в счет возмещения морального вреда в пользу: Потерпевший №1 300 000 рублей, Потерпевший №2 250 000 рублей, Потерпевший №3 250 000 рублей.

Заслушав выступления прокурора Таракановой Т.И., поддержавшей доводы апелляционного представления, защитника осужденного адвоката Мухтарова Д.Р., поддержавшего доводы своей апелляционной жалобы, потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №2, Потерпевший №3, их представителя адвоката Трапезникова С.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы потерпевших, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции,

у с т а н о в и л:

Вдовин Ю.М. признан виновным и осужден за нарушение при управлении автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть ФИО7

Преступление совершено 24 июня 2021 года в Курчатовском районе г.Челябинска при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Арапова В.А. просит приговор отменить в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью назначенного наказания. 

Считает, что в нарушение уголовно-процессуального закона, разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», суд первой инстанции не расценил объяснение Вдовина Ю.М., данное до возбуждения уголовного дела, как явку с повинной и как активное способствование раскрытию преступления, указав, что преступление Вдовиным Ю.М. совершено в условиях очевидности. Однако Вдовин Ю.М. сразу после ДТП до возбуждения уголовного дела передал сотрудникам ГИБДД видеорегистратор со своей машины, принимал участие в ходе осмотра места происшествия и составления схемы ДТП. Указанное поведение Вдовина Ю.М., по мнению государственного обвинителя, стоит расценивать как активное способствование не только расследованию преступления, но и его раскрытию. Кроме того отмечает, что Вдовин Ю.М. принес извинения перед потерпевшими, что, как полагает государственный обвинитель, является иными действиями, направленными на заглаживание вреда. Считает, что все вышеизложенное повлекло назначение Вдовину Ю.М. несправедливого наказания в связи с его чрезмерной суровостью 

Обращает внимание, что суд исключил из обвинения, предъявленного Вдовину Ю.М., указание на нарушение пункта 1.5 Правил дорожного движения РФ. Сторона обвинения полагает, что нарушение Вдовиным Ю.М., пунктов 1.4, 9.1,9.1.1 и 10.1 Правил, оставленное судом в объеме обвинения Вдовина Ю.М., априори свидетельствует о нарушении им требований общих положений Правил, перечисленных в пункте 1.5. Согласно же заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, причиной дорожно-транспортного происшествия явились действия водителя автомобиля Шкода Рапид не соответствующие требованиям горизонтальной разметки 1.3., п. 9.1.1., п. 10.1 ч. 1 и п. 1.5 ч. 1 ПДД (т. 1 л.д. 177-187). То есть несоблюдение Вдовиным Ю.М. указанных пунктов Правил, в том числе пункта 1.5, согласно заключению эксперта, является причиной данного дорожно-транспортного происшествия. Таким образом, по мнению автора апелляционного представления, нарушение пункта 1.5 ПДД подлежат указанию в описательно-¬мотивировочной части приговора, что по своим фактическим обстоятельствам не нарушает требования п. 1 ст. 307 УПК РФ и не выходит за установленные ст. 252 УПК РФ пределы обвинения, тем самым никак не приведет к нарушению права осужденного на защиту. В связи с этим просит усилить назначенное Вдовину Ю.М. наказание. 

В совместной апелляционной жалобе потерпевшие Потерпевший №1, Потерпевший №2, Потерпевший №3 просят приговор отменить в связи с неправильным применением уголовного закона, нарушением уголовно-процессуального закона, несправедливостью назначенного наказания. Полагают, что уголовное дело необходимо вернуть прокурору в порядке ст.237 УПК РФ в связи с необходимостью квалификации действий Вдовина Ю.М. как более тяжкого преступления. 

По мнению потерпевших, все события, которые предшествовали дорожно-транспортному происшествию, зафиксированные видеокамерами, свидетельствуют о том, что Вдовин Ю.М. умышленно совершил наезд на мотоцикл ФИО7. Так, Вдовин Ю.М., находясь на улице Комсомольский проспект в г. Челябинске за управлением автомашины ШКОДА РАПИД, начал движение с полосы движения по направлению к Свердловскому проспекту, поворот с которой направо на улицу Молодогвардейцев запрещен. Перед столкновением с мотоциклом СУЗУКИ GST 400 V государственный регистрационный знак О 135 АТ 74 под управлением водителя ФИО7, понимая и осознавая, что выезд на встречную полосу движения запрещен, видя, что на данном участке автодороги имеется «двойная сплошная линия разметки», которую нельзя пересекать, Вдовин Ю.М. выехал на встречную полосу движения перед приближающимся к нему мотоциклом. В связи с этим потерпевшие уверены, что обстоятельства совершения Вдовиным Ю.М. преступления прямо указывают на наличие в его действиях признаков состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ.

Также считают, что при назначении Вдовину Ю.М. наказания не было учтено их мнение о наказании для осужденного, не учтен характер и степень общественной опасности совершенного Вдовиным Ю.М. преступления, а также обстоятельств дела. Наказание, назначенное Вдовину Ю.М., расценивают не соразмерным общественной опасности содеянного, не соответствующим личности виновного, принципам гуманизма и справедливости и не отвечающим задачам исправления осужденного.

В апелляционной жалобе, поданной в защиту интересов осужденного Вдовина Ю.М., адвокат Мухтаров Д.Р. просит приговор изменить: применив положения ст. 64 УК РФ, освободить Вдовина Ю.М. от дополнительного вида наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством.

Обращает внимание, что его подзащитный до возбуждения уголовного дела дал признательные объяснения, в которых подробно и последовательно рассказал сотрудникам полиции обстоятельства произошедшего, признал себя виновным. После возбуждения уголовного дела Вдовин Ю.М. неоднократно подтверждал свои признательные объяснения, в том числе после предъявления ему обвинения в совершении преступления. Исследованные в судебном заседании письменные доказательства, характеризующие личность Вдовина Ю.М., свидетельствуют о том, что он ранее не судим, на учетах у нарколога и психиатра не состоит, женат, имеет на иждивении и воспитывает малолетнего ребенка, работает, положительно характеризуется как по месту жительства, так и по месту своей работы, имеет благодарственные письма и грамоты за участие в общественной жизни. Кроме того, Вдовин Ю.М. активно способствовал органам предварительного следствия в раскрытии и расследовании преступления, неоднократно приносил извинения потерпевшим, предпринимал действия, направленные на заглаживание причиненного потерпевшим морального вреда. Отягчающие вину осужденного Вдовина Ю.М. обстоятельства судом первой инстанции не установлены.

По мнению адвоката, суд первой инстанции необоснованно отказал стороне защиты в признании в качестве смягчающего вину обстоятельства явку с повинной в виде объяснений Вдовина Ю.М., данных им сразу после дорожно-транспортного происшествия и до возбуждения уголовного дела, из которых следует, что осужденный добровольно и подробно рассказал об обстоятельствах дорожного происшествия, сохранил и выдал сотрудникам полиции видеорегистратор с записью дорожного происшествия, признал вину в преступлении. Органом дознания и предварительного расследования в момент взятия объяснений Вдовин Ю.М. не задерживался в качестве подозреваемого. 

Считает, что вывод суда первой инстанции о том, что Вдовин Ю.М. давал вышеуказанные объяснения в условиях очевидности не подтверждаются исследованными в ходе судебного следствия доказательствами, в том числе постановлением о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенным следователем в 09.00 часов, так как до указанного времени по смыслу положений ст.ст. 140-145 УПК РФ орган предварительного расследования проводил проверку на предмет наличия или отсутствия в действиях участников дорожно-транспортного происшествия признаков преступления. Следовательно, достаточных данных, указывающих на признаки преступления в действиях Вдовина Ю.М., у органа предварительного следствия в указанный промежуток времени не имелось, объяснения Вдовин Ю.М. давал в условиях неочевидности, что по смыслу положений ч. 1 ст. 142 УПК РФ является добровольным сообщением лица о совершенном им преступлении. При указанных обстоятельствах адвокат полагает, что суд первой инстанции, безосновательно не признав явку с повинной в качестве обстоятельства, смягчающего наказание Вдовина Ю.М., немотивированно и необоснованно при определении размера дополнительного наказания не применил положения ст. 64 УК РФ, назначив, тем самым несправедливое вследствие чрезмерной суровости дополнительное наказание. 

Выслушав участников процесса, проверив доводы апелляционных представления и жалоб, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Выводы районного суда о доказанности вины осужденного Вдовина Ю.М. в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, при обстоятельствах, указанных в приговоре, мотивированы, основаны на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании. 

Тот факт, что Вдовин Ю.М., управляя автомобилем, в нарушение правил дорожного движения выехал на полосу встречного движения и произвел столкновение с мотоциклом СУЗУКИ GSF400V (SUZUKI GSF400V), в результате чего водитель данного мотоцикла ФИО7 от полученных в результате дорожно-транспортного происшествия травм скончался на месте происшествия, никем из участников процесса не оспаривается, бесспорно подтверждается всей совокупностью подробно исследованных судом первой инстанции доказательств:

- показаниями самого Вдовина Ю.М., оглашенными в соответствие со ст.276 УПК РФ, подтвержденными им в суде первой инстанции, о том, что 25 июня 2021 года он, управлял автомобилем ШКОДА РАПИД, двигался по ул. Молодогвардейцев в г.Челябинске по левой полосе проезжей части в направлении от Комсомольского проспекта к проспекту Победы со скоростью около 60 км/ч. Поскольку фары от встречных машин ослепили его, он немного снизил скорость своего движения и в это время увидел, что по его полосе навстречу двигается мотоцикл на высокой скорости. Он стал смещаться влево, пытаясь пропустить мотоциклиста по своей полосе, но когда стал тормозить, то увидел, что мотоцикл вернулся на свою сторону проезжей части. Он же вернуться на свою сторону проезжей части не успел, произошло столкновение его автомобиля и мотоцикла (т.2 л.д.85-87,102-103);

- показаниями потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2, согласно которым погибший являлся им сыном. О произошедшем узнали ночью от сотрудников полиции. Когда прибыли на место происшествия, то их сын ФИО7 уже был мертв. Инспектор им пояснил, что их сына, который был на мотоцикле, догоняли сотрудники ГИБДД, и в это время «таксист» выехал на встречную полосу встречного движения, произошло столкновение данного автомобиля и мотоцикла;

- показаниями сотрудников ДПС ГИБДД УМВД России по г. Челябинску ФИО11, ФИО8, ФИО9, ФИО10, из которых следует, что они осуществляли преследование мотоциклиста, нарушившего Правила дорожного движения, поскольку на их требования остановиться мотоциклист не реагировал. Перед перекрестком ул.Молодогвардейцев и пр. Победы мотоциклист развернулся перед экипажем ФИО11 и ФИО8, перекрывшего ему движение. ФИО11 вышел из автомобиля, но мотоциклист объехал его и поехал в обратном направлении в сторону Комсомольского проспекта. Экипаж ФИО9, ФИО10 продолжил преследовать мотоциклиста. Последний выехал на полосу встречного движения, вернулся на свою полосу и в это время столкнулся с автомобилем под управлением Вдовина Ю.Н., выехавшего на полосу встречного движения. 

Объективно вина осужденного Вдовина Ю.М. подтверждается:

- справками по дорожно-транспортному происшествию, согласно которым 24 июня 2021 года водитель Вдовин Ю.В., управляя автомобилем ШКОДА РАПИД (SKODA RAPID), государственный регистрационный знак У 471 ХР 174, у 

<

адрес> произвел столкновение с мотоциклом СУЗУКИ GSF400V (SUZUKI GSF400V), государственный регистрационный знак 0135 АТ 74, под управлением водителя ФИО7 В результате ДТП водитель мотоцикла ФИО7 получил телесные повреждения, от которых скончался на месте происшествия (т. 1 л.д. 12,13);

- протоколами осмотра места происшествия, осмотра мотоцикла СУЗУКИ GSF400V (SUZUKI GSF400V), государственный регистрационный знак 0135 АТ 74, осмотра автомобиля ШКОДА РАПИД (SKODA RAPID), государственный регистрационный знак У 471 ХР 174, из содержания которых следует, что место столкновения данных транспортных средств расположено в координатах 11,2 м от правого края проезжей части по ходу движения автомобиля и 2,6 м от угла 

<

адрес> по Молодогвардейцев. На месте ДТП зафиксированы следы торможения: след торможения мотоцикла длиною 12,4 м, начало 9,2 м от правого края проезжей части и окончание 8,5 м от правого края проезжей части (по ходу движения мотоцикла); след торможения автомобиля ШКОДА РАПИД длиною 2,6 м, начало 8,6 м от левого края проезжей части и окончание 8,7 м от левого края проезжей части (по ходу движения автомобиля). У автомобиля ШКОДА РАПИД повреждены: передний бампер, капот, лобовое стекло, передняя левая дверь, передняя левая фара, решетке радиатора. У мотоцикла СУЗУКИ GSF400V зафиксированы многочисленные повреждения передней вилки, бака, переднего сидения, переднего колеса, передних и задних фонарей, радиатора, двигателя, панели приборов, множественные повреждения пластика, заднего сидения (т. 1 л.д. 14-32, 82-85, 93-96);

- протоколами осмотра видеозаписей, на которых зафиксированы момент и обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, соответствующие показаниям осужденного и сотрудников ГИБДД, приведенных выше по тексту апелляционного определения (т. 1 л.д. 100-103, 111-115, 118-126, 131-135);

- заключением эксперта, согласно которому у ФИО7 имела место тупая сочетанная травма тела, 

<

данные изъяты> В крови и моче от трупа ФИО7 обнаружен этиловый спирт в концентрации 1,0 ‰ и 1,5 ‰ соответственно (т. 1 л.д. 143-151);

- заключением эксперта о том, что в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля ШКОДА РАПИД (SKODA RAPID) государственный регистрационный знак У 471 ХР 174 должен был руководствоваться требованиями горизонтальной разметки 1.3, п. 9.1.1, п. 10.1 ч. 1 и п. 1.5 ч. 1 Правил дорожного движения. В общем случае водитель мотоцикла СУЗУКИ GSF 400V государственный регистрационный знак О 135 АТ 74 должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ч. 2 Правил дорожного движения. Однако, даже руководствуясь требованиями п. 10.1 ч. 2 Правил, водитель мотоцикла СУЗУКИ GSF 400V государственный регистрационный знак О 135 АТ 74 не располагал технической возможностью предотвратить столкновение, применением экстренного торможения.

Также водитель мотоцикла СУЗУКИ GSF 400V государственный регистрационный знак О 135 АТ 74 должен был руководствоваться требованиями п. 10.2 Правил дорожного движения. Превышение водителем мотоцикла СУЗУКИ GSF 400V государственный регистрационный знак О 135 АТ 74 максимально разрешенной скорости движения транспортных средств, равной 60 км/ч, с технической точки зрения, не находится в причинной вязи с событием дорожно-транспортного происшествия. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации причиной данного дорожно-транспортного происшествия явились действия водителя автомобиля ШКОДА РАПИД (SKODA RAPID) государственный регистрационный знак У 471 ХР 174, не соответствующие требованиям горизонтальной дорожной разметки 1.3, п. 9.1.1, п. 10.1 ч. 1 и п. 1.5 ч. 1 Правил дорожного движения (т. 1 л.д. 177-187).

Все указанные и иные приведенные в приговоре доказательства районный суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу, и правильно пришел к выводу о виновности осужденного Вдовина Ю.М. в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности смерть ФИО7

В соответствии со ст. 307 УПК РФ в приговоре приведены убедительные мотивы, по которым суд принял в качестве допустимых и достаточных именно указанные выше доказательства, как соответствующие реальным событиям, обстоятельства которых правильно установлены судом.

Каких-либо противоречий в выводах суда в части доказанности вины Вдовина Ю.М в совершении инкриминируемого ему деяния при обстоятельствах, описанных в приговоре, не имеется.

Показания свидетелей ФИО11, ФИО8, ФИО9, ФИО10 о значимых для дела обстоятельствах последовательны, непротиворечивы, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, в том числе с показаниями самого осужденного, поэтому обоснованного положены в основу приговора. Показания этих лиц, как и показания Вдовина Ю.М. получены в соответствии с требованиями закона, поэтому оснований не доверять указанным доказательствам у суда не имелось. Какого-либо искажения существа изложенных в приговоре показаний осужденного и свидетелей судом не допущено.

Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, содержит четкое и подробное описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотива, цели и наступивших последствий, исследованных в судебном заседании доказательств и их оценки, юридической квалификации содеянного, в связи с чем доводы жалобы потерпевших о том, что приговор основан на предположениях, приведенным в нем доказательствам не дано надлежащей оценки, являются несостоятельными.

Из протокола судебного заседания видно, что проведено оно в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ. 

Исходя из установленных обстоятельств, суд действия ФИО1 правильно квалифицировал по ч. 3 ст. 264 УК РФ. Основания для иной квалификации действий осужденного, возвращения уголовного дела прокурору для предъявления осужденному более тяжкого обвинения отсутствовали.

Высказанные в жалобе потерпевших утверждения о том, что ФИО7 был убит, были проверены на предварительном следствии, в ходе которого заявленное потерпевшим Потерпевший №1 ходатайство о передаче уголовного дела для дальнейшего расследования в СУ СК РФ по Челябинской области (том 2 л.д.58) было разрешено в порядке ст. 122 УПК РФ. При этом, вопреки утверждениям представителя потерпевших адвоката Трапезникова С.В., порядок разрешения данного ходатайства следователем нарушен не был. Действовал он в пределах своих полномочий, предусмотренных ст.38 УПК РФ. Постановление, вынесенное по результатам рассмотрения данного ходатайства, полностью соответствует требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ (том 2 л.д.59-60). 

Предварительное расследование по делу, вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевших, проведено полно, всесторонне и объективно. Каких-либо нарушении закона, препятствующих рассмотрению уголовного дела судом по существу и влекущих необходимость возвращения уголовного дела прокурору, в том числе для изменения обвинения на более строгое, материалы дела не содержат. Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ.

Исходя из конституционно - правового смысла, заложенного в Определении Конституционного Суда РФ от 10 марта 2016 года N 457-О, возвращение уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ, п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, возможно по ходатайству стороны или по инициативе суда для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий лица как более тяжкого преступления, чем указано в предъявленном ему обвинении.

Вышеуказанных оснований для возвращения уголовного дела прокурору по делу не имеется. 

Как следует из материалов уголовного дела, фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, составленном по итогам расследования уголовного дела в отношении ФИО1, не свидетельствуют о наличии оснований для квалификации его действий как более тяжкого преступления. 

Доводы потерпевших и их представителя о необходимости квалификации действий ФИО1 по статье о более тяжком преступлении судом первой инстанции также проверялись и не нашли своего подтверждения, отвергнуты как не основанные на исследованных доказательствах об обстоятельствах совершенного преступления.

Выводы суда в этой части также не содержат предположений и противоречий, являются мотивированными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм уголовного и уголовно-процессуального законов.

Все доводы жалобы потерпевших фактически сводятся к переоценке собранных по делу доказательств. Тот факт, что оценка, данная судом собранным доказательствам, не совпадает с позицией потерпевших, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены судебного решения в отношении ФИО1

Как уже отмечалось выше, постановленный в отношении ФИО1 приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционного представления, на основании исследованных в судебном заседании доказательств, суд пришел к правильным выводам о нарушении водителем ФИО1 установленных п.1.4, п.9.1, 9.1.1, п. 10.1 Правил дорожного движения в Российской Федерации, находящихся в причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием, и как следствие, повлекшем по неосторожности смерть ФИО7 

Суд обоснованно исключил из объема преступных действий ФИО1 п.п. 1.5 и 1.3 Правил дорожного движения, поскольку они не находятся в непосредственной причинно-следственной связи с наступившими последствиями – смертью потерпевшего. Как следует из п. п. 1 и 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 25 от 09 декабря 2008 года «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», уголовная ответственность за преступление, предусмотренное ст. 264 УК РФ, может иметь место лишь при условии наступления последствий, указанных в этой статье, и если эти последствия находятся в причинной связи с допущенными лицом нарушениями правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств. Поскольку исследованными доказательствами установлено, что причиной дорожно-транспортного происшествия явилось изменение ФИО1 в нарушение Правил дорожного движения направления своего движения с выездом на сторону проезжей части, предназначенную для встречного движения, с пересечением дорожной разметки 1.3, после чего он произвел столкновение с мотоциклом под управлением потерпевшего, причинив последнему смертельные повреждения, то как верно отметил районный суд, ссылки на нарушение требований п. 1.5 ПДД РФ и п. 1.3 ПДД РФ излишне, поскольку предписание данных норм правил носят обобщенный декларативный характер, описывают общий принцип поведения всех участников дорожного движения и во всех без исключения случаях, регулируемых ПДД РФ, и не отражают конкретного предписания правил, нарушение которого участником дорожного движения может состоять в причинно-следственной связи с наступившими последствиями. 

При назначении ФИО1 наказания судом соблюдены требования ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, т.е. учтен характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, наличие смягчающих наказание обстоятельств, к которым суд отнес: полное признание вины; раскаяние в содеянном; активное способствование раскрытию преступления; наличие на иждивении малолетнего ребенка; частичную компенсацию морального вреда потерпевшим.

С достаточной полнотой отражены в обжалуемом приговоре и все иные положительные сведения о личности осужденного, в том числе наличии у него постоянных места жительства и работы, где он характеризуется положительно, также суд учел положительную характеристику ФИО1 по прежнему месту работы и благодарственное письмо Администрации Курчатовского района г.Челябинска, а также состоянии здоровья осужденного. 

Иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных при назначении наказания судом первой инстанции, равно как и других обстоятельств, которые применительно к совершенному деянию и личности осужденного в данном конкретном случае должны были бы быть признаны смягчающими наказание в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, судом апелляционной инстанции не установлены. 

Доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы стороны защиты о необходимости признания объяснений ФИО1 до возбуждения уголовного дела в качестве явки с повинной основаны на произвольном толковании закона, поскольку, как верно отмечено районным судом, дорожно-транспортное происшествие произошло в условиях очевидности на глазах сотрудников ГИБДД, поэтому в данном случае у осужденного не имелось какой-либо возможности отрицать свою причастность к нему. При этом по смыслу закона явкой с повинной является добровольное сообщение органу, осуществляющему уголовное преследование, о совершенном или готовящемся преступлении при наличии реальной возможности скрыть свое участие в нем, а сообщение о преступлении, сделанное при наличии у правоохранительных органов сведений о факте участия лица в совершении преступления и об обстоятельствах его совершения, как явка с повинной расцениваться не может. По этим же основаниям все действия ФИО1, верно признанные судом как активное способствование расследованию преступления, не могут быть признаны активным способствованием его раскрытию. 

Принесение извинений осужденным потерпевшим в данном случае также нельзя рассматривать как иное действие, направленное на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим, как с точки зрения его существа и соразмерности последствий, наступивших в результате совершенного преступления, а также с учетом позиции самих потерпевших по данному вопросу. 

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и свидетельствующих о наличии оснований для назначения ФИО1 наказания с применением положений ст. 64 УК РФ (для вида основного наказания и для неприменения обязательного дополнительного наказания), а также ч.6 ст. 15 УК РФ судом первой инстанции обоснованно не установлено, о чем мотивированно указано в судебном решении.

При этом возможность применения положений ст.73 УК РФ судом должным образом мотивирована, с чем суд апелляционной инстанции оснований не согласиться не находит, поскольку ФИО1 впервые совершено неумышленно деяние, относящееся к преступлениям средней тяжести, он имеет постоянное место жительства, регистрации, работы, где характеризуется только с положительной стороны, женат, воспитывает малолетнего ребенка, виновным себя признал полностью, в содеянном раскаялся. 

Гражданские иски потерпевших удовлетворены судом обоснованно, решения по ним приняты с соблюдением норм материального и процессуального права. При определении размера компенсации морального вреда суд в соответствии со ст. ст. 151 и 1101 ГК РФ, руководствуясь принципами разумности и справедливости, учел характер причиненных потерпевшим нравственных и физических страданий, обстоятельства дела, материальное положение осужденного.

Таким образом, нарушений норм уголовно-процессуального законодательства РФ, неправильного применения уголовного закона, влекущих изменение или отмену приговора, в ходе производства по делу допущено не было. Поэтому оснований для удовлетворения доводов апелляционных представления и жалоб суд апелляционной инстанции не находит.

Руководствуясь п.1 ч.1 ст. 389.20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

приговор Курчатовского районного суда г. Челябинска от 25 мая 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Араповой В.А., апелляционные жалобы потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №2, Потерпевший №3 и адвоката Мухтарова Д.Р. – без удовлетворения. 

Настоящее судебное решение вступает в законную силу с момента его вынесения, может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня его вынесения с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ. 

Лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья