Дело № 2-3196/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

05 ноября 2020 года

Московский районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Нагаевой Т.В.,

при секретаре Юрьевой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «Торговый дом «Суворовский» к ФИО1 о признании права собственности на нежилое помещение,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с вышеназванным иском, мотивируя свои требования тем, что ООО «Торговый дом «Суворовский» являлось собственником нежилого помещения с КН №, расположенного по адресу: 

<

адрес> с 11.06.2008 года. однако, 23 апреля 2019 г. из выписки из ЕГРН ООО «Торговый дом «Суворовский» стало известно, что право на указанное нежилое помещение 29 января 2019 года было зарегистрировано за ФИО1

Из выписки из ЕГРН от 24 апреля 2019 года стало известно, что право собственности на ответчика перешло на основании соглашения об отступном. Однако, ООО «Торговый дом «Суворовский» намерений на отчуждение кому-либо данного нежилого помещения не имело, соглашения об отступном с ФИО1 не заключало, каких-либо действий в учреждении Росреестра, направленных на проведение государственной регистрации перехода права собственности на нежилое помещение с истца на ответчика, не совершало. ООО «Торговый дом «Суворовский» такой воли не выражало, намерений на отчуждение указанного нежилого помещения не имело.

На основании Соглашения об отступном от 06.02.2015 г., представленного на регистрацию 19.01.2019 года (то есть спустя почти 4 года с даты, указанной на Соглашении об отступном), государственным регистратором ФИО8 29.01.2019 г. была произведена государственная регистрация права собственности на вышеуказанное нежилое помещение за ФИО1

Государственный регистратор ФИО8 произвел государственную регистрацию права собственности на спорное помещение за ФИО1 с нарушением ряда норм Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости».

1) Соглашение об отступном, на основании которого государственным регистратором была проведена государственная регистрация права собственности за ФИО1, в нарушение ч. 1 ст. 21 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» не заверено печатью Общества и не имеет надлежащей подписи должностного лица Общества.

Как видно из самого Соглашения об отступном ни на первой, ни на второй странице данного Соглашения печати Общества не имеется. В соответствии с п. 2.1. Устава Общества, Общество имеет круглую печать, содержащую его полное фирменное наименование на русском языке, указание на место нахождения Общества.

На второй странице данного Соглашения, где должны находиться наименование лица, подписавшего Соглашение от имени Общества, и подпись, имеется подпись ФИО9, которая лицом, уполномоченным на подписание данного Соглашения, не является.

Несмотря на такие нарушения, государственный регистратор ФИО8, в обязанности которого входит обязательное проведение юридической экспертизы документов, представленных на государственную регистрацию, данную экспертизу не проводил, либо она была проведена им не должным образом. В частности государственный регистратор ФИО10 не установил, кем является ФИО11, имеются ли у нее необходимые полномочия на подписание данного Соглашения, не потребовал проставления печати на Соглашении.

Таким образом, регистрация права собственности была проведена регистратором на основании документа, не подписанного уполномоченным лицом и не содержащем печати юридического лица.

2) Соглашение об отступном, на основании которого государственным регистратором была проведена государственная регистрация права собственности за ФИО1, в нарушение ч. 2 ст. 21 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» не содержит полного написания (расшифровки) фамилии, имени и отчества лица, подписавшего Соглашение от имени Общества.

Как видно из текста Соглашения об отступном, не написаны полностью фамилия, имя и отчество лица, подписавшего Соглашение от имени Общества.

3) Документы, представленные для государственной регистрации права от имени Общества, а также заявление о государственной регистрации права было подписано и поданы в Росреестр от имени Общества неуполномоченным лицом, что является нарушением п. 1 ч. 4 ст. 18 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости».

В нарушение данной нормы закона от имени Общества документы на государственную регистрацию права, а также заявление о государственной регистрации права было подписано и поданы неуполномоченным лицом. 

В представленных Росреестром документах имеется копия доверенности серии 39 АА № 1706246 от 03.08.2018 г. от имени ООО «Торговый дом «Суворовский» на ФИО4, которая подписывала от имени Общества заявление о переходе права собственности с Общества на ФИО4 (в настоящее время после смены фамилии - ФИО1), а также от имени Общества подавала данное заявление, Соглашение об отступном и иные необходимые для проведения государственной регистрации документы. Из текста доверенности серии 39 АА № 1706246 от 03.08.2018 г. усматривается, что полномочия у ФИО4 от имени Общества на подачу заявления о проведении государственной регистрации права на спорное нежилое помещение, а также на представление документов, в частности, Соглашения об отступном и иные необходимые для проведения государственной регистрации перехода права собственности отсутствуют.

При этом, государственный регистратор ФИО8 не мог не знать, что таких полномочий, указанных в доверенности на ФИО4, не достаточно для проведения государственной регистрации права. В материалах регистрационного дела находится доверенность серии 39 АА № 1797979 на представителя второй стороны сделки -ФИО4 ФИО14 В данной доверенности четко и конкретно прописаны полномочия по представлению интересов по вопросам, связанным с регистрацией Соглашения об отступном от 06.02.2015 г., права собственности и переход права собственности на вышеуказанное нежилое помещение с правом подачи всех необходимых документов. В доверенности же выданной Обществом на ФИО4 таких полномочий нет.

Поскольку от имени ООО «Торговый дом «Суворовский» лицо, имеющее право действовать без доверенности с заявлением о государственной регистрации права не обращалось, а у ФИО4 полномочия на подачу от имени Общества заявления о государственной регистрации права отсутствовали, то государственная регистрация права была осуществлена в отсутствие заявления правообладателя.

4) Из представленных из Росреестра документов не усматривается, что для государственной регистрации права были представлены не менее двух экземпляров-подлинников Соглашения об отступном от 06.02.2015 г., что является нарушением п. 1 ч. 3 ст. 21 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости».

В нарушение данной нормы закона на регистрацию не было представлено Соглашение об отступном от 06.02.2015 г. в количестве не менее чем в двух экземплярах-подлинниках.

5) Из представленных из Росреестра дела документов усматривается, что для государственной регистрации права не было представлено надлежаще оформленного согласия участников Общества на совершение крупной сделки.

На дату проведения государственным регистратором государственной регистрации перехода права собственности было представлено согласие на совершение сделки, датируемое 05 февраля 2015 года, срок действия которого истек 05 февраля 2016 года.

Более того, с 21 декабря 2018 года участником Общества с размером доли в уставном капитале 50% стала ФИО3, которого своего согласия об одобрении сделки не принимала.

Таким образом, при наличии вышеуказанных нарушений закона государственный регистратор ФИО8 не должен был производить действия по регистрации перехода права собственности на нежилое помещение с ООО «Торговый дом «Суворовский» на ФИО4, а должен был отказать в регистрации права либо приостановить осуществление государственной регистрации права.

В связи с вышеизложенным ООО «Торговый дом «Суворовский» обратилось в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области с жалобой на действия государственного регистратора от 06 августа 2019 г. На указанную жалобу Управление Росреестра по Калининградской области дало ответ от 26.08.2019 г., согласно которому установлен ряд существенных нарушений в действиях регистратора ФИО8, а также ООО «Торговый дом «Суворовский» предложено для защиты своих прав обратиться в судебные органы.

Кроме того, ООО «Торговый дом «Суворовский» обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с исковым заявлением о признании действий регистратора незаконным. Определением Арбитражного суда Калининградской области от 27 августа 2019 года по делу № А21-11265/2019 указанное исковое заявление принято к производству.

Учитывая вышеизложенное, ООО «Торговый дом «Суворовский» считает, что законных оснований для перехода права собственности на нежилое помещение с кадастровым номером №, расположенное по адресу: 

<

адрес>, к ФИО1 не имелось.

Истец просит признать за ООО «Торговый дом «Суворовский» право собственности на нежилое помещение с кадастровым номером №, расположенное по адресу: 

<

адрес>.

Представитель истца ООО «Торговый дом «Суворовский» в судебное заседание не явился, надлежаще извещен о месте и времени судебного заседания.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась, надлежаще извещена о месте и времени судебного заседания. 

Представитель ответчика ФИО5 по доверенности в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, поддержав позицию, изложенную в письменных возражениях.

Представила Возражения на исковое заявление (том 1, л.д. 113-114), указав, что доводы истца были предметом исследования и оценки при рассмотрении в Московском районном суде г. Калининграда гражданского дела № 2-1568/2019 по иску ООО «ТД «Суворовский» к ФИО1 о признании недействительным Соглашения об отступном и возврате нежилого помещения в собственность Общества. Вышеуказанные действия истца по оспариванию сделки, которая, как указывал сам истец, ранее была совершена с целью увеличения кредиторской задолженности общества, являются злоупотреблением правом, не подлежащим судебной защите. Проставление печати на договорах является необязательным, если это не предусмотрено самим договором. Спорное Соглашение было заключено в срок, предусмотренный ч. 3 ст. 46 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». Ни протокол общего собрания участников, ни само Соглашение не содержат срока для регистрации перехода права собственности. Регистратор не обязан был истребовать от Общества дополнительные документы на момент регистрации перехода права. Такая норма отсутствует. Сомневаться в подлинности представленных документов не было оснований. ФИО1 не превысила свои полномочия по предоставлению документов на регистрацию, действовала в интересах Общества. По ходатайству ООО «ТД «Суворовский» определением Московского районного суда (ранее Балтийский) от 28.12.2018г. с участием представителя ООО «ТД «Суворовский» обеспечительные меры отменены, определение сдано в Росреестр для снятия обременения. 03.12.2018г. ООО «ТД «Суворовский» самостоятельно обратилось в Арбитражный суд с заявлением об отмене обеспечительных мер. Определением Арбитражного суда Калининградской области от 06.12.2018 года обеспечительные меры, принятые определением от 19.03.2015 года отменены. 10.01.2019 года определение вступило в законную силу, 22.01.2019 года сдано в Росреестр для снятия обременения. 19.01.2019 года ФИО1, действуя по доверенности от ООО «ТД «Суворовский» 39АА1706246, повторно подала на регистрацию Соглашение об отступном от 06.02.2015 года и Протокол общего собрания участников от 05.02.2015 года. Согласно указанной доверенности ФИО1 были предоставлены полномочия по представлению интересов Общества, в т.ч. в Управлении службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области для подачи заявления на внесение изменений в ЕГРП, получения подлинников документов в связи с завершением государственной регистрации права или отказом в государственной регистрации права. Форма и содержание документов отвечали требованиям ФЗ «О государственной регистрации недвижимости». Гражданский кодекс не содержит специальных условий о форме соглашения об отступном, следовательно, форма такой сделки должна соответствовать правилам, установленным в законе для сделок вообще (ст. 158 ГК РФ) и для двухсторонних сделок (ст. 434 ГК РФ). Указанным нормам Соглашение соответствует. Действительность соглашения проверена судами общей юрисдикции. Просит отказать ООО «ТД «Суворовский» в удовлетворении заявления. 

Представитель 3-его лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области в судебное заседание не явился, надлежаще извещен о месте и времени судебного заседания. 

Заслушав пояснения представителя ответчика, исследовав письменные материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства в их совокупности в соответствии со ст. 67 ГК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании ч. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно ч. 2 ст. 157.1 ГК РФ, если на совершение сделки в силу закона требуется согласие третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, о своем согласии или отказе в нем третье лицо или соответствующий орган сообщает лице, запросившему согласие, либо иному заинтересованному лицу в разумный срок после получения обращения лица, запросившего согласие.

Согласно соглашению об отступном от 06 февраля 2015 года, заключенном между ФИО4 (кредитор) и ООО «Торговый дом «Суворовский» (должник) в лице генерального директора ФИО13, в связи с невозможностью погашения задолженности по договорам займа кредитору в размере 

<

данные изъяты> руб. стороны, руководствуясь ст. 409 ГК РФ, договорились о прекращении обязательств должника перед кредитором путем предоставления должником кредитору отступного на условиях и в порядке, предусмотренных настоящим соглашением.

Пунктом 2 соглашения об отступном предусмотрено, что в качестве отступного кредитору предоставляется принадлежащее должнику на праве собственности недвижимое имущество – нежилое помещение 

<

адрес>. Нежилое помещение расположено на земельном участке площадью 0,5174 га с кадастровым номером № по 

<

адрес>.

Стороны пришли к соглашению и определили стоимость нежилого помещения в 

<

данные изъяты> руб. (п. 4 соглашения.) 

В п. 5 соглашения указано, что кредитор приобретает право собственности на нежилое помещение в соответствии с действующим законодательством после государственной регистрации перехода права собственности и с этого момента обязательства должника перед кредитором по возврату заемных средств в сумме 

<

данные изъяты> руб. прекращаются полностью. 

Согласно п. 11 соглашения настоящее соглашение является одновременно актом приема-передачи нежилого помещения.

Соглашение об отступном от 06 февраля 2015 года подписано лично ФИО4 и ФИО13

Решением Московского районного суда г. Калининграда от 21.11.2019 года по гражданскому делу 2-1568/2019 исковые требования ООО «Торговый дом «Суворовский» к ФИО1 о признании недействительным соглашения об отступном от 06 февраля 2015 года, заключенного между ООО «Торговый дом «Суворовский» к ФИО1, применении последствия недействительности сделки в виде возврата нежилого помещения с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, в собственность ООО «Торговый дом «Суворовский» оставлены без удовлетворения.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

В ходе судебного разбирательства по делу 2-1568/2019 установлено, что ФИО1 с 29 января 2019 года на праве собственности на основании соглашения об отступном принадлежит нежилое помещение с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>. 

Согласно свидетельству о перемене имени I-PE№ 512861 от 05 февраля 2019 года ФИО4, 

<

данные изъяты>, переменила фамилию на ФИО1. 

19 января 2019 года ФИО4, являясь представителем общества на основании доверенности 39 АА № 1706246 от 03 августа 2018 года, подала в Управление Росреестра по Калининградской области заявление, в котором просила осуществить государственную регистрацию перехода права на нежилое помещение площадью 139,5 кв.мпо адресу: 

<

адрес> от ООО «Торговый дом «Суворовский» к ней (ФИО4). С аналогичным заявлением обратилась в Управление Росреестра по Калининградской области и сама ФИО4, которую по доверенности представляла ФИО14

Вопреки утверждению представителя истца отсутствие печати общества на оспариваемом соглашении об отступном не свидетельствует о несоблюдении простой письменной формы сделки. 

Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, проставление печати на договоре не является обязательным требованием, несоблюдение которого влечет последствия, предусмотренные п. 1 ст. 162 ГК РФ. В данном случае соглашения сторон об обязательном проставлении печати на договоре не имелось. 

Довод представителя истца о том, что отсутствует надлежащим образом оформленное согласие участников общества на совершение крупной сделки, не может быть принят во внимание. Поскольку согласие учредителей общества на совершение оспариваемой сделки было дано 05 февраля 2015 года, отсутствуют основания для применения к данному согласию положений ч. 3 ст. 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в редакции Федерального закона от 03.07.2016 № 343-ФЗ.

В протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «Торговый дом «Суворовский» от 05 февраля 2015 года срок, в течение которого действительно такое решение, не указан. 

На дату совершения оспариваемой сделки (06 февраля 2015 года) ФИО3 не являлась участником общества, в связи с чем ее согласия на совершение крупной сделки не требовалось. Участником общества ФИО3 стала только 21 декабря 2018 года. 

Не был принят во внимание и довод представителя общества о том, что у общества не было намерений заключать с ФИО1 оспариваемое соглашение об отступном. 

Достоверных и убедительных доказательств мнимости заключенного соглашения об отступном от 06 февраля 2015 года истцом представлено не было и судом не установлено. 

Из определения Московского районного суда г. Калининграда от 26 декабря 2018 года по делу № 2-91/2010 видно, что в обоснование заявления об отмене мер по обеспечению иска общество указывало на имеющиеся меры как препятствие в распоряжении объектами недвижимости, что свидетельствует о наличии воли общества на исполнение совершенной сделки и достижения соответствующих ей правовых последствий.

Доводы представителя истца, связанные с подачей документов в Управление Росреестра по Калининградской области 19 января 2019 года на государственную регистрацию перехода права собственности на нежилое помещение (отсутствие полномочий ФИО1 в доверенности, наличие только одного оригинала соглашения), правового значения для разрешения настоящего спора о признании сделки недействительной не имеют. 

При этом суд отмечал, что в нотариально удостоверенной доверенности от 03 августа 2018 года общество уполномочило ФИО4 быть представителем в различных учреждениях, организациях, в том числе Управлении Росреестра по Калининградской области с правом подачи заявления на внесение изменений в реестр прав на недвижимое имущество, получения подлинников документов в связи с завершением государственной регистрации права или отказом в государственной регистрации права, для чего предоставлено право расписываться, распоряжаться принадлежащими обществу денежными средствами, а также выполнять все действия и формальности, связанные с данным поручением.

Нежилое помещение фактически было передано ФИО1, в котором всегда находился принадлежащий последней магазин 

<

данные изъяты>. Не оспаривалось сторонами и то, что ФИО1 несла бремя содержания нежилого помещения, ею также осуществлялся ремонт нежилого помещения, при этом ей помогал ФИО2 

Таким образом, в течение длительного времени в период с февраля 2015 года по май 2019 года общество никаких мер к возврату нежилого помещения не предпринимало.

Такое поведение истца после заключения сделки давало основание ФИО1 полагаться на действительность сделки, а сами по себе действия истца, выразившиеся в оспаривании соглашения об отступном с приведением доводов, о которых обществу было известно на момент совершения сделки, свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении истца.

Апелляционным определением от 04.03.2020 года решение Московского районного суда г. Калининграда от 21.11.2019 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения. 

Что касается доводов истца о том, что в нарушение ч. 2 ст. 21 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» в тексте Соглашения об отступном, не написаны полностью фамилия, имя и отчество лица, подписавшего Соглашение от имени Общества, суд приходит к следующему. 

Требования к документам, представляемым для госрегистрации прав на недвижимость, предусмотрены в ст. 21 Закона о госрегистрации недвижимости. В частности, тексты документов на бумажном носителе должны быть написаны разборчиво, наименование организации приводится полностью (без сокращений) с указанием места ее нахождения (ч. 2 ст. 21 названного Закона). Фамилии, имена и при наличии отчества физических лиц, адреса их мест жительства должны быть написаны полностью.

Указание в тексте Соглашения фамилии и инициалов ген.директора ФИО9 не является нарушением, поскольку наименование организации написано полностью (без сокращений) с указанием места ее нахождения.

Что касается действий государственного регистратора ФИО8, они не являются предметом настоящего спора. 

Поскольку не имеется оснований для повторного обсуждения вопроса о допустимости, относимости, достоверности и достаточности доказательств, положенных в основу решения и апелляционного определения по гражданскому делу 2-1568/2019 по иску ООО «Торговый дом «Суворовский» к ФИО1, 3-и лица ФИО2, ФИО3 о признании соглашения об отступном недействительным, применении последствий недействительности сделки, учитывая, что доводы истца были предметом разбирательства при рассмотрении вышеуказанного гражданского дела N 2-1568/2019 и в силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ доказыванию вновь не подлежат, исковые требования ООО «Торговый дом «Суворовский» к ФИО1 о признании права собственности на нежилое помещение подлежат оставлению без удовлетворения. 

Поскольку истцу при подаче искового заявления по ходатайству ( л.д.88, том1) была предоставлена отсрочка по уплате госпошлины до окончания рассмотрения дела, в силу требований ст. 98, 103 ГПК РФ с истца подлежит взысканию госпошлина в доход бюджета.

Поскольку стоимость предмета спора составила 

<

данные изъяты> руб., о чем указано в ходатайстве о предоставлении отсрочки, размер госпошлины, подлежащей уплате составит 

<

данные изъяты> руб. Истцом уплачена госпошлина в размере 

<

данные изъяты> руб., что подтверждается платежным поручением № 1 от 09.01.20.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, государственная пошлина подлежит взысканию с истца в доход местного бюджета в размере 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты>

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ООО «Торговый дом «Суворовский» к ФИО1 о признании права собственности на нежилое помещение с кадастровым номером №, расположенное по адресу: 

<

адрес>, отказать.

Взыскать с ООО «Торговый дом «Суворовский» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 24 461 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено 09 ноября 2020 года.

Судья подпись