Судья Чалова Н. В. № 33-3309/2025

10RS0004-01-2025-000113-24

2-254/2025

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КАРЕЛИЯ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

02 декабря 2025 года г. Петрозаводск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Душнюк Н.В.,

судей Курчавовой Н.Л., Евтушенко Д.А.,

при ведении протокола помощником судьи Хямяляйнен О.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе истца на решение Кондопожского городского суда Республики Карелия от 18 августа 2025 года по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу Сбербанк, Банку ВТБ (публичное акционерное общество) о признании недействительным кредитных договоров.

Заслушав доклад судьи Курчавовой Н.Л., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО Сбербанк, Банк ВТБ (ПАО) по тем основаниям, что в период времени с ХХ.ХХ.ХХ неустановленное лицо путем обмана, используя информационно-коммуникационные технологии, сеть «Интернет», средства мгновенного обмена сообщениями «Ватсап», приложение «Скайп», мобильную связь, действуя из корыстной заинтересованности, ввело в заблуждение истца, ФИО2, ФИО3 и под предлогом заработка на брокерских счетах в приложении «Маркет» вынудило ФИО2 совершить переводы денежных средств на счета сторонних получателей. ХХ.ХХ.ХХ в ПАО Сбербанк на имя истца было оформлено два кредитных обязательства на сумму 744 000 рублей с уплатой процентов в размере 32,5% годовых и на сумму 227 000 рублей с уплатой процентов в размере 34,6% годовых. ХХ.ХХ.ХХ в Банке ВТБ (ПАО) на имя истца оформлено кредитное обязательство на сумму 587 181 рублей с уплатой процентов в размере 33,5% годовых. При оформлении кредитных обязательств были указаны недостоверные сведения о размере заработной платы истца, что не было проверено сотрудниками банков. Истец полагает, что в нарушение положений о сохранении банковской тайны ответчики раскрыли персональные данные истца, что привело к оформлению кредитных обязательств и переводу денежных средств мошенникам. По изложенным в иске основаниям, истец просил суд признать кредитные договоры, заключенные ХХ.ХХ.ХХ с ПАО Сбербанк, ХХ.ХХ.ХХ с Банком ВТБ (ПАО), недействительными.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ФИО5, ФИО2, ФИО3.

Решением суда в удовлетворении исковых требований отказано.

С постановленным по делу решением суда не согласен истец, в апелляционной жалобе просит решение суда отменить. Указывает, что упрощенный порядок предоставления потребительского кредита и распоряжения кредитными денежными средствами противоречит порядку заключения договора потребительского кредита, таким образом, выводы суда о согласованном сторонами способе аутентификации клиента не основаны на установленных обстоятельствах дела. Ссылаясь на наличие волеизъявления истца на заключение договора кредита и перевод денежных средств, суд первой инстанции не дал оценки последующему поведению истца - обращение в полицию, Сбербанк, Центробанк России, следственный комитета России и Генеральную прокуратуру РФ. Суд также не выяснил, каким образом были сформулированы условия договора кредита, как банком согласовывались с заемщиком индивидуальные условия договора. Кроме того, в нарушение положений о сохранении банковской тайны ответчики раскрыли персональные данные истца, данным действиям банков, являющихся профессиональным участником правоотношений, с точки зрения добросовестности, разумности и осмотрительности суд оценки не дал. При этом банки, учитывая интересы клиента и оказывая ему содействие, должны были принять во внимание этапы оформления кредитных обязательств, достоверность предоставляемых данных, характер операции.

В письменных возражениях ответчики просят решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу истца без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ответчиков ПАО «Сбербанк России» - ФИО6 и Банка ВТБ (ПАО) - ФИО7, действующие в рамках полномочий, предоставленных доверенностями, возражали против доводов апелляционной жалобы истца, поддерживая доводы, приведенные в возражениях на апелляционную жалобу.

Иные участвующие в деле лица в суд апелляционной инстанции не явились, извещены о времени и месте слушания дела с учетом положений ст.165.1 Гражданского кодекса РФ.

Судебная коллегия, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, руководствуясь положениями ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ, посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание участников процесса, заблаговременно извещавшихся о времени и месте рассмотрения дела в установленном законом порядке.

В соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении, возражениях относительно жалобы.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений относительно нее, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО1 является клиентом ПАО Сбербанк и Банка ВТБ (ПАО).

Так ХХ.ХХ.ХХ между истцом и Банком ВТБ (ПАО) был заключен договор комплексного обслуживания физических лиц путем подачи/подписания истцом заявления и присоединения к действующей редакции Правил комплексного обслуживания физических лиц в ВТБ (ПАО), в связи с чем истцу был предоставлен доступ в систему «ВТБ-Онлайн», присвоен УНК (является логином для входа), а также открыт банковский счет ((...)

Согласно Условиям обслуживания физических лиц в системе «ВТБ-Онлайн» доступ к «ВТБ-Онлайн» по каналу дистанционного доступа производится клиентом с использованием средств доступа при условии успешной идентификации (п.3.2); подписание распоряжений в ВТБ-Онлайн производится клиентом при помощи SMS/push-кодов, пин-кода (п.5.1).

В заявлении на предоставление комплексного обслуживания истец также просил направлять пароль для доступа в ВТБ-Онлайн, SMS-коды, сообщения в рамках SMS-пакета «Базовый» на мобильный телефон, указанный в разделе контактная информация заявления – №

ХХ.ХХ.ХХ между ФИО1 и ПАО Сбербанк был заключен договор банковского обслуживания, в рамках которого ему была выпущена и активирована дебетовая карта № (...)

ХХ.ХХ.ХХ ФИО1 на основании заявления был предоставлен доступ к SMS-банку (мобильному банку) на номер телефона № (...)

Из материалов дела следует, что ХХ.ХХ.ХХ между ФИО1 и ПАО Сбербанк дистанционно через личный кабинет Сбербанк онлайн были заключены два кредитных договора № на сумму 744000 рублей ((...)) и № на сумму 227000 рублей (...)

ХХ.ХХ.ХХ года между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 дистанционно с использованием системы «ВТБ-Онлайн» был заключен кредитный договор № № на сумму 587181 рублей (...)

Заявления на кредит, индивидуальные условия кредитных договоров, заявления на открытие счета и перевод денежных средств истцом подписаны посредством использования интернет-сервиса путем ввода SMS-кодов, направляемых банком на мобильный номер телефона истца.

После получения кредитных денежных средств ХХ.ХХ.ХХ через личный кабинет, согласно выпискам по операциям на счете, денежные средства были переведены ФИО1 на счет ФИО2

ХХ.ХХ.ХХ ФИО2 обратилась в адрес начальника ОМВД России по Кондопожскому району с заявлением о мошеннических действиях и причинении ущерба в особо крупном размере (...)

Постановлением от ХХ.ХХ.ХХ следователем Следственного отдела ОМВД России по Кондопожскому району в отношении неустановленного лица по признакам состава преступления, предусмотренного (...) Уголовного кодекса РФ (мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере или повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение) возбуждено уголовное дело №

Из постановления следует, что в период с ХХ.ХХ.ХХ неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, путем обмана, используя информационно-коммуникационные технологии, сеть «Интернет», средства мгновенного обмена сообщениями «Ватсап», приложение «Скайп», мобильную связь, действуя из корыстной заинтересованности, ввело в заблуждение ФИО1, ФИО2, ФИО3 и под предлогом заработка на брокерских счетах в приложении «Маркет» вынудило ФИО2 совершить переводы денежных средств в размере 11300 рублей на счет ПАО Сбербанк, получатель Иван Сергеевич М., в размере 10000 рублей по номеру телефона на имя ФИО4; в размере 140000 рублей на номер телефона на имя ФИО4, в размере 570000 рублей на банковскую карту ПАО ВТБ получатель Иван Б., в размере 999000 на банковскую карту ПАО ВТБ по номеру телефона на имя ФИО4, в размере 826000 рублей на банковскую карту ПАО «ВТБ» по номеру телефона на имя ФИО4, тем самым незаконно получило от ФИО2 денежные средства на общую сумму 2556300 рублей, причинив ФИО2, ФИО3 и ФИО1 материальный ущерб в особо крупном размере (...)

Постановлениями следователя Следственного отдела ОМВД России по Кондопожскому району от ХХ.ХХ.ХХ ФИО1, ФИО2, ФИО3 признаны потерпевшими по вышеуказанному уголовному делу ((...)

Из протокола допроса потерпевшего ФИО1 от ХХ.ХХ.ХХ года следует, что ХХ.ХХ.ХХ года ему позвонил его бывший коллега по работе ФИО3 и попросил помочь его жене Чернявской Ю. вывести деньги с брокерского счета. При встрече с ними ФИО2 созвонилась со специалистом службы безопасности Константином, который очень долго объяснял ему суть дела, указал, что ему нужно взять кредит и перевести деньги на карту ФИО2, чтобы вывести ранее вложенные ею инвестиционные денежные средства с брокерского счета. Он зашел в приложение ПАО Сбербанк через телефон и под руководством Константина совершал манипуляции для оформления кредита. Кредит был одобрен на сумму 744000 рублей, после чего он перевел денежные средства в размере 742500 рублей на карту Банка ВТБ (ПАО) ФИО2 Сразу же по указанию Константина он оформил еще один кредит в ПАО Сбербанк на сумму 227000 рублей, денежные средства в размере 225000 рублей перевел на банковскую карту Банка ВТБ (ПАО) ФИО2 На следующий день 16 октября 2024 года он под руководством Константина оформил кредит в Банке ВТБ (ПАО) на сумму 587181 рублей, после чего сначала перевел денежные средства себе на карту ПАО Сбербанк, а потом перевел на карту Банка ВТБ (ПАО) ФИО2 Далее под руководством Константина он оформил на себя кредитную карту на сумму 252000 рублей в ПАО Сбербанк, из них 250000 рублей он перевел ФИО2 (...)

В рамках уголовного дела также был проведен осмотр места происшествия (протокол от ХХ.ХХ.ХХ), допрос потерпевшей ФИО2 (протокол от ХХ.ХХ.ХХ), допрос потерпевшего ФИО3 (протокол допроса от ХХ.ХХ.ХХ), которые подтвердили вышеуказанные обстоятельства.

Согласно информации, представленной ПАО Сбербанк, ХХ.ХХ.ХХ с мобильного устройства после успешной идентификации и аутентификации по только известным истцу данным ФИО1 осуществил вход в личный кабинет системы Сбербанк онлайн, после чего оформил заявку на получение потребительского кредита на сумму 774 000 рублей. Заемщику на номер телефона № было отправлено SMS-уведомление, содержащее параметры кредита и одноразовый код. Пароль подтверждения был корректно введен, в результате чего кредитный договор № был заключен, денежные средства в размере 744 000 рублей были зачислены на счет №, принадлежащий ФИО1

ХХ.ХХ.ХХ года через личный кабинет в мобильном приложении Сбербанк онлайн ФИО1 была совершена операция безналичного перевода с каты № на карту Банка ВТБ (ПАО) на сумму 742 500 рублей.

Кроме того, ХХ.ХХ.ХХ через личный кабинет системы Сбербанк онлайн ФИО1 была подана еще одна заявка на получение потребительского кредита на сумму 227 000 рублей. Заемщику отправлено SMS-уведомление, содержащее код. Пароль был корректно введен, в результате чего заключен кредитный договор №. Денежные средства в размере 227 000 рублей были зачислены на счет №, принадлежащий ФИО1 Далее через личный кабинет в мобильном приложении Сбербанк онлайн ФИО1 была совершена операция безналичного перевода с каты № на карту Банка ВТБ (ПАО) на сумму 225 500 рублей.

Согласно выпискам по операциям на счете денежные средства ФИО1 были переведены на счет ФИО2

Из информации, представленной Банком ВТБ (ПАО), следует, что ХХ.ХХ.ХХ посредством ввода кода, полученного от банка в SMS-сообщении, ФИО1 вошел в личный кабинет в системе «ВТБ-Онлайн» и оформировал заявку на получение кредита. На номер телефона № было направлено сообщение, содержащее код.

В результате указанных действий ФИО1 ХХ.ХХ.ХХ был заключен кредитный договор №, по условиям которого ему на счет № были предоставлены денежные средства в размере 587 181 рублей.

В этот же день - ХХ.ХХ.ХХ после получения денежных средств ФИО1 был осуществлен перевод денежных средств на свой счет в другом банке через СБП №

Согласно выпискам по операциям на счете денежные средства ФИО1 были переведены на счет ФИО2 (...)

ХХ.ХХ.ХХ ФИО2 осуществлены переводы денежных средств, полученных от ФИО1, на счет №, принадлежащий ФИО4 (...)

На основании ходатайства истца определением суда первой инстанции назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено ГБУЗ «Республиканская психиатрическая больница».

Из заключения ГБУЗ «Республиканская психиатрическая больница» от ХХ.ХХ.ХХ № следует, что психологический анализ направленной беседы с ФИО1 в рамках экспериментально-психологического исследования и материалов гражданского дела указывает, что испытуемый в юридически значимый период времени не находился в таком состоянии, при котором нарушены регуляция и контроль психической деятельности, способность целостной оценки и осмысления всех аспектов юридически значимой ситуации, а также возможных социальных и правовых последствий своих действий. Эксперт указал, что у ФИО1 не выявлено (...), которые лишали бы его возможности понимать и руководить своими действиями, как со стороны интеллектуально-мнестической, так с эмоционально-личностной сферы. Волевые качества личности сохранены. Эксперт пришел к выводу о том, что у ФИО1 отсутствуют индивидуальные психологические особенности, которые могли повлиять на понимание характера и значение совершаемых им действий в период с ХХ.ХХ.ХХ, в т.ч. по заключению кредитных договоров. ФИО1 мог правильно воспринимать имеющие значение во время заключения кредитных договоров обстоятельства.

Обращаясь с иском в суд, ФИО1 указал, что вышеуказанные кредитные договоры он заключал под влиянием обмана, он не имел намерений получать кредитные средства у банков.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст.ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, руководствуясь ст. 168, 179, 819, 820, 434, 438, 432 Гражданского кодекса РФ, положениями Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи», пришел к выводу о том, что оспариваемые кредитные договоры заключены в предусмотренном законодательством порядке, оснований для признания договоров недействительными не имеется.

Суд указал, что ФИО1 полностью осознавал принятие на себя обязательств по кредитам, оспариваемые договоры содержат в себе все существенные условия, совершены в надлежащей форме, подписаны с использованием простой электронной подписи, содержание договоров позволило истцу оценить сущность и последствия сделок.

Принимая во внимание, что ФИО1 имел намерение получить по оспариваемым кредитным договорам денежные средства для последующего извлечения совместно с ФИО2 дохода от их использования, получил их и распорядился ими по своему усмотрению, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что нарушений требований Гражданского кодекса РФ, Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» при совершении между сторонами сделок не было допущено, в связи с чем в удовлетворении требований истца о признании их недействительными отказал.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам и исследованным судом доказательствам, оценка которым дана по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса РФ.

В соответствии со ст. 819 Гражданского кодекса РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

В силу п. 1 ст. 434 Гражданского кодекса РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договора данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго п. 1 ст. 160 настоящего Кодекса (п. 2 ст. 434 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 160 Гражданского кодекса РФ использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Согласно п.2 ст.5 Федерального закона от 06.04.2011 №63-ФЗ «Об электронной подписи» простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

В соответствии с п.2 ст.6 Федерального закона от 06.04.2011 №63-ФЗ «Об электронной подписи» информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия.

На основании п.4 ст.11 Федерального закона от 27.07.2006 №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» в целях заключения гражданско-правовых договоров или оформления иных правоотношений, в которых участвуют лица, обменивающиеся электронными сообщениями, обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения, в порядке, установленном федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами.

Из приведенных норм закона следует, что законодательство Российской Федерации допускает заключение кредитного договора путем использования кодов, паролей или иных средств подтверждения факта формирования электронной подписи при условии соглашения сторон о специальном способе достоверного определения лица, выразившего волю на заключение договора.

Согласно ст.153 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Разъясняя эту правовую норму, Пленум Верховного Суда Российской Федерации указывает, что по смыслу данной статьи при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (п.50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В связи с этим в качестве элемента, имеющего ключевое значение для признания того или иного юридически значимого акта сделкой, закон и судебная практика принимают не столько истинную волю лица, составляющую внутреннюю, субъективную сторону, сколько внешнее проявление воли лица - волеизъявление, непосредственно порождающее определенные гражданско-правовые последствия.

Вопросы об истинной воле лица, о ее отличии от волеизъявления, равно как и о свободном характере ее формирования возникают только в строго определенных законом случаях, являющихся основаниями для признания заключенной лицом сделки недействительной в связи с теми или иными пороками воли или волеизъявления (недееспособность стороны, совершение сделки под влиянием заблуждения, обмана, насилия или угрозы либо неблагоприятных обстоятельств и прочее).

Защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена под влиянием заблуждения, обеспечивает ст.178 Гражданского кодекса РФ (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22.04.2014 №751-О, от 28.02.2019 № 338-О и др.).

В соответствии с п.1 ст.178 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Таким образом, не всякое заблуждение признается пороком сделки, а лишь существенное, то есть при отсутствии которого сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку вовсе.

Раскрывая понятие существенности заблуждения, законодатель в п.2 данной статьи приводит неисчерпывающий (открытый) перечень обстоятельств, заблуждение относительно которых полагает существенным, заслуживающим при наличии прочих предпосылок являться основанием для признания сделки оспоримой (недействительной), а в пункте 3 статьи устанавливает, что заблуждение относительно мотивов сделки (обстоятельств, характеризующих ее основной мотив) таким основанием не считает.

Конституционный Суд Российской Федерации в названных выше определениях именует эти положения Гражданского кодекса РФ ориентирами, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы его рассматривать в качестве основания для признания сделки недействительной.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным, подлежит исследованию в каждом конкретном деле.

При этом оценке со стороны судов подлежит также то обстоятельство, проявил ли истец требовавшуюся в таких обстоятельствах осмотрительность при совершении оспариваемой им сделки.

Заблуждение относительно правовых последствий сделки, наравне с заблуждением относительно ее мотивов, не является основанием для признания ее недействительной по ст.178 Гражданского кодекса РФ.

Заблуждение истца относительно мотивов (обстоятельств, характеризующих основной мотив сделки), полагавшего, что он заключает оспариваемые договоры для оказания помощи своей знакомой ФИО2, в данном случае основанием для признания совершенных им сделок недействительными являться не может.

Другими данными законодателем ориентирами разрешения вопроса о наличии оснований для оспаривания сделки в соответствии с положениями ст.178 Гражданского кодекса РФ являются закрепленные в ее п.5 условия распознаваемости такого заблуждения и учета поведения (добросовестности) другой стороны сделки.

Согласно данной норме суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Указанное положение имеет существенное значение для применения ст.178 Гражданского кодекса РФ, которое нельзя недооценивать - оспаривание сделок по мотивам заблуждения создает серьезные риски для другой стороны, которая могла положиться на факт совершения сделки.

Указание же в данной норме на право, а не обязанность суда принять во внимание наличие возможности у добросовестного контрагента распознать заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, призвано предоставить суду возможность учета особенных обстоятельств, в рамках конкретного гражданского дела, таких как: наличие обоюдной ошибки, пусть невиновное но введение в заблуждение истца непосредственно действиями контрагента и прочее.

Кроме того, при разрешении споров об оспаривании сделок, совершенных гражданином под влиянием заблуждения, сформированного третьими лицами при совершении в отношении такого гражданина имущественного преступления, предоставлять другой стороне сделки меньший объем защиты, чем предоставлено законом контрагенту при оспаривании договора по мотивам ее заключения под влиянием обмана (абзац третий п.2 ст.179 Гражданского кодекса РФ, в силу которого сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона знала или должны была знать об обмане), являлось бы неверным.

Таким образом, отказ суда при разрешении иска гражданина о признании сделки, совершенной им под влиянием заблуждения, даже в случае, если судом будет установлено, что такое заблуждение являлось существенным, от исследования и оценки поведения (добросовестности) другой стороны при совершении этой сделки недопустим.

При рассмотрении настоящего дела недобросовестного поведения банков при заключении оспариваемых сделок судом установлено не было.

В соответствии с п. 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27.12.2018 №ОД-2525, к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Доказательств нарушения банками условий договора, в том числе невыполнение обязанности по предоставлению достоверной информации об оказываемых услугах, оказания некачественной услуги, повлекших несанкционированное списание денежных средств со счета истца, материалы дела не содержат.

При наличии заключенных с истцом кредитных договоров, подписанных им, оснований для отказа в переводе денежных средств со счета при отсутствии со стороны истца сведений об обстоятельствах заключения договора у банков не имелось, как не имелось и оснований подозревать совершение в отношении истца мошеннических действий.

Из материалов дела следует, что доступ клиента к услугам системы Сбербанк онлайн осуществляется при условии его успешной идентификации и аутентификации на основании логина (идентификатора) и постоянного пароля (п.3.7 приложения 1 к Условиям ДБО) (...)). Самим истцом факт совершения действий, направленных на заключение оспариваемых договоров, не оспаривался, он имел волю на заключение кредитных договоров.

Порядок оформления кредитного договора в приложении Сбербанк онлайн подробно отражен в приобщенном к материалам дела пошаговом примере, с развернутыми комментариями и скриншотами, согласно которому оформление кредита через систему Сбербанк онлайн является следствием комплекса действий, который необходимо осуществить клиенту в мобильном приложении (получение информации о возможности получения кредита, заполнение и подписание заявки, ознакомление с параметрами кредита, ознакомление с общими и индивидуальными условиями кредитного договора, подписание кредитного договора) (...)

Документальным подтверждением факта оказания истцу услуги, совершения им операций/действия является протокол проведения операций/действия в автоматизированной системе банка, подтверждающий корректную идентификацию и аутентификацию клиента (в том числе с использованием клиентом аналога собственноручной подписи) и оказание услуги, совершение операции/действия в такой системе (п.3.9 приложения 1 к Условиям ДБО). Таким протоколом является, в том числе, представленная ответчиком выгрузка из системы Сбербанк онлайн и протокол SMS-сообщений, направленных банком на номер телефона истца (...)

По факту заключения договора в электронной форме банк направляет клиенту на все номера мобильных телефонов, подключенных к услуге «Мобильный банк», SMS-сообщение и/или push-уведомление на мобильное устройство клиента с установленным мобильным приложением банка о заключении договора, которое является подтверждением заключения такого договора.

Материалами дела также подтверждается, что отношения между истцом и Банком ВТБ (ПАО), возникающие в связи с использованием системы дистанционного банковского обслуживания «ВТБ-Онлайн», регулируются Правилами дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), являющимися неотъемлемой частью Договора дистанционного банковского обслуживания, заключенного между сторонами (...)

В соответствии с п. 3.1.1 Правилами дистанционного банковского обслуживания доступ Клиента в Систему ДБО осуществляется при условии успешной идентификации, аутентификации в порядке, установленном Условиями Системы ДБО.

Как установлено Условиями обслуживания физических лиц в системе ВТБ-Онлайн подписание Распоряжения в ВТБ-Онлайн производится клиентом при помощи следующих Средств подтверждения: SMS/Push-кодов в случае использования Мобильного приложения, в том числе при помощи Passcode (п. 5.1).

Банк предоставляет клиенту SMS/Push-коды, формируемые и направляемые средствами ВТБ-Онлайн по запросу Клиента на доверенный номер телефона/ранее зарегистрированное в Банке Мобильное устройство клиента. Для аутентификации, подписания распоряжения/заявления П/У или подтверждения других совершаемых действий в ВТБ-Онлайн, в том числе с использованием мобильного приложения клиент сообщает банку код - SMS/Push-код, содержащийся в SMS/Push-сообщении, правильность которого проверяется банком (п. 5.3.1).

Получив по своему запросу сообщение с SMS/Push-кодом, клиент обязан сверить данные совершаемой операции/проводимого действия с информацией, содержащейся в сообщении, и вводить SMS/Push-код только при условии согласия клиента с проводимой операцией/действием. Положительный результат проверки SMS/Push-кода банком означает, что распоряжение/заявление П/У или иное действие клиента в ВТБ-Онлайн подтверждено, а соответствующий электронный документ подписан ПЭП клиента (п. 5.3.2).

Таким образом, у ПАО Сбербанк и ВТБ Банк (ПАО) имелись все основания полагать, что ФИО1 были совершены осознанные и необходимые действия для заключения кредитных договоров.

Доказательств, подтверждающих, что оспариваемые кредитные договоры были заключены в результате неправомерных или ошибочных действий банков, в материалах дела не имеется.

Распоряжение ФИО1 зачисленными кредитными средствами на счета открытые в Банках по своему усмотрению, в том числе последующее перечисление их в пользу третьего лица ФИО2 банки расценили как распоряжения клиента, идентифицированного надлежащим образом, и основания не исполнять его распоряжения у банков отсутствовали.

Факт распоряжения средствами после заключения кредитных договоров посредством их перечисление по указанию заемщика, не может свидетельствовать о недействительности кредитных договоров, о допущении ответчиками каких-либо нарушений в процессе их оформления или выполнения распоряжений клиента.

Вопреки доводам истца, факт возбуждения уголовного дела, в рамках которого он признан потерпевшим, не имеет правового значения для признания исследуемых кредитных договоров недействительными.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что истец самостоятельно, по своему усмотрению принял решение о заключении кредитных договоров. Поскольку договоры заключались по волеизъявлению обеих сторон, в соответствии со ст. 421 Гражданского кодекса РФ, их условия устанавливались сторонами по согласованию, судебная коллегия также не усматривает нарушений прав истца при заключении кредитных договоров, достаточных и достоверных доказательств того, что кредитные договоры был заключены под влиянием обмана, заблуждения, истцом не представлено.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что денежные средства ему не передавались, не могут быть приняты во внимание, поскольку денежные средства были зачислены на счет, открытый на его имя, откуда впоследствии он лично их перевел на счет третьего лица ФИО2

Отклоняя доводы апелляционной жалобы истца о том, что банками не были проверены представленные в анкете-заявлении сведения о материальном положении истца, судебная коллегия исходит из того, что действующим законодательством не предусмотрено, что при заключении договора кредитор обязан требовать от заемщика справки о доходах. Предоставление кредитов в зависимости от уровня платежеспособности заемщика, проверка данных о материальном положении потенциального заемщика является правом кредитора, предусмотренным ст. 821 Гражданского кодекса РФ. Заемщик должен при заключении договора учитывать собственное финансовое положение с точки зрения возможности исполнения принимаемых на себя обязательств, а несоответствие финансового положения и принимаемых заемщиком на себя обязательств не свидетельствует о недобросовестности кредитора.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, перед оформлением кредита банки провели надлежащую аутентификацию и верификацию клиента, установили тождество истца как стороны кредитного договора и лица, получившего простую электронную подпись и выразившего согласие на заключение кредитного договора в электронной форме. Отправка кода подтверждения на мобильный телефон истца, зарегистрированный в системах банков, позволяло банкам однозначно определить, что код подтверждения введен истцом. Последовательность действий при заключении оспариваемых сделок, по распоряжению денежными средствами в системе посредством аналога собственноручной подписи с введением кодов, направленных банками на номер телефона истца с целью обеспечения безопасности совершаемых финансовых операций, не дают оснований для вывода о том, что банки знали или должны были знать об обмане истца со стороны третьих лиц, как об этом заявляет в исковом заявлении истец.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции. Приведенные доводы фактически выражают несогласие с выводами суда, однако по существу их не опровергают, оснований к отмене или изменению решения не содержат, в связи с чем они признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены постановленного судебного решения.

При разрешении спора судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Кондопожского городского суда Республики Карелия от 18 августа 2025 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционную жалобу истца без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.

Вступившие в законную силу судебные акты могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, принявший решение

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение

изготовлено 22 декабря 2025 года