Судья – Пономарева Н.А. (гр. дело № 2-3207/2025)

Дело № 33-228/2026 (33-10376/2025;)

УИД 59RS0007-01-2025-001876-44

Мотивированное 

апелляционное определение

составлено 4 февраля 2026 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 21 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего Ветлужских Е.А.,

судей Варзиной Т.В., Симоновой Т.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Нечаевой Е.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании неустойки, компенсации морального вреда, взыскании штрафа,

по апелляционным жалобам ФИО1, индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Свердловского районного суда г. Перми от 5 сентября 2025 г.

Заслушав доклад председательствующего, пояснения истца ФИО1, представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ИП ФИО2) с требованиями о взыскании неустойки за нарушение срока выполнения работы, оказания услуги по договору купли продажи мебели № ** от 24 декабря 2022 г. в размере 303 668 руб., компенсации морального вреда в размере 30 000 руб., взыскании штрафа.

Требования мотивированы тем, что 24 декабря 2022 г. между ФИО1 и ИП ФИО2 был заключен договор купли-продажи мебели №** от 24 декабря 2022 г., в соответствии с условиями которого ответчик взял на себя обязательство изготовить, поставить и установить кухонный гарнитур стоимостью 303 668 руб. в срок до 22 февраля 2023 г. (согласно спецификации к договору купли-продажи). С 22 февраля 2023 г. по 23 февраля 2023 г. по адресу: **** были выполнены работы по установке кухонного гарнитура, однако, в полном объеме работы по монтажу кухонного гарнитура не завершены по причине наличия недостатков в работе и монтаже ответчиком, которые были устранены ответчиком лишь 10 июня 2023 г.

Решением Свердловского районного суда г. Перми от 5 сентября 2025 г., с учетом определения судьи Свердловского районного суда г. Перми от 6 ноября 2025 г. об устранении описки, с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана неустойка в размере 87 681 руб. 15 коп., компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., штраф в размере 48 840 руб. 58 коп. В удовлетворении остальной части иска отказано. С ИП ФИО2 в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 5 913 руб. 56 коп.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение отменить и принятии по делу новое решение. В обоснование доводов жалобы указывает на то, что судом неверно квалифицирован договор, а также неправомерно произведен расчет неустойки лишь от стоимости установки товара, а не от общей цены заказа. Обращает внимание на то, что нарушение ответчиком срока монтажа фактически лишило истца возможности пользования всей кухней. Считает, что судом первой инстанции не дана надлежащая оценка всех представленных в материалы дела доказательств, в частности, переписки между сторонами о согласовании толщины зазора, что, по мнению апеллянта, привело к допущению ответчиком отступления от проекта, а также указывает на неполноту исследования доказательств, нарушения принципа непосредственности исследования доказательств. Полагает, что как судом, так и экспертом фактически допущено искажение единиц измерения высоты фартука, уменьшены его параметры в 10 раз, что искажает оценку дефекта и позволило суду первой инстанции ошибочно признать данный дефект несущественным. Выражает несогласие с экспертным заключением № 2108/25-Г от 21 августа 2025 г., составленным обществом с ограниченной ответственностью «Экспертное учреждение «Репутация». Указывает, что судом неверно истолкованы условия заключенного между сторонами договора (пункт 8.9). Ссылается на необоснованное снижение компенсации морального вреда. Обращает внимание на копирование фрагмента в мотивировочной части обжалуемого постановления из иного судебного акта, что, по мнению апеллянта, является процессуальным нарушением требований к мотивировочной части решения.

В письменных возражениях ИП ФИО2 указывает на несогласие с доводами апелляционной жалобы истца по мотивам их несостоятельности.

Выражая несогласие с решением суда ИП ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, с учетом уточнения к ней, с требованием об отмене состоявшегося судебного акта в связи с нарушением и неправильным применением норм материального и процессуального права, просит принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении требований истца в полном объеме. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает на отсутствие нарушения сроков установки кухонного гарнитура в период с 24 февраля 2023 г. по 10 июня 2023 г. Ссылается на чрезмерность и превышение размера, установленного действующим законодательством, неустойки, полагая его арифметически неверным, что, по мнению апеллянта, привело к неверно расчету штрафа и государственной пошлины.

Истец ФИО1 в заседании суда апелляционной инстанции просил отменить решение по доводам своей апелляционной жалобы. Дополнив, что после установки мебели у него имелись претензии к качеству изготовленного кухонного гарнитура.

Представитель ответчика – ФИО3 в заседании суда апелляционной инстанции поддержала доводы письменных возражений на апелляционную жалобу истца и просила отменить решение суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы ответчика.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения соответствующей информации на сайте Пермского краевого суда www.oblsud.perm.sudrf.ru, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, сведений об уважительности причин неявки не представили, ходатайство об отложении рассмотрения дела не направляли.

С учетом изложенного, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений на апелляционную жалобу истца, проверив законность и обоснованность решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 24 декабря 2022 г. между ФИО1 и ИП ФИО2, был заключен договор купли-продажи мебели №**.

Согласно пункту 1.1 договора, товар - мебельный гарнитур или иное изделие из мебели, которое будет создано продавцом в сроки, установленные настоящим договором, мебельный гарнитур или иное изделие из мебели, рамках настоящего договора является индивидуально-определенной вещью с уникальными характеристиками товара.

Минимальный срок по монтажу товара составляет не менее 3 (трех) рабочих дней с момента получения товара покупателем (абзац 3 пункта 2.1).

Цена товара и сопутствующих услуг составляет 303 668 руб. 12 коп. (пункт 5.1).

Срок изготовления товара устанавливается в Приложении (п.6.2.).

После изготовления товара в срок 3 (трех) рабочих дней продавец извещает покупателя о готовности товара к передаче любым доступным способом, позволяющим определить, что уведомление доставлено покупателю. (6.4.).

После получения от покупателя полной оплаты цены товара. Продавец согласовывает с покупателем дату доставки товара или дату самовывоза товара. Согласование допускается любым доступным способом, позволяющим определить, что уведомление доставлено покупателю (6.5.).

Согласно приложению № 1 к заказу №** дата поставки кухонного гарнитура определена сторонами 17 февраля 2023 г. – 22 февраля 2023 г.

Согласно спецификации к заказу №** от 24 декабря 2022 стоимость кухонного гарнитура составляет 273153 руб., стоимость установки кухни составляет 27315 руб., стоимость доставки составляет 1200 руб., стоимость подъема 2000 руб., всего – 303668 руб.

9 января 2023 г. сторонами подписано дополнительное соглашение к договору №** об изменении параметров размеров кухни по желанию заказчика.

Истцом была предварительно уплачена стоимость кухни в размере 303 668 руб.

22 февраля 2023 г. кухонный гарнитур был поставлен ответчиком по адресу истца: ****.

С 22 февраля 2023 г. по 23 февраля 2023 г. ответчиком были также выполнены работы по установке кухонного гарнитура.

Кроме того, ответчиком были оказаны истцу дополнительные услуги по установке кухонной техники заказчика, оказываемые согласно спецификации к заказу №** от 24 декабря 2022 г. за дополнительную плату.

Из содержания переписки сторон в мессенджере следует, что истцом были выявлены следующие недостатки: неправильно сделан корпус под мойку, обсуждалось, что будет перенос воды и что вырез будет сделан по месту под трубы; кривые распилы под воду и розетку в корпусе шкафа под мойку, отсутствует герметик в местах выреза; у столешницы по большой стене отпилили торец, который был покрыт заводской кромкой (стык со стеной) со слов установщиков это произошло из-за кривого угла стены, нарушен заводской торец; болтается правый дальний угол переходной панели к антрессолям, в районе вытяжки; не выставлен зазор шкафа слева над плитой; не выставлен зазор на складном шкафу; силиконовый герметик плохо нанесен, в местах выреза на столешнице (мойка и индукционная плита); кривая стыковка частей столешницы между собой, торчат шпильки, вместо этого закреплено на уголки, лишние места неправильного вкручивания самореза; а также был порван заливной шланг посудомоечной машины и поврежден защитный корпус клапана.

Акт приема-передачи работ был подписан сторонами 10 июня 2023 г., при этом в акте указано, что при приемке заказчиком зафиксированы замечания (недостатки): поврежден (отпилен) заводской торец столешницы в стыке длинной (3716 мм) стены; множество перекручиваний крепежных элементов при сборке кухонного гарнитура; лишние места (следы) вкручивания саморезов; высота фартука составила 59,5 мм, что не соответствует договору; нижняя часть кухонного гарнитура не стянута со стеной, не предусмотрено конструкцией, имеется люфт смещения столешницы относительно стены; зазор между стеной, средним и верхним рядом шкафов (место для установки плитки) более 16 мм, что не соответствует договору.

16 июня 2023 г. ФИО1 ответчику ИП ФИО2 вручена претензия с требованием о выплате неустойки за нарушение срока передачи товара в размере 0,5% от суммы предварительной оплаты за каждый день просрочки с 23 февраля 2023 г. по 10 июня 2023 г., в размере 162462 руб., компенсации морального вреда в размере 10000 руб.

Претензия оставлена ИП ФИО2 без удовлетворения.

25 января 2025 г. истец направил ответчику повторную досудебную претензию от 14 января 2025 г. о выплате неустойки за период с 24 февраля 2023 г. по 10 июня 2023 г. в размере 303668 руб., компенсации морального вреда в размере 30000 руб.

Данная претензия получена ответчиком 5 февраля 2025 г. Требования истца, указанные в повторной претензии, ответчиком в добровольном порядке не удовлетворены. В ответе на повторную претензию ответчик указал, что в срок, установленный договором, 22 и 23 февраля 2023 года, мебельный гарнитур доставлен продавцом покупателю, оказаны услуги по доставке, подъему и установке гарнитура; переданный товар имел потребительские свойства и мог быть использован по назначению, между тем покупатель отказался от подписания акта приема-передачи товара и по просьбе покупателя продавцом безвозмездно повторно изготовлены части фасада для уменьшения зазора между стеной и навесными шкафами и переданы покупателю; зазор между стеной и корпусом мебели предусмотрен условиями договора и согласован с покупателем для монтажа керамической плитки на стене, что подтверждается спецификацией к договору, перепиской с покупателем.

Ответчиком в материалы дела представлено заключение строительно-технической экспертизы №2108/25-Г от 21 августа 2025 г., составленное ООО «Экспертное учреждение Репутация», согласно выводам которого: в зону ответственности ответчика входят: повреждение заводского торца столешницы; лишние отверстия от саморезов; зазоры между стеной и шкафами более проектной нормы; несостыковка нижней части гарнитура со стеной, наличие люфта; неровная регулировка фасадов. Не входят в зону ответственности ответчика: повреждение посудомоечной машины (не является предметом договора); высота фартука (59,5 мм), так как фартук не производился продавцом и ответственность за его изготовление/размеры не может быть возложена на него. Все недостатки, входящие в ответственность ответчика, относятся к дефектам установки, а не к производственным дефектам. Указанные недостатки (дефекты установки) носят несущественный характер, так как влияют лишь на внешний вид, эксплуатации не препятствуют, на функционал не влияют, устранимы. Использование кухонного гарнитура по целевому назначению с 23 февраля 2023 г. было возможно, но с понижением потребительских свойств (нарушение эстетики, герметичности и устойчивости).

Установив вышеуказанные обстоятельства, оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 421, 431, 454, 456, 457, 458, 469, 702, 708, 730, 735 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее - Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей) суд первой инстанции, проанализировав условия договора купли-продажи мебели №** от 24 декабря 2022 г. пришел к выводу, что указанный договор относится к категории смешанных договоров, включает в себя положения, как договора купли-продажи, так и договора бытового подряда. Приняв во внимание, что в полном объеме работы по монтажу кухонного гарнитура не были завершены по причине наличия недостатков в работах по монтажу, а не к недостаткам переданного ответчиком истцу самого кухонного гарнитура; недостатки монтажа кухонного гарнитура были устранены 10 июня 2023 г., суд пришел к выводу, что ответчиком были нарушены сроки установки кухонного гарнитура в период с 24 февраля 2023 г. по 10 июня 2023 г., в связи с чем взыскал неустойку, исчисленную от стоимости выполнения работ по установке кухонного гарнитура в размере 87681 руб.15 коп. из расчета: 27315 руб. х 3% х 107 дней. Установив факт нарушения прав истца как потребителя услуг, суд пришел к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 10000 руб., а также взыскал штраф на основании статьи 13 Закона о защите прав потребителей в размере 48840 руб. 58 коп. При этом оснований для снижения неустойки и штрафа по заявлению ответчика, суд не усмотрел. Также в силу части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 5913 руб.56 коп.

С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия в полной мере согласиться не может.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу пункта 2 статьи 455 Гражданского кодекса Российской Федерации договор может быть заключен на куплю-продажу товара, имеющегося в наличии у продавца в момент заключения договора, а также товара, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом или не вытекает из характера товара.

Условие договора купли-продажи о товаре считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара.

В данном случае обе стороны признают, что ответчик для соблюдения условий договора по передаче кухонной мебели должен был ее изготовить по индивидуальным размерам, и установить его. Все размеры комплектующих частей подобраны с учетом особенностей помещения и пожеланий заказчика.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о том, что заключенный между сторонами договор содержит признаки договора купли-продажи с предварительной оплатой товара, не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при отнесении споров к сфере регулирования Закона о защите прав потребителей следует учитывать, что:

- под товаром следует понимать вещь (вещи), определенную либо родовыми (числом, весом, мерой), либо индивидуальными признаками, предназначенную для продажи или иного введения в гражданский оборот;

- под работой следует понимать действие (комплекс действий), имеющее материально выраженный результат и совершаемое исполнителем в интересах и по заказу потребителя на возмездной договорной основе.

Учитывая изложенное, дав толкование условиям заключенного между сторонами договора применительно к положениям статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу, что предмет договора определен сторонами как единый последовательный комплекс работ (изготовление, поставка и монтаж кухонного гарнитура по проекту, согласованному с заказчиком) с единым сроком их выполнения в согласованном объеме за определенную общую стоимость, включающей стоимость материалов, работ по изготовлению, монтажу и поставке продукции, то есть комплекс действий, имеющих материально выраженный результат.

При рассмотрении дела суд первой инстанции не принял во внимание, что изготавливаемая кухонная мебель не является по своей природе готовым товаром, который реализуется по договору купли-продажи, поскольку ответчик выполнил работы по изготовлению мебели в соответствии с проектом по индивидуальным признакам, согласованным с истцом.

Таким образом, рассматриваемый договор фактически является договором подряда, содержащим признаки, установленные статьями 702, 703 и 704 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (пункт 1 статьи 702 Гражданского кодека Российской Федерации).

К отдельным видам договора подряда, в частности к договору бытового подряда, общие положения о подряде применяются, если иное не установлено правилами Гражданского кодекса Российской Федерации об этих видах договоров.

Согласно пункту 1 статьи 730 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу.

К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным данным кодексом, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними (пункт 3).

В соответствии с пунктом 1 статьи 27 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" исполнитель обязан осуществить выполнение работы в срок, установленный договором о выполнении работ.

Согласно приложению № 1 к заказу №** дата поставки кухонного гарнитура определена сторонами 17 февраля 2023 г. – 22 февраля 2023 г.

Минимальный срок для монтажа три рабочих дня определен пунктом 2.1 договора № ** от 24 декабря 2022 г.

Как следует из материалов дела 22 февраля 2023 г. кухонный гарнитур был поставлен ответчиком по адресу истца: ****. С 22 февраля 2023 г. по 23 февраля 2023 г. ответчиком выполнены работы по установке кухонного гарнитура.

По указанным мотивам доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что сроки исполнения договора не были нарушены, заслуживают внимания.

Из обстоятельств дела следует, что истца ФИО1 не устраивало как качество изготовленной мебели, так и качество выполненных работ по ее установке, в связи с чем, он полагал, что ответчик нарушил сроки по договору по передаче кухонного гарнитура надлежащего качества.

Суд первой инстанции, соглашаясь с позицией истца, учел, что поставка кухни произведена ответчиком 22 февраля 2023 г., с 22 февраля 2023 г. по 23 января 2023 г. ответчиком произведена установка кухонного гарнитура с недостатками, а поскольку недостатки монтажа кухонного гарнитура были устранены 10 июня 2023г. пришел к выводу о нарушении ответчиком сроков по договору.

Однако сроки устранения недостатков и/или дефектов в выполненных работах или иных отступлений от условий договора не изменяют (не продлевают) общие сроки работ и не являются основанием для продления сроков выполнения работ, указанных в договоре.

При таких обстоятельствах, выводы суда о нарушении ИП ФИО2 сроков выполнения работ, являются ошибочными.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" обращено внимание судов на то, что заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Между тем, в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" разъяснено, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон, следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.

В абзаце 3 пункта 3 Постановления от 21 апреля 2003 г. N 6-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что из статьи 120 (часть 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 76 (части 3, 5 и 6), 118, 125, 126 и 127 следует, что суды общей юрисдикции и арбитражные суды самостоятельно решают, какие нормы подлежат применению в конкретном деле.

С учетом изложенного суд не связан правовой квалификацией, даваемой истцом относительно заявленных требований (спорных правоотношений), которая может быть как правильной, так и ошибочной, а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

Указанные разъяснения высших судебных инстанций, судом первой инстанции по внимание не приняты.

Как следует из искового заявления, апелляционной жалобы истца, пояснений ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции фактическим основанием иска явилось качество выполненных ответчиком работ.

В силу положений пункта 1 статьи 4 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору.

Продавец (исполнитель), не предоставивший покупателю полной и достоверной информации о товаре (работе, услуге), несет ответственность, предусмотренную пунктами 1 - 4 статьи 18 или пунктом 1 статьи 29 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", за недостатки товара (работы, услуги), возникшие после его передачи потребителю вследствие отсутствия у него такой информации (пункт 2 статьи 12 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей").

Положениями абзаца 8 преамбулы Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", определено понятие "недостаток товара (работы, услуги)" как несоответствие товара (работы, услуги) или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или целям, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

Истцом при заключении договора № ** от 24 декабря 2022 г. ответчик был поставлен в известность о том, что кухонных гарнитур должен быть изготовлен по индивидуальному заказу, с учетом особенностей габаритов помещения кухни, размеров стеновой панели (кухонного фартука), а также с учетом расположения бытовой техники, то есть истцом продавец был поставлен в известность о целях, для которых потребитель намерен использовать спорный кухонный гарнитур. При этом ФИО1, как потребитель, не обладает специальными познаниями в области изготовления мебели и ее установки.

Истец в суде апелляционной инстанции пояснил, что после установки мебели, выявлено несоответствие размеров трех фасадов корпусу шкафов, в связи с чем, ответчиком произведена их замена. Данное обстоятельство ответчиком не оспаривалось.

При этом, действия ответчика по замене фасадов, судебная коллегия расценивает именно как признание факта изготовления мебельного гарнитура с недостатками, а учитывая разъяснения, изложенные в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, возложено на исполнителя.

Доказательств соответствия изначально установленных фасадов условиям договора, материалы дела не содержат (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

По указанным мотивам позиция ответчика, сводящаяся к тому, что замена фасадов была по просьбе истца и не связана с нарушением обязательств, замеры зазоров сторонами не согласованы, не может быть принята во внимание.

Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает установленным факт наличия недостатка в изготовленной мебели.

Кроме того, в акте приема-передачи от 10 июня 2023 г., а также переписке сторон в мессенджере также зафиксированы замечания (недостатки) при установке кухонного гарнитура: поврежден (отпилен) заводской торец столешницы в стыке длинной (3716 мм) стены; множество перекручиваний крепежных элементов при сборке кухонного гарнитура; лишние места (следы) вкручивания саморезов; высота фартука составила 59,5 мм, что не соответствует договору; нижняя часть кухонного гарнитура не стянута со стеной, не предусмотрено конструкцией, имеется люфт смещения столешницы относительно стены; зазор между стеной, средним и верхним рядом шкафов (место для установки плитки) более 16 мм, что не соответствует договору.

Как разъяснено в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", по смыслу статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Согласно пункту 43 данного постановления, если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств. Суду апелляционной инстанции также следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не доказаны обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 2 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных выше положений, при установлении нарушений норм процессуального права по вопросам доказывания обстоятельств, имеющих значение по делу, суду апелляционной инстанции следует принять меры к непосредственному устранению допущенных нарушений, в частности, оказывать содействие в истребовании письменных доказательств, исследовать дополнительные (новые) доказательства и давать им оценку в совокупности с другими доказательствами, имеющимися в материалах дела.

В ходе апелляционного рассмотрения дела судебной коллегией исходя из доводов жалоб, и допущенной судом первой инстанцией ошибки по не установлению по делу юридически значимого обстоятельства, ответчику было предложено заявить ходатайство по делу о проведения судебной экспертизы на предмет определения качества выполненных работ по изготовлению кухонного гарнитура.

Ходатайство по делу о проведения судебной экспертизы ответчиком не заявлено.

При этом, представленное ответчиком заключение №2108/25-Г от 21 августа 2025 г., составленное специалистом ООО «Экспертное учреждение Репутация» Э., подтверждающее недостатки установки кухонного гарнитура, безусловно не опровергает факта его изготовления с недостатками, учитывая, что выход на осмотр объекта исследования специалистом не осуществлялся, заключение составлено на основании представленных стороной ответчика документов, после устранения ответчиком недостатков кухонного гарнитура и составления акта приема-передачи от 10 июня 2023 г.

Таким образом, выводы специалиста ООО «Экспертное учреждение Репутация» Э. о том, что все выявленные недостатки являются дефектами установки, являются непроверяемыми.

Учитывая изложенное, определение судом единственной причиной выявленных недостатков дефект установки, является неверным.

В силу требований статьи 30 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" недостатки работы (услуги) должны быть устранены исполнителем в разумный срок, назначенный потребителем.

Назначенный потребителем срок устранения недостатков товара указывается в договоре или в ином подписываемом сторонами документе либо в заявлении, направленном потребителем исполнителю.

За нарушение сроков устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги) исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню), размер и порядок исчисления которой определяются в соответствии с пунктом 5 статьи 28 настоящего Закона.

Пунктом 5 статьи 28 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" предусмотрено, что в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида работ (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

Первая претензия относительно выполненных работ по изготовлению и установке кухонного гарнитура направлена в адрес ответчика посредством переписки в мессенджере 24 февраля 2023 г. (том 1 л.д. 200 оборот)

При этом, конкретный срок устранения недостатков ФИО1 не указан и договором № ** от 24 декабря 2022 г. не предусмотрен.

В соответствии с пунктом 2 статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства.

Из скриншотов переписки в мессенджере с работником ответчика следует, что по состоянию на 7 июня 2023 г. сторонами согласовывались даты по устранению выявленных недостатков – установить боковую панель в пристыковочной секции, установить смежные петли с доводчиком, обработать вырезы, сделать вырезы под вилку в секции с вытяжкой, закрепить столешницу, заменить фасады (том 1 л.д.214 оборот), что согласуется с позицией истца.

Как следует из материалов дела, пояснений ФИО1 все выявленные недостатки устранены ответчиком 10 июня 2023 г., что ответчиком не оспорено.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, что неустойка за нарушение срока устранения недостатков может быть взыскана с ответчика с 3 марта 2023 г. по 10 июня 2023 г. (106 дней)

Поскольку материалами дела подтверждается факт наличия недостатков как при изготовлении так и при монтаже кухонного гарнитура, с учетом определенной договором стоимости кухонного гарнитура 273153 руб. и стоимости слуг по его установке 27 315 руб., размер неустойки составляет не более 300468 руб. ((273153 руб. + 27315 руб.) х 3% х 106 дней = 955488 руб. 24 коп.) (пункт 5 статьи 28 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей").

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Как разъяснено в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2000 года N 263-О разъяснено, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки, в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств, является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены на исключение злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Учитывая заявление ответчика о несоразмерности неустойки и штрафа последствиям нарушения обязательства, принимая во внимание компенсационный характер неустойки, степень вины ответчика в ненадлежащем исполнении обязательств, продолжительность нарушения срока устранения недостатков, фактические обстоятельства, установленные по делу, а также в обеспечение баланса интересов сторон, коллегия приходит к выводу о несоразмерности подлежащей взысканию неустойки, равной стоимости самой услуги, последствиям нарушения ответчиком обязательства, и полагает, что справедливой и соразмерной будет являться неустойка в сумме 100 000 руб.

Данный размер неустойки отвечает требованиям разумности и справедливости, способствует восстановлению прав истца вследствие нарушения ответчиком обязательств по договору, соответствует императивным требованиям, изложенным в пунктах 1, 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Взыскание неустойки в большем размере в условиях текущего периода не отвечает характеру допущенного нарушения, повлечет чрезмерное

При таких обстоятельствах решение суда подлежит изменению, как постановленное с нарушением норм материального права в силу положений пункта 2 части 2 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушение прав потребителя в силу статьи 15 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителя" влечет обязанность ответчика компенсировать истцу моральный вред.

Установив нарушение ответчиком прав истца как потребителя, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда в размере 10 000 руб.

Судебная коллегия считает, что при определении размера компенсации судом требования разумности и справедливости соблюдены, оснований для изменения размера компенсации морального вреда по доводам апелляционной жалобы истца судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь положениями пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителя", учитывая положения пункт 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", суд обоснованно взыскал с ответчика в пользу истца штраф.

Поскольку решение суда в части взысканных сумм, изменено, подлежит изменению штраф, взысканный с ответчика в пользу истца, размер штрафа с учетом вышеприведенной нормы закона и удовлетворенных требований истца составит 55000 руб. (100000 руб. +10000 руб.) х 50%.

Поскольку размер штрафа не носит чрезмерный характер, соответствует последствиям нарушения обязательства, каких-либо исключительных случаев, послуживших основанием к снижению штрафа, ответчиком не указано, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований к уменьшению размера штрафа в соответствии с положениями пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы жалобы истца относительно процессуальных нарушений, допущенных судом в связи с неверным указанием данных истца в тексте решения, не могут быть приняты во внимание, поскольку определением судьи от 6 ноября 2025 г. устранена допущенная описка.

В связи с изменением решения суда в части размера присужденной неустойки, также подлежит изменению решение и в части размера государственной пошлины, взысканной с ответчика в доход местного бюджета.

В соответствии с частью 1 статьи 98, статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпунктом 1, 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" с ответчика доход бюджета пропорционально удовлетворенной части имущественных исковых требований и с учетом удовлетворения неимущественного требования о взыскании компенсации морального вреда подлежит взысканию государственная пошлина в размере 9 985 руб. 02 коп. исходя из расчета: 10092 руб. (государственная пошлина, подлежащая уплате от цены иска: 10000 руб. + 2,5 % от (303668 руб. – 300000 руб.) = 10000 руб. + 91 руб. 70 коп.) х 98, 94 % (процент удовлетворенных требований: 300468 руб. х 100 % / 303668 руб.) = 9985 руб. 02 коп. + 3000 руб. (за требования неимущественного характера о компенсации морального вреда), от уплаты которой истец был освобожден.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом не допущено.

Руководствуясь статьями 199, 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Свердловского районного суда г. Перми от 5 сентября 2025 г. изменить в части присужденного ФИО1 размера неустойки и штрафа, указав на взыскание с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП **, ИНН **) в пользу ФИО1 (СНИЛС **) неустойку в размере 100 000 рублей, штраф в размере 55 000 рублей.

Решение Свердловского районного суда г. Перми от 5 сентября 2025 г. изменить в части размера государственной пошлины, указав на взыскание с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРИП **, ИНН **) в доход местного бюджета государственной пошлины в размере 9 985 руб. 02 коп.

В остальной части решение Свердловского районного суда г. Перми от 5 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий – подпись.

Судьи – подписи.