Р Е Ш Е Н И Е

 № 7-20/2019 

26 июня 2019 года п. Власиха Московской области

Судья 3 окружного военного суда ФИО1, при секретаре Мырченко О.Ю., с участием ФИО2, ее защитника – адвоката Капитонова А.Б., а также должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении ФИО3 (трех последних в режиме видеоконференц-связи), в открытом судебном заседании в помещении окружного военного суда, рассмотрев жалобу ФИО2 на постановление судьи 26 гарнизонного военного суда от 22 апреля 2019 года, в соответствии с которым индивидуальный предприниматель

ФИО2, 

привлечена к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.16 КоАП РФ, на основании которой ей назначено наказание в виде штрафа в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей, –

У С Т А Н О В И Л:

Согласно постановлению судьи, административное правонарушение совершено при следующих обстоятельствах.

Так, 1 марта 2019 года в 21 час 40 минут в магазине « », расположенном в доме _ на площади Ленина в городе Байконур, индивидуальным предпринимателем ФИО2 было допущено нарушение особых требований и правил розничной продажи алкогольной продукции, выразившееся в реализации продавцом, вопреки установленным постановлением Главы администрации города Байконур от 21 августа 2018 года №439 ограничениям времени розничной продажи алкогольной продукции – с 21 часа 00 минут текущего дня и до 10 часов 00 минут следующих суток, двух банок пива « », объемом 0,5 литра, с содержанием этилового спирта 4,8%, стоимостью 46 рублей за единицу.

В своей жалобе ФИО2, не соглашаясь с упомянутым постановлением судьи, просит его отменить, а производство по делу прекратить, в обоснование чего приводит доводы, суть которых сводится к следующему.

Так, автор жалобы, ссылаясь на пункт 9 статьи 16 Федерального закона от 22 ноября 1995 года №171-ФЗ, а также на разъяснения, содержащиеся в пункте 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2014 года №47, утверждает, что поскольку Глава администрации города Байконур не относится к числу законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов Российской Федерации, которые правомочны устанавливать дополнительные ограничения времени, условий и мест розничной продажи алкогольной продукции, ее необоснованно привлекли к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.16 КоАП РФ за несоблюдение ограничений, установленных в постановлении от 21 августа 2018 года №439. 

По убеждению ФИО2, суд необоснованно положил в основу принятого решения и протокол осмотра магазина « », составленный сотрудниками полиции. 

Поскольку при проведении осмотра ФИО2 либо ее представитель отсутствовали, а в качестве понятых принимали участие заинтересованные в исходе дела лица – очевидцы факта реализации продавцом алкогольной продукции, упомянутое доказательство не отвечает требованиям закона и подлежит исключению.

Ссылаясь на показания свидетелей М., С., Ш. и К., автор жалобы утверждает о том, что они противоречивы, содержат множество неточностей относительно событий, произошедших в тот вечер во вверенном ей магазине, поэтому данные пояснений также подлежат критической оценке.

Более того, эти обстоятельства, как полагает ФИО2, свидетельствуют и о заинтересованности упомянутых лиц, их зависимости от сотрудников полиции при проведении запланированной в отношении нее провокации.

Необоснованно суд оставил без внимания и те обстоятельства, что проверочная закупка сотрудниками полиции не проводилась, а, якобы, приобретенное покупателем пиво не изымалось и в качестве вещественного доказательства не признавалось. 

Не соответствуют материалам дела и выводы суда о недостаточности принятых ею, как индивидуальным предпринимателем, мер по недопущению реализации алкогольной продукции в неустановленное время во вверенном ей магазине.

В данной ситуации, по убеждению автора жалобы, суду следовало все сомнения в виновности истолковать в ее пользу. 

Допущены судьей, как полагает автор жалобы, и процессуальные нарушения, выразившиеся в неразрешении по существу поданных ею письменных ходатайств о прекращении производства по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

В судебном заседании адвокат Капитонов, поддерживая доводы жалобы, заявил и о том, что упомянутый выше осмотр торгового зала магазина производился во время дачи объяснений очевидцами. 

Более того, при проведении осмотра сотрудники полиции необоснованно не указали в соответствующем протоколе ФИО2, как лицо, непосредственно участвующее в процессуальном действии, поскольку она к тому времени, наряду с продавцом, также находилась в помещении магазина.

Кроме того, по убеждению защитника, отсутствуют основания доверять и показаниям свидетеля М., поскольку данный сотрудник полиции не мог с улицы через окно увидеть происходящее у кассы внутри магазина, что, по его мнению, подтверждается составленной ФИО2 план-схемой.

Рассмотрев материалы дела, проверив доводы жалобы, выслушав пояснения ФИО2, а также выступление ее защитника – адвоката Капитонова, оснований для отмены или изменения правильного постановления судьи не нахожу.

В соответствии с пунктом «б» части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации защита прав и свобод человека и гражданина, обеспечение законности, правопорядка, общественной безопасности находятся в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов.

По предметам их совместного ведения издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации.

Правовые основы производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и ограничения потребления (распития) алкогольной продукции в Российской Федерации установлены Федеральным законом от 22 ноября 1995 года №171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции».

Исходя из требований статьи 16 данного Федерального закона, органы государственной власти субъектов Российской Федерации вправе устанавливать дополнительные ограничения времени, условий и мест розничной продажи алкогольной продукции, в том числе полный запрет на розничную продажу алкогольной продукции.

Глава администрации города Байконур этим правом воспользовался и своим постановлением №439 от 21 августа 2018 года, установил запрет на розничную продажу алкогольной продукции в городе Байконур с 21 часа 00 минут текущего дня до 10 часов 00 минут следующего дня по местному времени, за исключением розничной продажи алкогольной продукции при оказании услуг общественного питания.

Поскольку Соглашением, заключенным 23 декабря 1995 года между Российской Федерации и Республикой Казахстан «О статусе города Байконур, порядке формирования и статусе органов исполнительной власти», на территории города Байконур, который в силу статьи 1 того же Соглашения на период аренды комплекса «Байконур» наделен статусом, соответствующим городу федерального значения Российской Федерации, не предусматривается наличие законодательного органа государственной власти, а упомянутое постановление Главы по установлению дополнительных ограничений времени розничной продажи алкогольной продукции не отменено и продолжает действовать на всей территории города, гарнизонный военный суд, вопреки доводам жалобы, обоснованно применил данный нормативный правовой акт при разрешении рассматриваемого дела. 

При этом суд первой инстанции пришел к правильному выводу о виновности ФИО2 в содеянном, с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, всесторонне, полно и объективно исследованных в рамках судебного разбирательства.

Так, факт нарушения индивидуальным предпринимателем ФИО2 упомянутых выше особых требований и правил розничной продажи алкогольной продукции, наряду с иными доказательствами, подтверждается протоколом об административном правонарушении, который был составлен уполномоченным должностным лицом с соблюдением требований ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ.

Кроме того, ее вина подтверждается и подробно приведенными в обжалуемом постановлении показаниями допрошенных свидетелей С. – непосредственного покупателя алкогольной продукции, а также пояснениями Ш. и объяснениями К. – очевидцев, находившихся в тот момент у кассы в очереди в ожидании оплаты выбранных ими товаров. 

Как следует из их пояснений, 1 марта 2019 года в 22 часу в магазине « », расположенном в городе Байконур, продавец приняла от С, в счет оплаты приобретенной им алкогольной продукции – двух банок пива « », объемом 0,5 литра, денежные средства и выдала сдачу, после чего тот с товаром беспрепятственно отошел от кассы, но был остановлен сотрудниками полиции.

Правильно судом первой инстанции были учтены и показания допрошенного в судебном заседании свидетеля М. – сотрудника правоохранительных органов, который во время дежурства, совместно с участковым уполномоченным Х., при обходе патрулируемой территории, выявил и пресек в тот день факт реализации в магазине « », принадлежащем индивидуальному предпринимателю ФИО2, алкогольной продукции после 21 часа 00 минут.

Тот факт, что в магазине « » на тот момент имелась в продаже аналогичная алкогольная продукция, идентичная той, которую приобрел С. (маркировка, цена и дата разлива – 8 января 2019 года), подтверждается исследованным судом протоколом осмотра помещения.

Указанные обстоятельства подтверждаются также и приобщенными к материалам дела фотографиями, сделанными в ходе осмотра.

Вопреки мнению стороны защиты, при рассмотрении дела каких-либо объективных данных, позволяющих усомниться в достоверности показаний упомянутых лиц, установлено не было. 

Их показания последовательны, логичны и согласуются с иными доказательствами, которые полностью подтверждают их правдивость, а имеющиеся противоречия и неточности, на которые обращает внимание автор жалобы, незначительны и обусловлены давностью происходивших событий, в связи с чем никоим образом не ставят их под сомнение и не свидетельствуют о заинтересованности этих лиц в оговоре ФИО2.

Выполнение же должностным лицом органа полиции своих служебных обязанностей по выявлению и пресечению данного правонарушения само по себе, в отсутствие иных объективных данных, не может свидетельствовать об его предвзятости и заинтересованности. 

Что же касается ссылок стороны защиты на, якобы, имевшую место зависимость С., Ш. и К, от сотрудников правоохранительных органов, а также на то, что М. через окно с улицы не мог увидеть происходящее внутри магазина у кассы, со ссылкой на план-схему, составленную ФИО2, а равно о, якобы, запланированной в отношении последней провокации, то их в данном случае следует отвергнуть, как надуманные и основанные на предположениях. 

Совокупность установленных по делу обстоятельств и исследованных доказательств, в том числе приведенных в обжалуемом постановлении, вопреки утверждениям стороны защиты, позволили гарнизонному военному суду прийти к выводу о том, что принятые ФИО2 меры для недопущения реализации алкогольной продукции в течение установленного времени запрета ее розничной продажи – издание приказов, проведение инструктажа работников, оснащение помещения магазина табличками с соответствующей информацией, не свидетельствуют как об их достаточности, так и о том, что ею производился должный контроль за деятельностью своих сотрудников и соблюдением ими ограничительных требований. 

Напротив, выявленный факт реализации алкогольной продукции 1 марта 2019 года в 21 час 40 минут дает основания для вывода об обратном. 

Оценив приведенные выше доказательства в совокупности, сопоставив их с требованиями ст. 26.2 КоАП РФ, нахожу, что выводы судьи гарнизонного военного суда о виновности ФИО2 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 14.16 КоАП РФ, вопреки мнению автора жалобы и ее защитника, являются верными.

Не влияет на правильность установления судом обстоятельств совершения административного правонарушения и доказанность вины ФИО2 и ее ссылки на то, что проверочная закупка по данному делу сотрудниками полиции не проводилась, а приобретенный С. алкогольный напиток не изымался и в качестве вещественного доказательства не признавался.

Что же касается доводов автора жалобы о том, что при проведении осмотра магазина непосредственно после выявления сотрудниками полиции данного административного правонарушения в качестве понятых привлекались непосредственные очевидцы – Ш. и К., то эти обстоятельства, вопреки утверждениям стороны защиты, основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, в частности положений части 1 статьи 25.7 КоАП РФ и не могут стать причиной для отмены обжалуемого постановления.

Поскольку весь ход осмотра торгового зала магазина « », принадлежащего ФИО2, на предмет наличия алкогольной продукции, находящейся в свободном для покупателей доступе, фиксировался при помощи фотосьемки и по его результатам каких-либо предметов не изымалось, доводы жалобы о том, что Ш. и К, были способны каким-либо образом повлиять на результаты произведенного осмотра голословны и не свидетельствуют об их заинтересованности в исходе дела.

Проведение же данного осмотра и составление протокола в отсутствие индивидуального предпринимателя ФИО2, вопреки ее мнению об обратном, не является нарушением, свидетельствующем о недопустимости полученных результатов.

Из материалов дела следует, что осмотр торгового зала производился в присутствии двух понятых и продавца А., работающей у индивидуального предпринимателя ФИО2.

Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, в частности положения частей 2 и 6 статьи 27.8 КоАП РФ, вопреки мнению автора жалобы, допускает возможность проведения осмотра принадлежащих индивидуальному предпринимателю помещений, находящихся там вещей и документов в его отсутствие, но с участием иного представителя и двух понятых.

Поскольку продавец А. реализовывала товар от имени индивидуального предпринимателя ФИО2, следовательно она при проведении осмотра осуществляла и полномочия по ее представлению в силу трудовых отношений с ней. 

К тому же, осмотренный сотрудниками полиции торговый зал указанного магазина на предмет наличия в продаже алкогольной продукции, ее цены, маркировки и даты разлива, для всех посетителей является общедоступным местом и не требует разрешения индивидуального предпринимателя на его посещение. 

Что же касается ссылок адвоката Капитонова на то, что данный осмотр, якобы, производился во время получения объяснений у очевидцев административного правонарушения, а равно на фактическое участие ФИО2 в этом процессуальном действии, то они надуманы и опровергаются материалами дела.

Не влияет на правильность установления судом обстоятельств совершения ФИО2 административного правонарушения и доказанность ее вины, и ее ссылки на показания работников магазина, которые опровергли факт реализации алкогольной продукции в течение установленного времени запрета ее розничной продажи, поскольку эти пояснения, как правильно указано в обжалуемом постановлении, противоречат установленным по делу данным и обусловлены наличием их служебной зависимости от работодателя.

Несогласие же ФИО2 и ее защитника с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием положений Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не свидетельствует о том, что судьей гарнизонного военного суда были допущены нарушения норм материального права и предусмотренные тем же Кодексом процессуальные требования.

Что же касается довода жалобы о том, что судья, в нарушение требований статей 24.4 и 25.1 КоАП РФ, якобы, проигнорировал заявленное стороной защиты ходатайство о прекращении производства по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения, то данное обстоятельство никоим образом не может повлечь за собой отмену обжалуемого постановления, поскольку данный вопрос подлежал разрешению при принятии решения по результатам рассмотрения дела по существу, что и было сделано председательствующим.

Иных значимых доводов, ставящих под сомнение законность вынесенного судебного постановления, ни жалоба, ни высказанные в суде дополнения, не содержат. 

Порядок и срок привлечения ФИО2 к административной ответственности судом соблюдены, административное наказание назначено ей в пределах санкции ч. 3 ст. 14.16 КоАП РФ на основе всесторонней оценки содеянного, личности нарушителя и является справедливым. 

Не усматривая оснований для отмены либо изменения оспариваемого судебного постановления и руководствуясь ст.ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, 

Р Е Ш И Л:

Постановление судьи 26 гарнизонного военного суда от 22 апреля 2019 года по делу об административном правонарушении в отношении индивидуального предпринимателя ФИО2 оставить без изменения, а жалобу последней – без удовлетворения.