Д-№ 2-284/2020 

<

данные изъяты>

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 сентября 2020 года г. Санкт-Петербург

Санкт-Петербургский гарнизонный военный суд под председательством судьи КОРИНЕВСКОГО И.Е., при секретаре ДЕМЕНТЬЕВОЙ А.Э., с участием сторон: представителя истца – подполковника внутренней службы ФИО1, ответчика – 

<

данные изъяты> ФИО2 и его представителя – адвоката НОВОЖИЛОВА Д.О., рассмотрев, в открытом судебном заседании в помещении суда, гражданское дело по исковому заявлению Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Коми (ГУ МЧС) к ответчику ФИО2 о взыскании с ответчика неосновательного обогащения, связанного с переплатой ему районного коэффициента (1,2) и северной надбавки (50%) к денежному довольствию, -

у с т а н о в и л :

Обратившись в суд с иском, представитель истца просил взыскать с ответчика ущерб, за излишне выплаченные денежные средства в размере 304 797 руб. 42 коп.

В судебном заседании представитель ФИО1 требование поддержал и просил его удовлетворить. В обоснование, со ссылкой на поданное заявление, он по предмету спора указал, что ответчик проходил службу и состоял на денежном обеспечении в ГУ МЧС с 10.08.2015 по 10.05.2016 в должности 

<

данные изъяты>. Ему на основании соответствующего приказа № 22 от 10.08.2015 был установлен оклад по воинской должности в размере 26000 руб., а также установлены надбавки за прохождение службы в районе приравненному к Крайнему Северу в размере 50% от оклада по воинской должности и за районный коэффициент (1,2). Приказом ГУ МЧС № 6 от 27.04.2016 ответчик был исключен из списков личного состава управления с 10.05.2016. Представитель истца пояснил, что иск заявлен только на основании доследственной проверки органа предварительного расследования и иных оснований для подачи иска в суд не имеется. Так, 10.09.2019 было вынесено постановление следователя ВСУ СК России по ЗВО об отказе в возбуждении уголовного дела, однако в ходе проверки МОЦАК обязался добровольно возместить ГУ МЧС причиненный ущерб. Во время данной проверки следователем было выявлено, что ответчик фактически осуществлял трудовую деятельность в Северо-Западном региональном центре МСЧ России (СЗРЦ) в Санкт-Петербурге, которое было ликвидировано, а получал денежное довольствие как проходящий службу в ГУ МЧС. В результате такой трудовой деятельности за период с 10.08.2015 по 10.05.2016 ответчику необоснованно было перечислено денежное довольствие в повышенном размере, с учетом переплаты районного коэффициента (1,2) и северной надбавки (50%), а также в качестве материальной помощи и премиальных выплат. Согласно представленным истцом справкам за обозначенный период была осуществлена переплата ответчику денежных средств в размере 316797 руб. 42 коп., из которых истец добровольно возместил 10.09.2019 и 15.10.2019 только 12000 руб., однако оставшаяся часть на сумму цены иска осталась невозмещенной. Представитель истца, ссылаясь на ст. 8 ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих», просил признать иск обоснованным.

В судебном заседании ответчик МОЦАК исковые требования не признал и просил отказать в их удовлетворении. В обоснование указал, что он действительно проходил военную службу в ГУ МЧС в указанный период. Вместе с тем, непосредственно исполнял служебные обязанности, определенные командованием СЗРЦ и занимался мобилизационными вопросами в управлении, организую взаимодействие с МЧС РФ, неоднократно выезжая за счет личных денежных средств в командировки в Москву и обратно. Ранее он проходил службу в 

<

данные изъяты>, и также занимался вопросами мобилизационной готовности по всему СЗРЦ с ведома вышестоящего и непосредственного командования, так как является компетентным специалистом в данной области. Поскольку в МЧС РФ ранее было принято, что военнослужащий с нижестоящих спасательных центров не мог сразу назначаться в региональный центр без прохождения службы в управлении и отметке об этом в послужном списке, то по согласованию между начальниками СЗРЦ и ГУ МЧС было принято решение о назначении и переводе его на имевшуюся вакантную на то время должность в ГУ МЧС, а в последующем он планировался к переводу в СЗРЦ уже на конкретную должность по вопросам мобилизации и защиты гостайны. Однако новым министром ЧС РФ в конце 2015 года были остановлены переводы в региональные центры. По этой причине с начала 2016 года МОЦАК стал предпринимать меры к своему переводу в Минобороны России. Такой приказ был издан МЧС РФ и он с 14.05.2016 исключен из списков личного состава ГУ МЧС, а другим приказом МО РФ с 16.05.2016 зачислен в списки личного состава ВС РФ с назначением на воинскую должность 

<

данные изъяты>, где проходил службу до истечения срока контракта и увольнения в январе 2020 года в запас. Кроме того, он дополнил, что после состоявшегося приказа о его назначении в ГУ МЧС ответчик в августе 2015 года прибыл в г. Сыктывкар к новому месту военной службы, представился руководителю управления, был зачислен в списки личного состава и поставлен на все виды обеспечения, после чего с разрешения подал рапорт на предоставления основного отпуска, который приказом ему был предоставлен. В дальнейшем опять же с разрешения бывшего начальника ГУ МЧС, вероятно по договоренности с бывшим начальником СЗРЦ, он периодически убывал в Санкт-Петербург для выполнения обязанностей по мобилизационной готовности. Он также по приказу начальника ГУ МЧС убывал в служебную командировку в Санкт-Петербург, за которую отчитался в управлении. Помимо этого, он неоднократно убывал в Москву по делам службы из СЗРЦ, при этом ему эти расходы на командировки не возмещались. Несмотря на то, что он не был согласен на возмещение якобы необоснованно переплаченных ему денежных средств, он под давлением следователя, который вел доследственную проверку в отношении двух начальников СЗРЦ и ГУ МЧС, начальника отдела кадров СЗРЦ и самого ответчика, уже в присутствии начальника ОМУ в сентябре 2019 года говорил ему, чтобы МОЦАК возместил переплаченные денежные средства в добровольном порядке, иначе он возбудит уголовное дело, поэтому им и было дано письменное обязательство о добровольном возврате суммы. По совету нового начальника он тогда же дважды перевел деньги в сумме 10000 руб. и 2000 руб. на счета ГУ МЧС. Ответчик заявил, что все приказы, которыми он был назначен и зачислен в ГУ МЧС, а затем исключен из него, являются действующими, никто их не отменял и не оспаривал в судебном порядке. Также он отметил, что истец пропустил срок исковой давности в три года и на этом основании иск не подлежит удовлетворению, в связи с чем просил суд признать его необоснованным.

Представитель ответчика НОВОЖИЛОВ требования ГУ МЧС также не признал и просил отказать в их удовлетворении. В обоснование, ссылаясь на имеющиеся в деле возражения, по предмету спора заявил, что истец пропустил трехлетний срок исковой давности, а поэтому следует применить последствия пропуска такого срока, предусмотренные ч. 1 ст. 195 и ч. 2 ст. 199 ГК РФ и судебной практикой. Указывая на ст. 392 ТК РФ представитель ответчика отметил, что закон предусматривает годичный срок возмещения ущерба работодателю со дня обнаружения такого ущерба. Вместе с тем, ГУ МЧС в период с 10.05.2015 по 14.05.2016, узнавало о якобы переплатах каждый месяц при начислении и выплате денежного довольствии МОЦАКУ. Кроме того, данное ответчиком обязательство в период проверки нельзя считать доказательством его согласия на добровольное возмещение денег, поскольку было дано под давлением следствия и, по сути, является ничтожным. Каких-либо недобросовестных действий по данному поводу ответчик не совершал и не злоупотреблял своими правами. По мнению представителя ответчика, заявленный иск ГУ МЧС является необоснованным.

Заслушав объяснения сторон и исследовав представленные доказательства, суд приходит к убеждению, что иск представителя истца удовлетворению не подлежит.

В судебном заседании были установлены следующие обстоятельства.

Из истребованного судом пенсионного дела МОЦАКА, его послужного списка, расчета выслуги лет следует, что он с 01.08.1990 по 18.09.2007 проходил военную службу в Вооруженных силах на различных должностях был досрочно уволен в связи с оргштатными мероприятиями; с 01.04.2013 по 14.05.2016 служил в МЧС РФ, после чего переведен в МО РФ и с 16.05.2016 по 29.02.2020 продолжил службу в ВС РФ (ЗВО), т.е. срок его военной службы составляет более 21 календарного года, а в льготном исчислении более 30 лет. Семейное положение: разведен, имеет ребенка.

Выпиской из приказа начальника ГУ МЧС от 10.08.2015 № 22 подтверждается, что ответчик, как ранее назначенный приказом начальника СЗРЦ от 05.08.2015 № 27-ВК на должность 

<

данные изъяты>, был зачислен в списки личного состава управления с 08.08.2015 и ему установлена с 10.08.2015 северная надбавка в размере 50%.

Приобщенной выпиской из приказа начальника ГУ МЧС от 13.05.2016 № 7 установлено, что МОЦАК, как ранее освобожденный от занимаемой должности на основании приказа МЧС РФ от 06.04.2016 № 33-ВК, стал считаться сдавшим дела и должность и исключенным из списков личного состава управления с 14.05.2016.

Выписками из приказов командующего войсками ЗВО от 31.01.2020 № 23 и 21.02.2020 № 81 подтверждается, что ответчик был уволен с военной службы в запас по истечении срока контракта (п/п. «б» п. 1 ст. 51 Федерального закона), после чего исключен из списков личного состава воинской части с 29.02.2020 с направлением в военкомат для постановки на воинский учет по месту жительства.

Из копии постановления заместителя руководителя 1-го военного следственного отдела ВСУ СК России по ЗВО от 10.09.2020 следует, что было отказано в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 - ч. 1 ст. 286 УК РФ в отношении бывших: начальника СЗРЦ, начальника отдела кадров СЗРЦ, начальника ГУ МЧС и начальника отдела ГУ МЧС МОЦАКА по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. в связи с отсутствием в деянии каждого состава преступления. 

Копиями платежных поручений № 60881 от 11.09.2019 и № 258219 от 16.10.2019 подтверждается, что ответчик перевел на счет ГУ МЧС 10000 руб. и 2000 руб., соответственно в счет возмещения ущерба.

Из копии справки-расчета цены иска о неположенных МОЦАКУ выплат следует, что расчет, связанный с переплатой ему районного коэффициента (1,2) и северной надбавки (50%) к денежному довольствию в виде излишне выплаченных денежных средств составляет в сумме 316 797 руб. 42 коп.

Оценив установленные обстоятельства, суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ и разъяснениям в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, выйти за пределы которых может только в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Согласно статьям 56 и 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Как следует из искового заявления и пояснений в суде представителя ФИО1, иск был заявлен к ответчику лишь на основании вынесенного 10.09.2019 постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении МОЦАКА за отсутствием в его действиях состава преступления, его обязательства по возмещению причиненного ущерба и со ссылкой на статьи закона о материальной ответственности военнослужащих. 

Так, пункт 1 статьи 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» (в редакции закона до 01.04.2020, на период возникновения спорных правоотношений) императивно указывает, что военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб. 

Это положение закона означает, что для привлечения военнослужащего к материальной ответственности необходимо установить и доказать нарушение военнослужащим нормы права (правонарушение); наличие реального ущерба имуществу воинской части; наличие причинно-следственной связи между совершенным военнослужащим правонарушением и наступившим ущербом; нахождение в момент причинения ущерба имуществу воинской части при исполнении обязанностей военной службы; вину военнослужащего. 

В статье 2 ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» определены основные понятия, а именно: имущество воинской части - это все виды вооружения, военной техники, боеприпасы, горюче-смазочные материалы, топливо, продовольствие, вещевое имущество и иные виды военного имущества, здания, сооружения, деньги и ценные бумаги, другие материальные средства, являющиеся федеральной собственностью и закрепленные за воинской частью, а реальный ущерб - это утрата или повреждение имущества воинской части, расходы, которые воинская часть произвела либо должна произвести для восстановления, приобретения утраченного или поврежденного имущества, а также излишние денежные выплаты, произведенные воинской частью.

Из анализа указанного Федерального закона следует, что материальная ответственность может быть возложена на военнослужащего лишь при одновременном наличии: реального ущерба, вины в его причинении, противоправности поведения, причинной связи между действием (бездействием) и ущербом. 

Следовательно, юридически значимым обстоятельством при рассмотрении настоящего иска является факт причинения МОЦАКОМ такого ущерба государству.

Именно наличие ущерба и его размер являются определяющими критериями для разрешения вопроса об основаниях и порядке привлечения военнослужащего к полной либо ограниченной материальной ответственности.

Что касается ссылок представителя истца на постановление следователя от 10.09.2019 как на установленные факты виновности ответчика, то суд, оценивая эти доводы, признает их несостоятельными, поскольку в соответствии со статьей 61 ГПК РФ, определяющей основания для освобождения от доказывания, лишь вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В судебном заседании достоверно установлено, что приговор суда по уголовному делу в отношении ответчика МОЦАКА за допущенные им деяния не выносился.

Поэтому доказывание совершения ответчиком действий, повлекших причинение ущерба на указанную в иске сумму, должно осуществляться в общем порядке, предусмотренном законодательством о гражданском судопроизводстве.

По смыслу пункта 1 статьи 7 ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» наличие ущерба, а также его размер устанавливаются в ходе административного расследования, проведение которого по общему правилу должно быть назначено командованием в случае обнаружения этого ущерба. 

Принимая во внимание положения статьи 56 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что, вопреки мнению представителя истца, именно на начальнике ГУ МЧС лежит обязанность по доказыванию факта причинения МОЦАКОМ ущерба государству и его размера.

В соответствии со статьей 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен:

- военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей;

- в результате преступных действий (бездействия) военнослужащего, установленных вступившим в законную силу приговором суда;

- в результате хищения, умышленных уничтожения, повреждения, порчи, незаконных расходования или использования имущества либо иных умышленных действий (бездействия) независимо от того, содержат ли они признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации;

- умышленными действиями военнослужащих, повлекшими затраты на лечение в медицинских организациях военнослужащих, пострадавших в результате этих действий;

- военнослужащим, добровольно приведшим себя в состояние опьянения.

Из содержания заявления и позиции представителя истца в суде следует, что последний сослался на новую редакцию п. 6 ст. 8 ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих», которая вступила в действие с 01.04.2020, в которой указано о том, что военнослужащий вправе (но не обязан) произвести возмещение ущерба с рассрочкой платежа. Возмещение ущерба с рассрочкой платежа производится на основании письменного обязательства о добровольном возмещении ущерба, подписанного указанным военнослужащим, причинившим ущерб, представленного командиру (начальнику) воинской части до издания приказа о возмещении ущерба или до принятия к судебному производству искового заявления о возмещении ущерба. Однако такого обязательства ответчик не подавал начальнику ГУ МЧС, а написал его следователю и представил ему же квитанцию от 10.09.2019 об оплате 10000 руб., после чего этой же датой и было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении него и других, что косвенно подтверждает пояснения МОЦАКА о разговорах со следователем о необходимости внесения им денежных средств на счета истца. 

Однако ссылка представителя истца на новый пункт 6 статьи 8 названного закона обоснованной считаться не может, поскольку его действие распространяется на правоотношения возникшие после 01.04.2020. Вместе с тем, пункт 6 этой статьи в прежней редакции, который действовал на момент возникновения спорных правоотношений применительно к заявленным требованиям к МОЦАКУ в 2015-2016 годах, гласил лишь о том, что военнослужащий может добровольно полностью или частично возместить причиненный ущерб в денежной форме. 

В силу п. 3 ст. 3 Федерального закона не допускается привлечение военнослужащих к материальной ответственности за ущерб, причиненный вследствие исполнения приказа командира (начальника), а также в результате правомерных действий, оправданного служебного риска, действия непреодолимой силы.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении МОЦАКА от 10.09.2019 видно, что следователь подробно описал весь механизм назначения ответчика в ГУ МЧС, причины к этому, периодическое командирование и исполнение им обязанностей в СЗРЦ по мобилизационным вопросам, после чего следователь пришел к выводу о том, что такие действия МОЦАКА и его начальников носили служебный характер, в интересах службы, имели исключительно безвозмездный характер и их совершение не было связано с выполнением указанными лицами каких-либо действий (бездействия) в силу наделенных полномочий. Назначение МОЦАКА на должность в ГУ МЧС и его командирование в СЗРЦ не выходило за рамки требований нормативно-правовых актов МЧС РФ и должностных полномочий, указанных в постановлении лиц. Корыстной заинтересованности в действиях бывших должностных лиц СЗРЦ и ГУ МЧС, в том числе и МОЦАКА не установлено, что подтверждается материалами проверки. Все эти действия перечисленных лиц не образуют уголовно-наказуемое деяние, а только нарушения этими лицами штатной дисциплины. Также отмечено, что МОЦАК обязался возместить ущерб, связанный с выплатой довольствия с учетом районного коэффициента и северной надбавки. 

Из объяснений сторон в суде усматривается, что приказы в отношении МОЦАКА о его назначении на должность в ГУ МЧС до настоящего времени в административном порядке никем отменены не были, также они не признаны незаконными в судебном порядке. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что ущерб, по утверждениям представителя истца, который был причинен ответчиком, возник вследствие исполнения приказов начальников СЗРЦ и ГУ МЧС, а поэтому в силу п. 3 ст. 3 Федерального закона привлечение МОЦАКА к материальной ответственности не допускается. 

Исходя из анализа указанного п. 1 ст. 3 Федерального закона и предмета спора, на истца возлагалась обязанность доказать факт наличия материального ущерба причиненного ГУ МЧС, виновность ответчика в его причинении, противоправность его поведения и причинную связь между действиями ответчика и наступившими последствиями.

Вместе с тем, в ходе судебного заседания было установлено, что истец не представил доказательств совершения МОЦАКОМ каких-либо умышленных действий по причинению ущерба, в результате которых ГУ МЧС был причинен реальный ущерб, доказательств его вины в таком причинении, противоправности его поведения и причинной связи между действиями МОЦАКА для получения денежного довольствия с учетом районного коэффициента, северной надбавки и наступившими последствиями для истца.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

При таких обстоятельствах доводы представителя истца ФИО1 в суде о том, что МОЦАК виновен в причинении ущерба ГУ МЧС, которые лишь основаны на постановлении следователя об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.09.2019 с указанием в нем, что ответчик обязался в ходе следствия возместить переплаченные денежные средства, являются недостаточными для его привлечения к полной материальной ответственности.

Поскольку представленными истцом доказательствами не подтверждается вина ответчика в причиненном материальном ущербе в размере 304 797 руб. 42 коп., то суд считает, что иск заявлен необоснованно и не подлежит удовлетворению. 

Кроме того, суд считает необходимым отметить следующее. По сути, представитель истца просил суд взыскать с ответчика неосновательное обогащение, которое подлежит рассмотрению в порядке главы 60 Гражданского кодекса (ГК) РФ.

Так, в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

По смыслу п. 3 ст. 1109 ГК РФ заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, алименты и иные денежные суммы, представленные гражданину в качестве средства к существованию, подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если оно явилось следствием недобросовестности с его стороны и счетной ошибки. 

В силу п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, представленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делу о возврате неосновательного обогащения, являлись бы не только факты приобретения имущества за счет другого лица при отсутствии к тому правовых оснований, а также наличие счетной ошибки или недобросовестности со стороны ответчика, но и факты того, что такое имущество было предоставлено приобретателю лицом, знавшим об отсутствии у него обязательства перед приобретателем. При этом именно на приобретателе (ответчике) лежало бремя доказывания того, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства.

Что касается заявлений стороны ответчика о применении к заявленным требованиям последствий пропуска истцом срока исковой давности в три года на основании п. 2 ст. 199 ГК РФ, то суд считает, что оно не подлежит удовлетворению, так как истцу стало известно о возможном ущербе из постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.09.2019 в отношении МОЦАКА и других, в связи с отсутствием в их деяниях состава преступлений. 

На основании вышеизложенного суд полагает, что в виду недоказанности иска ГУ МЧС к МОЦАКУ о взыскании ущерба, за излишне выплаченные денежные средства в размере 304 797 руб. 42 коп., отсутствуют условия для взыскания с ответчика причиненного ущерба.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, военный суд –

Р Е Ш И Л :

Отказать в удовлетворении искового заявления Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Коми к ответчику ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, связанного с переплатой ему районного коэффициента (1,2) и северной надбавки (50%) к денежному довольствию в размере 304 797 рублей 42 копейки.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 1-й Западный окружной военный суд через Санкт-Петербургский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

<

данные изъяты>

Судья И.Е. Кориневский

<

данные изъяты>