дело № 2-308/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 февраля 2018 года г. Воронеж

Советский районный суд г. Воронежа в составе председательствующего судьи Косенко В.А., при секретаре Рязановой Е.Ю., с участием прокурора Вяльцева И.И., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО23 к Бюджетному учреждению здравоохранения Воронежской области «Воронежская городская клиническая больница скорой медицинской помощи №1» о признании незаконным дисциплинарного взыскания в виде увольнения и о восстановлении на работе,

установил:

ФИО23 обратилась в суд с вышеназванным исковым заявлением, указывая, что являлась работником БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» с 01.09.1987 года. 20.09.2017 года ей стало известно, что к ней было применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения – приказ 

<

данные изъяты>, на основании которого вынесен приказ 

<

данные изъяты> о прекращении (расторжении) трудового договора с работником. С данным дисциплинарным взысканием категорически не согласна. Считает, что увольнение произошло по основаниям, связанным с занятием должности председателя УИК, расположенной на территории БУЗ ВО «ВГКБСМП №1». Указывает, что обозначенный довод подтверждается фактом вынесения единственных за всю историю работы в медицинской организации двух дисциплинарных взысканий в виде выговоров в максимально короткий промежуток времени, в период избирательной компании, именно после прихода нового главного врача исключительно как преследование по политическим мотивам – за отказ совершить по его просьбе преступление, выраженное в фальсификации итогов выборов в Государственную Думу РФ в 2016 году. Истица, с учетом последующего уточнения иска (т. 1 л.д. 160), просила суд:

1) признать приказ от 20.09.2017 года 

<

данные изъяты> «О дисциплинарном взыскании в виде увольнения» незаконным и отменить его;

2) признать приказ от 20.09.2017 года 

<

данные изъяты> «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником незаконным и отменить его;

3) восстановить ФИО23 на работе в прежней должности главной медицинской сестры в БУЗ ВО «ВГКБСМП №1».

ФИО23 в судебном заседании присутствовала, однако после заявления об отводе судьи покинула зал заседаний.

Представители ответчика по доверенностям ФИО24, ФИО25, ФИО26 возражали против удовлетворения иска. Представлен письменный отзыв на исковое заявление (т. 1 л.д. 171-186), письменные объяснения (т. 1 л.д. 187-206). Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске срока на обращение в суд (т. 1 л.д. 91-92), впоследствии поданы письменные возражения на ходатайство ФИО23 о восстановлении пропущенного срока (т. 1 л.д. 137-139).

Прокурор Вяльцев И.И. в заключении полагал, что иск ФИО23 удовлетворению не подлежит, поскольку при рассмотрении дела было установлено, что 06.09.2017 года ФИО23 совершила дисциплинарный проступок. Процедура увольнения, предусмотренная ст. 193 ТК РФ, работодателем соблюдена. До применения дисциплинарного взыскания ответчик потребовал от истицы письменное объяснение, и такое объяснение от ФИО23 было получено. Сроки привлечения к дисциплинарной ответственности соблюдены. Мотивированное мнение профкома получено. При наложении взыскания ответчиком учитывалась тяжесть допущенного ФИО23 проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Также прокурор согласился с позицией ответчика о том, что истицей без уважительных причин пропущен срок на обращение в суд. 

Суд, выслушав доводы представителей ответчика, заключение прокурора, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему:

В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Согласно ст. 192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

В соответствии со ст. 193 Трудового кодекса РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" даны следующие разъяснения:

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя (п. 23 названного постановления).

При разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено (п. 33 названного постановления).

По делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что:

1) совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора;

2) работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертой статьи 193 ТК РФ сроки для применения дисциплинарного взыскания (п. 34 названного постановления).

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.) (п. 35 названного постановления).

Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду (п. 53 названного постановления).

Копией трудовой книжки подтверждается, что ФИО23 являлась работником ГКБСМП с 01.09.1987 года (медицинское учреждение неоднократно переименовывалось, в настоящее время – БУЗ ВО «ВГКБСМП №1). 16.06.2014 года она была переведена на должность 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 5-9).

Приказом № 

<

данные изъяты> года ФИО23 уволена с занимаемой должности по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ в связи с неоднократным неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание (т. 1 л.д. 12).

Как видно из данного приказа, основанием послужили: приказ 

<

данные изъяты>. «О создании комиссии для проведения служебного расследования», Служебная записка ФИО23 от 

<

данные изъяты> г., Докладная записка ФИО1. от 

<

данные изъяты> г., Докладная ФИО2. от 

<

данные изъяты> г., Докладная ФИО3. от 

<

данные изъяты>., Докладная ФИО4. от 

<

данные изъяты> Докладная ФИО5 от 

<

данные изъяты> Докладная ФИО6. от 

<

данные изъяты>., Докладная ФИО7. от 

<

данные изъяты> Докладная ФИО8. от 

<

данные изъяты> г., Докладная ФИО9. от 

<

данные изъяты> г., Докладная ФИО10 от 

<

данные изъяты> г., Докладная ФИО11. от 

<

данные изъяты> Объяснительная ФИО23 от 

<

данные изъяты> г., Заключение (акт) по результатам расследования от 

<

данные изъяты> г. (с приложениями), Протокол заседания комиссии по охране труда от 

<

данные изъяты> г. № 1, Приказ от 12.10.2016 г. 

<

данные изъяты> «О дисциплинарном взыскании» (в виде выговора), Приказ от 

<

данные изъяты> «О дисциплинарном взыскании» (в виде выговора), Приказ от 

<

данные изъяты> ««О дисциплинарном взыскании в виде увольнения».

При рассмотрении дела было установлено, что 

<

данные изъяты> года была прекращена работа участка по обеззараживанию медицинских отходов класса 

<

данные изъяты>». ФИО23 проинформировала об этом главного врача путем служебной записки, поданной в 

<

данные изъяты> час. При этом истица ссылалась на неукомплектованность штатного расписания: в общебольничном отделении согласно штатному расписанию должно работать 11 ставок медицинских дезинфекторов, физических лиц – 6 человек, а с 01.09 работают 2 человека (ФИО12., ФИО13 остальные – одна находится на больничном, двое в отпуске, одна в отпуске по донорским дням. Отсутствует физическая возможность выполнять внутреннее совместительство. Меддезинфектор, осуществляющая деятельность по дезкамерной обработке белья и аппаратном обеззараживании и утилизации отходов класса 

<

данные изъяты> ФИО14. находится в очередном отпуске (т. 1 л.д. 19).

06.09.2017 г. работники БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» ФИО15., ФИО16., ФИО17 ФИО18., ФИО19., ФИО20 от 

<

данные изъяты> ФИО7., ФИО8., ФИО9., ФИО10., ФИО11 обратились к руководству больницы с докладными (служебными записками), в которых довели до сведения факт того, что дезкамера закрыта, на двери табличка «не работает»; просили решить проблему со сбором и хранением отходов класса «

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 20-30).

В целях соблюдения Федерального закона № 52-ФЗ от 30.03.1999 «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», СП 3.5.1378-03 «Санитарно-эпидемиологические требования к организации и осуществлению дезинфекционной деятельности» от 30.06.2017 и в связи с неисполнением мероприятий по организации контроля за оборотом медицинских отходов согласно пунктам 2.16 и 2.17 должностной инструкции главной медицинской сестры, приказом главврача от 

<

данные изъяты> ФИО23 приказано передать функции по организации и контролю работы автоклавной, участка по обеззараживанию медицинских отходов и анолитной эпидемиологическому отделу (т. 2 л.д. 158). Из служебной записки зам. главврача по работе с сестринским персоналом ФИО21. известно, что во исполнение данного приказа она и сотрудники эпидемиологического отдела предприняли мероприятия для ликвидации сложившейся ситуации, и 06.09.2017 в 12:00 работа участка по обеззараживанию отходов была восстановлена (т. 2 л.д. 159).

11.09.2017 г. приказом главврача 

<

данные изъяты> была создана комиссия для проведения служебного расследования по факту приостановки 06.09.2017 г. работы участка по обеззараживанию медицинских отходов (т. 1 л.д. 17-18).

13.09.2017 г. от ФИО23 были затребованы письменные объяснения (т. 2 л.д. 183). В своих объяснениях ФИО23 сообщила, что закрытие участка по обеззараживанию медицинских отходов 06.09.2017 г. ею не производилось; до её сведения не доводилось никакой информации о закрытии участка по обеззараживанию медицинских отходов 06.09.2017 г. (т. 2 л.д. 182), что противоречит её же служебной записке от 06.09.2017 г., в которой она сообщила главврачу о приостановлении работы дезкамер и помещения по обеззараживанию отходов класса «

<

данные изъяты>» (т. 1 л.д. 19).

Согласно должностной инструкции главной медицинской сестры, к должностным обязанностям, в числе других, относятся: контролирует правильность расстановки кадров среднего и младшего медицинского персонала с прикреплением каждого из них к определенным объектам обслуживания, с последующим утверждением заведующим отделением (п. 2.9), контролирует своевременное замещение медицинских сестер и санитарок, не вышедших на работу (п. 2.10), составляет график работы и табель на зарплату сотрудников общебольничного персонала, ведет табель «Учета использования рабочего времени» сотрудников (п. 2.14), контролирует выполнение персоналом установленного режима дня отделения и соблюдение противоэпидемических мероприятий (п. 2.15), осуществляет контроль за выполнением дезинфекционных, дератизационных и стерилизационных мероприятий (п. 2.16), осуществляет контроль за санитарно-противоэпидемическим состоянием учреждения (п. 2.17) (т. 3 л.д. 20-21).

Однако истица не должным образом осуществляла контроль за правильностью расстановки кадров среднего и младшего медицинского персонала, не предприняла своевременных мер по замещению отсутствующих медицинских дезинфекторов, несмотря на то, что в БСМП к самостоятельной работе с автоклавом допущено 29 операционных медицинских сестер (т. 3 л.д. 38, 39-67). ФИО23 на протяжении нескольких лет являлась 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 195-200), поэтому знала о наличии медицинских сестер, которые могли бы временно заместить отсутствующих медицинских дезинфекторов. Однако к старшей операционной сестре ФИО9 с данным вопросом не обратилась (т. 2 л.д. 201), что ФИО9 подтвердила, будучи допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля.

ФИО23 в своем отчете о работе за 29.08.2017г. отразила «Работа общебольничного отделения. Составлен график работы на сентябрь. В сентябре месяце некому работать в помещении для утилизации отходов» (т. 2 л.д. 164об). График на сентябрь, с подписью ФИО23, в деле имеется (т. 3 л.д. 91). Таким образом, истица знала о необходимости принять меры по своевременному замещению отсутствующих работников, имела возможность сделать это, но не сделала, приостановив работу участка по обеззараживанию медицинских отходов, что привело к нарушению утвержденной схемы движения отходов (т. 2 л.д. 186) и Инструкции по охране труда по обращению с медицинскими отходами (т. 2 л.д. 187-191), что также следует из протокола заседания комиссии по охране труда и составленного данной комиссией акта 

<

данные изъяты>. (т. 2 л.д. 222, 234-235).

Из схемы движения отходов видно, что к отходам класса «Б» относятся отработанные иглы, резиновые перчатки, перевязочный материал, отработанные шприцы, системы для ПР), т.е. это эпидемиологически опасные отходы (классификация отходов содержится в СанПиН 2.1.7.2790-10 "Санитарно-эпидемиологические требования к обращению с медицинскими отходами"), поэтому суд согласен с доводами стороны ответчика о том, что закрытие участка по обеззараживанию медицинских отходов класса «

<

данные изъяты> могло привести к возникновению опасной эпидемиологической обстановки в лечебном учреждении. Данное обстоятельство также подтверждено показаниями 

<

данные изъяты> ФИО22 допрошенной судом в качестве свидетеля.

Учитывая все вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что в действиях ФИО23 имелся состав дисциплинарного проступка, выразившийся в приостановлении работы участка по обеззараживанию отходов класса 

<

данные изъяты>», что стало возможным вследствие ненадлежащего исполнения п. 2.9, 2.10, 2.14, 2.15, 2.16, 2.17 должностной инструкции главной медицинской сестры.

Установленный ст. 193 Трудового кодекса РФ порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности работодателем соблюден. От ФИО23 были затребованы и получены объяснения (т. 2 л.д. 182, 183); была создана комиссия для проведения служебного расследования по факту приостановки 06.09.2017 г. работы участка по обеззараживанию медицинских отходов (т. 1 л.д. 17-18), заседания которой оформлялись протоколами (т. 2 л.д. 122-127, 135-136, 174-175, 178, 180-181, 212-221), по итогам работы составлено и утверждено главным врачом заключение (акт) по результатам служебного расследования, из которого следует, что при наложении взыскания учитывались тяжесть проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду (т. 2 л.д. 223-233); получено мотивированное мнение профсоюзной организации (т. 2 л.д. 240-241); с приказом о прекращении (расторжении) трудового договора ФИО23 ознакомлена 20.09.2017 г. (т. 2 л.д. 242); установленные ч. 4 ст. 193 Трудового кодекса РФ сроки для применения дисциплинарного взыскания соблюдены.

Ранее ФИО23 привлекалась к дисциплинарной ответственности в виде выговоров, что подтверждается приказом от 

<

данные изъяты> «О дисциплинарном взыскании» (т. 2 л.д. 204), приказом от 

<

данные изъяты> «О дисциплинарном взыскании» (т. 2 л.д. 210-210). 

Доводы истицы о том, что эти два дисциплинарных взыскания были наложены исключительно как преследование по политическим мотивам – за отказ совершить по просьбе главврача преступление, выраженное в фальсификации итогов выборов в Государственную Думу РФ в 2016 году, опровергаются постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 09.01.2017 года (т. 3 л.д. 86-90).

ФИО23 обращалась в суд с иском к БУЗ ВО «ВГКБСМП №1 о признании незаконными в части наложения на неё дисциплинарного взыскания приказа 

<

данные изъяты> и приказа 

<

данные изъяты>. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 18.07.2017 года 

<

данные изъяты> в удовлетворении иска ФИО23 отказано (т. 1 л.д. 162-170).

В порядке, предусмотренном ст. 194 Трудового кодекса РФ, данные дисциплинарные взыскания не снимались.

Поскольку у работодателя имелись предусмотренные п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ основания для расторжения трудового договора с ФИО23, при этом порядок и сроки привлечения работника к дисциплинарной ответственности соблюдены, то не подлежат удовлетворению требования истицы о признании незаконными и отмене приказа от 

<

данные изъяты> «О дисциплинарном взыскании в виде увольнения», приказа от 

<

данные изъяты> «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником незаконным и отменить его, соответственно, она не подлежит восстановлению на работе в должности главной медицинской сестры в БУЗ ВО «ВГКБСМП №1».

Самостоятельным основанием для отказа в иске является истечение установленного ст. 392 Трудового кодекса РФ срока на обращение в суд.

Согласно ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Материалами дела подтверждается, что копия приказа об увольнении и трудовая книжка вручены ФИО23 25.09.2017 г. (т. 1 л.д. 93-95), исковое заявление в суд направлено 30.11.2017 г. (т. 1 л.д. 81), т.е. со значительным пропуском срока на обращение в суд.

Как следует из абз. 5 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и др.).

В ходатайстве о восстановлении процессуального срока на обращение за судебной защитой ФИО23 ссылается на то, что в связи с увольнением испытала сильнейший стресс, в связи с чем была вынуждена обратиться за помощью к 

<

данные изъяты>. Согласно заключению 

<

данные изъяты> состояние истицы в период времени с сентября 2017 года по декабрь 2017 года характеризуется 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 122, 123). 

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Согласно п. 5 ст. 67 ГПК РФ при оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

С учетом положений вышеприведенных норм, а также исходя из буквального содержания «Справки-подтверждения факта обращения к 

<

данные изъяты>» (т. 1 л.д. 123), суд считает, что эта справка не подтверждает наличия у ФИО23 объективных препятствий для своевременного обращения в суд с иском о восстановлении на работе. Как указано в справке, 

<

данные изъяты>. Кроме того, такое состояние не препятствовало ФИО23 трудоустроится на новое место работы (17.10.2017 г. принята в ООО 

<

данные изъяты>» - т. 1 л.д. 6об), обратится в Государственную инспекцию труда Воронежской области, к Президенту РФ, к председателю МХГ, председателю Следственного комитета РФ, Генеральному прокурору РФ, Министру труда и социальной защиты РФ, Министру здравоохранения РФ, Уполномоченному по правам человека РФ, руководителю Роспотребнадзора РФ, руководителю Росздравнадзора РФ (т. 1 л.д. 10, 99-107). Исходя из сложившейся судебной практики, подобные обращения не относятся к числу уважительных причин пропуска срока, т.к. не препятствуют своевременному обращению за судебной защитой (определение Верховного Суда РФ от 17.06.2010 N 85-В10-2 и др.).

С учетом изложенного, суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства ФИО23 о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд, а потому её исковое заявление не подлежит удовлетворении в том числе и по причине пропуска месячного срока, установленного ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса РФ для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении.

Руководствуясь ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО23 к Бюджетному учреждению здравоохранения Воронежской области «Воронежская городская клиническая больница скорой медицинской помощи №1» о признании незаконным дисциплинарного взыскания в виде увольнения и о восстановлении на работе – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: Косенко В.А.

Мотивированное решение изготовлено 09 февраля 2018 года