Дело №1-63/19

Поступило в суд 06 декабря 2018 года.

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

«24» июня 2019 года г. Новосибирск

Железнодорожный районный суд г. Новосибирска

в с о с т а в е:

председательствующего судьи Носовой Ю.В.,

при секретарях Казанцевой А.В., Мининой Н.В., Басалаевой А.Ф.,

с участием государственных обвинителей Шаровой А.В., Овчинниковой А.А., Тесля Т.И., 

подсудимой ФИО1,

адвокатов Перепелкиной И.В., Сопко О.В., Аличевой В.А.,

потерпевшего Потерпевший №1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению 

ФИО1, *, 

в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 ч.4 УК РФ,

у с т а н о в и л:

Подсудимая ФИО1 совершила мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Преступление совершено ею в Железнодорожном районе г. Новосибирска при следующих обстоятельствах. 

В 2013 году, а именно в период времени до ****, у ФИО1, проживавшей совместно со своей матерью ФИО2 по адресу: ***, возник корыстный умысел на совершение мошенничества, то есть хищение путем обмана чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а именно хищение денежных средств, вырученных от продажи находящейся в их с ФИО2 общей совместной собственности однокомнатной ***, расположенной в ***, помимо воли ФИО2 и без ведома последней, с использованием поддельной нотариально удостоверенной доверенности от имени ФИО2 на право продажи вышеуказанной квартиры. 

Реализуя сформировавшийся преступный умысел, в указанный период времени ФИО1, находясь в неустановленном месте ***, вступила в преступный сговор с неустановленным в ходе предварительного следствия лицом на совершение группой лиц по предварительному сговору мошенничества, в особо крупном размере, разработав совместный план преступных действий, согласно которому неустановленное лицо должно было предоставить ФИО1 полученную им при неустановленных обстоятельствах поддельную нотариально удостоверенную доверенность от имени ФИО2 на имя ФИО1 на право продажи вышеуказанной квартиры, находящейся в их общей совместной собственности, при этом ФИО1 умышленно не намеревалась уведомлять ФИО2 о своём желании продать вышеуказанную квартиру, после чего ФИО1 и неустановленное лицо путём обращения в какое-либо из агентств недвижимости *** должны были подыскать потенциального покупателя на указанную квартиру и в дальнейшем обмануть его относительно своих действительных правомочий о продаже указанной квартиры от имени ФИО2, и при заключении договора купли-продажи указанной квартиры похитить денежные средства покупателя в особо крупном размере, распорядившись ими по своему усмотрению, после чего, в продолжение реализации совместного преступного умысла, ФИО1 и неустановленное лицо после совершения регистрационных действий по государственной регистрации прав на недвижимое имущество с указанной квартирой на имя покупателя планировали обратиться в судебные инстанции, в том числе от имени ФИО2, с целью признания заключенного договора купли-продажи квартиры ничтожным и последующего истребования квартиры из чужого незаконного владения, возвратив тем самым вышеуказанную квартиру в общую совместную собственность ФИО1 и ФИО2 

Реализуя совместный сформировавшийся преступный умысел, в указанный период времени ФИО1 и неустановленное лицо обратились в офис ** агентства недвижимости «Банк недвижимости корпорация планета», расположенного по адресу: ***, где сообщили руководителю указанного агентства Ефремовой Н.С. о своём намерении продать вышеуказанную квартиру по нотариально удостоверенной доверенности от имени ФИО2 на имя ФИО1, не уведомляя при этом Ефремову Н.С. о том, что ФИО2 не осведомлена о намерении ФИО1 и неустановленного лица продать вышеуказанную квартиру, помимо воли ФИО2 и без ведома последней, с использованием поддельной нотариально удостоверенной доверенности от имени ФИО2, после чего руководитель агентства недвижимости Ефремова Н.С., будучи не осведомленной о преступных намерениях ФИО1 и неустановленного лица, разместила по инициативе ФИО1 и неустановленного лица в сети «Интернет» на сайте «НГС.Недвижимость» объявление о продаже квартиры по указанному адресу. 

Далее, в вышеуказанный период времени покупатель Потерпевший №1, желая приобрести в собственность квартиру в ***, просматривая объявления в сети «Интернет» о продаже квартир, обратил внимание на размещенное на сайте объявление о продаже указанной квартиры, связался с Ефремовой Н.С. и согласовал предварительный просмотр квартиры на ****.

В вышеуказанный период времени неустановленное лицо, действуя согласно ранее распределенным с ФИО1 ролям, при неустановленных обстоятельствах, приобрело поддельную нотариально удостоверенную доверенность ***5 от ****, выданную якобы от имени ФИО2 на имя ФИО1 на право продажи находящейся в их общей совместной собственности указанной квартиры, удостоверенную от имени нотариуса Назранского нотариального округа Республики Ингушетия Свидетель №4 (реестровый номер доверенности 5063), изготовленную при неустановленных обстоятельствах, которую в период времени до **** передало ФИО1 для использования непосредственно при совершении мошенничества, с целью придания видимости правомерности своих действий, связанных с продажей квартиры. 

**** в вечернее время ФИО1, находясь в офисе ** агентства недвижимости по вышеуказанному адресу, в присутствии Ефремовой Н.С. и неустановленного лица предъявила Потерпевший №1 пакет правоустанавливающих документов на продаваемую квартиру, в том числе вышеуказанную поддельную нотариально удостоверенную доверенность, при этом ФИО1, действуя умышленно и целенаправленно, в группе лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений, сообщила Потерпевший №1 заведомо ложные сведения о продаже указанной квартиры по согласованию со своей матерью ФИО2, достоверно зная о том, что ФИО2 с 2008 года состоит под наблюдением врача-психиатра с диагнозом шизофрения, о намерении продать квартиру не осведомлена и доверенность на право её продажи ФИО1 не выдавала, то есть ФИО1 и неустановленное лицо таким образом обманули Потерпевший №1

**** в вечернее время Потерпевший №1, находясь в офисе агентства недвижимости по указанному адресу, обозрев представленные ФИО1 правоустанавливающие документы на продаваемую квартиру, воспринимая за действительные сообщенные ФИО1 сведения, согласился приобрести у ФИО1 указанную квартиру по согласованной с ФИО1 цене в размере 1 635 000 рублей, после чего подписал составленный руководителем агентства недвижимости Ефремовой Н.С. предварительный договор купли-продажи и оплатил ФИО1 в качестве аванса денежные средства в сумме 50 000 рублей, согласовав последующую встречу на ****.

**** в дневное время ФИО3, находясь в салоне автомашины, припаркованной у ***, передал ФИО1 денежные средства в сумме 810 000 рублей, а также в тот же день, находясь в офисе ОАО «Альфа-Банк», действуя под влиянием обмана со стороны ФИО1 и неустановленного лица, в счет окончательного расчета за приобретаемую квартиру перечислил со своего счета **, открытого в указанном отделении банка, на расчетный счет ФИО1 **, открытый в операционном отделении ** ОАО «Сбербанк России» по адресу: ***, денежные средства в сумме 775 000 рублей, которые **** в дневное время были получены ФИО1 со счета в указанном операционном отделении, и которыми ФИО1 и неустановленное лицо распорядились в последующем по своему усмотрению.

**** в дневное время ФИО1, действуя под видом добропорядочного продавца, находясь в помещении холла Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по ***, расположенного по адресу: ***, подписала договор купли-продажи указанной квартиры без ведома и согласия ФИО2, на основании которого **** Управлением Федеральной государственной службы государственной регистрации кадастра и картографии по *** на имя Потерпевший №1 зарегистрировано право собственности на объект недвижимости – квартиру по вышеуказанному адресу. 

Продолжая реализовывать совместный сформировавшийся преступный умысел, в период времени с **** по **** ФИО1 и неустановленное лицо при неустановленных обстоятельствах подготовили заявление от имени ФИО2 о привлечении неустановленных лиц, совершивших незаконные действия с квартирой, к уголовной ответственности и признании сделки по продаже указанной квартиры незаконной, которое было зарегистрировано **** в прокуратуре ***. В последующем, в период времени с **** по ****, ФИО1, действуя согласно ранее разработанному преступному плану, совместно и согласованно с неустановленным лицом, организовала подачу **** иска от имени ФИО2 в Заельцовский районный суд *** о признании вышеуказанных нотариально удостоверенной доверенности и договора купли-продажи квартиры недействительными, и истребовании квартиры из чужого незаконного владения Потерпевший №1, по результатам рассмотрения которого **** Заельцовским районным судом *** по гражданскому делу ** вынесено решение об удовлетворении исковых требований ФИО2 в полном объеме, согласно которому доверенность, выданная нотариусом Назранского нотариального округа Свидетель №4, зарегистрированная в реестре за ** от **** от имени ФИО2 на имя ФИО1 на продажу *** признана ничтожной; договор купли-продажи указанной квартиры от **** между ФИО1, действующей за себя лично и за ФИО2 по доверенности, и Потерпевший №1 признан недействительным; квартира по указанному адресу подлежит истребованию из чужого незаконного владения в пользу ФИО2; запись о регистрации права собственности Потерпевший №1 на указанную квартиру подлежит исключению из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество. **** данное решение суда вступило в законную силу.

Таким образом, в период времени с **** по **** ФИО1, действуя с неустановленным лицом, группой лиц по предварительному сговору, совместно и согласованно, путём обмана Потерпевший №1, под видом продажи указанной квартиры, похитили денежные средства Потерпевший №1 в сумме 1 635 000 рублей, что является особо крупным размером, причинив Потерпевший №1 ущерб на указанную сумму. 

Допрошенная в судебном заседании подсудимая ФИО1 вину в совершении указанного преступления признала частично, пояснив, что в 2013 году в связи с тяжелым материальным положением сдавала в аренду квартиру, расположенную на *** и принадлежащую ей и её матери ФИО2 на праве общей долевой совместной собственности, двоим гражданам нерусской национальности, которые не вносили своевременно арендную плату, в связи с чем она попросила их освободить данную квартиру. В тот период времени у неё было тяжелое психологическое состояние, она лежала в больнице из-за попытки суицида в 33 года. Знакомый указанных арендаторов по фамилии ФИО4 встал на её сторону, между ними завязалось общение, переросшее в сожительство. Через некоторое время ФИО4 познакомил её с Свидетель №1. Свидетель №1 и ФИО4, которым нужны были деньги, стали склонять её к получению кредита в размере 1 500 000 рублей под залог указанной квартиры, возили её по разным банкам, однако в выдаче кредита ей было отказано ввиду отсутствия кредитной истории. 

Затем Свидетель №1 и ФИО4, нуждавшиеся в деньгах, мошенническим путём уговорили её продать данную квартиру за 1 700 000 рублей, впоследствии снизив цену до 1 630 000 рублей, изготовили подложную доверенность от имени её матери ФИО2 на её имя. Всё преступление организовали Свидетель №1 и ФИО4, воспользовавшись её тяжелым психологическим состоянием и её юридической неграмотностью. Документы на квартиру находились в свободном доступе в той же квартире, их Свидетель №1 передал ФИО4. По какой причине документы хранились в квартире, сдаваемой ею в аренду, при том, что сама она проживала в другой квартире, объяснить не может. На момент заключения сделки купли-продажи квартиры она была знакома с Свидетель №1 и ФИО4 два-три месяца, никакой её заинтересованности в этом не было, не может объяснить, почему согласилась на предложение продать квартиру. ФИО4 говорил, что у него есть станция технического обслуживания автомобилей, решив финансовые проблемы с которой, он вернет ей деньги. Она сама сообщила Свидетель №1 и ФИО4 о том, что квартира принадлежит не только ей, но и её матери Сергейчик. Все документы, необходимые для оформления доверенности от имени ФИО2, тоже находились в свободном доступе в ящике в квартире.

Свидетель №1 и ФИО4 быстро разместили объявление о продаже квартиры в сети Интернет, при этом Свидетель №1 присутствовал вместе с ней в агентстве недвижимости, участвовал в осмотре квартиры покупателем Потерпевший №1, которого она видела впервые. Она лично в присутствии риелтора из агентства недвижимости показывала Потерпевший №1 свою квартиру. Свидетель №1 и ФИО4 убедили её в том, что квартира вернется к ней обратно, поэтому она не обсуждала сделку купли-продажи со своей матерью и не ставила последнюю в известность о продаже квартиры. Она не знала, что квартиру невозможно будет вернуть, так как ранее недвижимость не продавала, ничего не понимала в этом вопросе. Кто именно подготовил пакет необходимых документов, ей не известно, она лишь подписала готовые документы, выступив тем самым инициатором продажи квартиры. Доверенность от имени ФИО2 увидела только тогда, когда были оформлены все документы. Ни она, ни её мать не выезжали за пределы ***, в том числе в ***. Потерпевший №1 согласился приобрести данную квартиру. Она дважды встречалась с Потерпевший №1 возле банка, а также у организации, в которой переоформляли право собственности на квартиру. На её счет в банке поступили деньги от продажи квартиры от Потерпевший №1. Все деньги от сделки она передала без оформления расписок и договоров займа Свидетель №1 и ФИО4, которые обещали их вернуть ей.

После этого ФИО4 проживал с ней в указанной квартире около месяца, после чего уехал, а она, поняв, что её обманули, сразу обратилась в 2013 году с заявлением о преступлении в отдел полиции. ФИО4 звонил ей из Азербайджана несколько раз и обещал в ходе разговора вернуть квартиру. С Свидетель №1 после случившегося она не общалась, боялась спугнуть. Несколько лет полиция бездействовала. Несколько раз сотрудниками отдела полиции выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Дело возбуждено так и не было. Спустя два года она обратилась за помощью в детективное агентство. Примерно в то же время её мать ФИО2 через своего адвоката обратилась в суд с исковым заявлением о признании сделки купли-продажи квартиры недействительной.

У её матери ФИО2 два высших образования, она проходит лечение в стационаре по психическому заболеванию, является инвалидом второй группы, нуждается в постоянном уходе. Во время заключения сделки купли-продажи квартиры ФИО2 находилась в другой квартире по ***, позже снова попала в больницу. 

Таким образом, ФИО4 и Свидетель №1 лишили их с матерью квартиры, воспользовались ими. Свидетель Свидетель №1 оговаривает её по причине того, что сам является мошенником и боится привлечения к ответственности. 

По ходатайству государственного обвинителя в порядке ст. 276 УПК РФ были оглашены показания подсудимой ФИО1 в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемой и обвиняемой (т.1 л.д. 232-236, т.2 л.д. 78-79, 162-163, т.3 л.д. 10-24, т.4 л.д.42-44, 53-55), из совокупности которых следует, что она считает свою роль в совершении преступления минимальной. Она действительно поставила в документах, связанных с куплей-продажей квартиры, свои подписи, передала их на регистрацию квартиры, но сама была обманута Свидетель №1 и ФИО4. Практически сразу после продажи квартиры она поняла, что обманута указанными лицами, ФИО4 сразу пропал. В последний день, когда она видела ФИО4, тот сказал, что поедет в какой-то город на заработки, после чего она его не видела, общалась только три раза по телефону, при этом интересовалась у ФИО4, когда тот вернет ей квартиру. Она сразу обратилась в полицию с заявлением о совершенном в отношении неё Свидетель №1 и ФИО4 преступлении. Деньги у неё после получения в банке забрал Свидетель №1. При продаже квартиры она не видела доверенности от её матери, не просматривала предоставляемый пакет документов, полностью доверилась в этом Свидетель №1.

Она не признает себя виновной в хищении денежных средств Потерпевший №1, так как продавать квартиру не хотела, была введена в заблуждение Свидетель №1 и ФИО4, которые воспользовались её доверием. Именно Свидетель №1 предложил ей продать указанную выше квартиру, при этом Свидетель №1 и ФИО4 действовали сообща, в её присутствии старались не обсуждать условия продажи квартиры, но в ходе одного из разговоров она слышала, что ФИО4 пояснял Свидетель №1, что ему много от продажи квартиры не нужно. Несмотря на её первоначальное нежелание продавать квартиру, Свидетель №1 и ФИО4 убедили её в необходимости сделать это, поясняя много раз, что везде свои люди, что вернут ей квартиру. Она согласилась, так как думала, что, продав квартиру, Свидетель №1 получит денежные средства от продажи квартиры и через какое-то время всё ей вернет, при этом Свидетель №1 не уточнял, каким именно образом вернет, а она не вникала в это.

При совершении купли-продажи квартиры она не сообщала Потерпевший №1 о том, что квартира продается с пороком воли, без согласия второго собственника, не говорила Потерпевший №1 про доверенность, полагая, что Свидетель №1 с Потерпевший №1 заранее обо всем договорились, при этом, где и при каких обстоятельствах они обсуждали эти условия, пояснить ничего не может. Конкретных условий возвращений ей квартиры никто не пояснял. Она понимала, что продать квартиру без воли её матери Сергейчик невозможно, но на это Свидетель №1 говорил, что у него «везде свои люди», что она понимала как наличие у Свидетель №1 возможности всё ей вернуть. 

Потерпевший Потерпевший №1, сопровождавший сделку риелтор Ефремова Н.С., а также сам Свидетель №1 оговаривают её в совершении данного преступления, поскольку находятся в сговоре между собой. 

В предварительном договоре купли-продажи от **** содержится расписка о получении ею денежных средств в сумме 50 000 рублей в качестве аванса за продаваемую квартиру, рукописный текст и подпись в которой выполнены ею, но обстоятельств написания она не помнит. Договор по размещению средств во вклад и внесению денежных средств на счет она производила по совету Свидетель №1, поскольку открытие счета было связано с необходимостью получения денежных средств от ФИО3 Расходный кассовый ордер ** от **** она подписала при получении 767 250 рублей в офисе ОАО «Сбербанк России» по ***, точный адрес не помнит. Банковский ордер ** от **** тоже подписан ею, денежные средства вносились в счет оплаты комиссии при снятии денежных средств, но обстоятельств их внесения не помнит. 

ФИО2 она не ставила в известность о продаже данной квартиры, поскольку Свидетель №1 в устной форме пообещал ей, что до нового года квартира к ней вернется. Потерпевший №1 привел Свидетель №1. Продажей квартиры она не занималась. Разрешение на продажу квартиры она у своей матери не брала, с ней данный вопрос не обсуждала. Когда продавалась квартира, её мать была либо дома, либо на лечении, точно не помнит. 

Сначала она дала Свидетель №1 согласие на то, чтобы её сняли с регистрации по месту расположения указанной квартиры, и с этой целью они с Свидетель №1 ездили куда-то, где она подписывала какие-то документы по поводу её выписки. К тому моменту Сергейчик уже не была зарегистрирована в указанной квартире. Она ездила с Свидетель №1 в юстицию, где подписывала ряд документов, в суть которых не вникала, документы не читала, так как доверяла Свидетель №1. Ни она, ни её мать никогда не были в Ингушетии. Оформлением доверенности занимался Свидетель №1, она не знала, каким образом она оформляется, и что она вообще существовала. Часть денежных средств от продажи квартиры Потерпевший №1 передал ей лично в руки, другую часть перевел на её банковский счет, открытый в АО «Альфа Банк» или ПАО «Сбербанк России». Снятые со счета денежные средства сразу были переданы ею Свидетель №1. Она никакую сумму денег от сделки не получала. 

После оглашения указанных показаний подсудимая ФИО1 подтвердила их полностью, объяснив неполноту и противоречия в своих показаниях давностью событий и их запамятованием.

Исследовав материалы дела, допросив подсудимую ФИО1, потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, ФИО5, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №7, суд находит вину ФИО1 в совершении указанного преступления установленной следующими доказательствами.

Так, допрошенный в судебном заседании потерпевший Потерпевший №1 показал, что подсудимая ФИО1 знакома ему в качестве продавца квартиры. Отношения между ними сложились исключительно деловые, неприязни не испытывает, оснований для оговора подсудимой не имеет.

По обстоятельствам дела пояснил, что **** в Интернете на сайте «НГС. Недвижимость» он обратил внимание на объявление о продаже квартиры по вышеуказанному адресу. Позвонив риелтору агентства недвижимости, он договорился с последним встретиться **** для просмотра этой квартиры. **** он, риелтор, подсудимая ФИО1 и мужчина по имени А. встретились, он посмотрел данную квартиру, сообщил риелтору, что квартира его устраивает. Вечером того же дня он, риелтор по имени Н. Ефремова, ФИО1 и мужчина по имени А. встретились в офисе агентства недвижимости, расположенном по адресу: ***, оф.104. Он ознакомился со всеми правоустанавливающими документами на квартиру: свидетельством о праве общей совместной собственности ФИО1 и её матери ФИО2 на указанную квартиру; доверенностью, выданной ФИО2 на имя ФИО1, относительно которой ему было пояснено, что ФИО2 находится в отъезде и не возражает против продажи квартиры; договором о приватизации; кадастровым паспортом и другими документами. После этого между ним и ФИО1 был заключен предварительный договор купли-продажи указанной квартиры. Между ними была достигнута договоренность относительно стоимости *** 635 000 рублей, хотя изначально квартира была выставлена за 1 800 000 рублей, из них 100 000 рублей были агентские). Он внёс задаток за квартиру в размере 50 000 рублей, договорившись встретиться **** для подписания основного договора купли-продажи. За это время риелтор должен был подготовить все необходимые документы. 

**** он подъехал в офис агентства недвижимости, где также присутствовали риелтор Ефремова, юрист по имени Свидетель №6, ФИО1 и мужчина по имени А.. Риелтор сообщила об отсутствии каких-либо ограничений, обременений и арестов относительно приобретаемой квартиры, а также о том, что доверенность на имя ФИО1 проверена ею (Ефремовой) и не отозвана на момент заключения сделки купли-продажи. Ему известно, что риелтор сама звонила в нотариальную палату, где получила подтверждение факта выдачи ФИО2 доверенности на имя ФИО1, поскольку в то время ещё не существовало единого реестра нотариальных доверенностей. Сам он в нотариальную палату для проверки данного обстоятельства не звонил, доверившись риелтору. Ознакомившись с договором купли-продажи, юрист внес необходимые поправки, и они подписали договор. 

Далее он отправился в АО «Альфа банк», расположенный по ***, чтобы снять денежные средства. В банке ему стало известно, что снять наличными он может только часть суммы, а полностью всю сумму может получить лишь спустя 10 дней. Тогда он позвонил ФИО1 и предложил два варианта: либо ждать 10 дней, после чего передать ей всю сумму целиком, либо снять часть денег в размере 810 000 рублей, а оставшуюся сумму в размере 775 000 рублей позже перевести на счет ФИО1 Из предложенных вариантов ФИО1 устроил второй вариант. 

Далее, к АО «Альфа банк» по указанному адресу подъехали ФИО1 с А. и риелтор Ефремова. В банке он снял денежные средства в размере 870 000 рублей, из которых 810 000 рублей передал лично в руки ФИО1 в автомобиле марки «Тойота» серебристого цвета, припаркованном возле указанного банка, это был автомобиль А.. После получения данной суммы денежных средств ФИО1 была написана расписка о том, что она получила от него 810 000 рублей и ещё одна расписка о том, что она получила от него кассовый ордер, свидетельствующий о переводе на счет ФИО1, открытый в ОАО «Сбербанк России», 775 000 рублей. С ФИО1 он договорился о том, что она после получения всей денежной суммы напишет новую расписку. В связи с тем, что денежный перевод осуществляется в течение трёх дней, они решили, что после получения денежных средств назначат новую дату для подписания основного договора купли-продажи и осуществят подачу документов для регистрации права собственности на указанную квартиру. 

**** перед подписанием договора купли-продажи ФИО1 и А. принесли ему выписку из домовой книги, в которой была прописана ФИО1, но затем выписалась. ФИО2 тоже была ранее прописана в этой квартире, но выписана в 2005 году. Также ему была предоставлена выписка из ЖЭУ об отсутствии задолженностей по коммунальным платежам. Он покупал квартиру без прописанных в ней людей, поэтому его ничего не смутило.

**** ему позвонила риелтор Ефремова, сообщила о получении ФИО1 всей необходимой суммы денежных средств, и они договорились встретиться **** в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по *** для подписания договора купли-продажи и осуществления регистрации права собственности. **** он, риелтор, ФИО1 и А. сели в его автомобиль, где он передал риелтору денежные средства в сумме 80 000 рублей за услуги. ФИО1 сообщила ему о том, что при снятии денежных средств со счета она вынуждена была оплатить комиссию около 800 рублей. Данные денежные средства он тоже возместил ФИО1 Риелтор принесла расписку о том, что ФИО1 получила всю сумму денежных средств, после чего он, риелтор и ФИО1 проследовали в кабинет специалиста и сдали документы на регистрацию права собственности. **** квартира была зарегистрирована на него. 

Данная квартира изначально приобреталась им под ремонт, так как в ней необходимо было всё менять. После регистрации права собственности в начале октября 2013 года в квартире им был начат ремонт. В дальнейшем от сотрудников полиции ему стало известно, что от имени ФИО2 подано заявление в правоохранительные органы о том, что квартира была продана путём мошеннических действий. После посещения отдела полиции он обратился к юристам, изложил всю ситуацию, после чего ему пояснили, что необходимо готовиться к гражданскому иску. Он сделал запрос в нотариальную палату, и нотариус Свидетель №4, выдавшая доверенность на имя ФИО1, подтвердила, что такая доверенность действительно выдавалась.

Исковое заявление было подано истцом ФИО2 ****. Ответчиком был он, третьим лицом - Росреестр. В исковом заявлении было указано, что данная квартира продана без согласия истца ФИО2, которая просила истребовать данную квартиру из его владения и прекратить его право собственности на квартиру. **** * районным судом *** было вынесено решение об удовлетворении исковых требований ФИО2 и исключении записи о его праве собственности на указанную квартиру из Росреестра. **** данное решение вступило в законную силу. Таким образом, ему причинен имущественный ущерб в размере 1 635 000 рублей. На момент вынесения судебного решения он уже успел сделать в квартире ремонт.

При заключении договора купли-продажи стоимость указанной квартиры, продававшейся без какого-либо ремонта, его не смутила, он не считает её заниженной, поскольку изучал цены подобных квартир, данная стоимость являлась среднерыночной. В ходе заключения сделки купли-продажи ФИО1 сама сообщила ему, что данная сделка является серьёзным вопросом, поэтому молодой человек по имени А. будет находиться рядом с ФИО1, чтобы последнюю не обманули. Роль А. заключалась в основном лишь в физическом присутствии рядом с ФИО1 Единственный раз, когда они уже сдали документы на регистрацию права собственности, А. при встрече передал ему ключи от квартиры. Фамилию А. он узнал непосредственно на следствии – Свидетель №1. С матерью ФИО1 он не общался. Её приводили в судебное заседание по гражданскому делу для экспертизы, где она пояснила, что доверенность на имя ФИО1 не выдавала 

После допроса потерпевшего Потерпевший №1 подсудимая ФИО1 подтвердила его показания в части изложения фактических обстоятельств заключения договора купли-продажи квартиры, однако уточнила, что роль Свидетель №1 была основной в этом, так как именно последний был инициатором данной сделки и мошенником.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО5 показала, что знакома с подсудимой ФИО1 и потерпевшим Потерпевший №1 в связи с заключением сделки купли-продажи квартиры. Отношений между ними нет никаких, в том числе и неприязненных, оснований для оговора подсудимой не имеет. 

По обстоятельствам дела пояснила, что в настоящее время работает директором в ООО «*». Ранее в 2013 году её фамилия была Е.. В 2017 году она сменила фамилию на *. Примерно в июле или августе 2013 года в агентство недвижимости обратились ФИО1 и мужчина по имени Свидетель №1 для того, чтобы выставить на продажу квартиру, расположенную по адресу: ***. На следующий день позвонил покупатель – потерпевший Потерпевший №1, с которым они поехали смотреть данную квартиру. После просмотра Потерпевший №1 сообщил о том, что квартира его устраивает, и он намерен её приобрести. Она как риелтор ознакомилась с документами на квартиру: свидетельством о государственной регистрации права собственности, договором приватизации, нотариальной доверенностью от ФИО2 на имя ФИО1, а также техническим паспортом. Сомнений в подлинности представленных документов у неё не возникло. Стоимость квартиры составляла 1 800 000 рублей. 

Спустя три дня они встретились в офисе агентства недвижимости, где подписали предварительный договор купли-продажи, после этого поехали в банк, затем - в орган юстиции. ФИО1 написала расписку о получении ею денежных средств от Потерпевший №1, после чего они отправились регистрировать право собственности Потерпевший №1 на квартиру. Она проверяла подлинность доверенности на имя ФИО1 путём осуществления звонка в нотариальную палату, где ей устно подтвердили факт выдачи такой доверенности. Письменного подтверждения не было. Во время осмотра квартиры с покупателем общалась в основном она как риелтор. На момент осмотра квартиры в ней никто не проживал, при этом ФИО1 на её вопрос об этом пояснила, что у неё (ФИО1) имеется ещё одна квартира, в которой та проживает. Также ФИО1 поясняла, что её мать ФИО2 находится за пределами Российской Федерации, по месту выдачи доверенности. ФИО6 по имени Свидетель №1, присутствовавший рядом с ФИО1, особого участия в сделке купли-продажи не принимал, по большей части был «группой поддержки», то есть основные договоренности достигались между покупателем Потерпевший №1 и продавцом ФИО1 Её как риелтора не смутила стоимость данной квартиры, поскольку она соответствовала среднерыночной стоимости. Она не заметила, чтобы вместо ФИО1 отвечал по вопросам сделки Свидетель №1.

На момент заключения сделки третьих лиц в продаваемой квартире зарегистрировано не было, иначе бы у неё как риелтора возникли вопросы. Расчет за квартиру согласно достигнутой договоренности был осуществлен до подписания договора купли-продажи, до передачи документов на государственную регистрацию. Стоимость оказанных ею Потерпевший №1 информационно-справочных услуг при заключении договора купли-продажи составила 80 000 рублей. 

Свидетель Свидетель №2, допрошенная в судебном заседании, пояснила, что знакома с подсудимой ФИО1 в связи с куплей-продажей квартиры. Отношений между ними нет никаких, в том числе неприязненных, оснований для оговора подсудимой не имеет. Потерпевший Потерпевший №1 является её супругом. Отношения между ними сложились хорошие.

В 2013 году в Интернете на сайте «НГС.Недвижимость» они с Потерпевший №1 нашли объявление о продаже квартиры. В объявлении была указана стоимость *** 700 000 рублей, что было полностью оправданно, поскольку квартиры продавалась полностью без ремонта и требовала дополнительных вложений. Муж позвонил по указанному в объявлении номеру телефона риелтору и договорился о встрече, чтобы посмотреть квартиру. Она на просмотр квартиры не выезжала. Присутствовала только при снятии Потерпевший №1 денег в АО «Альфа банк» и их передаче ФИО1 в сумме около 700 000 рублей в салоне автомобиля. Остальную сумму Потерпевший №1 перевел на счет ФИО1, открытый в ОАО «Сбербанк России», из них 80 000 рублей были переданы риелтору за оказанные услуги. Все переговоры по вопросу купли-продажи квартиры вел Потерпевший №1, с которым она в тот момент сожительствовала. Потерпевший №1 встречался с продавцом ФИО1, мужчиной по имени А. и риелтором. Ей было известно, что квартира находится в общей совместной собственности ФИО1 и её матери. Со слов Потерпевший №1, мать ФИО1 находилась в другом регионе. Договор купли-продажи квартиры заключал Потерпевший №1 с продавцом ФИО1 ФИО6 по имени А. выступал в качестве поддержки ФИО1

Она вкладывала свои денежные средства только в ремонт данной квартиры. Когда они заехали, квартира была пустая. Было немного старой мебели, содраны обои, личных вещей не было. Не было похоже, чтобы там кто-то жил. После этого они сделали в квартире ремонт. Спустя три месяца от матери ФИО1 в отдел полиции поступило заявление о том, что квартиры была отчуждена путем мошеннических действий, без согласия матери. В дальнейшем решением суда, вступившим в законную силу, по иску ФИО2 сделка купли-продажи квартиры была признана недействительной, так как доверенность от имени ФИО2 оказалась подложной, хотя на момент заключения договора риелтор проверяла действительность данной доверенности, делала запрос в нотариальную палату, откуда получила ответ о том, что такая доверенность действительно выдавалась, то есть все документы были проверены и опасений у них не вызывали. После этого её муж обратился в правоохранительные органы. Уже после случившегося она общалась с соседями, и те рассказали, что у ФИО2 наблюдалось странное поведение во время проживания в этой квартире.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №5 показал, что в 2015 году к нему обратилась подсудимая ФИО1 с просьбой о помощи, поскольку в тот период времени он занимался предпринимательской деятельностью, оказывая с 2010 года юридические консультации. Отношения между ними сложились деловые, неприязни не испытывает, оснований для оговора подсудимой не имеет. С потерпевшим Потерпевший №1 встречался в судебных заседаниях при рассмотрении гражданского спора. 

ФИО1 обратилась к нему, пояснив, что её обманули с квартирой. Человек, с которым жила ФИО1, предложил ей вступить в бизнес и продать квартиру, находившуюся в совместной собственности подсудимой и её матери ФИО2 На данное предложение ФИО1 согласилась, оформила договор купли-продажи квартиры, однако после сделки деньги украли. ФИО2 продавала квартиру по доверенности, которую в действительности не выдавала. Со слов ФИО1, последней в момент заключения сделки не было известно о том, что доверенность является подложной. Он навёл справки, и интуиция подсказала ему, что ФИО1 действительно обманули, поскольку изготовить такую подложную доверенность она сама не могла, её ввели в заблуждение и похитили деньги. В этой связи он согласился помочь ФИО1

Между ним как индивидуальным предпринимателем и ФИО1 как заказчиком был заключен договор оказания информационно-консультационного сопровождения, который действует до сегодняшнего дня, как и доверенность, выданная ему ФИО1 сроком на 3 года с 2017 года, поэтому никакого денежного вознаграждения за оказанные им услуги ФИО1 ему не платила. Они обратились в суд с исковым заявлением от имени ФИО2, подготовленным адвокатом Свидетель №7, и сделка была признана судом недействительной. Данное решение суда было обжаловано Потерпевший №1, однако оставлено без изменения судом апелляционной инстанции.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Свидетель №6 пояснила, что подсудимая ФИО1 ей не знакома, отношений между ними нет никаких, в том числе неприязненных, оснований для оговора подсудимой не имеет. С потерпевшим Потерпевший №1 не знакома, отношений нет. Она работает помощником нотариуса в нотариальной палате. Она удостоверяла доверенность, выданную ФИО2 на имя Свидетель №7, на право представления интересов ФИО2 в ходе рассмотрения судом гражданского иска. Порядок выдачи доверенности следующий: в нотариальную палату обращается заявитель, нотариус выслушивает его позицию и пожелания, после чего составляется необходимая доверенность. Дееспособность человека проверяется нотариусом в ходе беседы. Когда она выдавала доверенность от имени ФИО2, последняя вела себя абсолютно адекватно и не вызывала впечатления психически больного человека. Исключены случаи оформления доверенности без личного участия лица, желающего оформить доверенность на чьё-либо имя, в том числе по паспортным данным такого лица или обращению вместо него родственников. Присутствие же лица, на чье имя выдается доверенность, не обязательно.

Свидетель Свидетель №7 пояснила в судебном заседании, что является адвокатом * коллегии адвокатов ***. Подсудимая ФИО1 является дочерью её доверительницы ФИО2 Отношений между нею и подсудимой никаких не сложилось, оснований для оговора не имеет. С потерпевшим Потерпевший №1 она встречалась в суде в процессе ведения гражданского дела, поскольку представляла интересы ФИО2 на основании нотариально оформленной доверенности. Отношений между ними нет никаких. Соглашение на ведение гражданского дела в суде с нею заключала ФИО2, психическое состояние которой у неё сомнений не вызывало, это была вполне адекватная женщина. Об обстоятельствах, ставших ей известными в процессе общения с доверительницей ФИО2, она пояснить ничего не может, поскольку на основании ст.8 Закона «Об адвокатской деятельности» не имеет права разглашать обстоятельства дела, которые стали известны в процессе общения с доверителем. По результатам рассмотрения гражданского иска ФИО2 судом было вынесено решение о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, равно как и доверенности от имени ФИО2 на продажу указанной квартиры. 

Из показаний свидетеля Свидетель №1 в судебном заседании и на стадии предварительного следствия, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.2 л.д. 102-104), в совокупности следует, что подсудимая ему знакома как подруга его приятеля. Отношений между ними нет никаких, в том числе неприязненных, оснований для оговора подсудимой не имеет. Потерпевший Потерпевший №1 знаком ему как покупатель квартиры. Отношений между ними никаких нет.

С 2012 года им в *** учреждена организации под названием «*», которая оказывает юридической помощи в области гражданского судопроизводства и гражданского права. Все функции и обязанности выполняет непосредственно он сам, в подчинении у него никого нет, территориально офис ранее находился по адресу: ***, оф. 86, затем он оттуда съехал по причине нерентабельности, закрыл офис и стал работать посредством сотовой связи. В настоящее время специфика деятельности не поменялась, в связи с наличием судимости на работу он устроиться никуда не может. Свою деятельность он осуществляет непосредственно по мобильному телефону. Услуги, которые он оказывает, связаны с физическими и юридическими лицами, например: дорожно-транспортные происшествия, долговые споры, с недвижимостью и оказанием услуг в этой сфере он не работает и никогда подобного рода сделки и иные процедуры он не сопровождал и не сопровождает.

Фамилии Х. и А1 ему не знакомы, знакомых с такими фамилиями у него нет. Ранее у него был знакомый по фамилии ФИО4, имя которого Абу, работал на «барахолке» на *** примерно в 2009 году, после 2009 года он с ним не общается и где тот может находиться, не знает. 

Фамилия ФИО1 ему не знакома, некую Ж. он знал в 2013 году, кроме имени ему ничего о ней не известно. Он познакомился с Ж. через их общего знакомого по имени Камал, который в свою очередь знаком ему по месту его рождения и жительства, так как до 2007 года он жил в городе Якутске. Камал попросил его увезти куда-то и познакомил в ту встречу с Ж., которую представил как свою подругу, с которой живет вместе по *** и собирается «расширяться» по жилплощади. Ж. описать может как на вид около 35 лет, ростом около 160 сантиметров, среднего телосложения, с темными волосами, смуглым типом кожи, европейской внешности, вида не совсем опрятного и ухоженного, от нее часто пахло спиртным. Он сам им обоим никогда не звонил, помогал лишь в том, чтобы куда-то довезти, однажды он привозил его домой, поднимался к ним в квартиру, которая находится на последнем этаже, когда зашел к нему, дома у них были риелторы. 

Однажды Камал в ходе их разговора попросил его посмотреть и проверить документы на квартиру, в которой он проживает с Ж., чтобы помочь её продать. Он сразу сказал Камалу, что помочь в этом вопросе не может, так как вопросами недвижимости не занимался. Связаться с этим вопросом и с Камалом у него желания не было. Он посоветовал Камалу обратиться в агентство недвижимости к соответствующим специалистам в этой сфере. К этому разговору они больше не возвращались, но по просьбе Камала он куда-то довозил последнего с Ж., в том числе забирал Ж. и Камала из агентства недвижимости, расположенного по *** или ***, точный адрес и название агентства недвижимости ему неизвестно, он этим не интересовался, он приехал по указанному адресу. В тот день Камал и Ж. рассказали ему с радостью о том, что нашли через агентство недвижимости покупателя на квартиру, расположенную по ***, где они жили вдвоем, обсуждали свои совместные планы о том, что вырученные деньги вложат в развитие бизнеса, отдохнут на них. Со слов Камала ему было известно, что данная квартира принадлежит Ж., в остальные подробности он не вдавался. Ж. говорила, что надо открыть кафе или ларек возле какого-то рынка. После этого спустя неделю по просьбе Камала он снова довез последнего с Ж. до того же самого агентства недвижимости, с ними были ещё двое людей нерусской национальности мужского пола, разговор он их не понимал, так как разговаривали на нерусском языке. По приезду к агентству недвижимости, Камал попросил его зайти вместе с Ж. в агентство, чтобы её сопроводить, чтобы она просмотрела документы, которые подписывает. Он сказал Камалу, что у него нет свободного времени и в этих вопросах он ничего не понимает, однако в итоге согласился пойти с Ж., чтобы Камал отстал от него, но при этом не соглашался проверять какие-либо документы.

Они зашли с Ж. в здание, на первом этаже был офис, где было указано, что это агентство недвижимости, на крыльце стоял парень, как он понял, покупатель, который обратился к Ж. по имени и предложил решить вопрос без агентства, затем они зашли в здание, он прошел туда с Ж. и потенциальным покупателем. Покупатель спросил его о том, кто он такой и вместе ли он с Ж., на что он ответил, что просто довез Ж. и знакомого, которого покупатель воспринял как мужа Ж.. Он покупателю лично не представлялся, но Ж. обращалась к нему по имени, уже после того, как Ж. были подписаны все документы, они вышли на улицу, к ним подошел Камал. Какие именно документы подписывала Ж., он не видел, этим вопросом не интересовался, не подходил к Ж. и никакие документы не смотрел, сидел на стуле в офисе, покупатель был рядом с Ж., они о чем-то разговаривали, но он в суть разговора не вникал, не слушал его. На *** поинтересовался у него происходившим в агентстве, на что он пояснил, чтобы Камал всё спросил у Ж., так как он в какие-то вопросы не вникал, разговор не слушал и документы не смотрел. После чего все, кроме покупателя, сели к нему в автомобиль, и он довез их до центра. Тогда он ездил на автомобиле марки «Тойота Премио» в кузове серого цвета, государственный регистрационный номер 

<

***> регион. По поводу квартиры они больше не разговаривали. 

Спустя две недели Камал позвонил ему на мобильный телефон и в ходе разговора сказал, что у него с Ж., риелторами и покупателем предстоит сделка продажи квартиры и попросил его забрать их из дома и довезти до ***, где они будут сдавать пакет документов на квартиру, а потом с деньгами попросил их довезти до банка, чтобы они деньги смогли там положить на счет. Он согласился им помочь в том, чтобы их туда свозить. На следующий день в утреннее время он заехал за ними на ***, после чего отвез Ж. и Камала на ***, где расположена юстиция, пока они ехали, то они говорили ему, что едут оформлять продажу квартиры, что там будут присутствовать все участвующие лица и попросили его поддержать их, так как переживали, что у них на руках будет большая сумма денежных средств, но какая именно, он не спрашивал и они ему не рассказывали. Когда он довез их, то с ними в здание не заходил, ждал их на улице или в автомобиле, и они вернулись примерно через час. Помогал он им всё время безвозмездно в свободное от основной работы время, денег они ему не платили. Также он довозил Ж. и Камала до банка в ***, недалеко от вокзала, возможно это был «Альфа-Банк», куда также подъехал покупатель. Они пошли в здание банка, кто ходил с Ж. и Камалом он не видел, после чего он уехал сразу же и их не ждал, как он понял, там у них был расчет безналичного типа за проданную квартиру. 

О кредите у них с Ж. разговора не было, он ей ничего не предлагал, не обещал, не просил, не склонял. Мать Ж. - ФИО2 он не знает. О том, что квартира принадлежит и Ж., и матери в долевой собственности, он не знал, об этом с ним разговора не было, документы на квартиру он не видел и ничего сам лично Ж. не предлагал. Разговоров о просмотре и покупке квартиры между ним и Ж. не было. Он никаким образом не помогал и не участвовал в оформлении сделки и её совершении, он лишь довозил Камала и Ж. по просьбе Камала по различным адресам. К документам на квартиру и договору купли-продажи он отношения не имел и не вникал в это. Денежные средства от Ж. он не получал и даже не видел, как с Ж. рассчитывался потенциальный покупатель. Ему лично Ж. денежные средства не передавала, он не получал деньги ни от Ж., ни от Камала, ни от риелтора, ни от потенциального покупателя. С Ж. он не ходил и не забирал денежные средства в ПАО «Сбербанк», она ему ничего не передавала. На *** и лишь довозил их с Ж., он не заходил в само здание. При нем никаких расписок никто не писал, он Ж. ничего не обещал. 

В 2014-2015 годах от сотрудника уголовного розыска ему стало известно, что в отношении него, Камала и ещё кого-то поступила жалоба по поводу продажи квартиры, в которой жил Камал. Кто был инициатором и заявителем, ему не поясняли. Он никакого преступления не совершал, ни о чем не разговаривал, не обещал и не склонял как Ж., так и Камала. Станции по техническому обслуживанию у него никогда не было. В 2013 году и позже документы, связанные с оформлением продажи квартиры по ***, ему не передавали, он ничего не брал. 

После оглашения показаний, данных в ходе предварительного следствия, свидетель Свидетель №1 подтвердил их полностью, объяснив неполноту и противоречия в своих показаниях давностью событий и их запамятованием.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Свидетель №4 пояснила, что работает нотариусом Назрановского нотариального округа Республики Ингушетия. С подсудимой ФИО1 лично не знакома, отношений нет никаких, в том числе неприязненных, оснований для оговора не имеет. С потерпевшим Потерпевший №1 тоже не знакома.

По обстоятельствам дела пояснила, что порядок оформления доверенности предусматривает обязательное присутствие лица с паспортом, от имени которого оформляется доверенность. Второе лицо, на которое оформляется доверенность, тоже должно присутствовать. Она проверяет дееспособность лица в ходе устной беседы, и если человек нормальный, не требует медицинскую справку. В ходе беседы она приходит к выводу о способности или неспособности данного лица выдать доверенность. Подробности выдачи доверенности серии 0105665 от ****, зарегистрированной в реестре ** на имя ФИО1, она не помнит, так как прошло много времени. Доверенность она оформила и выдала правильно, в соответствии с требованиями закона. Она ничего не может пояснить по тому факту, что реестр доверенностей заканчивается номером 4342, а доверенность выдана за номером 5063. По звонку она ничего не делает, доверенность выдается только в личном присутствии доверителя. К ней приводили женщину, которая была похожа на ту, фотография которой была в паспорте. За изготовление доверенности ей заплатили наличными денежными средствами. Фамилии Свидетель №1 и ФИО4 ей не знакомы, слышит их впервые. 

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №4 на предварительном следствии (т.1 л.д. 166-168, т.4 л.д. 18-21) установлено, что она проживает в *** Республики Ингушетия, с 1995 года является нотариусом Назрановского нотариального округа Республики Ингушетия. В её обязанности входит удостоверение доверенности, выдача свидетельства о праве на наследство и ряд других обязанностей, предусмотренных гражданским кодексом, федеральным законом «Основы нотариата». В настоящее время она осуществляет свои полномочия на основании лицензии ** от ****, выданной Министерством юстиции по ***. Оформление доверенности на владение, пользование и распоряжение имуществом оформляется следующим образом: при выдаче доверенности доверитель со своим паспортом обращается к нотариусу с просьбой оформить доверенность на оформление какой-либо сделки. Удостоверившись в личности доверителя и уточнив, на кого будет выдана доверенность, нотариус составляет доверенность и вносит её в реестр для регистрации нотариальных действий, а с января 2017 года - электронный реестр единой базы в нотариате. Так как доверенность - это односторонняя сделка, присутствие доверяемого не обязательно. Она не оформляла доверенность серии ***5 от ****, зарегистрированную в реестре за ** на имя ФИО1, **** года рождения, на осуществление различных полномочий, в том числе владение, пользование, распоряжение недвижимым имуществом, делегированных ей ФИО2, **** года рождения. За 2012 год последний номер реестра у нее заканчивается **. Граждане с указанными данными ей не знакомы.

Ей неоднократно поступают запросы как в письменном виде, так и посредством телефонных звонков, с целью удостоверения фактов выдачи ею доверенности, что ею подтверждается в ходе общения. Что касается факта подтверждения выдачи доверенности от **** от имени ФИО2 на имя ФИО1 на право продажи квартиры в *** в августе 2013 года, ничего пояснить не может, так как прошло много времени, физически такую информацию запомнить не может.

В 2014-2015 у нее в офисе была произведена выемка реестровых журналов за 2012-2013, а также с компьютера был изъят жесткий диск со всей имеющейся информацией по осуществляемой ею деятельности. Никаких копий доверенностей у неё не сохранилось. 

Согласно представленной ей на обозрение доверенности ***5 от ****, зарегистрированной в реестре за ** на имя ФИО1 в присутствии ФИО2, данная доверенность ею выдавалась, данный факт подтвержден её подписью, имеющейся в вышеуказанной доверенности. Согласно правилам нотариата при выдаче доверенности должна обязательно присутствовать ФИО2, однако внешность всех обращавшихся она запомнить не может, прошло слишком много времени со дня выдачи данной доверенности. Личность ФИО2 должна была быть удостоверена на основании имевшихся у неё документов, по внешнему виду удостоверяется её дееспособность. Без сомнений, ей должен был быть задан вопрос о её добровольном делегировании полномочий её дочери ФИО1 Оригинала доверенности у нее нет, без личного присутствия доверенность ФИО2 доверенность ею не могла быть выдана.

После оглашения данных показаний свидетель Свидетель №4 подтвердила их частично, уточнив, что при первоначальном допросе действительно считала, что не выдавала такую доверенность, так как у неё в тот момент не было реестра, возможно, был отчёт, однако потом она обнаружила номер в реестре. Неполноту и противоречия в своих показаниях объяснила давностью событий и их запамятованием. У неё не вызвало опасений то обстоятельство, что за выдачей доверенности обратилась жительница ***, поскольку к ним обращаются люди из разных регионов. Ей не известно о том, что подпись от имени ФИО2 в доверенности последней не принадлежит. 

Объективно вина подсудимой ФИО1 в совершении указанного преступления подтверждается и материалами дела, исследованными в ходе судебного следствия:

- заявлением о преступлении потерпевшего Потерпевший №1 от ****, согласно которому **** ФИО1 в ходе продажи *** похищены путём мошеннических действий принадлежащие ему денежные средства на общую сумму 1 635 000 рублей, часть которых в сумме 860 000 рублей им была передана рядом с отделением банка «Альфа-Банк» по ***, а часть в сумме 775 000 рублей переведена с его расчетного счета, открытого в том же отделении банка «Альфа-Банк», на счет ФИО1, открытый в ПАО «Сбербанк России» (т.1 л.д. 69);

- протоколом очной ставки между свидетелем Свидетель №1 и обвиняемой ФИО1, согласно которому Свидетель №1 дал показания, содержание которых аналогично его вышеизложенным показаниям в суде и на стадии предварительного следствия (т. 2 л.д. 167-171); 

- протоколом осмотра места происшествия от **** и фототаблицей к нему, согласно которым осмотрено помещение филиала банка АО «Альфа-Банк», расположенного по *** с участием потерпевшего Потерпевший №1, зафиксировано место преступления (т. 2 л.д. 50-55); 

- протоколом выемки от **** и приложениями к нему, согласно которым у потерпевшего Потерпевший №1 изъяты: заверенная копия решения Заельцовского районного суда *** от **** по гражданскому делу **; заверенная копия апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от **** по делу **; DVD-R диск TDK с фотокопиями страниц из материалов гражданского дела ** и материала проверки отдела полиции по заявлению ФИО2; банковский ордер ** от **** на имя ФИО1; расписка от **** от имени ФИО1 о получении уведомления ** от **** о переводе денежных средств на сумму 775 000 рублей; копии двух расписок от **** о получении ФИО1 денежных средств в сумме 1 635 000 рублей; заверенная копия решения Центрального районного суда *** от **** по гражданскому делу ** (т.2 л.д. 205-216);

- протоколом выемки от **** и фототаблицей к нему, согласно которым из помещения Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по ***, расположенного по ***, изъята доверенность ***5 от ****, выданная от имени ФИО2, удостоверенная от имени нотариуса Назранского нотариального округа Республики Ингушетия Свидетель №4 (реестровый номер доверенности 5063) (т.3 л.д. 2-7); 

- протоколом осмотра предметов и документов от **** и фототаблицей к нему, согласно которым осмотрены изъятые в ходе выемки у потерпевшего Потерпевший №1: заверенная копия решения Заельцовского районного суда *** от **** по гражданскому делу **; заверенная копия апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от **** по делу **; DVD-R диск TDK с фотокопиями страниц из материалов гражданского дела ** и материала проверки отдела полиции по заявлению ФИО2; банковский ордер ** от **** на имя ФИО1; расписка от **** от имени ФИО1 о получении уведомления ** от **** о переводе денежных средств на сумму 775 000 рублей; копии двух расписок от **** о получении ФИО1 денежных средств в сумме 1 635 000 рублей; заверенная копия решения Центрального районного суда *** от **** по гражданскому делу **; доверенность ***5 от **** от имени ФИО2, удостоверенная нотариусом Назранского нотариального округа Республики Ингушетия Свидетель №4 (реестровый номер доверенности 5063) (т.3 л.д. 63-123);

- заключением эксперта ООО «Сибирское экспертное Объединение» ** от **** (из материалов гражданского дела по иску ФИО2), согласно которому подпись от имени ФИО2 и рукописная запись расшифровки подписи «ФИО2», изображение которых выполнено в строке «подпись» и копии доверенности № ***5 от ****, выданной от имени ФИО2 на имя ФИО1 в *** Республики Ингушетия и удостоверенной нотариусом Свидетель №4, выполнены не ФИО2, а другим лицом (т.3 л.д. 93-110); 

- заключением эксперта ЭКЦ ГУ МВД России по *** ** от **** рукописная запись «ФИО2» в доверенности № ***5 от ****, выполнена не ФИО1, а другим лицом (т.3 л.д. 185-188).

При решении вопроса о виновности подсудимой ФИО1 в совершении указанного преступления судом в основу приговора положены показания в судебном заседании и на предварительном следствии, изложенные в первоначальном заявлении о преступлении, потерпевшего Потерпевший №1, который подробно, последовательно и категорично пояснял об обстоятельствах, связанных с приобретением им в 2013 году квартиры стоимостью 1 635 000 рублей на основании договора купли-продажи, заключенного между ним и продавцом ФИО1, действовавшей на основании нотариально удостоверенной доверенности от имени второго собственника квартиры ФИО2, являющейся матерью ФИО1, при этом отмечал активную роль подсудимой в процессе совершения данной сделки, поясняя, что именно ФИО1 показывала ему данную квартиру в присутствии риелтора агентства недвижимости, предоставила ему для ознакомления необходимый пакет правоустанавливающих документов на квартиру, ставила свои подписи в договоре купли-продажи квартиры и писала расписки о получении ею в счёт оплаты стоимости квартиры денежных средств, часть которых в наличной форме она получила от него лично, а другую часть – путем перевода на её банковский счет, при этом ФИО1 убедила его в том, что ФИО2 находится в отъезде и не возражает против продажи данной квартиры. Будучи уверенным в добросовестности действий продавца ФИО1, а также в том, что приобретает квартиру без каких-либо ограничений и обременений, с согласия надлежащим образом оформленного согласия второго собственника в лице матери ФИО1, он приобрел указанную квартиру, зарегистрировал в установленном законом порядке право собственности на неё, приступил к проведению ремонта в ней, после чего на основании искового заявления ФИО2 судебным решением данная сделка была признана недействительной как заключенная с пороком воли ФИО2, не дававшей в действительности своего согласия на отчуждение данного имущества, а его право собственности на указанную квартиру было прекращено, при этом денежные средства ему ФИО1 не вернула.

Приведенные показания потерпевшего Потерпевший №1 суд считает достоверными, поскольку они соответствуют в полной мере показаниям в ходе судебного заседания свидетеля ФИО5, являвшейся в тот период времени риелтором агентства недвижимости, сопровождавшей сделку купли-продажи указанной квартиры и подтвердившей факт предоставления продавцом ФИО1 наряду с правоустанавливающими документами на квартиру нотариально заверенной доверенности от имени ФИО2, предоставлявшей ФИО1 право действовать от лица последней как второго собственника, относительно которой у неё сомнений не возникло, поскольку в нотариальной палате *** ей по телефону подтвердили факт выдачи данной доверенности, а сама ФИО1 пояснила, что её мать ФИО2 находится за пределами Российской Федерации по месту выдачи доверенности. При этом свидетель категорично поясняла, что все основные договоренности относительно существенных условий договора купли-продажи указанной недвижимости достигались именно с ФИО1, выполнявшей как продавец основную роль в заключении сделки, при этом сопровождавший подсудимую мужчина по имени Свидетель №1 существенного участия в заключении сделки не принимал. 

Показания потерпевшего Потерпевший №1, а также свидетеля ФИО5 в части обстоятельств заключения сделки по продаже вышеуказанной квартиры, подтверждаются также показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №2, которая, будучи супругой потерпевшего, подтвердила факт передачи в её присутствии Потерпевший №1 наличных денежных средств в счет оплаты стоимости квартиры лично ФИО1, на расчетный счет которой была переведена Потерпевший №1 остальная денежная сумма за приобретенную квартиру. 

Полностью соотносятся с указанными показаниями потерпевшего и свидетелей ФИО5, Свидетель №2 и показания свидетеля Свидетель №1, который будучи непосредственным очевидцем заключения указанной сделки по продаже квартиры и сопровождавший ФИО1 по просьбе своего знакомого ФИО4 Камала, пояснял, как подсудимая и ФИО4 обсуждали в его присутствии совместные планы по продаже указанной квартиры, принадлежащей не только ФИО1, но и её матери, а также вложению вырученных от продажи денежных средств в развитие бизнеса и отдых, при этом именно ФИО1 активно общалась с потенциальным покупателем, подписывала все необходимые документы, связанные с заключением данной сделки, в суть которых он лично не вникал, документы не читал, в оформлении сделки никакого участия не принимал, не предлагал подсудимой продать указанную квартиру или получить кредит под её залог, не получал ни от кого, в том числе ФИО1, денежных средств от продажи указанной квартиры. 

Не противоречат указанным показаниями потерпевшего Потерпевший №1 и свидетелей ФИО5, Свидетель №2, Свидетель №1 и показания свидетелей Свидетель №6 относительно установленного законом порядка выдачи нотариусом доверенности исключительно в личном присутствии заявителя, обязанного представить удостоверяющие личность документы, в ходе беседы с которым нотариусом определяется его дееспособность, свидетеля Свидетель №7 относительно обстоятельств её участия в качестве адвоката при рассмотрении гражданского дела по иску её доверителя ФИО2 к Потерпевший №1 о признании договора купли-продажи квартиры и доверенности от имени ФИО2 недействительными. 

В целом им не противоречат и показания свидетеля Свидетель №4 на стадии предварительного следствия и в судебном заседании, которая подтвердила факт выдачи ею в качестве нотариуса * доверенности от **** на имя ФИО1 от ФИО2 на право осуществления сделок по распоряжению имуществом, в том числе недвижимым, не зная о том, что подпись в доверенности, выполненная некой приведенной к ней женщиной якобы от имени ФИО2, в действительности последней не принадлежит, при этом женщина, обратившаяся к ней за выдачей этой доверенности, внешне была похожа на женщину, чья фотография имелась в паспорте на имя ФИО2

Не опровергают вышеуказанные показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей по делу также показания свидетеля Свидетель №5, которому об обстоятельствах, в связи с которыми ФИО1 привлекается к уголовной ответственности, стало известно со слов самой подсудимой, обращавшейся к нему за информационно-консультационными услугами и пояснявшей, что некие люди обманным путём заставили её продать указанную квартиру, находящуюся в совместной собственности ФИО1 и её матери ФИО2 

Вопреки доводам стороны защиты суд исключает возможность оговора подсудимой со стороны ранее ей не знакомых потерпевшего Потерпевший №1 и свидетелей ФИО5, Свидетель №2, Свидетель №6, Свидетель №4 по делу, поскольку в судебном заседании не установлено каких-либо объективных данных, свидетельствующих о том, что они имеют личную или другую заинтересованность в привлечении именно ФИО1 к уголовной ответственности.

Одновременно с этим отсутствуют у суда основания ставить под сомнение в основном и главном последовательные и непротиворечивые показания потерпевшего Потерпевший №1 и свидетелей ФИО5, Свидетель №2, Свидетель №1 по мотиву их якобы личной заинтересованности в исходе данного дела ввиду их совместной причастности к совершению мошеннических действий в отношении самой ФИО1 и обусловленных этим неприязненных чувств к подсудимой, поскольку, учитывая в целом непоследовательные показания подсудимой ФИО1, её версия об этом представляется явно надуманной и неубедительной, выдвинутой в суде исключительно с целью добиться освобождения от уголовной ответственности за содеянное, при этом суд исходит из показаний об обратном названных потерпевшего и свидетелей, которые, будучи предупрежденными в установленном законом порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, категорично поясняли об отсутствии у них неприязненных чувств к подсудимой и оснований для оговора, соответственно. Указанная версия подсудимой не нашла своего объективного подтверждения в ходе рассмотрения данного дела совокупностью исследованных доказательств, а потому является несостоятельной.

По убеждению суда, отдельные несоответствия и разница в объёме показаний потерпевшего и свидетелей на стадии предварительного и судебного следствия вызваны длительным промежутком времени, истекшим с момента событий до дня допроса вышеуказанных лиц в суде, что не могло не отразиться на точности и полноте воспроизведения ими некоторых обстоятельств дела, с учётом индивидуальных особенностей восприятия и запоминания событий каждым человеком.

Наряду с отсутствием мотива для оговора, суд учитывает, что вышеприведенные последовательные, логичные, в основном и главном согласующиеся между собой показания потерпевшего и свидетелей в той части, в которой они положены судом в основу приговора, в полной мере согласуются и с объективными доказательствами по делу, в частности заключениями экспертов, согласно которым подпись от имени ФИО2 и рукописная запись расшифровки этой подписи в доверенности № ***5 от ****, выданной от имени ФИО2 на имя ФИО1 в *** Республики Ингушетия и удостоверенной нотариусом Свидетель №4, выполнены не ФИО2, а другим лицом; решением * районного суда *** от **** по гражданскому делу по иску ФИО2 к Потерпевший №1, которым договор купли-продажи квартиры от **** между ФИО1 и Потерпевший №1 признан недействительным, равно как и сама доверенность от ****; ответом из ГБУЗ НСО «Государственная Новосибирская клиническая больница **» от ****, согласно которому ФИО2 находилась на лечении в указанном учреждении с **** по **** с диагнозом параноидная шизофрения, а потому у нотариуса в *** находиться в указанный период не могла.

Оценивая все показания подсудимой ФИО1 в судебном заседании, суд считает наиболее достоверными те из них, где она, не оспаривая фактических обстоятельств заключения ею как продавцом сделки купли-продажи указанной квартиры с покупателем Потерпевший №1 и получения ею от последнего денежных средств в общей сумме 1 635 000 рублей в счёт оплаты стоимости квартиры, указывала, что данная квартира принадлежит ей и её матери ФИО2 на праве долевой собственности, однако она, согласившись на предложение своего сожителя * продать указанную квартиру, не уведомила об этом ФИО2, не получала согласие последней на совершение сделки по отчуждению данной квартиры в пользу Потерпевший №1, понимая, что в отсутствие согласия второго собственника заключение такой сделки невозможно, при этом лично подписала все необходимые документы, связанные с продажей квартиры, в том числе все расписки о получении денежных средств от покупателя, выступив тем самым инициатором данной сделки, она видела оформленную нотариально доверенность от имени ФИО2 и достоверно знала, что ни она, ни её мать ФИО2 никогда не выезжали за пределы ***, в том числе в *** Республики Ингушетия, где была выдана данная доверенность, при этом она не сообщила потерпевшему Потерпевший №1 о том, что продает квартиру с пороком воли, в отсутствие согласия второго собственника, на основании подложной доверенности от имени ФИО2 

Данные показания подсудимой ФИО1 согласуются с признанными судом достоверными показаниями вышеуказанных лиц, принятыми судом за основу приговора, а также объективными доказательствами по делу. 

Вместе с тем, оценивая выдвинутые в судебном заседании и на стадии предварительного следствия версии подсудимой ФИО1, суть которых сводится к тому, что умысла на обман потерпевшего Потерпевший №1 у неё не было, её саму обманули мошенническим путём знакомые ей Свидетель №1 и ФИО4, воспользовавшиеся её тяжелым психологическим состоянием и юридической неграмотностью, продавать квартиру она не желала, похищать денежные средства Потерпевший №1 не собиралась, все вырученные от продажи квартиры деньги отдала вышеуказанным знакомым лицам, поверив в их обещание вернуть через некоторое время и деньги, и проданную квартиру, суд приходит к выводу, что данные версии являются явно надуманными, недостоверными и неправдивыми, продиктованными желанием подсудимой избежать уголовной ответственности за тяжкое преступление.

Об этом свидетельствуют как показания в судебном заседании самой подсудимой о её осведомленности относительно наличия у квартиры второго собственника в лице её матери ФИО2 и отсутствия согласия последней на отчуждение данного имущества, заведомо для неё не позволявшими, по убеждению суда, в установленном законом порядке заключить договор купли-продажи квартиры с добросовестным приобретателем Потерпевший №1, а также то обстоятельство, что ФИО1 не смогла дать каких-либо убедительных пояснений относительно причин, по которым согласилась на предложение знакомых ей на протяжении всего 2-3 месяцев лиц продать указанную квартиру и безвозмездно отдать все вырученные денежные средства данным лицам в отсутствие оформленных расписок и договоров займа. 

Версия подсудимой ФИО1 о том, что её действия, выразившиеся в заключении **** договора купли-продажи квартиры с покупателем Потерпевший №1, не являются по сути своей мошенническими ввиду того, что после получения ею от Потерпевший №1 денежных средств она передала их ФИО4 и Свидетель №1, то есть заключила данный договор под влиянием психологического воздействия со стороны названных лиц, также не нашла своего подтверждения в судебном заседании и оценивается судом критически, поскольку данная версия полностью опровергается совокупностью вышеприведенных доказательств, положенных судом в основу приговора, в том числе показаниями самого Свидетель №1, категорически отрицавшего как на стадии предварительного следствия, так и в ходе судебного заседания, свою причастность к оформлению сделки по продаже указанной квартиры и получению каких-либо денежных средств как от ФИО1, так и от иных лиц, письменными материалами дела, в том числе собственноручными расписками ФИО1 о получении именно ею всей денежной суммы, эквивалентной стоимости квартиры, а также сведениями о том, что по заявлению ФИО2 отделом по расследованию преступлений на обслуживаемой территории отдела полиции ** «Центральный» СУ Управления МВД России по *** было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

Суд считает, что такие показания подсудимая дает с целью избежать уголовной ответственности за тяжкое преступление.

О том, что подсудимая дает в этой части неправдивые показания, свидетельствует, по убеждению суда, и то обстоятельство, что она их меняет. 

Так, в своих первоначальных показаниях на предварительном следствии при допросе в качестве подозреваемой ФИО1 поясняла, что ФИО4 и Свидетель №1 совершили в отношении неё указанные мошеннические действия.

Затем при последующем допросе в качестве обвиняемой ФИО1 изменила свою позицию и пояснила, что потерпевший Потерпевший №1 был в преступном сговоре с Свидетель №1 ФИО4 и риелтором. Однако данная версия, по убеждению суда, опровергается не только вышеизложенными показаниями потерпевшего Потерпевший №1 и свидетелей по делу, но и фактическими обстоятельствами дела, а также поведением Потерпевший №1, который после покупки квартиры произвел в ней ремонтные работы, зарегистрировался по данному адресу, проживает в указанной квартире до настоящего времени и не продал квартиру третьим лицам. 

Противоречивые показания подсудимой свидетельствуют о том, что она постоянно вырабатывает новые версии произошедшего, желая таким образом запутать органы предварительного следствия и суд и избежать уголовной ответственности за совершение тяжкого преступления.

Суд отмечает, что позиция и показания ФИО1 не последовательны, не логичны, не имеют отношения к реально происходившим событиям и являются способом её защиты от предъявленного обвинения.

Таким образом, суд приходит к убеждению, что на момент получения от потерпевшего Потерпевший №1 денежных средств в особо крупном размере ФИО1 знала об отсутствии у неё реальной возможности исполнить принятые на себя в качестве продавца квартиры обязательства по договору купли-продажи, и, соответственно, невозможности вернуть потерпевшему указанные денежные средства, понимала это, а её версия об обратном, по мнению суда, свидетельствует о её желании избежать уголовной ответственности. 

При этом суд на основании совокупности вышеизложенных доказательств приходит к убеждению, что ФИО1 своими словами и действиями расположила к себе ранее незнакомого ей потерпевшего, убедив его в добросовестности своих действий, наличии у неё полномочий распоряжаться предметом сделки на основании доверенности от имени второго собственника ФИО2, тем самым обманывая и вводя потерпевшего в заблуждение. Для того, чтобы потерпевший поверил в достоверность её слов, ФИО1 заключила договор купли-продажи указанной квартиры, написала расписки о получении от потерпевшего денежных средств по данному договору, завуалировав таким способом свои последующие преступные действия под гражданско-правовые отношения. 

Исходя из изложенного, доводы стороны защиты о том, что между потерпевшим и подсудимой имели место гражданско-правовые отношения, являются несостоятельными. ФИО1 изъяла чужое имущество – денежные средства потерпевшего запрещенным уголовным законом способом, путём обмана потерпевшего.

Переходя к вопросу квалификации действий подсудимой ФИО1 суд исходит из следующего.

Согласно требованиям закона обман, как способ совершения хищения может состоять в сознательном сообщении заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях, направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение. 

При этом по смыслу закона к обстоятельствам, подтверждающим умышленный характер деяния, предусмотренного ст. 159 УК РФ, могут относиться обстоятельства, указывающие на то, что у лица фактически не имелось и не могло быть реальной возможности исполнить обязательство, сокрытие информации о наличии задолженности, залогов и обременений имущества, распоряжение денежными средствами, полученными от стороны договоров, в личных целях.

При решении вопроса о квалификации действий ФИО1 судом установлено, что подсудимая действовала из корыстных побуждений, имея умысел на противоправное и безвозмездное завладение денежными средствами потерпевшего Потерпевший №1, путём его обмана, поскольку сообщила потерпевшим заведомо для неё недостоверные сведения о согласии второго собственника на отчуждение квартиры, умолчала о том, что сделка заключается с пороком воли ФИО2, получила от потерпевшего денежные средства под видом оплаты стоимости квартиры, при этом фактически не имея реальной возможности исполнить принятые на себя обязательства, при этом полученными денежными средствами распорядилась по своему усмотрению.

При этом суд находит установленным в действиях подсудимой ФИО1 квалифицирующий признак мошенничества, «совершенного группой лиц по предварительному сговору», поскольку до выполнения объективной стороны мошенничества роли ФИО1 и неустановленного следствием лица были четко распределены, действия подсудимой и неустановленного лица были совместными и согласованными, охваченными единым умыслом на совершение хищения денежных средств потерпевшего Потерпевший №1 

Органом предварительного следствия ФИО1 вменен квалифицирующий признак совершения преступления в особо крупном размере.

По убеждению суда, данный квалифицирующий признак нашел свое подтверждение в ходе судебного следствия. 

Учитывая, что у потерпевшего Потерпевший №1 подсудимая похитила денежную сумму, размер которой превышает для статьи 159 УК РФ установленный законом для особо крупного размера 1 миллион рублей, умысел на хищение которых имела ФИО1, квалифицирующий признак мошенничества, совершенного в особо крупном размере, нашел своё подтверждение.

Таким образом, действия ФИО1 суд квалифицирует по ст. 159 ч.4 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере. 

В судебном заседании проверено состояние психического здоровья подсудимой ФИО1

Согласно заключению судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) ** от ****, ФИО1 каких-либо психических расстройств, в том числе временных, как в период совершения преступления, так и после него, не обнаруживала. У нее не выявляется нарушений мышления, восприятия, расстройств в интеллектуально-мнестической и эмоционально-волевой сферах, отсутствует галлюцинаторно-бредовая симптоматика, следовательно, ФИО1 в период совершения преступления могла и в настоящее время может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается. По своему психическому состоянию ФИО1 способна правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать о них показания, синдромами зависимости, вызванными употреблением наркотических веществ и алкоголя, не страдает (т.3 л.д. 224-226).

Вышеизложенное заключение независимых и компетентных экспертов, которые провели тщательное исследование психического состояния подсудимой, суд признает достоверным. Оно полное, последовательное и непротиворечивое, соответствует материалам уголовного дела, характеризующим поведение подсудимой ФИО1 в момент совершения преступления, на стадии предварительного следствия и в судебном заседании, где ФИО1 вела себя адекватно, последовательно, активно защищалась от предъявленного ей обвинения, отвечая по существу на поставленные вопросы.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о вменяемости подсудимой ФИО1 на момент совершения ею указанного преступления и о способности её в настоящее время по своему психическому состоянию нести за него уголовную ответственность.

При назначении наказания суд в соответствии со ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные, характеризующие личность подсудимой, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимой, условия её жизни и жизни её семьи.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой, судом не установлено. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд считает частичное признание вины, удовлетворительную характеристику по месту временного содержания в следственном изоляторе, наличие на иждивении престарелой матери, являющейся инвалидом и страдающей психическим расстройством. 

Принимая во внимание конкретные обстоятельства совершенного подсудимой преступления, относящегося к категории тяжких, направленного против собственности, учитывая совокупность всех данных о личности подсудимой ФИО1, в целях восстановления социальной справедливости, достижения целей наказания и предупреждения совершения подсудимой новых преступлений, суд полагает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы, поскольку её исправление возможно только в местах лишения свободы в условиях строгого контроля за её поведением.

Суд полагает, что данное наказание будет способствовать достижению целей наказания в соответствии со ст. 43 УК РФ.

Учитывая вышеизложенное, конкретные обстоятельства совершенного преступления, а также данные о личности подсудимой ФИО1, суд не находит оснований для применения в отношении неё ст. 73 УК РФ.

Учитывая общественную опасность совершенного подсудимой преступления, отсутствие исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами данного преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, суд не находит оснований для применения в отношении ФИО1 положений ст. ст. 15 ч.6, 64 УК РФ. 

На основании тех же данных, характеризующих личность подсудимой и содеянное ею, назначение подсудимой дополнительных наказаний в виде штрафа и ограничения свободы, предусмотренных санкцией ст. 159 ч.4 УК РФ, суд полагает нецелесообразным и считает, что назначаемое подсудимой основное наказание обеспечит надлежащий контроль над её поведением.

При назначении вида исправительного учреждения для отбывания ФИО1 наказания суд учитывает п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ и назначает ей отбывание наказания в исправительной колонии общего режима.

В ходе предварительного следствия потерпевшим Потерпевший №1, признанным гражданским истцом, предъявлен гражданский иск к ФИО1 о возмещении причиненного преступлением имущественного ущерба в размере 1 635 000 рублей (т.1 л.д. 145).

Между тем, суд полагает необходимым оставить данный гражданский иск Потерпевший №1 без рассмотрения, поскольку решением * районного суда *** от ****, вступившим в законную силу, аналогичные исковые требования Потерпевший №1 о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения были уже удовлетворены в полном объёме в порядке гражданского судопроизводства.

Разрешая вопрос о судьбе имущества подсудимой ФИО1, на которое был наложен арест, суд приходит к следующему.

В силу ч.1 ст.115 УПК РФ арест накладывается на имущество для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, указанного в части первой статьи 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч.9 ст. 115 УПК РФ наложение ареста на имущество отменяется на основании постановления, определения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, когда в применении этой меры отпадает необходимость.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от **** **-П при проверке конституционности положений статьи 115 УПК РФ, вмешательство государства в отношения собственности не должно быть произвольным и нарушать равновесие между требованиями интересов общества и необходимыми условиями защиты основных прав. При этом законом могут быть установлены ограничения, обусловленные, в частности, предоставлением суду полномочия разрешать в порядке уголовного судопроизводства по ходатайству следователя или дознавателя вопрос о наложении на период предварительного расследования и судебного разбирательства ареста на имущество для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации.

Из изложенного следует, что в порядке ст. 115 УПК РФ арест на имущество может налагаться с целью обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества только в рамках уголовного судопроизводства.

Учитывая, что уголовное судопроизводство заканчивается вынесением приговора по делу, принимая во внимание положения п.11 ч.1 ст. 299 УПК РФ, решение о дальнейшей судьбе имущества, подвергнутого аресту, не должно содержать неопределенности относительно сроков сохранения данной меры процессуального принуждения. 

Исходя из материалов дела, с учетом оставления гражданского иска без рассмотрения и не назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде штрафа, суд считает необходимым на основании ч.9 ст.115 УПК РФ отменить наложение ареста на имущество ФИО1

Разрешая вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд руководствуется положениями ст. ст. 81, 82 УПК РФ. 

Процессуальные издержки в ходе предварительного следствия не взыскивались. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд 

п р и г о в о р и л:

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 24 июня 2019 года.

В соответствии с п. «б» ч.3.1 ст. 72 УК РФ (в ред. Федерального закона от 3 июля 2018 года №186-ФЗ) зачесть в срок наказания время предварительного содержания ФИО1 под стражей по данному делу с 28 марта 2018 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учётом положений, предусмотренных ч.3.3 ст. 72 УК РФ. 

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО1 оставить прежней в виде заключения под стражу в ФКУ СИЗО-1 г. Новосибирска. 

Гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 к ФИО1 о возмещении причиненного преступлением имущественного ущерба оставить без рассмотрения.

По вступлению приговора в законную силу арест, наложенный на основании постановления * районного суда *** от **** на имущество, принадлежащее осужденной ФИО1, а именно квартиру, расположенную по адресу: ***, - отменить.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу: заверенную копию решения Заельцовского районного суда *** от **** по гражданскому делу **; заверенную копию апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от **** по делу **; DVD-R диск TDK с фотокопиями страниц из материалов гражданского дела ** и материала проверки отдела полиции по заявлению ФИО2; банковский ордер ** от **** на имя ФИО1; расписку от **** от имени ФИО1 о получении уведомления ** от **** о переводе денежных средств на сумму 775 000 рублей; копии двух расписок от **** о получении ФИО1 денежных средств в сумме 1 635 000 рублей; заверенную копию решения Центрального районного суда *** от **** по гражданскому делу ** – хранить при материалах уголовного дела; копию доверенности №***5 от ****, выданной от имени ФИО2 нотариусом Назранского нотариального округа Республики Ингушетия Свидетель №4 хранить в материалах уголовного дела. 

Приговор может быть обжалован в Новосибирский областной суд в течение десяти суток со дня его постановления, а осуждённой, содержащейся под стражей, в тот же срок с момента вручения ей копии приговора. Осуждённая вправе в случае подачи апелляционной жалобы и принесения апелляционного представления в указанный срок заявить ходатайство о своём личном участии при рассмотрении жалоб и представлений в суде апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранным ею защитникам либо ходатайствовать об их назначении.

Председательствующий судья Носова Ю.В.