Дело № 2-16/2019 УИД 24RS0058-01-2018-000297-28

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 февраля 2019 года город Шарыпово

Шарыповский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Давыденко Д.В.,

при секретаре судебного заседания Литвиненко А.Е.,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, действующей на основании доверенности от 30 мая 2018 года,

ответчика ФИО3, действующей в своих интересах и интересах ответчика ФИО4 на основании доверенности от 14 февраля 2017 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора приватизации, применении последствий его недействительности, признании права собственности на квартиру в равных долях,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1, действуя через своего представителя, обратился в суд с иском (с учетом последующего уточнения) к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора приватизации, применении последствий его недействительности, признании права собственности на квартиру в равных долях.

В обоснование требований истец указал, что в связи с трудовыми отношениями с 

<

данные изъяты>» 29 декабря 1988 года ему и членам его семьи была выделена трехкомнатная квартира по адресу: 

<

адрес>. В марте 1993 года указанная квартира была передана в порядке приватизации в собственность истца, ответчика ФИО3 и их дочери ФИО5. В 2015 году брак с ответчиком прекращен, пользование спорной квартирой стало невозможным, ответчику предлагалось выкупить долю истца в квартире, однако договориться не получается. 12 июля 2017 года решением Шарыповского районного суда истец вселен в спорную квартиру. В настоящее время истцу стало известно о том, что ответчик ФИО3 получила в собственность от 

<

данные изъяты> в порядке приватизации квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Таким образом, 18 марта 1993 года ответчик вторично использовала право не бесплатное получение квартиры в собственность. Поскольку ответчик препятствует истцу в пользовании и распоряжении доли в спорном жилом помещении по адресу: 

<

адрес>, истец просит признать недействительным договор от 18 марта 1993 года о передачи спорной квартиры № в собственность граждан, применить последствия его недействительности путем исключения ФИО3 из числа собственников, прекратить право собственности ФИО3 на долю в спорной квартире, признать права собственности на спорную квартиру в равных долях между истцом и ответчиком ФИО4.

Определением суда от 18 сентября 2018 года к участию в деле в качестве соответчика была привлечена ФИО4 (л.д. 32-33).

Определением суда от 12 декабря 2018 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены администрация Холмогорского сельсовета Шарыповского района, администрация Шарыповского района Красноярского края (л.д.103-104).

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, с учетом последующих уточнений по иску, по основаниям, изложенным в заявлениях. Суду дополнительно пояснил, что в период с 1989 года по 2015 года он состоял в зарегистрированном браке с ответчиком ФИО3, фактически с 2004 года брачные отношения с ответчиком были прекращены. На момент знакомства в 1981 году с ФИО6ой, последняя проживала в общежитии в 

<

адрес>, в связи с работой в 

<

данные изъяты> ей бесплатно была предоставлена квартира в 

<

адрес>, на дату заключения брака с ответчиком в 1989 году квартира в 

<

адрес> ФИО6ой уже была выделена, в дальнейшем она эту квартиру продала, но о том, что она приватизирована квартиру в 

<

адрес> вместе с дочерью М.Е.В., он не знал. В связи с его трудовыми отношениями с 

<

данные изъяты> 29 декабря 1988 года ему была предоставлена трехкомнатная квартира по адресу: 

<

адрес>. Когда встал вопрос о приватизации данной квартиры, он дал от руки написанную доверенность на имя ФИО3 на оформление права собственности на квартиру в порядке приватизации на него и дочь Наталью, согласия на участие ФИО6ой в приватизации квартиры в 

<

адрес> он не давал. О том, что ФИО6 вместе с ним и дочерью участвовала в приватизации квартиры в 

<

адрес>, он узнал при рассмотрении гражданского дела о вселении от его представителя К.В.В.. После рассмотрения дела о его вселении, от К.В.В. ему стало известно, что ФИО6 дважды участвовала в приватизации, а именно в приватизации квартиры в 

<

адрес> и квартиры в 

<

адрес>. Просил удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме.

В соответствии с ч. 1 ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГПК РФ) граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей.

Представитель истца ФИО2 (по доверенности л.д. 8) в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала в полном объеме с учетом последующего уточнения по иску, по указанным в заявлениях основаниям. Дополнительно пояснила, что ФИО1 только осенью 2017 года стало известно о том, что ответчик ФИО3 в нарушение закона дважды принимала участие в приватизации жилых помещений, в связи с чем, полагала, что ее доверителем не пропущен срок исковой давности по требованию о признании договора приватизации от 1993 года квартиры по адресу: 

<

адрес>, недействительным. При совместной жизни ФИО3 не говорила ФИО1 о том, что ею приватизирована квартира в 

<

адрес>. ФИО1 занимался пасекой, поэтому не вникал и не придавал значения оформлению документов. 

Ответчик Гафиятова (добрачная фамилия ФИО6) Н.И. в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещалась надлежащим образом (л.д. 116-118), обеспечила явку представителя ФИО3, действующей по доверенности. Представила суду заявление, в котором указано на пропуск истцом срока исковой давности, в связи с чем, просила в удовлетворении заявленных требований отказать. В обоснование заявления о пропуске срока исковой давности поддержала позицию ответчика ФИО3, дополнительно указав о том, что истцу было известно об участии ФИО3 в приватизации, поскольку вопрос о приватизации жилых помещений в 

<

адрес> и в спорной квартире неоднократно обсуждался в ее присутствии (л.д. 75). 

При таких обстоятельствах, суд, руководствуясь ч. 4 ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело в отсутствие ответчика ФИО4, с участием ее представителя ФИО5.

Ответчик ФИО3, действующая в своих интересах и интересах ответчика ФИО4 на основании доверенности от 14 февраля 2017 года (л.д.80-84), в судебном заседании возражала относительно заявленных исковых требований, заявила о пропуске истцом срока исковой давности, ссылаясь на основания, изложенные в представленных ею суду заявлении и возражениях. Дополнительно пояснила, что в связи с работой в сфере 

<

данные изъяты> ей была бесплатно предоставлена квартира в 

<

адрес>, которая в дальнейшем в 1992 году была приватизирована ею и ее дочерью М.Е.В., приватизирована была квартира в период брака с А-вым, вместе с ФИО1 и дочерью Натальей она ездила приватизировать квартиру в 

<

адрес>, в это время за домом в 

<

адрес> присматривала соседка Г.Л.И., по приезду из 

<

адрес> она в присутствии ФИО6 рассказала ей о том, что приватизировала квартиру в 

<

адрес>, также это было сообщено и родственникам мужа. Жили они с А-вым хорошо, все обсуждали и решали в семье вопросы совместно, ФИО6, зная о том, что она приватизировала квартиру в 

<

адрес> вместе с дочерью, возражал против участия дочери М.Е.В. в приватизации квартиры в 

<

адрес>. Позже квартира в 

<

адрес> была продана, вместе с А-вым они ездили получать согласие органа опеки на продажу квартиры, о продаже квартиры в 

<

адрес> ФИО6 знал, она давала 2000 рублей Акулову из денежных средств, полученных от продажи квартиры, но потом попросила их вернуть, потому что планировали приобрести квартиру в 

<

адрес> для дочери. ФИО6 не возражал против ее участия в приватизации квартиры в 

<

адрес>, доверенность ей на оформление документов на квартиру в 

<

адрес> ФИО6 не давал, оформлением документов на квартиру в 

<

адрес> занималась специалист 

<

данные изъяты> С.Т.М., ее никто не спрашивал, принимала ли она ранее участие в приватизации. На тот момент никто не знал, что можно участвовать в приватизации жилых помещений один раз. Просила в удовлетворении исковых требований отказать. 

Из представленного ФИО3 заявления о пропуске срока исковой давности следует, что истец ФИО1 скрыл факт того, что ему еще в 1992 году было известно о том, что ФИО3 было реализовано право приватизации в 

<

адрес>. О данном факте истец знал, так как в браке с ФИО3 состоял с 1989 года, на период приватизации жилого помещения в 

<

адрес>, истец и ответчик воспитывали двоих дочерей, проживали по адресу: 

<

адрес>, и для приватизации жилья в 

<

адрес> неоднократно выезжали в 

<

адрес>. После приватизации жилого помещения в 

<

адрес>, ФИО3 продала квартиру и купила жилье в 

<

адрес>, о чем истцу так же было известно, так как он настаивал на исключении из приватизации в спорном жилом помещении дочери ФИО3 от первого брака – М.Е.В.. В связи с чем, ответчик ФИО3 считает, что истцом пропущен срок исковой давности, просит применить срок исковой давности, в удовлетворении заявленных требованиях истцу отказать (л.д. 49).

Ответчиком ФИО3 предоставлены также возражения на исковые требования (л.д. 119-120), в которых со ссылками на положения Федерального закона «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 года «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», ст.ст. 166, 168 ГК РФ, ответчик указывает на то, что истцом в обоснование заявленных требований не указано, чем нарушает его права и охраняемые законом интересы спорный договор на передачу и продажу квартиру в собственность граждан от 1993 года, в который он включен в качестве совместного собственника, какие неблагоприятные последствия для него он несет. Приводя доводы, аналогичные доводам, изложенным в ранее поданном заявлении, ссылаясь на ст. 181 ГК РФ, ответчик указывает, что исковое заявление подано истцом по истечении срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

В судебное заседание представитель третьего лица администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела третье лицо извещено, от заместителя главы Холмогорского сельсовета ФИО8 поступило заявление о рассмотрении дела в отсутствие представителя администрации сельсовета (л.д. 113, 111).

В судебное заседание представитель третьего лица администрации Шарыповского района Красноярского края не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела третье лицо извещено (л.д. 112), от представителя администрации ФИО9, действующей на основании доверенности от 09 января 2019 года (л.д.110), поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя (л.д.109). 

При таких обстоятельствах, суд с учетом требований ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся представителей третьих лиц.

Исследовав материалы дела, возражения ответчиков, заслушав участников процесса, свидетелей, суд пришел к следующему:

В силу положений ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) защита гражданских прав осуществляется путем признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; иными способами, предусмотренными законом.

Статьей 153 ГК РФ предусмотрено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

В соответствии с ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст. 1 Закона РФ от 04 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (далее Закон о приватизации) приватизация жилых помещений - бесплатная передача в собственность граждан Российской Федерации на добровольной основе занимаемых ими жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде, а для граждан Российской Федерации, забронировавших занимаемые жилые помещения, - по месту бронирования жилых помещений.

Согласно ст. 2 Закона о приватизации (в редакции, действующей на дату договора приватизации спорной квартиры) граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, включая жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), по договору найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность, в том числе совместную, долевую, на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации.

В соответствии со ст. 2 Закона РФ от 04 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции, действующей на момент рассмотрения спора) граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

В силу ст. 7 Закона РФ от 04 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством. При этом нотариального удостоверения договора передачи не требуется, и государственная пошлина не взимается.

Каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно, в порядке приватизации, жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования один раз (ст. 11 Закона о приватизации).

Право собственности на приобретенное жилье возникает с момента регистрации договора в исполнительном органе местного Совета народных депутатов.

Согласно разъяснениям п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 августа 1993 № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»» в случае возникновения спора по поводу правомерности договора передачи жилого помещения, в том числе и в собственность одного из его пользователей, этот договор, а также свидетельство о праве собственности по требованию заинтересованных лиц могут быть признаны судом недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (п. 3 ст. 67 ГПК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, 22 декабря 1989 года между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО10 был заключен брак (л.д.85).

Согласно свидетельству о расторжении брака серии № № от 11 декабря 2018 года брак между ФИО1 и ФИО3 прекращен 26 июня 2015 года (л.д. 86).

Согласно свидетельству о рождении серии № № от 11 декабря 2018 года ФИО5 родилась ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, ее родителями являются: ФИО1 и ФИО3 (л.д. 87). 

Как следует из свидетельства о заключении брака серии № № от 14 сентября 2018 года между Г.Э.И. и ФИО5 14 сентября 2018 года заключен брак, после заключения брака супруге присвоена фамилия – Гафиятова (л.д.76). 

Согласно договору на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от 07 июля 1992 года (л.д. 38, 39) ФИО3, действующей за себя и свою малолетнюю дочь М.Е.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, передана в собственность в равных долях квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, указанный договор удостоверен нотариусом Топкинской государственной конторы Кемеровской области.

Согласно договору купли – продажи от 20 декабря 1994 года (л.д. 92) ФИО3 и М.Е.В. продана квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, переданная ФИО3 и М.Е.В. по договору от 07 июля 1992 года. 

Как следует из представленных по запросу суда сведений администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района, администрации Шарыповского района Красноярского края (л.д. 68) ответчик ФИО3 участвовала в приватизации жилого помещения на территории Шарыповского района.

Согласно постановлению администрации Холмогорского сельсовета № от 12 июля 1993 года (л.д. 43, 69) на основании заявления ФИО1 от 19 ноября 1992 года (л.д. 46-47) и выписки из решения № от 29 декабря 1988 года о распределении квартир (л.д. 70) последнему и его членам семьи – ФИО3 (супруге), ФИО5 (дочери) разрешено приобрести в собственность квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>.

Как следует из договора на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от 18 марта 1993 года ФИО1 и его членам семьи: ФИО3, ФИО5 в собственность была передана квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> (л.д. 44-45).

Согласно справке Шарыповского отделения филиала ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» по Красноярскому краю от 27 июня 2018 года (л.д. 11) по состоянию на 26 июня 1999 года на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, зарегистрировано право собственности за ФИО1, ФИО3 и ФИО5 на основании договора на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от 18 марта 1993 года. 

Как следует из выписки из Единого государственного реестра недвижимости №№ от 31 мая 2018 года (л.д.12-13) сведения о зарегистрированных правах на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, отсутствуют. 

Решением Шарыповского районного суда от 12 июля 2017 года (л.д. 14-16, 127-128) ФИО1 вселен в квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Решение суда вступило в законную силу 18 августа 2017 года.

Таким образом, судом установлено, что ответчик ФИО3 участвовала в приватизации жилого помещения на территории Кемеровской области, что так же подтверждается сведениями Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Топкинского муниципального района (л.д. 25, 37) и на территории Шарыповского района Красноярского края, а ответчик Гафиятова (добрачная фамилия ФИО6) Н.И. на территории Шарыповского района Красноярского края, что не оспаривалось ответчиками в ходе судебного разбирательства.

Согласно выписки из домовой книги от 12 декабря 2018 года квартиры по адресу: 

<

адрес>л.д. 93), ФИО1 состоял на регистрационном учете по указанному адресу с 21 февраля 1989 года по 14 января 2005 года, ФИО3 с 22 декабря 1989 года по 26 апреля 2006 года, с 30 ноября 2007 года по настоящее время, ФИО5 с 23 июля 1991 года по 16 октября 2013 года.

Истец ФИО1, заявляя о своем нарушенном праве, указывает на то, что ответчик ФИО3 препятствует ему в пользовании и распоряжении его долей в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, а также то, что ответчик ФИО3 18 марта 1993 году вторично воспользовалась правом на приватизацию жилого помещения в спорной квартире, поскольку это право было реализовано ответчиком 07 июля 1992 года, таким образом, оспаривает договор приватизации и указывает на его недействительность. 

В тексте искового заявления, а также в пояснениях, данных в судебном заседании истец ФИО1 заявляет о том, что ему стало известно о том, что ФИО3 вторично воспользовалась правом на приватизацию жилья в 1993 году после рассмотрения гражданского дела по его иску о вселении в 2017 году, в связи с чем, он обратился с исковым заявлением о признании договора приватизации от 18 марта 1993 года недействительным.

Вместе с тем, при рассмотрении исковых требований ФИО1, суд исходит из того, что ответчиками ФИО3, ФИО11 заявлено суду о пропуске истцом ФИО1 срока исковой давности для обращения в суд, что, по мнению ответчиков, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Рассматривая доводы ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд, суд исходит из следующего: 

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно ч. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно п. 2 ч. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Согласно п.п. 71, 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абз. 2 п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (п. 1 ст. 168 ГК РФ).

В силу ч. 2 ст. 8 Закона о приватизации договор приватизации жилого помещения, совершенный с нарушением действующего законодательства, является оспоримой сделкой.

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При таких обстоятельствах, течение срока исковой давности, равному одному году, по требованию о признании договора на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от 18 марта 1993 года, начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

При этом, вопреки доводам истца и его представителя при определении момента течения срока исковой давности должен учитываться не только момент, когда лицо узнало о нарушении своих прав, но и момент, когда должно было узнать о таком нарушении. 

Доводы истца и его представителя о том, что об участии ответчика ФИО3 в приватизации квартиры по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, истцу стало известно лишь в конце 2017 года после рассмотрения гражданского дела по его иску о вселении, а об участии ФИО3 в приватизации квартиры по адресу: 

<

адрес>, истцу стало известно в 2017 года при рассмотрении гражданского дела о вселении, потому срок обращения в суд с указанным иском должен исчисляться с указанного времени, суд находит несостоятельными, поскольку они основаны на неверном толковании закона и опровергаются установленными в ходе судебного разбирательства обстоятельствами.

В соответствии со ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. 

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается, согласно положениям ч. 3 ст. 10 ГК РФ.

Как следует из искового заявления, а также установлено судом в ходе судебного разбирательства и не оспаривается истцом, ФИО1 проживал с ответчиком ФИО3 в зарегистрированном браке с 1989 года, совместно с ней вел общее хозяйство до 2004 года, в период брака знал о наличии у супруги квартиры в 

<

адрес>, знал о предоставлении ей указанной квартиры бесплатно в связи с работой в 

<

данные изъяты>, о продаже ответчиком в дальнейшем в период совместного проживания квартиры в 

<

адрес>, приобретении на вырученные от продажи денежные средства квартиры для дочери М.Е.В. в 

<

адрес>, в связи с чем, у него имелась реальная возможность выяснить, приватизировано ли, в том числе ФИО3, жилое помещение в 

<

адрес> и когда, кто является его собственником и основания приобретения права собственности.

Кроме того, как следует из договора передачи квартиры по адресу: 

<

адрес>, в собственность от 18 марта 1993 года, спорная квартира была передана истцу ФИО1 и членам его семьи, проживая совместно с ответчиками в спорной квартире до 2004 года, истец нес определенные расходы по ее содержанию, облагораживал территорию, возводил надворные постройки, в связи с чем, у него также имелась реальная возможность выяснить, приватизировано ли жилое помещение в 

<

адрес> и когда, кто является его собственником и основания приобретения права собственности.

При этом, при подаче искового заявления ФИО1 к ФИО3 о вселении по гражданскому делу №, истцом ФИО1 в обоснование требований представлено уведомление о его намерении вселиться в квартиру от 25 февраля 2015 года, направленное в адрес ответчика ФИО3, из содержания которого следует, что ФИО1 уже на тот момент было известно о том, что он вместе с ФИО3, ФИО5 являются сособственниками спорной квартиры, что также подтверждается выданной на имя ФИО1 справкой Шарыповского отделения филиала ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» по Красноярскому краю от 15 апреля 2015 года № (л.д. 122, 125, 126).

Данные обстоятельства также подтверждены пояснениями свидетеля К.В.В. в судебном заседании, согласно которым с 2015 года ФИО1 достоверно знал о том, что квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, была приватизирована ФИО1 и членами его семьи ФИО3 и дочерью ФИО5; в период с 2015 года до подачи ФИО1 искового заявления о вселении 22 марта 2017 года в досудебном порядке решался вопрос о вселении истца в спорное жилое помещение, реализации ФИО1 1/3 доли на право собственности на квартиру.

Доводы представителя истца со ссылкой на пояснения свидетеля К.В.В. в судебном заседании о том, что фактически в конце 2017 года истец узнал об участии ответчика ФИО5 в нарушение требований закона в приватизации жилых помещений второй раз после получения К.В.В. копии договора приватизации от 07 июля 1992 года квартиры по адресу: 

<

адрес> (л.д. 18), суд находит несостоятельными.

Так, свидетели Г.Л.И. и А.Л.И. после предупреждения последних об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, пояснили суду, что в 1992 году непосредственно после оформления договора приватизации (через непродолжительное время) ФИО3 в присутствии ФИО1 сообщила им о приватизации ею квартиры в 

<

адрес>. 

При этом, получение свидетелем К.В.В. копии договора на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от 07 июля 1992 года в конце 2017 года не свидетельствует о том, что истец до указанного времени не знал и не мог узнать об участии ФИО5 совместно с дочерью М.Е.В. в приватизации квартиры в 

<

адрес>.

ФИО1 в ходе судебного разбирательства неоднократно указывалось на то, что он не вникал в оформление документов и не интересовался вопросом оформления ФИО3 права собственности на квартиры, расположенные в 

<

адрес> и 

<

адрес>, вместе с тем, истцом при оспаривании сделки от 1993 года каких-либо доказательств наличия объективных причин, препятствующих получению им информации об обстоятельствах приобретения ФИО3 права собственности на спорную квартиру и обстоятельствах реализации ФИО3 права на приватизацию жилого помещения, не представлено, судом таковых не установлено.

Не представлено суду объективных доказательств тому, что истец ФИО1 выражал несогласие об участии ФИО3 в приватизации квартиры по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, а также выдавал доверенность ФИО3 на оформление права собственности на квартиру в порядке приватизации только на себя (ФИО1) и несовершеннолетнюю дочь ФИО5 

При таких обстоятельствах суд полагает, что при должной степени осмотрительности и заботливости истец ФИО1, обладающий общей грамотностью, даже в случае неосведомленности об участии ответчика ФИО3 в приватизации жилых помещений в 1992 году и 1993 году, имел реальную возможность, проживая совместно с ответчиками одной семьей более 15 лет, общаясь с ответчиками после фактического прекращения семейных отношений с ФИО3, поинтересоваться об обстоятельствах приобретения имущества ответчиком ФИО3 в собственность, ознакомиться с содержанием оспариваемого договора приватизации.

В соответствии с положениями статьи 205 ГК РФ в исключительных случаях причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Истец с заявлением о восстановлении срока исковой давности в суд не обращался, наличие уважительных причин пропуска истцом срока исковой давности материалами дела не подтверждается, обстоятельств, исключающих возможность своевременного обращения в суд с требованиями о признании оспариваемого договора недействительным, в ходе рассмотрения дела не установлено.

При этом, оснований для восстановления пропущенного срока исковой давности, обоснованного правовой неграмотностью и заблуждением относительно действительного состава лиц, принявших участие в приватизации квартиры по адресу: 

<

адрес>, суд не находит, поскольку приведенные обстоятельства не связаны с личностью истца и не могут быть признаны уважительными причинами пропуска срока.

Таким образом, с учетом вышеизложенных доказательств, которые суд оценивает исходя из относимости, допустимости каждого доказательства, а также достаточности и взаимной связи в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что исковые требования истца ФИО1 о признании договора на передачу и продажу квартиры в собственность граждан от 18 марта 1993 года недействительным, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности ФИО3 на квартиру по адресу: 

<

адрес>, признании права собственности на спорную квартиру в равных долях между ФИО1 и ФИО11, удовлетворению не подлежат, поскольку истцом пропущен срок исковой давности, о применении последствий которого заявлено ответчиками.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании договора на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от 18 марта 1993 года недействительным, применении последствий его недействительности, прекращении права собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>; признании права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> равных долях между ФИО1 и ФИО4 - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Шарыповский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня, следующего за днем составления мотивированного решения, то есть с 09 февраля 2019 года.

Председательствующий: Д.В. Давыденко