Дело №

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

16 ноября 2018 года с.Усть-Калманка

Усть-Калманский районный суд Алтайского края в составе 

председательствующего судьи О.В.Григорьевой, 

при секретаре судебного заседания Т.И.Шинкаренко, 

с участием сторон: процессуального истца прокурора района А.И.Зайцева, 

истца ФИО1, 

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора района в интересах ФИО1 к ИП ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, взыскании недоплаченной заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор района обратился в районный суд с иском в интересах ФИО1 к ИП ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, взыскании недоплаченной заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск. Иск мотивирует тем, что проведенной проверкой прокуратуры по заявлению ФИО1 было установлено, что ИП ФИО3 осуществляет деятельность по реализации твердого топлива по 

<

адрес>5 в 

<

адрес>. С 05.09.2013 у ИП ФИО3 был допущен к работе по должности сторожа и фактически приступил к исполнению своих трудовых обязанностей ФИО1 За период с 05.09.2013 по 05.09.2018 при фактическом исполнении возложенных на ФИО1 обязанностей трудовые отношения между истцом и ИП ФИО3 оформлены не были, трудовой договор в письменной форме не заключен. Весь период, работая посменно, истец непосредственно подчинялся ИП ФИО3, она составляла график его работы, выплачивала заработную плату. Трудовой договор, в силу закона, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Согласно норм ТК РФ, заработная плата работника, полностью отработавшего норму рабочего времени и выполнившего нормы труда, не может быть ниже минимального размера оплаты труда. Установлено, что ФИО1 получал заработную плату за весь период в размере 5500 рублей, в то время как региональными соглашениями установлен размер минимальной заработной платы в Алтайском крае с 01.01.2014 – 6740 рублей, с 01.04.2014 – 7005 рублей, с 01.01.2015 – 7005 рублей, с 04.03.2015 – 8116 рублей, с 01.01.2016 – 8116 рублей, с 23.04.2016 – 9400 рублей, с 01.07.2016 – 9400 рублей, с 01.07.2017 – 9400 рублей, с 01.01.2018 – 9489 рублей, с 01.05.2018 – 11163 рубля. Кроме того, за весь период работы ФИО1 ни разу не использовал основной оплачиваемый отпуск, при увольнении компенсацию не получал. Просит суд признать факт наличия фактических трудовых отношений между ИП ФИО3 и ФИО1 в период с 05.09.2013 по 05.09.2018 в качестве сторожа. Возложить обязанности на ИП ФИО3 по выплате ФИО1 недоплаченной заработной платы за период с 05.09.2013 по 05.09.2018 в размере 173653 рублей 80 копеек. Возложить обязанности на ИП ФИО3 внести записи в трудовую книжку ФИО1 в сведения о его приеме на работу с 05.09.2013 года, а также возложить обязанности на ответчика по уплате в полном объеме страховых взносов в бюджет Пенсионного фонда РФ.

В судебном заседании процессуальный истец прокурор района Зайцев А.И. настаивает на удовлетворении иска по доводам, в нем изложенным. Полагает, что представленных доказательств – показаний свидетелей, достаточно для установления факта трудовых отношений, иные доказательства по настоящему делу предоставлены быть не могут ввиду их уничтожения либо не оформления.

Истец ФИО1 в судебном заседании настаивает на удовлетворении иска. Суду пояснил, что точную дату начала трудовой деятельности у ИП ФИО4 он не помнит, пригласил его на работу супруг ответчицы – ФИО5, после того, как истец пригнал ему КАМАЗ, это было 5 лет назад. Работа сторожа предлагалась на угольном складе, который представлял собой открытую неогороженную территорию, обозначенную лишь резиновыми шинами. На территории также находится здание офиса, где отпускается уголь, с помещением для сторожей. Указанное здание отапливается печью. Непосредственным руководителем истца являлась ИП ФИО3, которая устанавливала график работы, вменяла обязанности, принимала смены, лично платила заработную плату. Сначала на оформлении трудового договора он не настаивал, получал 5500 рублей, что являлось хорошей прибавкой к пенсии. В его обязанности входило: охрана территории в рабочие дни с 16-00 часов до 09-00 часов, в выходные дни – с 13-00 часов субботы до 09-00 часов понедельника, очистка весов от снега и мусора, растопка печи в помещении офиса в период отопительного сезона. Кроме того, в выходные дни сторожам поручалась продажа угля населению «мешками». Ответчик приходится ему дальней родственницей, но родственные отношения они не поддерживают, семьями не общаются. Когда стала расти минимальная заработная плата, он обратился к ответчику за повышением заработной платы, на что получил ответ, что работает неофициально, если его что-то не устраивает – может уходить. Это было года два или три назад, примерно в 2016 году. В инспекцию труда либо прокуратуру по поводу нарушения трудовых прав он обращаться не стал, продолжил работу у ответчика. Сначала, при трудоустройстве, они с напарником работали посменно (через день), затем стали работать двое суток через двое. В сентябре 2018 года ответчик не выплатила ему заработную плату в полном объеме, пояснив, что наложила штраф – 500 рублей, за невымытое окно и мусор у офиса. После чего, он сказал, что работать больше не будет и обратился в прокуратуру.

Ответчик ИП ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения спора извещена надлежаще, ходатайств на заявляла, возражений на иск не предоставила.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании не признает исковые требования в полном объеме. Просит отказать в их удовлетворении, считая иск необоснованным. Заявил о применении срока исковой давности по спору. Суду предоставил отзыв на иск, согласно которому, прокурор, заявляя требования к ИП ФИО4, не ссылается на какие-либо доказательства, подтверждающие трудовые отношения между сторонами. Обстоятельства, на которые ссылается прокурор, изложены лишь в заявлении ФИО1 на имя прокурора, доказательствами не подтверждены. Т.е. не представлено доказательств с достоверностью подтверждающих наличие трудовых правоотношений и исполнение трудовых обязанностей истцом в организации ответчика. Должность сторожа отсутствует в штатном расписании ответчика. Какие-либо письменные доказательства по делу (должностная инструкция, приказы, ведомости, расчетные листки, трудовая книжка и т.п.) не предоставлены. Ввиду недоказанности факта трудовых отношений, не подлежат удовлетворению иные требования истца о производстве выплат. Также пояснил суду, что ИП ФИО3 в настоящее время не может участвовать в рассмотрении дела ввиду болезни. С ее слов знает, что отпуском угля занималась она лично или ее муж. Также имеет работников – водителей, которые привозят уголь на склад. Сторожевой охраны на складе не было до сентября 2018 года. Сохранность имущества обеспечивалась видеонаблюдением, также территория охраняется собаками. В настоящее время, по просьбе службы занятости организованы два рабочих места сторожей. ФИО1, являясь родственником ответчика, зачастую помогал ей, выполнял разовые поручения. У ИП ФИО3 истец трудоустроен никогда не был, находясь на пенсии, подрабатывал частным извозом, в том числе, привозил и увозил покупателей с угольного склада ответчика. В сентябре 2018 года у ответчика произошел конфликт с ФИО1, так как он бросал мусор у территории склада, после чего истец обратился к прокурору.

В силу ст.167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствии ответчика.

Свидетель Свидетель №1 суду пояснила, что является женой истца. Муж последние пять лет работал у К-вых, работал посменно, охранял их хозяйство. Два дня он был дома и потом на два дня уходил на работу. Если смена выпадала на выходные, то он уходил в субботу в час дня и сменялся в девять часов утра в понедельник. Она готовила мужу еду, собирала сумку с собой. Были случаи, когда она носила еду на работу, так как муж был голоден. Всегда подходила к главному входу, звонила по телефону, чтобы он вышел и забрал сумку. Каждый месяц муж получал по 5500 рублей, приносил и отдавал ей деньги. ФИО4 часто звонила мужу и вызывала на работу раньше времени по разным причинам. У мужа был сменщик, какой-то мужчина, который ездит в с.Новокалманка к дочери. Все эти пять лет она знала, что муж работает у ФИО3 В его обязанности входило следить за углем, чтобы не было хищения, топить печь, чистить весы от снега. Муж жаловался, что тяжело было чистить весы, что печь топилась плохо, потому что была плохо сделана. ФИО4 приходится мужу племянницей, но родственные отношения они не поддерживают. Официально ФИО4 не соглашалась трудоустроить мужа, его трудовая книжка находится дома. 

Свидетель Свидетель №2 суду пояснил, что ФИО1 знаете давно, за последние пять лет видел его на угольном складе, когда приезжал за углем. Последний раз это было в мае 2018 года. О своем месте работы ФИО1 ничего не рассказывал, а он не спрашивал. На территории угольного склада есть две собаки. Знает, что ФИО1 также работал в такси, года четыре или пять. Знает об этом потому, что живет в деревне, видит, что он ездит, и ему предлагал отвезти людей в Антоньевку. Видел на машине ФИО1 «шашечки», этим летом неоднократно видел ФИО1, таксует он давно. 

Свидетель ФИО6 суду пояснил, что ФИО1 он знает давно, так как тоже водитель, поддерживает с ним товарищеские отношения. Последние четыре года видел ФИО1 на угольном складе, где покупал уголь, у К-вых. Первый раз он приехал пораньше, к восьми утра, а ФИО1 уже был там. На вопрос «что тоже за углем?», ФИО1 пояснил, что он там работает сторожем. В течение последних четырех лет то ФИО1 там был, то Сергей, другой работник. С ФИО1 работу не разговаривали, пояснял только, что там работает и получает 5000-5500 рублей. Территория склада не огорожена, там открытая площадка, собака есть на цепи. Табличку, что ведется видеонаблюдение на территории склада не видел. Не знает, оказывает ли ФИО1 услуги такси, так как услугами такси не пользуется, есть свое средство передвижения. График работы ФИО1 на угольном складе ему не известен. 

Свидетель Свидетель №4 суду пояснил, что работал у ИП ФИО3 в период с марта 2014 года по ноябрь 2014 года на погрузчике, был официально трудоустроен. Кроме него работали водители КАМАЗов, водители, которые развозили уголь, весовщица, сторожа. Сторожами работали ФИО1 и ФИО7, фамилию не помнит. Был еще третий, но потом его сократили и сторожа вдвоем остались. Работали сторожа посменно, меняли друг друга через день. Он начинал работу в девять часов утра, сторожа в это время сдавали смену и уходили, приходили в пять часов вечера, когда заканчивался рабочий день. Это было в рабочие дни. Обязанности сторожей заключались в том, что после работы принять территорию, охранять ее - заступали вечером и до утра. И в выходные дни работали. Находились в сторожке, где был диван, телевизор, печка. Печку топили сторожа. В процессе работы он общался с ФИО1, который рассказывал, что его зарплата была в пределах 5000 рублей. После своего увольнения, когда приезжал и покупал уголь, видел, что ФИО1 еще там работал, последний раз в этом году. Во время работы у ФИО4 зарплату получали единовременно, наличными, по ведомости. Видел, что ФИО1 получал зарплату. Работу сторожей контролировали С. и Л. К-вы, утром ФИО3 приходила и принимала работу. 

Свидетель ФИО8 суду пояснил, что ФИО1 знает давно, лет 7. Последние 5 лет ФИО1 работал у ФИО4. Знает это потому, что неоднократно заказывал уголь у него, брал мешками, когда угля не было. Видел ФИО1 на территории угольного склада К-вых, он делал печь в сторожке. Второго сторожа не видел. В 2018 году он неоднократно звонил ФИО1, узнавал, есть уголь или нет, заказывал, а потом приезжал и забирал. Мешками брал, особенно в феврале-марте, когда холодно еще было, а уголь уже заканчивался. Когда приезжал за углем с ФИО1 разговаривали, курили сидели. Знает, что ФИО1 там давно работает, сторожит. ФИО1 говорил еще, что убирает территорию, печку топит. Кем он точно работал, не знает. Иногда ФИО1 оказывал услуги такси, он видел «шашечки» в машине ФИО1. То, что последние 5 лет ФИО1 работал у ФИО4, помнит потому, что в 2013 году работал у Вовенко и в это время с ФИО1 пересекались часто, общались. В вечернее время также видел ФИО1 на угольном складе, он сторожил ночью. Территория склада не огорожена, есть собака.

Свидетель ФИО9 суду пояснил, что давно знает ФИО1, лет 20. Последние 5 лет он работал у Канунникова сторожем. Знает это достоверно, так как сам там был, уголь заказывал, прошлой весной покупал уголь мешками. ФИО1 работал сторожем, иногда уголь насыпал, продавал мешками по распоряжению начальства в нерабочие дни. На территории склада есть «комната ожидания», там стит стол, касса, а сбоку комната сторожей, в которой стоял диван или кушетка какая-то. Кому конкретно подчинялся ФИО1 он не знает, ФИО4, наверное, так как последний давно продает уголь. Также знает, что ФИО1 пенсионер, года три уже.

Свидетель ФИО10 суду пояснил, что работает кочегаром, а летом сторожем на ветстанции, приходится истцу двоюродным братом. Последние 5 лет ФИО1 работал у ФИО4, уголь охранял. Территория склада не огорожена. Он знает это достоверно, так как работает неподалеку, через ограду. Зимой ФИО1 приходил к нему за водой, летом - покурить. Их смены совпадали раз в месяц, а то и больше. В разговорах ФИО1 жаловался, что платят мало. Сколько было сторожей на складе не знает. Сторожил ФИО1 в выходные дни, иногда вечером встречались. Начальником у него был ФИО4, но точно не знает. На территории склада было помещение, будка, ФИО1 топил там печь. Он ходил на работу к ФИО1, также видел его на территории склада, когда покупал уголь. Других сторожей не знает. Знает, что ФИО1 приходится родственником ФИО4 - Л.. Видел его на территории угольного склада лет 10 уже. Не знает, оказывал ли ФИО1 услуги такси, может и таксует. 

Выслушав участников процесса, опросив свидетелей, исследовав представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации признает право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (ч.1 ст. 37).

Часть 1 ст.15 ТК РФ определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Как следует из доводов иска и существа заявленных требований, прокурор, действуя в интересах ФИО1 обратился в суд за разрешением трудового спора.

В соответствии со ст. 392 ТК РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Пропуск срока для обращения в суд является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В ходе рассмотрения дела представителем ответчика ФИО2 заявлено ходатайство о пропуске истцом срока для обращения в суд.

Согласно пояснениям истца ФИО1, фактически трудовые отношения между ним и ИП ФИО3 прекращены 05 сентября 2018 года. При этом, истец не позднее чем с 2016 года знал, что ответчик не намерен оформлять с ним трудовой договор, трудовая книжка истца весь спорный период (с 05.09.2013 по 05.09.2018) находилась и находится у ФИО1, ИП ФИО3 не передавалась. Приказы о приеме на работу, увольнении ФИО1 ответчиком не издавались. Также истцу не позднее 2016 года было достоверно известно, что размер его заработной платы не соответствует МРОТ. В настоящее время, со слов истца, трудовые отношения прекращены по его инициативе, в связи с возникшим конфликтом. 

Таким образом, судом установлено, что в 2016 году истец достоверно узнал о нарушении его трудовых прав, что выразилось в не заключении трудового договора, не уплате страховых взносов в бюджет Пенсионного фонда РФ, начислении и выплате заработной платы ниже размера, установленного законом. При этом, ФИО1 в трудовую инспекцию, прокуратуру, суд за защитой трудовых прав не обращался, получал пенсию как неработающий пенсионер. 

Из установленных обстоятельств, суд приходит к выводу об обоснованности заявления представителя ответчика о пропуске срока обращения с иском в суд по требованиям за период с 05.09.2013 по 2016 год. 

Своевременность обращения в суд зависит от волеизъявления работника.

В случае пропуска срока по уважительной причине, согласно ч. 3 ст. 392 ТК РФ, он может быть восстановлен судом по заявлению истца. 

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, изложенным в п.5 Постановления от 17.03.2004 №2 (ред. от 24.11.2015) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику обратиться с иском в суд своевременно (болезнь, нахождение в командировке, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи). 

Таких доказательств истцом не представлено, о восстановлении пропущенного срока стороной истца не заявлено.

Учитывая изложенное и приведенные нормы закона, суд приходит к выводу, что исковые требования за период с 05.09.2013 по 2016 год не подлежат удовлетворению в полном объеме по причине пропуска срока на обращение с иском в суд при отсутствии уважительных причин его пропуска.

Разрешая требования иска об установлении факта трудовых отношений ФИО1 с ответчиком ФИО3, возложении на ответчика обязанности по выплате ФИО1 недоплаченной заработной платы, внесении записи в трудовую книжку ФИО1 в сведения о его приеме на работу и обязанности по уплате в полном объеме страховых взносов в бюджет Пенсионного фонда РФ в последующий период, с 2016 года, суд приходит к следующему.

Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора (ч.1 ст.16 ТК РФ).

В силу ч.3 ст.16 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В соответствии со ст.56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно ст.61 ТК РФ, трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или но поручению работодателя или его представителя.

Согласно ст.67 ТК РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя.

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

В силу ст.68 ТК РФ прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу объявляется работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежаще заверенную копию указанного приказа (распоряжения).

При приеме на работу (до подписания трудового договора) работодатель обязан ознакомить работника под роспись с правилами внутреннего трудового распорядка, иными локальными нормативными актами, непосредственно связанными с трудовой деятельностью работника, коллективным договором.

Анализ действующего законодательства (ст. ст. 56, 61, 65, 66, 67, 68, 91, 129, 135 ТК РФ) указывает на то, что фактический допуск работника к работе предполагает, что работник приступил к исполнению трудовых обязанностей по обусловленной соглашением сторон должности и с момента начала исполнения трудовой функции работник подчиняется действующим у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка. Оплата труда работника осуществляется работодателем в соответствии с установленным по занимаемой работником должности окладом и действующей у работодателя системой оплаты труда. Работник в связи с началом работы обязан передать работодателю соответствующие документы.

Согласно абз.2 п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №2 от 17.03.2004 «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ» если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения.

Из материалов дела следует, что ИП ФИО3 осуществляет деятельность по розничной торговле углем.

Штатными расписаниями от 10 сентября 2018 и 01 октября 2018 года утверждены в числе прочих 2 единицы «сторожа», с тарифной ставкой 3000 рублей, районным коэффициентом 15% (450 рублей).

До указанного времени, согласно представленных документов стороной ответчика должность «сторож» в штатном расписании отсутствовала.

Из пояснений представителя ответчика ФИО2 следует, что с начала работы ИП ФИО3 до сентября 2018 года охрана угольного склада осуществлялась посредством видеонаблюдения и при помощи животных (собак).

Доводы представителя ответчика в части видеонаблюдения на угольном складе ответчика, суд оценивает критически, поскольку из пояснений истца и опрошенных свидетелей по делу установлено, что на угольном складе ИП ФИО3 отсутствует ограждение, в ночное время и выходные дни осуществлялась сторожевая охрана. 

При этом, из договора безвозмездного пользования жилым помещением от 10.06.2010 года следует, что ИП ФИО3 получила в безвозмездное пользование от ФИО5 нежилое помещение, расположенное по 

<

адрес>, строение 5 в 

<

адрес>, для размещение офиса и пункта охраны. Недостатки помещения – здание не оборудовано системами коммунальной инфраструктуры, теплоснабжение печное. Организация рабочего места сторожей косвенно подтверждает доводы истца о сторожевой охране угольного склада ответчика.

Также критически суд оценивает представленный стороной ответчика договор подряда на выполнение работ №136/15 от 10.06.2015 по установке системы видеонаблюдения, поскольку надлежащих доказательств его оплаты и исполнения суду не предоставлено. Так, указанным договором определена стоимость работ – 45320 рублей, порядок и сроки оплаты не оговорены, доказательств оплаты указанных денежных средств не предоставлено. Из акта приемки в эксплуатацию системы видеонаблюдения от 10.06.2015 года следует, что комиссия в составе директора ООО «ПожСити» ФИО11 (подрядчика) провела проверку выполненных работ по договору №136/15 от 10.06.2015, заключение о принятии в эксплуатацию системы видеонаблюдения и дате принятия в указанном акте отсутствует.

Вместе с тем, правила внутреннего трудового распорядка угольного склада ИП ФИО3, должностные инструкции сторожей, график сменности суду не предоставлены, из пояснений представителя ответчика следует, что данные документы отсутствуют.

Указанные обстоятельства препятствуют суду в установлении режима рабочего времени сторожей, продолжительности ежедневной работы, времени начала работы и ее окончания, перерывов для отдыха и питания.

Показания опрошенных свидетелей по делу в части трудовой деятельности ФИО1 противоречивы: так свидетели ФИО18, Свидетель №2, ФИО27, ФИО28 поясняли суду, что истец работает сторожем у ответчика последние 5 лет, свидетель Свидетель №3 – 4 года, свидетель С видел истца на территории склада лет 10, свидетель Свидетель №4 работал у ИП ФИО4 на погрузчике с марта по ноябрь 2014 года, ФИО1 в это же время работал там сторожем. О времени начала и окончания периода работы истца у ИП ФИО4 свидетели не поясняли. Показания свидетелей также рознятся либо не несут информации о должностных обязанностях истца, графике сменности, заработной плате. 

Согласно представленным платежным ведомостям за 2015-2018 годы заработная плата выплачивалась работникам ИП ФИО3 дважды в месяц, каждые полмесяца. При этом, сведения о получении ФИО1 заработной платы в указанный период в платежных ведомостях отсутствуют. 

Заявляя о существовании трудовых отношений, истец указывал на то, что в период с 05 сентября 2013 года по 05 сентября 2018 года он фактически осуществлял трудовую деятельность в должности сторожа у ИП ФИО3 К работе приступил с её ведома, с установленным режимом рабочего времени (посменно: 2 дня рабочих/2 выходных) и заработной платой в размере 5500 рублей, которая выплачивалась один раз в месяц. В судебном заседании истец пояснил, что продолжил работу с 2016 года, узнав что ответчик не намерен заключить с ним трудовой договор и повысить заработную плату. Данные доводы оспариваются стороной ответчика. 

В силу ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Бремя доказывания фактического допуска работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя по основаниям ч.3 ст. 16, ч.1 ст.61 ТК РФ, а также бремя доказывания возникновения между сторонами именно трудовых отношений, возложено на истца.

Между тем приводимый истцом режим рабочего времени (посменно: 2 рабочих дня/2 выходных), размер заработной платы (5500 рублей) и даты ее уплаты (один раз в месяц) не согласуются с представленными ответчиком платежными ведомостями за 2015-2018 год. Из представленного штатного расписания ИП ФИО3 установлено отсутствие единиц сторожей в период до 10.09.2018 года, что достоверно не свидетельствует о том, что истец осуществлял трудовую деятельность у ИП ФИО3 

Руководствуясь положениями Трудового кодекса РФ, оценив представленные доказательства, в том числе, показания допрошенных свидетелей, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что бесспорных и достоверных доказательств возникновения между сторонами трудовых отношений в спорный период, то есть наличия соглашения между сторонами о выполнении истцом конкретной трудовой функции за определенную плату на постоянной основе, ее выполнения по поручению указанного в иске в качестве работодателя – ИП ФИО3, суду не представлено.

Поскольку в спорный период факт трудовых отношений между сторонами судом не был установлен, оснований для удовлетворения исковых требований прокурора района в интересах ФИО1 об установлении факта трудовых отношений, возложении на ответчика обязанности по выплате истцу недоплаченной заработной платы, внесении записи в трудовую книжку ФИО1 сведений о его приеме на работу и обязанности по уплате страховых взносов в бюджет Пенсионного фонда РФ не имеется, что влечет отказ в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении исковых требований прокурора района в интересах ФИО1 к ИП ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, возложении на ответчика обязанности по выплате истцу недоплаченной заработной платы, внесении записи в трудовую книжку ФИО1 в сведений о его приеме на работу и обязанности по уплате страховых взносов в бюджет Пенсионного фонда РФ в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Усть-Калманский районный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья О.В.Григорьева

Мотивированное решение 

изготовлено 21 ноября 2018 года

судья О.В.Григорьева