Дело № 2-507/2019 17 апреля 2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Смирновой Н.А.,

при секретаре Шмыглиной П.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о взыскании упущенной выгоды,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО5 о взыскании упущенной выгоды в размере 300 000 рублей, взыскании с ФИО3 упущенной выгоды в размере 108 000 рублей, возмещении расходов по уплате государственной пошлины в размере 7 280 рублей. 

В обосновании иска указал, что на основании приобретенных паев гаражно–строительного кооператива «Набережная Мартынова» согласно договору № 105/М74 от 12.12.2014 и договору № 106/М74 от 12.12.2014 с ОАО «Ленстройреконструкция», за истцом закреплены на праве пользования парковочные места № 23 и № 24 соответственно, в корпусе со строительными обозначением «А, Б, В, Г, Д» в помещении встроенного гаража жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес>. В соответствии с распоряжением № 54/14 от 12.12.2014 истец принят в члены гаражно–строительного кооператива «Набережная Мартынова». 

В период с апреля 2015 года по 31 июля 2017 года парковочное место № 23 занимали автомобиль марки Лексус SC430, г.р.з. 

<

№>, и автомобиль Порше BoxsterS, г.р.з. 

<

№>, принадлежащие ответчику ФИО3, которая самовольно в отсутствие каких- либо гражданско- правовых договоренностей с истцом, использовала указанное парковочное место, тем самым лишив истца права получать денежные средства (выгоду) от сдачи в аренду парковочного места в размере 4 000 рублей ежемесячно. Таким образом, за весь период пользования в течение 27 месяцев парковочным местом № 23 в помещении встроенного гаража жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес>, ответчик ФИО3 своими действиями препятствовала намерениям истца, в связи с чем причинила истцу убытки в виде неполучения упущенной выгоды и не реализации законных прав от сдачи в аренду парковочного места № 23 в размере 108 000 рублей (4000*27).

Кроме того, 26.03.2015 между истцом и ФИО1 был заключен договор купли-продажи пая гаражно-строительного кооператива «Набережная Мартынова» на право пользования парковочным местом № 24 в помещении встроенного гаража жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес>, который был расторгнут по соглашению сторон 11.12.2017 ввиду совершения противоправных действий в отношении автомобиля ФИО1 в декабре 2015 года. Истец указывает, что с 01.12.2015 по 29.01.2018 парковочное место № 24 в помещении встроенного гаража жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес>, занимал автомобиль марки Рено, г.р.з. 

<

№>, принадлежащий ответчику ФИО5, который самовольно в отсутствие каких-либо гражданско-правовых договоренностей с ФИО1., а затем и с истцом, использовал указанное парковочное место. Ввиду расторжения договора купли-продажи пая гаражно-строительного кооператива «Набережная Мартынова» на право пользования парковочным местом № 24, истцом возвращены ФИО1 300 000 рублей, уплаченных за пай по договору купли-продажи от 26.03.2015. При таком положении, истец полагает, что ответчик ФИО5 своими действиями повлек расторжение договора купли – продажи пая от 26.03.2015 с ФИО1. и выплаты последнему 300 000 рублей. 

Истец ФИО2 и его представитель ФИО8 в судебное заседание явились, исковые требования поддержали в полном объеме. 

Ответчики ФИО5, ФИО3 в судебное заседание не явились, направили в суд своего представителя адвоката Разногузова К.Г., который в судебное заседание явился, просил отказать в удовлетворении исковых требований по доводам изложенным в письменных возражениях.

Выслушав объяснения явившихся участников процесса, изучив и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, допросив свидетелей ФИО6, ФИО7 суд считает требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Положениями ст. 15 ГК Российской Федерации определено, что лицо, право которого нарушено может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя ст. 15 ГК Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК Российской Федерации).

В пункте 14 вышеназванного Постановления указано, что по смыслу ст. 15 ГК Российской Федерации, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (п. 2 ст. 15 ГК Российской Федерации).

Согласно п. 4 ст. 393 ГК Российской Федерации, при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

В соответствии с абз. 3 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В п. 3 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (п. 4 ст. 393 ГК Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права. При этом возмещение упущенной выгоды не должно обогащать потерпевшего. Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, являющимся единственным препятствием, не позволившим получить доход. Лицо, требующее возмещения убытков должно доказать, что оно само предпринимало все разумные меры для уменьшения ущерба, а не пассивно ожидало возрастания размера упущенной выгоды.

Таким образом, в соответствии с положениями ст. ст. 15 и 393 ГК Российской Федерации при определении размера упущенной выгоды значимым является определение достоверности тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. При этом лицо, требующее взыскания упущенной выгоды, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления. Намерение не может быть принято во внимание при рассмотрении дел о взыскании упущенной выгоды.

Как следует из материалов дела, 12.12.2014 между истцом и ОАО «Ленстройреконструкция» заключены договор № 105/М74 купли – продажи пая гаражно-строительного кооператива «Набережная Мартынова» и договор № 106/М74 купли-продажи пая гаражно-строительного кооператива «Набережная Мартынова», согласно которым, истец приобрел паи гаражно- строительного кооператива «Набережная Мартынова», дающих права пользования парковочными местами № 23 и № 24 соответственно, в корпусе со строительными обозначением «А, Б, В, Г, Д» в помещении встроенного гаража жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес>. 

На основании вышеуказанных договоров и личного заявления, ФИО2 принят в члены гаражно-строительного кооператива «Набережная Мартынова», ему предоставлено право пользования парковочными местами № 23 и № 24 в корпусе со строительными обозначением «А, Б, В, Г, Д» в помещении встроенного гаража жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес>. 

Указанные выше обстоятельства ответчиками по делу не оспаривались.

26.03.2015 между истцом и ФИО1 заключен договор купли-продажи пая гаражно-строительного кооператива «Набережная Мартынова» на право пользования парковочным местом № 24 в помещении встроенного гаража жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес>. 

11.12.2017 договор купли-продажи пая гаражно-строительного кооператива «Набережная Мартынова» от 26.03.2015 на право пользования парковочным местом № 24 расторгнут на основании соглашения о расторжении, заключенного межу истцом и ФИО1 Стоимость пая в размере 300 000 рублей возвращена истцом ФИО1., претензий друг к другу стороны не имеют.

Обращаясь в суд с иском о взыскании упущенной выгоды, истец ссылается на письмо гаражно-строительного кооператива «Набережная Мартынова» № 1/11 от 31.01.2018, из содержания которого следует, что в период с 15.04.2015 по 31.07.2017 на парковочном месте № 23 встроенного гаража жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес>, размещались транспортные средства Лексус SC430, г.р.з. 

<

№>, и автомобиль Порше BoxsterS, г.р.з. 

<

№>.

В период с 27.01.2016 по 29.01.2018 на парковочном месте № 24 встроенного гаража жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес>, занимал автомобиль марки Рено, г.р.з. 

<

№>. 

К письму гаражно-строительного кооператива «Набережная Мартынова» № 1/11 от 31.01.2018 приложены фотографии фиксации расположения автомобиля марки Порше BoxsterS, г.р.з. 

<

№>, и автомобиля марки Рено, г.р.з. 

<

№>.

Как установлено судом, автомобиль марки Лексус SC430, идентификационный 

<

№>, г.р.з. 

<

№>, состоит на постоянном регистрационном учете в органах Госавтоинспекции с 07.06.2007 за ФИО3, автомобиль марки Порше BoxsterS, идентификационный номер 

<

№>, г.р.з. 

<

№>, состоит на постоянном регистрационном учете в органах Госавтоинспекции с 05.06.2014 за ФИО3, автомобиль марки Рено, идентификационный номер 

<

№>, г.р.з. 

<

№>, состоит на постоянном регистрационном учете в органах Госавтоинспекции с 19.10.2011 за ФИО5

Обращаясь в суд с иском о взыскании упущенной выгоды, истец ссылается на то, что в результате действий ответчика ФИО3, он не получил доход (выгоду) от сдачи парковочного места № 23 в аренду в размере 4 000 рублей ежемесячно.

В силу положений статьи 56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В п. 4 ст. 393 ГК Российской Федерации установлены условия для возмещения упущенной выгоды, которые должно доказать лицо, требующее возмещения таких убытков. Согласно названной норме при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

При таком положении, определяя размер упущенной выгоды должны учитываться приготовления истца по получению выгоды и необходимые затраты.

В противоречии с требованиями ст. 56 ГПК Российской Федерации истцом не представлены доказательства основания возникновения на его стороне убытков и упущенной выгоды в указанном им размере, не доказан факт совершения конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенными ответчиком нарушениями его прав.

Кроме того, доказательств каких-либо действий истца, направленных на заключение между ним и третьим лицом договора аренды парковочного места № 23, в помещении встроенного гаража жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес>, в ходе рассмотрения дела суду не представлено. Сведения о неполученном ФИО2 доходе в заявленный им период носят предположительный характер о его получении, реальная же возможность получить эту выгоду материалами дела подтверждена не была.

Таким образом, принимая во внимание, что истцом не представлено доказательств в подтверждение того обстоятельства, что он мог и должен был получить доход в спорный период в определенной сумме и лишь неправомерные действия ответчика ФИО3 явились причиной того, что такой доход им не был получен, суд приходит к выводу, что правовые основания для взыскания с ответчика ФИО3 в пользу истца убытков в виде упущенной выгоды в размере 108 000 рублей отсутствуют. 

Кроме того, суд учитывает то обстоятельство, что доказательств непрерывного использования парковочного места ФИО3 в период с апреля 2015 года по 31 июля 2017 года истцом суду не представлено, с требованиями освободить парковочное место 23 и устранить нарушения прав собственника ФИО2 к ФИО3 в указанный период не обращался, что свидетельствует об использование парковочного места ФИО3 с согласия истца, с учетом того, что в ходе рассмотрения дела установлено, что истец и ФИО3 состояли в отношениях и проживали совместно по адресу: 

<

адрес>, между ними имеются спорные отношения, связанные с финансовыми обязательствами. 

Также, по мнению суда, каких-либо доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между расторжением 11.12.2017 договора купли-продажи пая гаражно-строительного кооператива «Набережная Мартынова» на право пользования парковочным местом № 24 в помещении встроенного гаража жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенного 26.03.2015 между истцом и ФИО1., и действиями ответчика ФИО5, ввиду занятия парковочного места № 24 автомобилем марки Рено, идентификационный номер 

<

№>, г.р.з. 

<

№>, в материалы дела не представлено. Также суд принимает во внимание, что согласно показаниям свидетеля ФИО12., допрошенного судом в ходе рассмотрения дела, следует, что автомобиль марки Рено, г.р.з. 

<

№>, использовался истцом в личных целях по устной договоренности с ФИО13 и с согласия собственника автомобиля ФИО5 

При таком положении, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст. 67 ГПК Российской Федерации, суд находит необходимым в удовлетворении требований истца о взыскании с ФИО5 упущенной выгоды в размере 300 000 рублей, не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга

Судья /подпись/

Мотивированное решение изготовлено 22 апреля 2019 года.