ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о прекращении уголовного преследования

8 ноября 2019 года город Новосибирск

Новосибирский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Бахина А.А., при секретаре судебного заседания Баулине Е.А., с участием государственного обвинителя – старшего помощника военного прокурора Новосибирского гарнизона капитана юстиции ФИО1, подсудимых ФИО2 и ФИО3, их защитников Михеенко О.А. и Кальван В.Н., в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, в присутствии личного состава, рассматривая уголовное дело в отношении военнослужащего войсковой части № подполковника 

ФИО3, родившегося 27 ноября 1979 года в посёлке 

<

адрес>, с высшим образованием, женатого, несудимого, имеющего детей ДД.ММ.ГГГГ годов рождения, проходящего военную службу по контракту с декабря 1997 года, в том числе на офицерских должностях с июня 2001 года, награждённого государственными наградами - медалями «Жукова» и «Суворова», зарегистрированного по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 291.1 и ч. 4 ст. 33, ч. 2 ст. 292 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия ФИО3 обвиняется в том, что в дневное время одного из дней в период с 1 по 8 августа 2017 года, являясь заместителем командира воинской части по тылу – начальником тыла войсковой части № при войсковой части №, дислоцированной в посёлке 

<

адрес>, действуя из чувства ложного товарищества к М, с целью помочь сослуживцу избежать привлечения к ответственности из-за наличия на складе воинской части 3300 комплектов индивидуальных рационов питания (далее ИРП) с истекшим сроком годности, решил склонить своего подчинённого ФИО2, занимавшего должность начальника продовольственной и вещевой службы войсковой части № при войсковой части № и осуществлявшего деятельность, направленную как на продовольственное обеспечение военнослужащих, так и организации его получения, хранения, распределения и выдачи по назначению, к принятию без фактического получения указанных комплектов ИРП и их списанию.

Осуществляя задуманное, ФИО3, около 13 часов 8 августа 2017 года возле здания штаба тыла войсковой части №, ссылаясь на возможность получить денежное вознаграждение от М, уговорил ФИО2 принять без фактического получения 3300 комплектов ИРП, а затем в служебной командировке на полигоне «

<

данные изъяты>»расположенном в 

<

адрес> ихсписатьпутём фиктивной выдачи военнослужащим.

Указанные действия ФИО2,по мнению органов предварительного следствия,повлекли существенное нарушение охраняемых законом интересов государства в лице Министерства обороны Российской Федерации в виде искажения бухгалтерской отчётности, сокрытия факта ненадлежащего исполнения должностными лицами войсковой части № своих должностных обязанностей по учёту и хранению комплектов ИРП, сокрытия причинения ущерба государству на общую сумму 2090775 рублей 16 копеек в связис порчей3300 комплектов ИРП из-за истечения срока их годности. 

Данные действия подсудимого ФИО3 органами следствия квалифицированы по ч. 4 ст. 33, ч. 2 ст. 292 УК РФ, как подстрекательство к совершению служебного подлога, т.е. склонение путём уговора другого лица к совершению преступления - внесению должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, совершенного из корыстной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292.1 УК РФ), повлекшего существенное нарушение охраняемых законом интересов государства.

В прениях сторон государственный обвинитель, исходя из анализа исследованных в ходе судебного следствия доказательств, руководствуясь ч. 8ст. 246 УПК РФ, изменил объем предъявленного подсудимому обвинения в сторону смягчения и просил исключить из него указание на данный квалифицирующий признак(повлекшие существенное нарушение охраняемых законом интересов государства), поскольку искажение бухгалтерской отчётности, сокрытие факта ненадлежащего исполнения должностными лицами войсковой части № своих должностных обязанностей по учёту и хранению ИРП таковым не является, а прямая причинно-следственная связь между действиями подсудимого и причинением ущерба в указанном размере отсутствует.

При этом государственный обвинитель просил переквалифицировать действия ФИО3 с ч. 4 ст. 33, ч. 2 ст. 292 на ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 292 УК РФ, поскольку исследованные в суде доказательства не устраняют вовсе виновности подсудимого в подстрекательстве к совершениюслужебного подлога.

Указанное изменение обвинения суд принимает, поскольку государственным обвинителем и органами предварительного следствия не представлено суду достоверных доказательств о том, что действия подсудимого повлекли за собой существенное нарушение охраняемых законом интересов государства в связи с чем, на основании ч. 3 ст. 14 УПК РФ, суд исключает из предъявленного подсудимому обвинения данный квалифицирующий признак.

Соответственно, суд продолжает рассмотрение дела по существу в рамках обвинения ФИО3 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 291.1 и ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 292 УК РФ.

В судебном заседании подсудимый ФИО3 виновным себя в совершении указанных выше преступлений признал в полном объёме. При этом подсудимый заявил ходатайство о прекращении в отношении него уголовного преследования по ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 292 УК РФ, поскольку он обвиняется в совершении преступления небольшой тяжести, срок давности привлечения к уголовной ответственности за которое истёк в августе 2019 года. 

Также подсудимый ФИО3, заявив о том, что он осознаёт правовые основания и последствия прекращения уголовного преследования, дал согласие на прекращение уголовного преследования в отношении него по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 292 УК РФ, в связи с истечением сроков давности.

При этом судом установлено, что подсудимый последствия прекращения уголовного преследования по указанному основанию осознает.

Государственный обвинитель не возражал против удовлетворения ходатайства подсудимого о прекращении уголовного преследования по ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 292 УК РФ, на основании п. 3 ч. 1ст. 24 УПК РФ,в связи с истечением сроков давности.

Защитник Кальван поддержал ходатайство ФИО3 о прекращении в отношении последнего уголовного преследования по ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 292 УК РФ,на основании п. 3 ч. 1ст. 24 УПК РФ,в связи с истечением сроков давности.

Подсудимый ФИО2 его защитник Михеенко также не возражали против прекращения уголовного преследования в отношении ФИО3 по ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 292 УК РФ, в связи с истечением сроков давности.

Выслушав участников судебного разбирательства, исследовав материалы уголовного дела, суд приходит к следующему выводу.

Так, в соответствии с п. 3 ч. 1 и ч. 3ст. 24 УПК РФ,уголовное дело не может быть возбуждено, а возбуждённое уголовное дело подлежит прекращению по основанию истечения сроков давности уголовного преследования. Прекращение уголовного дела влечёт за собой одновременно прекращение уголовного преследования.

Согласност. 27 УПК РФпрекращение уголовного преследования по основаниям, указанным в пунктах 3 и 6 части первой статьи 24 Кодекса, не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. В таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

Из смысла приведённых норм в их взаимосвязи следует, что в случае, когда истёк срок давности уголовного преследования, суд обязан прекратить уголовное дело лишь при наличии необходимого условия – согласия обвиняемого.

Согласно положениям ч. 1ст. 252 УПК РФ,судебное разбирательство проводится только по предъявленному обвинению, что в свою очередь препятствует суду выйти за пределы обвинения, установленные государственным обвинителем в рамках полномочий, предусмотренных ч. 8ст. 246 УПК РФ.

ФИО3 обвиняется в подстрекательстве к совершению служебного подлога, в рамках которого действия им совершены около 13 часов 8 августа 2017 года. Именно в связи с этими действиями ФИО3 предъявлено обвинение, которое в судебном заседании государственным обвинителем изменено в сторону смягчения путём исключения отдельного признака с последующей переквалификацией на ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 292 УК РФ.

Уголовная санкция за упомянутое преступление предусматривает наказание в виде лишения свободы до 2 лет и поэтому, на основании п. 2ст. 15 УКРФпреступление, предусмотренное ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 292 УК РФ, отнесено к категории преступлений небольшой тяжести.

Установленные положениями ст. 78 УК РФ правила исчисления сроков давности привлечения к уголовной ответственности предусматривают, что лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекли два года после совершения преступления небольшой тяжести. Сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу. Течение сроков давности приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда. В этом случае течение сроков давности возобновляется с момента задержания указанного лица или явки его с повинной.

В суде установлено, что со дня окончания совершения инкриминируемых действий, а именно 8 августа 2017 года, ФИО3 от следствия или суда не уклонялся, проходит военную службу и исполняет условия избранной в отношении него меры пресеченияв связи с предъявленным обвинением.

Соответственно, суд приходит к выводу, что по делу не имелось и не имеется оснований для приостановления течения сроков давности за период с 8 августа 2017 года по настоящее время.

Таким образом, срок давности привлечения ФИО3 к уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 292 УК РФ, истёк в августе 2019 года.

Как следует из представленного суду заявления от 8 ноября 2019 года, ФИО3 согласился с прекращением в отношении него уголовного преследования в связи с истечением сроков давности, осознавая правовые основания и последствия такого согласия.

При таких фактических данных суд находит, что установленные законом условия прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности, в отношении ФИО3 соблюдены и препятствий для прекращения уголовного преследования не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 254, 255 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Уголовное преследование в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 292 УК РФ, на основании п. 3 ч. 1ст. 24 УПК РФ,в связи с истечением сроков давности, прекратить.

До вступления постановления в законную силу меру пресечения в отношении ФИО3 – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Восточный окружной военный суд через Новосибирский гарнизонный военный суд в течение десяти суток со дня его вынесения. 

Председательствующий А.А. Бахин