Дело № 2-223/2024 (№2-4284/2023) УИД № 74RS0017-01-2023-005066-13

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

12 февраля 2024 года г. Златоуст Челябинской области

Златоустовский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Максимова А.Е.,

при секретаре Бухмастовой К.С., 

с участием прокурора Литовченко Г.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по искам ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница г. Златоуст» о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО1, действующая в интересах несовершеннолетнего сына ФИО2, ФИО3 обратились в суд с исковыми заявлениями к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница г. Златоуст» (далее - ГБУЗ «ГБ г.Златоуст»), в которых просили взыскать с ГБУЗ «ГБ г.Златоуст» компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей каждому.

В обоснование заявленных требований истцами указано, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3 являются внуками ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ. Решением Златоустовского городского суда от 03.04.2023г. по делу № 2-21/2023 установлена вина сотрудников ГБУЗ «ГБ г.Златоуст», допустивших дефекты оказания медицинской помощи, которые бесспорно способствовали неблагоприятному развитию заболевания, возникновения осложнений и наступлению смерти ФИО4, внукам которой - ФИО2 и ФИО3, причинен моральный вред, вызванный внезапной смертью близкого человека в результате недостатков оказанной услуги. 

Поскольку брак ФИО1 с отцом ФИО2 был расторгнут, когда ребенку было три года, ФИО6 являлась индивидуальным предпринимателем без предсказуемого режима работы, роль матери ФИО7 взяла на себя бабушка ФИО4, которая с первых дней жизни внука заботилась о нем: кормила, ежедневно гуляла в любую погоду, в связи с чем детский сад, школа и музыкальная школа для посещения ребенком были выбраны рядом с местом жительства бабушки, чтобы последняя могла забирать внука, вовремя накормить его, проводить в секцию или музыкальную школу. В жизни ФИО7 бабушка являлась особым источником душевного тепла, всегда была рада его видеть, проводила с ним много времени. После смерти бабушки Степан лишился ничем не восполнимого и не сравнимого ни с чем бабушкиного тепла и заботы (л.д. 4-8, 150-153).

Истец ФИО3, в обоснование причиненных ему смертью ФИО4 нравственных страданий, указывает на беспомощность, тревогу и страх, который он испытывал во время болезни бабушки, рядом с которой он провел всё своё детство, ввиду отсутствия в больнице необходимых для ее лечения медикаментов, аппарата ИВЛ, безразличного и равнодушного отношения к бабушке со стороны работников медицинского учреждения, несвоевременного оказания ей необходимой медицинской помощи. Находясь в больнице, бабушка жаловалась на ухудшение состояния здоровья, чувствовала приближение смерти, сообщала ему по телефону о том, что над ней издеваются врачи. В ответ врачи пояснили ему и ФИО1, что при гипоксии такие жалобы обычны. В настоящее время его угнетает чувство невосполнимой потери бабушки, как самого близкого человека, с которой он провел практически каждый день своей жизни до отъезда из 

<

адрес>, ежедневно разговаривал по телефону и с которой переживал все свои взлеты и падения (л.д. 155-156). 

Определением суда, внесенным в протокол судебного заседания 29.11.2023г., к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 (л.д. 112).

Определением суда, внесенным в протокол судебного заседания 20.12.2023г., к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО13, ФИО14, ФИО15 (л.д. 138).

В соответствии со ст. 36 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК) гражданская процессуальная правоспособность есть в равной мере у всех граждан. При этом способность своими действиями осуществлять процессуальные права, выполнять процессуальные обязанности и поручать ведение дела в суде представителю (гражданская процессуальная дееспособность) принадлежит в полном объеме гражданам, достигшим возраста восемнадцати лет. Права, свободы и законные интересы несовершеннолетних, не достигших возраста четырнадцати лет, защищают в процессе их законные представители - родители, усыновители, опекуны, попечители или иные лица, которым это право предоставлено федеральным законом (ст. 37 ГПК). 

Интересы несовершеннолетнего истца ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, при рассмотрении дела представляет его мать ФИО1 (копия свидетельства о рождении – л.д. 42).

В судебное заседание ФИО1, ФИО3 не явились, извещены надлежащим образом о месте и времени слушания дела, просили дело рассмотреть в свое отсутствие с участием представителя (л.д. 186).

ФИО1 при рассмотрении дела на удовлетворении требований, заявленных в пользу сына ФИО2, настаивала в полном объеме, ссылаясь на сильную привязанность ФИО2 к бабушке ФИО4 Указала, что внук до сих пор скучает по бабушке, так как при её жизни они ежедневно общались, бабушка была ему второй мамой. С отцом ребенка они вместе не проживают, а сама ФИО1, являясь индивидуальным предпринимателем, вынуждена много работать, в связи с чем не могла уделять сыну достаточно времени и внимания, поэтому все заботы о Степане и его воспитание взяла на себя ФИО4 (л.д. 39). 

В предварительном судебном заседании 07.11.2023г. ФИО1 пояснила, что у ФИО2 диагностирован порок сердца. После смерти бабушки у ребенка произошло нарушение сердечного ритма, что кардиолог связывает с перенесенным стрессом. Снизилась успеваемость ФИО7 в общеобразовательной школе. Кроме того, сын прекратил занятия в музыкальной школе, так как в этом его поддерживала бабушка, а когда её не стало, ребенок сказал, что не может играть, так как играть больше не для кого. В настоящее время ФИО2 испытывает постоянное чувство тревоги и подсознательного страха, опасаясь потерять мать, также как потерял бабушку. Беспокоится по любому мелкому поводу, даже если она задержится на непродолжительное время, спрашивает: «Ты не умрёшь?». У ребенка нарушен сон, он постоянно говорит, что ему страшно (л.д. 82оборот-83).

Несовершеннолетний ФИО2 в судебном заседании 20.12.2023г. пояснил, что очень любил бабушку, виделся с ней каждый день, отношения были очень близкие, доверительные. Так как мама много работала, все свое свободное время он проводил с бабушкой. Во время болезни он навещал бабушку в больнице и надеялся, что всё будет хорошо. После смерти бабушки прекратил посещать музыкальную школу, больше не играет на гитаре. Бабушки ему очень не хватает, никто не сможет её заменить (л.д. 136оборот-137).

Истец ФИО3 в судебном заседании 23.01.2024г. на удовлетворении своих исковых требований настаивал, пояснив, что бабушка заменила ему мать, так как мать постоянно была занята и много работала. Испытал стресс во время болезни ФИО4, когда сопровождал ее в машине «Скорой помощи» в больницу, затем постоянно следил за ухудшением её состояния в больнице, беспомощно наблюдая и не в силах повлиять на некачественное оказание бабушке медицинской помощи. Считает, что моральный вред ему причинен именно смертью бабушки, как близкого ему человека, по вине врачей (л.д. 182 оборот-183). 

Представитель истцов ФИО16, участвующий в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи (доверенность – л.д. 189), исковые требования поддержал. Полагал, что при недостаточности имущества ГБУЗ «ГБ г.Златоуст», на которое может быть обращено взыскание по обязательствам учреждения, взыскание следует производить в порядке субсидиарной ответственности с собственника имущества учреждения в лице Правительства Челябинской области. Кроме того, просил учесть, что несмотря на наличие задолженности перед кредиторами ответчик, помимо бюджетного финансирования, получает доход от оказания населению платных медицинских услуг (л.д. 217).

Представитель ответчика ГБУЗ «ГБ г.Златоуст» ФИО17, действующий на основании доверенности, в судебном заседании просил уменьшить размер компенсации морального вреда, полагая его не соответствующим заявленным истцами требованиям. Представил суду письменное мнение, в котором просил в иске отказать, так как установленное при рассмотрении дела № 2-21/2023 наличие косвенной причинно-следственной связи между ухудшением состояния ФИО4 без должного лечения и последующим летальным исходом не доказывает вины учреждения. Указано, что само по себе наличие дефекта в оказании медицинской помощи пациенту не является основаниям для возмещения вреда. В случае удовлетворения требований просил снизить размер компенсации морального вреда в пользу ФИО2 до 100 000 руб., полагая такой размер компенсации разумным. Представил суду справку о сложном финансовом состоянии ответчика и наличии кредиторской задолженности по состоянию на 01.12.2023г. в сумме 31 020 461,52 руб. (л.д. 101-103, 131, 181, 207).

Представитель третьего лица Правительства Челябинской области, третьи лица ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 при надлежащем извещении участия в рассмотрении дела не принимали (л.д. 199-206).

Руководствуясь положениями ст.ст. 2, 6.1, 167 ГПК, в целях правильного и своевременного рассмотрения и разрешения настоящего дела, учитывая право сторон на судопроизводство в разумные сроки, суд полагает возможным рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Заслушав лиц, участвующих в деле, выслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, допросив свидетеля, суд полагает, что имеются основания для частичного удовлетворения исковых требований.

Решением Златоустовского городского суда по делу № 2-21/2023 от 03.04.2023г., вступившим в законную силу с учетом изменений, внесенных определением Судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 16.06.2023г., установлена вина сотрудников ГБУЗ «ГБ г.Златоуст», допустивших дефекты тактики ведения диагностики и лечения при оказании медицинской помощи, косвенно повлекшие смерть ФИО4 (л.д. 58-64).

В силу части 2 статьи 61 ГПК обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Согласно п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" под судебным постановлением, указанным в части 2 статьи 61 ГПК РФ, понимается любое судебное постановление, которое согласно части 1 статьи 13 ГПК РФ принимает суд (судебный приказ, решение суда, определение суда). 

Поскольку виновность сотрудников ГБУЗ «ГБ г.Златоуст» в оказании некачественной медицинской помощи ФИО4, косвенно повлекшей её смерть, установлена вступившим в законную силу решением суда, данное обстоятельство не подлежит оспариванию в рамках рассматриваемого дела.

ФИО2 и ФИО3 являются внуками ФИО4 по линии матери (л.д. 40-43, 160).

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни. Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 указанного Федерального закона здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 указанного выше Федерального закона также определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи, согласно части второй статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части второй и третьей статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК) по общему правилу вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 ГК).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 являлись сотрудниками ответчика на момент смерти ФИО4, что установлено решением суда по делу № 2-21/2023 и ими не оспаривается в рамках настоящего дела.

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите относятся, прежде всего, право на жизнь (часть 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни.

К числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека относится и право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, которое является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 ГК жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Пунктом 2 статьи 150 ГК определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с названным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно п. 1 ст. 1099 ГК основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (ст. 1064 - 1101), и ст. 151 данного кодекса.

В соответствии со статьей 151 ГК, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статья 1101 ГК предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ) (п. 12 Постановления № 33).

По смыслу нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

На этом основании судом отклоняются доводы ответчика, касающиеся наличия лишь косвенной связи между действиями врачей и ухудшением состояния ФИО4 и последующей её смерти как основания для отказа в иске.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).

Как разъяснено в п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Так, по настоящему делу суду надлежит установить, каким образом на каждом из членов семьи (на каждом внуке) отразилась утрата близкого человека (бабушки), а также глубину переживаний каждого.

Определяя, существует ли причинно-следственная связь между нравственными страданиями истцов и действиями (бездействием) ответчика необходимо сравнить состояние, характеризующее состояние истцов после травмирующего события с ретроспективно определенным состоянием, в котором они пребывали до этого момента.

Судом установлено, что бабушка при жизни с момента рождения внуков принимала непосредственное участие в их воспитании, следовательно, действиями ответчика, явившимися косвенной причиной смерти ФИО4, нарушено неимущественное право ФИО2 и ФИО3 на родственные и семейные связи.

Имеющиеся в материалах дела фотографии подтверждают, что на протяжении многих лет взаимоотношения внуков с бабушкой строились на основе взаимной любви, уважения и взаимопонимания (л.д. 44-54).

Очевидно, что смерть является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие любого человека.

Безусловно, смерть ФИО4 явилась для ФИО2 и ФИО3 трагичным и необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания малолетнему ФИО2, в пользу которого испрошена компенсация, и ФИО3

Разрешая спор, суд учитывает личностные особенности ФИО2 и ФИО3 и их отношения с ФИО4

Смерть бабушки явилась для обоих внуков внезапным ударом.

Бабушка болела недолго, во время предсмертной болезни находилась в специализированном стационаре, так называемом «ковидном госпитале».

ФИО3 врачи не информировали о неблагоприятном прогнозе, в связи с чем у него не было оснований полагать, что бабушка умрет. Оба внука надеялись, что «всё будет хорошо», так как бабушке будет оказана квалифицированная медицинская помощь.

ФИО3 испытал шок при получении известия о смерти ФИО4, что подтверждается показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО26.

Так, допрошенный в судебном заседании ФИО25. (школьный друг ФИО3) суду показал, что он был знаком с бабушкой ФИО3, которая любила внука, заботилась о нём, встречала после школьных занятий, помогала в учебе, вплоть до того, что могла принести в школу принадлежности, которые внук забыл дома. Теплые родственные отношения между внуком и бабушкой на протяжении многих лет свидетель наблюдал лично. По мнению свидетеля, бабушка внесла большой вклад в воспитание ФИО5, так как он вырос без отца. Внезапная кончина ФИО18 стала тяжелым ударом для ФИО3, который не ожидал летального исхода. В момент смерти ФИО4 ФИО3 находился в другом городе вместе со свидетелем. Получив траурное известие, не смог сдержать слёз, все планы были отменены и ФИО3 немедленно выехал в г.Златоуст. В настоящее время ФИО3 замкнулся в себе (л.д. 215оборот-216).

Из показаний свидетеля ФИО27 следует, что ФИО4 принимала самое активное участи в жизни ФИО2, встречала и провожала на занятия. С бабушкой был более тесный контакт, чем с матерью. После смерти бабушки ФИО2 замкнулся в себе, он не мог смириться с тем фактом, что бабушки больше нет: ведь взрослые ему говорили, что всё будет хорошо, что бабушку вылечат. Ранее активный мальчик, потерял интерес ко всему. Только спустя полгода состояние понемногу стало нормализовываться. В настоящее время ФИО2 постоянно вспоминает бабушку самыми добрыми словами (л.д. 110оборот-111).

Свидетель ФИО28. (школьная учительница ФИО2) в судебном заседании 29.11.2023г. суду показала, что знала бабушку своего ученика, которая часто приходила в школу, она жила недалеко от школы, Степан ходил к ней домой. Степан на школьных мероприятиях играл на гитаре, поясняя, что его вдохновляет бабушка. Сейчас на гитаре не играет, выступать отказывается, поясняя, что ему не для кого играть. Когда бабушка заболела, и её положили в больницу, мальчик очень переживал. Бабушка за неделю умерла – ФИО7 будто подменили, он замкнулся, появилась тревожность. Он постоянно говорит: «Я боюсь». Подсознательно страх проецируется на все сферы жизни ребенка. Степан был отличником, теперь успеваемость снизилась. Раньше уроки со Степаном готовила бабушка, мама забирала ребенка домой только вечером. Возможно, снижение успеваемости связано с тем, что ребенку некому помочь с выполнением заданий. Кроме того, Степан постоянно испытывает чувство тревожности и страха, на обычные замечания реагирует обостренно, спрашивает: «Я всё исправил? У меня всё хорошо?». Просит ни о чём не рассказывать матери. Боится, что с матерью может что-нибудь случиться. Перестал дружить с ребятами, больше общается со взрослыми. Свидетель полагает, что из-за повышенной тревожности, Степану необходима помощь психолога (л.д. 111). 

Из пояснений самого ФИО2 и ФИО1 следует, что смерть бабушки стала триггером, запустившим у ФИО7 механизм беспрерывных переживаний и страха смерти, что повлияло на его состояние здоровья (нарушен сон) и повлекло за собой обострение хронического заболевания сердца. Из-за потери бабушки ребенок не может вести привычный образ жизни: некому помочь ему в выполнении домашних заданий, он перестал играть на гитаре, не посещает музыкальную школу из-за отсутствия стимула, так как именно бабушка поддерживала его интерес к музыке и создавала условия для дополнительного образования (обе школы – и общеобразовательная, и музыкальная расположены возле дома, где жила бабушка, тогда как семья Тимаковых проживает в районе машзавода). 

Из пояснений ФИО3 следует, что он не может смириться с потерей бабушки, ему не дает покоя чувство несправедливости, почему именно его бабушке не была оказана отвечающая установленным требованиям медицинская помощь. Он винит врачей в смерти бабушки, полагая, что летального исхода можно было избежать при правильной организации лечебного процесса.

Поскольку факт причинения вреда психологическому здоровью ФИО2 и ФИО3, причинение им физических и нравственных страданий именно в результате оказания некачественной медицинской помощи ФИО4 и последующих событий, связанных с её смертью, установлен в ходе судебного разбирательства, суд считает требования истцов о взыскании компенсации морального вреда обоснованными.

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 Постановления № 33).

Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет (п. 28 Постановления № 33).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту (п.30 Постановления № 33).

Из пояснений ФИО2, ФИО1, ФИО3 и материалов дела следует, что неправильная оценка сотрудниками ответчика состояния здоровья ФИО4 повлекла ненадлежащее и несвоевременное лечение, некачественное оказание услуг, что привело к ухудшению её состояния здоровья и последующей смерти, что причинило ФИО2 и ФИО3 физические и нравственные страдания, следовательно, на ответчика должна быть возложена обязанность по компенсации им морального вреда.

Суд, исходя из установленных по настоящему делу обстоятельств и представленных доказательств, применительно к вышеприведенным нормам действующего законодательства, регулирующим спорные правоотношения, приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ГБУЗ «ГБ г. Златоуст» обязанности по компенсации ФИО3 и ФИО2 морального вреда, связанного с ненадлежащим оказанием медицинской помощи ФИО4, послужившим косвенной причиной её смерти.

Как разъяснено в п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Таким образом, размер компенсации морального вреда определяется по правилам ст. 1101 ГК с учетом разъяснений п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина", п. п. 2, 8, 22 и 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда": в зависимости от характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, которые оцениваются с учетом установленных фактических обстоятельств оказания родственнику истца медицинской помощи и причины его смерти, поведения ответчика, формы и степени его вины, индивидуальных особенностей истцов, а также юридически значимых обстоятельств, с учетом требований разумности и справедливости.

На основании изложенного, суд усматривает основания для частичного удовлетворения требований истцов к ГБУЗ «ГБ г. Златоуст» о компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда суд, оценив представленные в материалы дела сторонами доказательства по правилам статьи 67 ГПК, руководствуясь вышеприведенными нормами действующего законодательства, принимает во внимание фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных истцам физических и нравственных страданий, а также их индивидуальные особенности.

Так, суд учитывает индивидуальные особенности ФИО2: малолетний возраст, перенесенные физические страдания в виде нарушения сна и обострения болезни сердца, психологический дискомфорт в виде страха смерти, нехарактерного для ребенка его возраста, повышенную тревожность, невозможность сохранить привычные образ жизни и занятия.

Суд учитывает степень претерпеваемых ФИО3 душевных страданий в виде осознания наличия дефектов медицинской помощи ФИО4; переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести состояния ФИО4, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за её страданиями и осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Судом принимается во внимание степень вины ответчика ГБУЗ «ГБ г.Златоуст», сотрудниками которого допущены дефекты при оказании медицинской помощи ФИО4; обязанность ответчика в силу закона организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи, обеспечивать организацию охраны здоровья граждан: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи, доступность и качество медицинской помощи, недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Суд также учитывает позицию ответчика при рассмотрении настоящего дела.

Так, сведений о выплате истцам компенсации морального вреда со стороны ответчика суду не представлено. У суда не имеется сведений о том, что ответчик и/или третьи лица ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 принесли истцам свои извинения, соболезнование в официальной и/или неофициальной форме, предложили ФИО2 и/или ФИО3 психологическую помощь, учитывая реальную возможность у ответчика оказания такой помощи в поликлинике по месту жительства малолетнего ФИО2, или каким-либо другим способом загладили причиненный вред, в том числе в ходе рассмотрения настоящего дела, начиная с 09.10.2023г. 

Вместе с тем, оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд находит сумму компенсации в размере 1 000 000 руб. каждому внуку завышенной и несоотносимой с характером и объемом причиненных им страданий.

Руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд полагает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу каждого истца в размере 600 000 руб.

Указанную сумму суд находит достаточной и в наибольшей степени отвечающей принципам разумности, соразмерности и справедливости взыскания, не нарушающей баланс интересов сторон, способствующей восстановлению нарушенных прав истцов, с учетом их индивидуальных особенностей, отвечающей признакам справедливого вознаграждения внуков ФИО4 за перенесенные страдания.

Анализируя возражения ответчика, связанные со сложным финансовым положением ГБУЗ «ГБ г. Златоуст», суд приходит к следующему. 

В силу статьи 56 ГК юридическое лицо отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом.

Особенности ответственности казенного предприятия и учреждения по своим обязательствам определяются правилами абзаца третьего пункта 6 статьи 113, пункта 3 статьи 123.21, пунктов 3 - 6 статьи 123.22 и пункта 2 статьи 123.23 указанного Кодекса.

Учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.

Пунктом 5 статьи 123.22 ГК предусмотрено, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при разрешении споров о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, в которых субъектом ответственности выступают частные, государственные или муниципальные учреждения, судам исходя из абзаца первого пункта 2 статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации следует учитывать, что учреждение может быть создано гражданином или юридическим лицом (частное учреждение) либо соответственно Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации, муниципальным образованием (государственное или муниципальное учреждение). В соответствии с абзацем четвертым пункта 2 статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации частное или бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При недостаточности указанных денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам такого учреждения несет собственник его имущества.

Учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 40 ГПК.

Согласно выписке из Устава ГБУЗ «ГБ г. Златоуст» (л.д. 211-212), собственником имущества учреждения является Челябинская область. От имени Челябинской области права собственника имущества осуществляет Правительство Челябинской области, которое наделяет орган исполнительной власти Челябинской области по управлению государственным имуществом правами по владению, пользованию и распоряжению от имени Челябинской области движимым и недвижимым имуществом, находящимся в государственной собственности Челябинской области. Уполномоченным органом по управлению имуществом, находящимся в государственной собственности Челябинской области, является Министерство имущества и природных ресурсов Челябинской области (п. 1.3 Устава). 

Учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, как закрепленным за учреждением собственником имущества, так и приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности. По обязательствам ГБУЗ «ГБ г. Златоуст», связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, субсидиарную ответственность несет собственник имущества (п. 1.5 Устава). 

С учетом вышеприведенных положений статьи 56, пункта 5 статьи 123.22 ГК, разъяснений, изложенным в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", суд считает, что при недостаточности имущества ГБУЗ «ГБ г. Златоуст», на которое может быть обращено взыскание, взыскание следует производить в порядке субсидиарной ответственности с Челябинской области в лице Министерства имущества и природных ресурсов Челябинской области.

В соответствии с частью 1 статьи 103 ГПК, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Согласно абзацу 2 подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера государственная пошлина уплачивается физическими лицами в размере 300 рублей.

Таким образом, с ГБУЗ "ГБ г. Златоуст" в доход бюджета Златоустовского городского округа подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 12, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации №), действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница г. Златоуст» (ОГРН №) в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница г. Златоуст» в пользу ФИО3 (паспорт гражданина Российской Федерации №) компенсацию морального вреда в размере 600000 рублей.

В случае недостаточности имущества Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница г. Златоуст», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по обязательствам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница г. Златоуст» перед ФИО2 и ФИО3, возникшим на основании настоящего решения, возложить на Министерство имущества и природных ресурсов Челябинской области.

В удовлетворении исковых требований о взыскании в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей ФИО1 отказать.

В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей ФИО3 отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница г. Златоуст» в доход бюджета Златоустовского городского округа государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через суд, вынесший решение.

Председательствующий А.Е. Максимов

Мотивированное решение изготовлено 19.02.2024г.