Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

29июня 2017 года Томский районный суд Томской области в составе:

председательствующего - судьи Томского районного суда Камыниной С.В.,

при секретаре Поникаровской Н.В.,

с участием

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ПАО Сбербанк ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Томске гражданское дело №2-590/2017 по иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» и публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании недействительнымдоговора уступки прав (требований) в части,

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» (далее по тексту ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ») и публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (далее по тексту ПАО Сбербанк) о признании недействительным договора уступки прав (требований) № от (дата), заключенного между ПАО Сбербанк и ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» в части передачи прав по кредитному договору № от(дата), заключенному между ОАО «Сбербанк России» и ФИО3, признании недействительным договора уступки прав (требований) № от (дата), заключенного между ПАО Сбербанки ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» в части передачи прав по кредитному договору № от (дата), заключенному между ОАО «Сбербанк России» и ФИО3, применении последствий недействительности сделки путем восстановления прав кредитора ПАО Сбербанк, переданных им ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» по договор уступки прав (требований) № от (дата), в части передачи прав по кредитному договору № от (дата), заключенному между ОАО «Сбербанк России» и ФИО3, а также в части передачи прав по кредитному договору № от (дата), заключенному между ОАО «Сбербанк России» и ФИО3.

В обоснование заявленных требований указал, что ООО«ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» подало в Томский районный суд Томской области заявления о процессуальном правопреемстве в гражданских делах по искам ОАО «Сбербанк России» к ФИО3 о взыскании задолженности покредитному договору № и кредитному договору №. Между ПАО Сбербанк и ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» (дата) был заключен Договоруступки прав (требований) №, в соответствии с которым первоначальный кредитор передал ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ»права требования по кредитным договорам № и №. Со ссылкой на положения ст.9 Закона РФ от 26.01.1996 N 15-ФЗ "О введении в действие части второйГражданского кодекса Российской Федерации", Законом РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей", п.п.1,2 ст.382, ст.384 ГК РФ полагал, чтодоговор уступки прав (требований) № от (дата) в части передачи прав требований по кредитномудоговору № от (дата) и кредитному договору № от (дата) является недействительным.В соответствии с актом приема-передачи прав (требований) от (дата) к договору уступки прав требований ПАО Сбербанк передал ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯСИБИРЬ» право требование по кредитному договору № от (дата), заключенному между ОАО «Сбербанк России» и ФИО3, в размере 437867,79 рублей. В то же время, ранее, (дата) решением Томского районного суда Томской области по делу №2-158/2016 установлено, что задолженность потребителя перед банком составляет в общей сумме 433221,77 рублей, что ниже суммы переданной задолженности. Таким образом, существенное условие - объем и условия права требования в договоре уступки прав (требований) № от (дата) было определено сторонами неверно, в связи с чем, уступка права требования по кредитному договору привела к нарушению прав и законных интересов ФИО3 В заключенном кредитном договоре № от (дата) прямо не оговорено согласие заемщика на уступку прав требования по кредитному договору лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности. В связи с тем фактом, что потребитель, являясь экономически слабой стороной вправоотношении и не обладающий специальными познаниями, заключил договор с ПАО Сбербанк именно как с кредитной организацией и личность кредитора для него имела существенное значение, условие, указанное в п.13 кредитного договора № от (дата) он понимал однозначно, как условие о том, что банк имеет право переуступить право требование по кредитному договору любым иным лицам, имеющим лицензию на право осуществления банковской деятельности (другим банкам). Согласия на уступку прав требования по кредитному договору лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, ФИО3 не давал. Непредоставление ФИО3 в нарушение п.1 ст.10 Закона РФ от 0.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей"в кредитном договоре информации о том, что банк под п.13 кредитного договора подразумевает возможность уступки прав требования по кредитному договору лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, ущемляет его права как потребителя.В соответствии с п.1 ст.16 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей» условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.ООО«ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» незарегистрирована в качестве кредитной организации и не имеет лицензию на осуществление банковской деятельности. В свою очередь в кредитном договоре № от (дата) условие договора, указанное в п.4.2.4, является ничтожным, так как сформулировано с нарушением требований п.1 ст.16 Закона "О защите прав потребителей» и его формулировка ущемляет права потребителя, так как фактически потребитель при заключении договора был лишен права выбора давать своё согласие на переуступку прав по кредитному договору третьим лицам, не имеющим банковской лицензии.Указал, что согласно позиции, представленной в Письме Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, гражданин, имея договорныеотношения по кредитному договору с банком как субъектом, наделенным в установленном государством порядке соответствующим специальным правом (подтверждается лицензией, выдаваемой Банком России) и априори несущим законные обязанности перед потребителями (в любом обязательственном правоотношении потребитель всегда является не только "специальным" должником, но и "общим" кредитором в контексте положений п.2 ст.308 ГК РФ), при реализации условия договора об уступке права требования общего характера может оказаться в отношениях с одним из "коллекторских агентств", работа которых не урегулирована законодательно, или иного неизвестного потребителю лица, в том числе лица, изначально не осуществляющего деятельность на потребительском рынке и в этой связи не обязанного соблюдать правила, установленные законодательством о защите прав потребителей. При возникновении таких обстоятельств гражданин-потребитель оказывается лишенным законных преференций, предусмотренных Законом "О защите прав потребителей". Кроме того, как особо отмечает Роспотребнадзор, в этой связи также необходимо иметь в виду, что в силу взаимосвязанных положений п.1 ст.1 и п.5 ст.4 Закона "О защите прав потребителей", корреспондирующихся с нормами, установленными п.1 ст.857 ГК РФ и ст.26 Федерального закона "О банках и банковской деятельности", особенно с учетом общих запретов, предусмотренных п.4 ст.421 и п.1 ст.422 ГК РФ, стороны кредитного договора не вправе включать в договор условие, "разрешающее" нарушение банковской тайны. Требование лицензирования, а равно наличие банка (кредитной организации) на стороне кредитора в кредитном договоре распространяется как на сам кредитный договор, так и на все действия, выступающие объектами обязательств по предоставлению кредита и его возврату. Следовательно, уступка права требования субъектам небанковской сферы противоречит специальному банковскому законодательству, требующему лицензировать банковские операции. Согласно позиции, указанной в Письме Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, подобное условие противоречит п.1 ст.388 ГК РФ, согласно которому уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Таким образом, в кредитном договоре № от (дата), заключенном между ПАО Сбербанк и ФИО3 отсутствует условие, позволяющее передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, а в кредитном договоре № от (дата) условие договора, указанное в п.4.2.4, является ничтожным. Законом о защите прав потребителей также не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности. В договоре уступки прав (требований) № от (дата) объем переуступаемых ПАО Сбербанк прав превышает размер имеющихся прав у данной кредитной организации по кредитному договору № от (дата), установленный решением Томского районного суда Томской области от 11.02.2016 по делу №2-158/2016, данная сделка не соответствует требованиям ст.384 ГК РФ, является недействительной.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующий по доверенности от (дата), поддержал заявленные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, а также по доводам, изложенным ранее в судебном заседании представителем ФИО4, действующий по доверенности от (дата), который дополнительно пояснил, что поскольку ответчиками не представлен оригинал либо надлежащим образом заверенная копия документа об уступке прав требований, имеются основания полагать, что оспариваемый договор между ответчиками об уступке прав требований отсутствует. Также в связи с отсутствием реестра передаваемых прав, указанного в тексте договора, является затруднительным определение объема переданных прав, из представленных ответчиками документов этого не следует.

Ответчик ООО «ТРАСТ-ЗАПРАДНАЯ СИБИРЬ» о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, своего представителя в суд не направил. Представлен письменный отзыв, в котором просил о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя, а также возражал против удовлетворения заявленных требований по следующим основаниям. В соответствии с пунктом 51 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 17 от 28.06.2012 «О рассмотрении судами гражданских дел по защите прав потребителей» разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.Пункт 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ относится исключительно к тем кредитным договорам, которые не расторгнуты и продолжали действовать на момент заключения договора уступки права требования.Только в таких случаях на банк или иную кредитную организацию кредитным договором возлагаются определенные обязанности, и только в таких случаях гражданина-заемщика можно считать потребителем финансовых услуг банка. Если же кредитный договор досрочно расторгнут банком или закончился срок, на который он был заключен, а сумма кредита не возвращена, должник не может считаться потребителем финансовых услуг, так как с этого момента у банка прекращаются какие-либо вытекающие из кредитного договора специальные обязанности, за исключением одной - принять исполнение по договору. Соответственно, с этого же момента у заемщика прекращаются права,корреспондирующие этим прекратившимся обязанностям, обеспечить соблюдение которых в состоянии только кредитная организация, обладающая специальной правоспособностью. Следовательно, должник с момента расторжения кредитного договора или окончания срока его действия не является потребителем каких-либо финансовых услуг и на него не распространяется действие Закона «О защите прав потребителей».В кредитном договоре п. 4.2.4 предусмотрено право Банка передать свои права кредитора по кредитному договору другому лицу.Из вышеизложенного условия кредитного договора прямо следует тот факт, что заемщик давалсвое согласие на переуступку прав требования по кредитным договорам другому лицу.Полагает, что формулировка «другому лицу», без установления каких-либо специальных требований к его статусу, в том числе предполагает возможность уступки права требования лицу,не имеющему лицензию на осуществление банковской деятельности,кроме того как следует из текста это условие именно согласовывалось при заключении договора, т.е. при согласовании условий кредитного договора можно было предусмотреть и отказ от подобной уступки. Со ссылкой на положения ст.ст.384, 386 ГК РФ отметил, что при уступке прав требования права заемщика не нарушаются, он имеетправо на защиту от необоснованных требований нового кредитора теми же способами, которыеимелись в его распоряжении в отношении прежнего кредитора.Обязанности прежнего кредитора (банка), принадлежащие ему по сделке на момент уступки требования были им реализованы, в результате чего они не могли быть объектом передачи новому кредитору (ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ»), последним приобретается только право вобязательстве по уплате определенной суммы, в котором и происходит перемена лиц.Вступление в обязательство в качестве кредитора с правом требования не означает приобретения новым кредитором всех прав и обязанностей в договоре, на котором основана уступка права требования.Таким образом, полагает, что обязательство по возврату денежных средств, в том числевзысканных по судебному решению не является обязательством, в котором личность кредитораимеет существенное значение для должника.Напротив, такое обязательство является денежнымобязательством, возникшим в связи с нарушением должником по этому обязательству.Таким образом, для погашения суммы задолженности по решению суда статус взыскателя неимеет существенное значение для должника. Замена взыскателя в данном случае не влечетнарушения прав должника и не снимает с него обязанности по исполнению решения суда.Утверждения истца о том, что организация, не имеющая статуса кредитной, не может принять на себя права и обязанности кредитной организации по отношению к должнику трактуется неверно. В соответствии с ФЗ «О банках и банковской деятельности»,Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.10.2007 № 120 требования лицензирования банковских операций распространяется только на действия попредоставлению кредита, не на действия по его возврату.Следовательно, для совершения уступки требования не требуется наличие статуса кредитной организации. Новый кредитор вступает в договор после исполнения первоначальным кредитором действий требующих лицензирования. Действия по истребованию суммы долга не требуютспециального разрешения.При этом Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 28.06.2012 г. № 17 прямо указывает на возможность уступки прав по кредитному договору лицу, не имеющему лицензии на осуществление банковской деятельности, при наличии согласия должника. Как было указано выше, такое согласие должник давал.Учитывая положения ст.ст.385, 857 ГК РФ,ФЗ «О банках и банковской деятельности», Положения Банка России от 31.08.1998 N54-П "О порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения)", Информационного письма Банка России от 29.08.2003 N4 требование о соблюдении банком банковской тайны к ссудным счетам, на которых отражается ссудная задолженность заемщика, не относится, поскольку Законом "О банках и банковской деятельности" банковскую тайну составляют только сведения о банковских счетах и банковских операциях.В числе переданных по договору уступки прав требования (цессии) документов, удостоверяющих права требования,документы, содержащие сведения о банковских счетах и банковских операциях ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» не передавались, что исключает нарушение банковской тайны. На основании изложенного, положения ст.168 ГК РФ в данном случае не применимо. Право требования передано на стадии исполнительного производства – правовые ограничения на передачу права требования, установленного ФЗ «О защите прав потребителей», ст.51 Постановления Пленума ВС РФ №17 2012 года, не распространяются на возникшие правоотношения.

Представитель ответчика ПАО Сбербанк ФИО2, действующая по доверенности № от (дата), в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, находя доводы истца необоснованными, по доводам, изложенным в письменном отзыве, аналогичном с отзывом ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ», дополнительно указав в устных пояснениях, что кредитный договор содержит согласие заемщика на передачу прав требований любому лицу, в этой части кредитный договор недействительным не признан, договор собственноручно подписан заемщиком, довод истца о том, что переуступка может быть произведена только другому банку, также является необоснованным, решения суда, с изложенными в них суммами, право требования, по которым были переуступлены, вступили в законную силу, не оспорены.

На основании ст.167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав пояснения представителя истца, представителя ответчика ПАО Сбербанк, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.п.1, 2 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно ст.168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.2).

В соответствии с п.п.1, 2 ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В силу п.п.1, 2 ст.382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.Если договором был предусмотрен запрет уступки, сделка по уступке может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанном запрете.

В соответствии с п.1 ст.384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В соответствии с ч.1 ст.12 Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами.При уступке прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) кредитор вправе передавать персональные данные заемщика и лиц, предоставивших обеспечение по договору потребительского кредита (займа), в соответствии с законодательством Российской Федерации о персональных данных (ч.2 ст.12).

Согласно п.п.13, 14 ч.9 ст.5 Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально и включают в себя следующие условия:возможность запрета уступки кредитором третьим лицам прав (требований) по договору потребительского кредита (займа); согласие заемщика с общими условиями договора потребительского кредита (займа) соответствующего вида.

Судом установлено, что (дата) между ОАО «Сбербанк России» (в настоящее время ПАО Сбербанк) и ФИО3 был заключен кредитный договор №, в соответствии с которым кредитор предоставил заемщику денежные средства в размере 528541,23 рублей под 25,5% годовых на срок 36 месяцев.

В п.4.2.4.данного договора указано, что кредитор имеет право полностью или частично переступить свои права по Договору другому (им) лицу (ам), имеющему (им) лицензию на право осуществления банковских операций (а также лицу (ам), не имеющему (им) такой лицензии) (текст в скобах не печатается при несогласии заемщика на передачу прав требования кредитора (полностью или частично) лицу (ам), не имеющему (им) лицензии на право осуществления банковской деятельности).

Также (дата) между ОАО «Сбербанк России» (в настоящее время ПАО Сбербанк) и ФИО3 был заключен кредитный договор № (индивидуальные условия кредитования), в соответствии с которым кредитор предоставил заемщику денежные средства в размере 401000 рублей под 22% годовых на срок 60 месяцев.

В соответствии с п.13 данного договора кредитор вправе полностью или частично уступить свои права по Договору любым третьим лицам.

Согласно ст.431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Из буквального толкования текстов указанных кредитных договоров следует, что с условиями кредитных договоров до их подписания ФИО3 ознакомлен, данные кредитные договоры подписаны ФИО3 лично, без принуждения, чем выразил свое согласие с их условиями, возражений относительно положений договора об уступке прав (требований) не заявил, в связи с чем, суд полагает установленным согласование при заключении договоров условия об уступке кредитором прав требования по договору любым лицам, в том числе не имеющим лицензии на осуществление банковской деятельности. Доказательств обратного в соответствии со ст.56 ГПК РФ истцом не представлено. Исходя из изложенного ссылку истца на то, что он является экономически слабой стороной в данных правоотношениях, не обладающей специальными познаниями, о том, что он не согласовывал при заключении договоров условия об уступке права требования любому лицу, суд находит несостоятельной. 

В связи с реорганизацией Открытого акционерного общества «Сбербанк России» было изменено его наименование на Публичное акционерное общество «Сбербанк России», что следует из Устава ПАО Сбербанк от 24.07.2015.

Между ПАО Сбербанк и ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» (дата) заключен договор уступки прав (требований) № в соответствии с п.1.1. которого ПАО Сбербанк передает ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» права (требования) по просроченным кредитам физических лиц в объеме и на условиях, существующих к моменту перехода прав (требований). Права (требования) принадлежат цеденту на основании, в том числе, кредитных договоров, судебных актов о взыскании просроченной задолженности с физических лиц. Перечень и размер передаваемых прав (требований) указывается в Реестре уступаемых прав (требований), сформированном на (дата), и являющимся приложением к данному договору (п.1.2.).

Согласно акту приема-передачи прав (требований) от (дата) к ООО «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» в соответствии с условиями договора уступки прав (требований) № от (дата) перешли права (требования) в том числе по кредитному договору № от (дата) и по кредитному договору № от (дата), заключенным между ОАО «Сбербанк России» и ФИО3.

Указанные кредитные договоры каких-либо условий, исключающих или ограничивающих право Банка уступить права кредитора по заключенному с заемщиком договору иному лицу, не содержат. Действующее законодательство, в данном случае, не содержит предписания о возможности реализации прав кредитора по кредитному договору только кредитной организацией. Таким образом, при замене кредитора права заемщика не нарушены, поскольку уступка права требования не влияет на объем прав и обязанностей должника по кредитному договору. Для должника в данном случае не может иметь значение, в чей адрес необходимо перечислять денежные средства с целью прекращения своего обязательства по кредитному договору. Доказательств, обосновывающих довод истца о том, что личность кредитора имеет для него существенное значение, также не представлено. 

Таким образом, учитывая, что сторонами кредитного договора было согласовано условие кредитного договора о переуступке прав (требований) любым третьим лицам, в том числе, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, суд находит несостоятельной ссылку истца на положение п.51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", согласно которой Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Кроме того, согласно ч.1 ст.44 ГПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.

Уступка прав (требований) по договору № от (дата), произведена в рамках установленного решением суда правоотношении на стадии исполнительного производства, что подтверждается вступившими в законную силу решениями суда по гражданскому делу №2-158/2016 о взыскании с ФИО3 в пользу ПАО Сбербанк задолженности по кредитному договору № от (дата), и по гражданскому делу №2-343/2016 о взыскании с ФИО3 в пользу ПАО Сбербанк задолженности по кредитному договору № от (дата). Решения суда в апелляционном порядке не обжалованы, вступили в законную силу, что следует из выданных на основании указанных решений суда исполнительных листов.

В данном случае размер переданных прав по договору № от (дата), который отличается от фактического размера задолженности, взысканного судебным решением, не является основанием для признания Договора уступки прав (требования) недействительным, поскольку вопрос о размере переданных прав подлежит разрешения при рассмотрении требований о процессуальном правопреемстве в соответствии со ст.44 ГПК РФ.

Кроме того, суд полагает заслуживающим внимание довод представителя ответчика ПАО Сбербанк ФИО1 о соответствии размера уступленных прав требования тем суммам, которые были взысканы решением суда, так как решениями суда были взысканы суммы по кредитному договору № от (дата) в размере 414128,92 рублей, что соответствует указанной в договоре цессии сумме, по кредитному договору № от (дата) в размере 433221,77 рублей, при этом было принято решение о расторжении кредитного договора №. Довод представителя истца о расторжении договора № от (дата) (дата), а именно по вступлению решения Томского районного суда от (дата) в законную силу, истцом не опровергнут. Согласно выписке по счету расчет процентов ПАО Сбербанк был осуществлен до (дата), в связи с чем размер задолженности по состоянию на момент расторжения договора – (дата) - составил 437867,79 рублей, соответствует сумме, указанной в договоре цессии, что не опровергнуто ответчиком. 

Таким образом, переуступка права (требования) по договору № от (дата) не нарушает закон и прав истца.

На основании изложенного, суд не усматривает оснований для признания данного договора в части передачи прав по кредитным договорам, заключенным с ФИО3, недействительной сделкой.

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

В удовлетворении иска ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ» и Публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании недействительным договора уступки прав (требований) № от (дата), заключенного между Публичным акционерным обществом «Сбербанк России» и Обществом с ограниченной ответственностью «ТРАСТ-ЗАПАДНАЯ СИБИРЬ», в части передачи прав по кредитным договорам № от (дата) и № от (дата), заключенным между Открытым акционерным обществом «Сбербанк России» и ФИО3, отказать.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Томский районный суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий -

судья Томского районного суда Камынина С.В.