УИД № 61RS0017-01-2020-002553-69

дело № 2-1150/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Зверево Ростовской области 9 ноября 2020 г. 

Красносулинский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Полтавцева И.А., 

при секретаре Коденцевой И.В., 

с участием истца ФИО1,

представителя истца – ФИО2, 

прокурора Мисирханова Р.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Донской антрацит» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Донской антрацит» о взыскании компенсации морального вреда, указав в обоснование иска, что в период работы у ответчика он получил травму в результате несчастного случая на производстве 22.10.2019: закрытую 

<

данные изъяты>. В связи с этим, истец утратил профессиональную трудоспособность в размере 

<

данные изъяты> %, что впервые установлено заключением МСЭ от 19.03.2020. Истец ссылается на то, что, вследствие несчастного случая на производстве и полученной травмы, он испытывает физические и нравственные страдания. На основании изложенного, истец просил суд взыскать с ответчика единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда, исчисленную в соответствии с Коллективным договором по вопросам труда и социальных гарантий, в размере 720595,56 рублей, а также судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя в размере 30000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал свои исковые требования в полном объеме и пояснил, что вследствие полученной травмы в результате несчастного случая на производстве его 

<

данные изъяты> Испытывает нравственные страдания, так как вынужден значительную часть времени и денежных средств тратить на лечение и реабилитацию, ухудшилось материальное положение семьи, потерял способность выполнять тяжелую работу, признан инвалидом. 

Представитель истца – ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании доводы своего доверителя поддержал в полном объеме и просил суд удовлетворить исковые требования.

Представитель ответчика АО «Донской антрацит» в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещался своевременно и надлежащим способом, причин своей неявки суду не представил, с ходатайством об отложении слушания дела не обращался. В своих возражениях на иск с заявленными требованиями не согласился, просил при определении суммы компенсации учесть степень вины, снизить размер компенсации и размер взыскиваемых судебных расходов по оплате услуг представителя.

Дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ). 

Заслушав участников судебного разбирательства и заключение прокурора, полагавшего законными исковые требования ФИО1, исследовав имеющиеся в деле доказательства, и оценив их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, учитывая относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности; суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ), предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей. Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 ТК РФ).

В силу ст.ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми. Согласно ст. 151 ГК РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда. В силу требований ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть. Факт повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условия условий труда возлагается на работодателя.

В силу ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ч. 2 ст. 5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из следующего.

Пунктом 9.3 «Коллективного договора по вопросам труда и социальных гарантий на 2015-2017 годы», заключенного между АО «Донской антрацит» и Гуковской территориальной организацией Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности, действие которого дополнительным соглашением от 30.10.2017 продлено до 31.12.2020, в редакции дополнительного соглашения от 25.04.2018 (далее – Коллективный договор), предусмотрено, что в случае установления впервые Работнику, занятому в Обществе и уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20 % среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации).

В случае установления вины Работника размер единовременной компенсации, выплачиваемой Работодателем, уменьшается пропорционально степени вины работника. Степень вины Работника устанавливается комиссией, проводившей расследование несчастного случая на производстве, и указывается в акте о несчастном случае на производстве. 

Из содержания приведенных норм следует, что работодатель по соглашению с полномочными представителями работников угольного предприятия определил конкретный размер компенсации морального вреда для случаев, когда работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания.

При этом в силу п. 9.3 Коллективного договора установленная данными нормами выплата по своей сути является именно компенсацией морального вреда, рассчитываемой с учетом процента утраты работником профессиональной трудоспособности.

В данном случае работодатель и полномочные представители работников предприятия пришли к соглашению о размере компенсации морального вреда и закрепили его в Коллективном договоре, что не противоречит закону.

В силу ст. 237 ТК РФ при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

С учетом изложенного, суд при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного работнику вправе как согласиться с размером компенсации, исчисленной в порядке, определяемом сторонами трудовых отношений, так и прийти к выводу об определении размера компенсации, отличной от условий, предусмотренных в коллективном (трудовом) договоре.

В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работника, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

Как следует из материалов дела, стороны состояли в трудовых отношениях, истец работал поземным горнорабочим в АО «Донской антрацит» с 04.04.2017 по 26.03.2020.

<

данные изъяты>

В судебном заседании также установлено, что ФИО1 причинен вред здоровью вследствие производственной травмы, о чем свидетельствуют: справка серии МСЭ-2011 № от 19.03.2020, акт № 6 от 22.10.2019 о несчастном случае на производстве, приказ филиала № 26 ГУ - РРО ФСС РФ № от 14.05.2020 о назначении единовременной страховой выплаты в связи с несчастным случаем на производстве, медицинские документы.

Истец утратил 

<

данные изъяты> % профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве, произошедшего в период работы в АО «Донской антрацит».

Вместе с тем, согласно акту № 6 от 22.10.2019 о несчастном случае на производстве, степень вины ФИО1 в произошедшем комиссией, проводившей расследование несчастного случая на производстве, установлена в размере 5 %, что не оспаривается и учитывается самим истцом в заявленных исковых требованиях. Вина предприятия – 95 %.

Принимая во внимание наличие между работодателем и работником спора о размере компенсации морального вреда, с учетом положений ст. 237 ТК РФ, суд приходит к выводу о законности требований настоящего иска.

Разрешая спор по существу, суд исходит из указанных обстоятельств, руководствуясь названными нормами права, и приходит к выводу о том, что в данном случае на работодателе лежит обязанность денежной компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие причинения вреда его здоровью в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Из материалов дела усматривается, что выплаты в счет компенсации морального вреда работодателем истцу не производились. Филиалом № 26 ГУ - РРО ФСС РФ истцу выплачена единовременная страховая выплата в размере 62116,60 рублей.

Согласно справке-расчету ответчика среднемесячный заработок истца составил 68386,52 рублей. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд исходит из следующего расчета: 68386,52 рублей (средний заработок истца на момент установления утраты профессиональной трудоспособности) х 20% х 

<

данные изъяты> (процент утраты профессиональной трудоспособности) – 62116,60 рублей (размер страховой выплаты ГУ - РРО ФСС РФ) – 5 % (степень вины истца) = 720595,56 рублей. 

С учетом характера причиненного вреда, индивидуальных особенностей истца, обстоятельств получения производственной травмы, суд приходит к выводу, что данный размер компенсации морального вреда, определенный судом, соответствует требованиям разумности и справедливости.

Истец был принят в АО «Донской антрацит» с такой степенью здоровья, которая позволяла ему исполнять трудовые обязанности, признавался годным в своей профессии, и именно во время работы у ответчика произошел несчастный случай на производстве, который привел к утрате трудоспособности истца как основного показателя вреда здоровью и одного из основных показателей причинения ему морального вреда. 

Из материалов дела следует, что работодатель не обеспечил безопасность условий труда истца на рабочем месте, где сама деятельность представляет повышенную опасность, не создал необходимых условий для возможности соблюдения истцом личной безопасности при выполнении трудовых обязанностей, чтобы минимизировать вероятность несчастного случая на производстве.

По изложенным мотивам доводы ответчика суд признает несостоятельными и отвергает, поскольку они основаны на неправильном толковании норм материального права и ничем объективно не подтверждены. 

Анализ исследованных в судебном заседании доказательств позволяет суду сделать вывод о том, что истцовой стороной представлены доказательства, подтверждающие ее доводы, соответствующие требованиям ст. 55 ГПК РФ. Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В соответствии с ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Относительно возмещения расходов на оплату услуг представителя следует отметить, что в соответствии со ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Истцом представлена квитанция об оплате услуг представителя на сумму 30000 рублей. Суд считает необходимым ограничить взыскиваемую в возмещение расходов на оплату услуг представителя сумму, считая ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств дела и в целях обеспечения необходимого баланса интересов сторон, критериев разумности и справедливости, принимая во внимание возражения ответчика, до 20000 рублей, что, по мнению суда, соответствует разумным пределам и фактическим трудозатратам представителя, а также разъяснениям, изложенным в пунктах 11, 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела". Судом учитывается объем заявленных требований, сложность дела, реальный объем и характер оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела в суде.

Поскольку истец подлежит освобождению от уплаты государственной пошлины по данному исковому заявлению в соответствии со ст. 333.36 Налогового Кодекса Российской Федерации, в силу ст.ст. 98, 103 ГПК РФ с ответчика надлежит взыскать в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей, исчисленную по заявленным требованиям неимущественного характера. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с АО «Донской антрацит» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 720595 (семьсот двадцать тысяч пятьсот девяносто пять) рублей 56 копеек, а также судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя в размере 20000 (двадцать тысяч) рублей 00 копеек. 

Взыскать с АО «Донской антрацит» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 (триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Ростовского областного суда через постоянное судебное присутствие в г. Зверево Красносулинского районного суда Ростовской области путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, то есть с 10.11.2020. 

Председательствующий судья: