Мотивированное 

апелляционное определение

 изготовлено 12.02.2026

УИД № 66RS0006-01-2024-006426-30

дело № 33-1534/2026 (№ 33-17886/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 30.01.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего

ФИО1,

судей

ФИО2,

ФИО3,

при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Куренко С.А., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-551/2025 по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО6 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, взыскании судебных издержек,

по апелляционным жалобам ответчиков на решение Орджоникидзевского районного суда города Екатеринбурга от 10.09.2025.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения истца ФИО4, представителя истца – ФИО7, представителя ответчиков – ФИО8, судебная коллегия

установила:

ФИО4 обратился в суд с указанным иском, в обоснование которого указал, что 02.05.2024 в 

<

адрес>, по вине водителя «КИА», госномер 

<

№> ФИО5 был поврежден принадлежащий на праве собственности истцу автомобиль «Фольксваген», госномер 

<

№>.

Ответственность владельца «КИА» в установленном законом порядке не застрахована. Стоимость восстановительного ремонта составила 1380600 руб., рыночная стоимость автомобиля на дату ДТП – 1244500 руб., стоимость годных остатков – 334500 руб. Понесены расходы на оплату экспертных услуг 20000 руб., на эвакуацию автомобиля – 13390 руб., на дефектовку – 5700 руб., телеграфные расходы – 621 руб. 38 коп., на уплату государственной пошлины – 23994 руб. 23 коп.

Определением суда от 09.01.2025 к участию в деле в качестве ответчика привлечена ФИО6 – собственник автомобиля «КИА», гос. № 

<

№>.

С учетом уточнений (после проведения по делу судебной экспертизы) просил установить степень вины ответчиков в причинении имущественного вреда, взыскать с ответчиков: 1 060 200 руб. материальный ущерб, 20000 руб. расходы по оплате экспертных услуг, 25999 руб. 11 коп. по оплате государственной пошлины, 13390 руб. по оплате услуг автоэвакуатора, 5700 руб. оплаты дефектовки, 621 руб. 38 коп. оплаты услуг телеграфа, почтовые расходы, распределив суммы пропорционально вине каждого ответчика.

Решением Орджоникидзевского районного суда города Екатеринбурга от 10.09.2025 исковые требования удовлетворены. В пользу истца взысканы с ответчика: ФИО5 материальный ущерб 742140 руб., расходы на оценку ущерба – 14000 руб., на эвакуацию транспортного средства – 9373 руб., на уплату государственной пошлины – 18199 руб. 38 коп., на дефектовку – 3990 руб., телеграфные расходы – 434 руб. 97 коп., почтовые – 715 руб. 20 коп.; ФИО6 материальный ущерб 318060 руб., расходы на оценку ущерба – 6000 руб., на эвакуацию транспортного средства – 4 017 руб., на уплату государственной пошлины – 7799 руб. 73 коп., на дефектовку – 1 710 руб., телеграфные расходы – 186 руб. 41 коп., почтовые – 306 руб. 52 коп.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО6 просит решение суда в части удовлетворенных к ней требований отменить, в иске к ФИО6 – отказать. Настаивает на том, что иск удовлетворен к ненадлежащему ответчику. Законным владельцем автомобиля «КИА» является ФИО5

В апелляционной жалобе ответчик ФИО5 просит решение суда в части удовлетворенных к нему требований отменить, в иске отказать. В обоснование доводов жалобы выражает несогласие с выводом суда по установлению вины водителя «КИА» ФИО5 Ссылаясь на приобщенную к материалам дела рецензию, выполненную специалистом ФИО9 от 20.08.2025 № 94/25, настаивает на виновности в состоявшемся ДТП истца. Так исследованием установлено, что столкновение транспортных средств было перекрестное, поперечное, косое под острым углом, приближающимся к углу в 90°. Исходя из направления деформаций, наличия динамических следов сдвига и конечного положения автомобилей, оба транспортных средства в момент первичного контактного взаимодействия находились в движении, причем автомобиль «КИА» с заблокированными передними, а автомобиль «Фольксваген» с незаблокированными колесами. При этом следы скольжения заблокированных передних колес автомобиля «КИА» начинаются до стоп-линии 1.12 (знака 6.16 «СТОП»). Водитель «КИА» при появлении опасности для движения, в соответствии с требованиями п. 10.1 ПДД, применил экстренное торможение до пересечения стоп-линии на регулируемом перекрестке при включении желтого сигнала светофора и не смог остановиться в месте определяемым п. 6.13 ПДД. Несмотря на однозначное толкование ситуации ДТП в пользу истца в результатах судебной экспертизы, специалист ФИО9 в заключении указывает, что сигнал светофора для ответчика был разрешающим, а также ответчик при проезде перекрёстка применил экстренное торможение для избежания ДТП. Перекрёсток в месте ДТП оборудован автоматическими камерами фотофиксации и, если бы камера зафиксировала нарушение ДТП со стороны ответчика, то собственнику автомобиля «КИА» был бы автоматически выписан штраф за нарушение ПДД, чего в данной ситуации не было.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчиков поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, настаивая на виновности в состоявшемся ДТП истца. На разъяснение судом права заявить ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы, таковым правом не воспользовался указав на достаточность доказательств по делу. Истец, его представитель возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, настаивая на законности и обоснованности решения суда первой инстанции.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчики, представитель третьего лица АО «АльфаСтрахование» не явились, о дате, времени и месте слушания дела извещены судом апелляционной инстанции заблаговременно. Кроме того, в соответствии с положениями ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы была размещена на интернет-сайте Свердловского областного суда www.ekboblsud.ru 24.12.2025. С учетом приведенных обстоятельств, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при указанной явке.

Проверив законность и обоснованность решения в соответствии со ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее по тексту – Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены данным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В соответствии с положениями п. 4 ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что её страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В силу п. 6 ст. 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

На основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб). В рассматриваемом споре ущерб подлежит возмещению в полном объеме без учета процента износа транспортного средства.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 02.05.2024 в 17:45 по адресу: 

<

...>, произошло ДТП с участием автомобилей: «Фольксваген», госномер Х703АР/96, под управлением собственника истца; «КИА», госномер С684ХА/196, принадлежащего ФИО6, под управлением ФИО5

02.05.2024 постановлением инспектора ДПС по делу об административном правонарушении № 18810066230004598087 водитель ФИО4 привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 1212 КоАП РФ, за нарушение п. 13.4 ПДД. Решением и.о. командира полка ДПС ГИЮДД УМВД России по г. Екатеринбургу от 22.05.2024 постановление инспектора ДПС от 02.05.2024 № 18810066230004598087 отменено с возвращением должностному лицу на новое рассмотрение.

02.07.2024 постановлением инспектора ДПС прекращено производство по делу об административном правонарушении в связи с истечением срока привлечения к административной ответственности.

Поскольку участниками ДТП оспаривалась дорожная ситуация, а также размер ущерба определением суда от 12.02.2025 по ходатайству ответчика по делу была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ФИО10

Согласно выводам судебной экспертизы от 16.07.2025 № 12907, выполненной экспертом ФИО10 восстановлен механизм ДТП в трех стадиях: 1) сближения - водитель автомобиля «Фольксваген», выехал на разрешающий сигнал светофора на перекресток улиц Старых Большевиков-Краснофлотцев по проезжей части ул. Старых Большевиков, со стороны ул. Баумана, с левым поворотом, на проезжую часть ул. Краснофлотцев и остановился перед левой полосой встречного движения, пропуская поток встречного транспорта. После того, как загорелся запрещающий (желтый) сигнал светофора по ул. Старых Большевиков и встречные транспортные средства покинули перекресток, водитель автомобиля «Фольксваген», продолжил движение, чтобы закончить проезд перекрестка, к перекрестку приближается со встречного направления по правой полосе движения автомобиль «КИА»; 2) взаимодействия - водитель автомобиля «Фольксваген» завершал проезд перекрестка, пересекая полосы встречного направления движения, водитель автомобиля «КИА», выехал на перекресток на запрещающий (желтый) сигнал светофора, в связи с чем произошло столкновение транспортных средств; 3) отбрасывания (движение после столкновения) - автомобиль «Фольксваген» отбрасывает влево по ходу его движения со смещением против часовой стрелки и останавливается, автомобиль «КИА», проезжает вперед по ходу своего движения со смещением по часовой стрелке и останавливается.

В указанной дорожной обстановке водитель автомобиля «КИА» ФИО5, должен был руководствоваться п.п. 1.3, 6.2, 10.1, 10.2 ПДД действия указанного водителя с технической точки зрения находятся в причинно-следственной связи с возникшим ДТП 02.05.2024, так как не соответствовали требованиям п.п. 1.3, 6.2 ПДД. У водителя автомобиля «КИА», с учетом скорости его движения, имелась техническая возможность избежать столкновения.

Водитель автомобиля «Фольксваген» ФИО4, в рассматриваемой дорожной ситуации, должен был руководствоваться п.п. 1.3, 6.2, 13.4 ПДД, его действия с технической точки зрения не находятся в причинно-следственной связи с возникшим ДТП 02.05.2024, так как соответствовали требованиям ПДД.

Среднерыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Фольксваген» на дату исследования и с учетом округления составляет 1582500 руб. Рыночная стоимость автомобиля «Фольксваген» на дату проведения исследования, с учетом округления составляет 1326600 руб., стоимость годных остатков составляет 266400 руб.

Стороной ответчика в материалы дела представлено заключение специалиста ООО Негосударственная судебная экспертиза «УралНЭП» № 94/25 от 20.08.2025, согласно которому столкновение автомобилей было перекрестное, поперечное, косое под острым углом, приближающимся к углу 90о, если считать против часовой стрелки от продолжения продольной линии автомобиля «КИА» в направлении его движения до продолжения продольной линии автомобиля «Фольксваген» в направлении его движения, блокирующим для автомобиля «КИА» и скользящим для автомобиля «Фольксваген», эксцентричным левым для автомобиля «Фольксваген» и передним центральным для автомобиля «КИА». Исходя из направления деформаций, оба автомобиля в момент первичного контактного взаимодействия находились в движении, причем автомобиль «КИА» - с заблокированными передними, а автомобиль «Фольксваген» с незаблокированными колесами. При этом следы скольжения заблокированных передних колес автомобиля «КИА» начинаются до стоп-линии 1.12 (знак 6.16 «СТОП»). Водитель автомобиля «КИА» при появлении опасности для движения, в соответствии с требованиями п. 10.1 ПДД, применил меры экстренного торможения до пересечения стоп-линии на регулируемом перекрестке при включении желтого сигнала светофора и не смог остановиться в месте, определяемом п. 6.13 ПДД и поэтому нет факторов, запрещающих ему дальнейшее движение с заблокированными колесами вплоть до полной остановки. Рыночная стоимость годных остатков автомобиля «Фольксваген» на дату оценки могла составлять 601700 руб.

Разрешая заявленные требования, и удовлетворяя иск, суд первой инстанции, руководствуясь ст. ст. 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив собранные по делу доказательства согласно ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о доказанности истцом факта причинения материального ущерба, наличия причинно-следственной связи между заявленным к взысканию ущербом и действиями ответчика ФИО5, нарушившего требования п.п. 1.3, 6.2 ПДД, также установив, что автомобиль которым управлял ФИО5, был передан в управление его собственником ФИО6 в отсутствие полиса ОСАГО пришел к выводу, что ответственными за вред причиненный истцу являются ответчики, распределив степень вины ответчиков за ФИО5 – 70 %, за ФИО6 – 30 %. Взыскав в указанной пропорции с каждого ответчика в пользу истца ущерб, определенный по выводам судебной экспертизы из расчета конструктивной гибели: 1 326 600 – 266 400, с ФИО6 – 318060 руб., с ФИО5 – 742 140 рублей соответственно.

Доводы жалобы сводятся к несогласию с установлением судом вины в состоявшемся ДТП водителя ФИО5, то есть фактически выражают несогласие с произведенной судом оценкой доказательств по делу.

Порядок получения, исследования и оценки доказательств по гражданскому делу регламентируется положениями главы 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В силу положений ст. ст. 56, 59, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд самостоятельно определяет какие обстоятельства, которые имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Объем относимых доказательств определен судом правильно, оценка представленным доказательствам, соответствует требованиям ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, положения ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом соблюдены.

Доводы жалобы в указной части не могут являться основанием для отмены постановленного судом решения, так как суд воспользовался правом, предоставленным ему ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Поскольку гражданская ответственность владельца автомобиля «КИА» на момент ДТП в установленном законом порядке застрахована не была, суд обоснованно применительно п. 6 ст. 4 Закона об ОСАГО, п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» исключил возможность возмещения убытков в соответствии с положениями Закона об ОСАГО.

Доводы жалоб о несогласии с выводами суда в части установления вины водителя ФИО5, были предметом оценки суда первой инстанции, оснований для переоценки которых судебная коллегия не усматривает.

Как верно установлено судом непосредственно перед ДТП автомобили двигались на встречу друг другу по улице ул. Старых Большевиков, приближаясь к регулируемому перекрестку с ул. Краснофлотцев. ФИО4 управляя автомобилем «Фольксваген» заехал на перекресток на разрешающий сигнал светофора с левым указателем поворота, остановился перед левой полосой встречного движения, пропуская поток встречного транспорта. После того, как загорелся запрещающий (желтый) сигнал светофора по ул. Старых Большевиков и встречные транспортные средства покинули перекресток, водитель автомобиля «Фольксваген», продолжил движение, чтобы закончить проезд перекрестка, в это время со встречного направления по крайней правой полосе заехал на перекресток автомобиль «КИА» под управлением ФИО5

Правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения на территории Российской Федерации определены Федеральным законом от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» (ст. 1 данного Закона). Пунктом 4 ст. 24 названного Федерального закона установлено, что участники дорожного движения обязаны выполнять требования настоящего Федерального закона и издаваемых в соответствии с ним нормативно-правовых актов в части обеспечения безопасности дорожного движения.

Единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации устанавливается Правилами дорожного движения, утверждаемыми Правительством Российской Федерации (п. 4 ст. 22 Федерального закона).

Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 утверждены Правила дорожного движения Российской Федерации (ПДД).

При разрешении вопроса о виновности участников ДТП, суд должен исходить из того, что вина в ДТП обусловлена нарушением его участниками требований ПДД.

В соответствии с п.п. 1.3, 1.5 ПДД, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами. Должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно ПДД:

п. 1.2 основные понятия - «Опасность для движения» - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения ДТП, а именно ситуация, которую водитель в состоянии обнаружить;

абз. 10 п. 1.2 - под «главной дорогой» понимается дорога, обозначенная знаками 2.1, 2.3.1 - 2.3.7 или 5.1, по отношению к пересекаемой (примыкающей), или дорога с твердым покрытием (асфальто и цементобетон, каменные материалы и тому подобное) по отношению к грунтовой, либо любая дорога по отношению к выездам с прилегающих территорий. Наличие на второстепенной дороге непосредственно перед перекрестком участка с покрытием не делает ее равной по значению с пересекаемой;

абз. 35 п. 1.2 – «перекресток» - место пересечения, примыкания или разветвления дорог на одном уровне, ограниченное воображаемыми линиями, соединяющими соответственно противоположные, наиболее удаленные от центра перекрестка начала закруглений проезжих частей. Не считаются перекрестками выезды с прилегающих территорий;

абз. 45 п. 1.2 - преимуществом (приоритетом) признается право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения;

абз. 60 п. 1.2 – «Уступить дорогу (не создавать помех)» - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость;

абз. 4 п. 6.2 - по общему правилу желтый сигнал светофора запрещает движение кроме случаев, предусмотренных п. 6.14 ПДД, и предупреждает о предстоящей смене сигналов;

п. 6.13 - при запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), а при ее отсутствии: на перекрестке - перед пересекаемой проезжей частью (с учетом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам; перед железнодорожным переездом - в соответствии с пунктом 15.4 Правил; в других местах - перед светофором или регулировщиком, не создавая помех транспортным средствам и пешеходам, движение которых разрешено;

п. 6.14 - водителям, которые при включении желтого сигнала или поднятии регулировщиком руки вверх не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых п. 6.13 ПДД, разрешается дальнейшее движение;

п. 13.3 - перекресток, где очередность движения определяется сигналами светофора или регулировщика, считается регулируемым;

абз. 1 п. 8.1 - перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения;

п. 10.1 - водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства;

п. 10.2 - в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.;

п. 13.4 - при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо. Таким же правилом должны руководствоваться между собой водители трамваев.

По настоящему делу, с учетом установленных обстоятельств, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие нарушений водителем «КИА» п.п. 1.5, 6.2, 6.13, 6.14, 10.1, 10.2 ПДД; водителем «Фольксваген» п. 1.5, абз. 1 п. 8.1, 10.1, 13.4 ПДД.

В силу п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть в зависимости от вины. С учетом последнего каждый из водителей обязан доказать свою невиновность в состоявшемся ДТП и как следствие в причиненном и ущербу ущербе. При этом в отличии от положений ч.ч. 1, 2 ст. 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, устанавливающих презумпцию невиновности лица привлекаемого к административной ответственности, положения ст. 15, п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливают презумпцию вины причинителя вреда, и предполагается, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Совокупность собранных по настоящему делу доказательств, таких как:

объяснения водителя «Фольксваген» ФИО4, данные сотрудникам ГИБДД, указавшего, что двигался по ул. Старых большевиков в сторону ул. Фронтовых бригад. На перекрестке с ул. Краснофлотцев, на зеленый сигнал светофора подал сигнал поворота налево и приступил к маневру – повороту на ул. Краснофлотцев. Остановился на перекрестке перед полосой встречного движения, пропустил автомобили, двигавшиеся по встречной полосе на разрешающий сигнал светофора. Убедившись в безопасности маневра, переключении светофора, дождавшись остановки транспортных средств во встречном направлении, приступил к завершению маневра. В этот момент со встречной полосы выехал автомобиль «КИА» на запрещающий сигнал светофора по свободной правой полосе, произошло столкновение, автомобиль истца получил механические повреждения. Считает, что в ДТП виноват водитель автомобиля «КИА», который выехал на перекресток, на запрещающий сигнал светофора;

объяснения водителя «КИА» ФИО5 данные сотрудникам ГИБДД, указавшего, что двигался по ул. Старых большевиков в направлении ул. Краснофлотцев, прямо. На перекресток с ул. Краснофлотцев выехал на разрешающий зеленый мигающий сигнал светофора, который впоследствии переключился на желтый. Совершил наезд на транспортное средство «Фольксваген», который находясь на перекрестке, не предоставил ответчику преимущество проезда перекрестка, в следствие чего произошло столкновение. Считает виновным в ДТП водителя «Фольксваген», который на перекрестке при совершении маневра поворота налево не уступил дорогу ответчику, двигавшемуся прямо;

схема места ДТП, составленная участниками ДТП, фиксирующая заявленное ДТП на регулируемом перекрестке улиц Старых Большевиков-Краснофлотцев, имеющим трамвайные пути, горизонтальную дорожную разметку 1.5 ПДД, разделяющую транспортные потоки противоположных направлений по ул. Краснофлотцев; встречное направление движения автомобилей на перекрестке «Фольксваген» поворот налево, «КИА» в прямом направлении в крайней правой полосе; конечное расположение автомобилей на перекрестке на полосе движения «КИА»;

фотоматериал фиксирующий вещную обстановку после ДТП, следы осыпавшейся грязи, осколков пластика, след технической жидкости автомобиля «КИА», а также след его торможения, который начинается в районе расположения конструкции трамвайной остановки по ходу движения автомобиля и заканчивается у передних колес автомобиля;

режим работы светофорного объекта на ул. Старых Большевиков - ул. Краснофлотцев работающего в день ДТП в 4-х фазном режиме регулирования. С синхронной сменой сигналов светофора в обоих направлениях движения ул. Старых Большевиков;

видеоматериал с двух стационарных видеокамер фиксирующих столкновение автомобилей на перекрестке улиц Старых Большевиков-Краснофлотцев, при этом автомобиль «Фольксваген» продолжил завершение маневра поворот налево после включения желтого сигнала светофора, проехал левую встречную полосу движения и при пересечении правой полосы встречного движения происходит столкновение. Так же зафиксирован факт остановки в левой полосе встречного (для «Фольксваген») направления на запрещающий сигнал светофора;

видеозапись с видеорегистратора автомобиля, расположенного перед перекрестком улиц Старых Большевиков-Краснофлотцев по ул. Краснофлотцев со стороны ул. Шефской на которой зафиксирован момент столкновения автомобилей. В момент столкновения по направлению ул. Краснофлотцев на светофорном объекте включены одновременно красный и желтый сигналы светофора, до момента остановки автомобилей после их взаимодействия включился зеленый сигнал светофора. Также зафиксирован факт остановки автомобиля в левой крайней полосе по ул. Старых Большевиков (по направлению движения «КИА»);

выводы судебной экспертизы от 16.07.2025 № 12907, установившие факт проезда перекреста автомобилем «КИА» на запрещающий (желтый) сигнал светофора и наличие технической возможность избежать столкновения,

позволила суду первой инстанции с достоверностью установить вину водителя автомобиля «КИА» в нарушении п.п. 1.5, 6.2, 6.13, 6.14 ПДД, состоящую причинно-следственной связи с состоявшимся ДТП.

Ссылка в жалобе на выводы, приведенные в заключении специалиста ООО Негосударственная судебная экспертиза «УралНЭП» от 20.08.2025 № 94/25, не порочит вышеприведенные доказательства.

Как предусмотрено ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ч. 1 ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

Заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам внесудебной экспертизы, не являются экспертными заключениями по рассматриваемому делу в смысле ст. ст. 55 и 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, такие заключения могут быть признаны судом письменными доказательствами, которые подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами.

С учетом изложенного приобщенное к материалам дела заключение специалиста ООО Негосударственная судебная экспертиза «УралНЭП» от 20.08.2025 № 94/25, не является экспертным заключением в смысле ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, представляет собой письменное доказательство, которое не может быть оценено судом применительно к положениям ст. ст. 85 и 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, как судебная экспертиза, и обосновано оценено судом наравне с иными собранными по делу доказательствами. Указанное письменное доказательство не опровергает научно обоснованные выводы судебной экспертизы по определению расчетным способом скоростного режима автомобиля «КИА», удаленности автомобиля «КИА» при установленной скорости от границы перекрестка. Заключение специалиста содержит единственный расчет остановочного пути 33 м. с переводом в остановочное время 3,29 секунды (том 2 л.д. 47). При этом в формуле остановочного пути применены иные постоянные значения: время реакции водителя, нарастания замедления без обоснования их применения. Тогда как в судебной экспертизе приведены источники табличные значения коэффициентов и времени нарастания замедления автомобиля (том 1 л.д. 224-225). Выводы заключения специалиста основаны на органолептическом, визуальном определении следов юза от автомобиля «КИА» (том 2 л.д. 44 – 45) без учета заезда автомобиля «КИА» на перекресток на запрещающий желтый сигнал светофора, который был включен в течении 2,58 секунд, и отсутствия сведений о привлечении водителя ФИО11 либо собственника автомобиля «КИА» к административной ответственности за нарушение ПДД, при наличии камер фиксации на перекрестке. Таким образом, выводы специалиста основаны на предположении, домысливании работы стационарных видеокамер на фиксацию дорожных административных правонарушений в автоматическом режиме. Более того, даже с учетом приведенной специалистом формулы остановочного пути с результатом 33 метра (по выводам судебной экспертизы 31,88 метра том 1 л.д. 225) не исключается установленная судебной экспертизой техническая возможность остановки автомобиля «КИА» до установленного дорожным знаком 6.16 ПДД места. Так, согласно выводам судебной экспертизы, на момент включения желтого сигнала светофора автомобиль «КИА» со скоростью движения 56,6 км/час находился на удалении от дорожного знака 6.16 ПДД равном 40,56 метров и, соответственно имел возможность, как при остановочном пути исчисленным специалистом 33 метра, так и судебным экспертом 31,88 метра остановиться в установленном дорожным знаком 6.16 ПДД месте. По этим же причинам водитель «КИА» не имел права преимущественного проезда перекрестка в порядке предусмотренном п. 6.14 ПДД.

Обоснованно отклонены судом и выводы специалиста ООО Негосударственная судебная экспертиза «УралНЭП» от 20.08.2025 № 94/25 о рыночной стоимости годных остатков.

В соответствии с частью 2 п. 7.1 «Методических рекомендаций по проведению судебных авто-технических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки», утвержденных ФБУ РФЦСЭ Минюста России в 2018 году (раздел 3), вступивших в силу с 01.01.2019 (далее – Методические рекомендации), целью расчета стоимости восстановительного ремонта КТС является определение наиболее вероятной суммы затрат, достаточной для восстановления доаварийного состояния КТС.

Согласно части 2 п. 1.5 Методических рекомендаций под термином – «Полная гибель КТС» понимается последствия повреждения, при котором ремонт поврежденного КТС невозможен либо стоимость его ремонта равна стоимости КТС на дату наступления повреждения (в случае, регулируемом законодательством об ОСАГО) или превышает указанную стоимость.

Разделом 10.1 Методических рекомендаций, определены: понятие годных остатков; относимость деталей, узлов, приборов и оборудования к годным остаткам, их работопригодности; составные части стоимости годных остатков (включая затраты на демонтаж); формула расчета годных остатков.

Таким образом, при наступлении конструктивной гибели автомобиля стоимость годных остатков, подлежит определению, применительно к разделу 10. Методических рекомендаций, требующих в том числе наличие акта осмотра поврежденного транспортного средства.

Данные обстоятельства учтены судебным экспертом при ответе на вопрос о стоимости годных остатков. Тогда как в расчете специалиста от 20.08.2025 № 94/25 фактически применен сравнительный способ оценки поврежденного аналога автомобиля, при этом выбраны предложения интернет площадок с регионом предложения цены г. Москва, г. Саратов, г. Курск, г. Самара (том 2 л.д. 49), что находится в прямом противоречии с Методическими рекомендациями.

Применительно к норме ст. 15, п. 5 ст. 393, ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации судом установлен разумный размер ущерба по выводам судебной экспертизы из расчета: 1 326 600 – 266400 = 1060300 руб.

В тоже время судебная коллегия полагает заслуживающими вниманию доводы жалобы ответчика ФИО6, об удовлетворении иска к ненадлежащему ответчику.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Понятие владельца транспортного средства приведено в ст. 1 Закона об ОСАГО, в соответствии с которым им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства (абз. 4).

Под владением в гражданском праве понимается фактическое господство лица над вещью. Такое господство может быть владением собственника, а также обладателя иного вещного права, дающего владение; владением по воле собственника или для собственника (законное владение, которое всегда срочное и ограничено в своем объеме условиями договора с собственником или законом в интересах собственника); владением не по воле собственника (незаконное владение, которое возникает в результате хищения, насилия, а также вследствие недействительной сделки).

Из приведенных положений закона следует, что ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, возлагается на его законного владельца, долевая ответственность предусмотрена для случаев противоправного завладения источником повышенной опасности посторонним лицом при наличии вины законного владельца в таком противоправном завладении. Таковое толкование владельца источника повышенной опасности, следует из разъяснений приведенных в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», и правой позиции изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.01.2025 № 56-КГ24-22-К9.

Необходимо отметить, что согласно п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены названным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств. Согласно ч. 2 указанной статьи при возникновении права владения транспортным средством (приобретении его в собственность, получении в хозяйственное ведение или оперативное управление и т.п.) владелец транспортного средства обязан застраховать свою гражданскую ответственность до регистрации транспортного средства, но не позднее чем через десять дней после возникновения права владения им.

Как следует из материалов дела и доводов жалоб ответчик ФИО6 передала в пользование и владение автомобиль «КИА» ФИО5 С учетом последнего на дату ДТП 02.05.2024 автомобиль «КИА» находился в пользовании ответчика ФИО5 Доказательств противоправного завладения ФИО5 автомобилем «КИА», с участием которого причинен вред истцу, материалы дела не содержат. Равным образом не содержится доказательств того, что в момент ДТП ФИО5 действовал по распоряжению, либо в интересах собственника автомобиля ФИО6 Кроме того, стороной истца не доказана прямая причинно-следственная связь между заявленным к возмещению ущербом и действиями ответчика ФИО6 по передаче автомобиля «КИА» в пользование ответчику ФИО5 При указанных обстоятельствах решение суда в части удовлетворения исковых требований к ответчику ФИО6 подлежит отменен с принятием нового об отказе в иске к указанному ответчику. По этим же основаниям решение суда подлежит изменению в части удовлетворенных исковых требований к ответчику ФИО5 с увеличением суммы ущерба до 1060200 руб., расходов на оценку ущерба до 20 000 руб., на эвакуацию транспортного средства до 13 390 руб., на уплату государственной пошлины до 23 994 руб. 23 коп., на дефектовку до 5700 руб., телеграфных расходов до 621 руб. 38 коп., почтовых расходов до 1021 руб. 72 коп.

Других доводов, свидетельствующих о неправильности вынесенного судом первой инстанции решения, в апелляционных жалобах не содержится, соответствующих доказательств к жалобам не приложено, суд апелляционной инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в жалобах.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь ст. 327.1, п. 2 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционную жалобу ответчика ФИО6 – удовлетворить.

Решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 10.09.2025 в части удовлетворенных исковых требований к ответчику ФИО6 отменить, в части удовлетворенных исковых требований к ответчику ФИО5 - изменить.

Взыскать с ФИО5 (

<

№>) в пользу ФИО4 (

<

№>) в счет возмещения материального ущерба 1 060 300 рублей, расходы на оценку ущерба – 20 000 рублей, на эвакуацию транспортного средства – 13 390 рублей, на уплату государственной пошлины – 23 994 рубля 23 копейки, на дефектовку – 5 700 рублей, телеграфные расходы – 621 рубль 38 копеек, почтовые – 1021 рубль 72 копейки.

В удовлетворении исковых требований к ответчику ФИО6 – отказать.

Председательствующий

ФИО1

Судьи

ФИО2

ФИО3