РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

Дело № 12-183/2017

г. Хабаровск

31 августа 2017 года

Судья Краснофлотского районного суда г. Хабаровска Куратов А.А.,

с участием привлекаемого лица ФИО1, его защитника Ивашенцева М.В., 

государственного инспектора по охране животного мира и ООПТ Е.,

рассмотрев жалобу ФИО1 на постановление по делу об административном правонарушении мирового судьи судебного района «Краснофлотский район г. Хабаровска» на судебном участке №21 от 14.07.2017г. в отношении: 

ФИО1, 

<

данные изъяты>

привлекаемого к административной ответственности по ст.8.37 ч.1.2 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного района «Краснофлотский район г. Хабаровска» на судебном участке №21 от 14.07.2017г. ФИО1 признан виновным в нарушении п.52.2 Правил охоты (утв. Приказом Минприроды России от 16.11.2010 N 512), и совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 8.37 ч.1.2 КоАП РФ. А именно в том, что он 07.01.2017г. в 10 часов 30 минут осуществлял охоту недопустимым способом, не имея путевки и разрешения на добычу копытных животных, находился в охотничьих угодьях закрепленных за 

<

данные изъяты> в ****, в ходе которой добыл одну особь Кабарги «самка», применив петельные самоловы, изготовленные из стального троса диаметром 3 мм, путем расстановки на тропах диких копытных животных, то есть не допустимым для использования охоты на диких копытных животных орудиями и способом охоты.

ФИО1, не соглашаясь с вынесенным постановлением, находит его незаконным и подлежащим отмене. В обоснование своих доводов указал, что при рассмотрении дела нарушены положения ст.ст. 1.5, 24.1 КоАП РФ. Его первоначально задержали с оружием без соответствующих документов, после чего необоснованно вменили иное нарушение. Событие правонарушения отсутствовало, он никогда не занимался охотой в районе **** и не имел возможности произвести отлов кабарги, о чём показали свидетели со стороны защиты. Доказательства, представленные государственным инспектором Е. и государственным инспектором ФИО2, подложны. Государственные инспекторы совершили служебный подлог, подложив две особи кабарги, и заставив его, применив угрозы и психологическое воздействие, подписать пустой протокол. Протоколы составлены с грубым нарушением КоАП РФ. При осмотре в судебном заседании вещественных доказательств был установлен факт подлога, находившиеся в мешке предметы не были должным образом описаны и зафиксированы. В дальнейшем вещественные доказательства были снова положены в мешок, который не опечатывался и был передан Е. Просит постановление отменить и прекратить производство по делу за отсутствием состава и события административного правонарушения.

В судебном заседании привлекаемое лицо ФИО1, его защитник Ивашенцев М.В., дополняя друг друга, доводы жалобы поддержали по изложенным в ней основаниям. ФИО1 пояснил, что свои показания, изложенные в постановлении мирового судьи, он поддерживает. 07.01.2017 г. он с зятем и его товарищем ездили в лес. Охоту не осуществлял, имел с собой карабин. По дороге в лесу встретил государственного инспектора, который выявил факт ношения оружия без документов. Чтобы не изымать оружие, договорились составить протокол на какое-нибудь другое нарушение. Он подписал пустой бланк протокола, об этом в своих письменных объяснениях в протоколе не указывал, так как не разбирается в порядке составления протокола. Позже в протокол были внесены сведения о том, что он незаконно охотился на кабаргу, к чему он не имеет отношения. Когда Крючков прочитал протокол, он ему разъяснил, что за данное нарушение грозит лишение права охоты. После этого произошел конфликт с инспектором, который не дал вписать возражения в протокол, не допустил в качестве защитника Крючкова. 

В судебном заседании государственный инспектор по охране животного мира и ООПТ Е. пояснил, что его показания в постановлении мирового судьи изложены правильно, он их поддерживает. 07.01.2017 г. им был выявлен факт охоты ФИО1 недопустимым способом на кабаргу с применением петельных самолов. Факт охоты ФИО1 не отрицал. На месте была обнаружена стальная петля на голове кабарги. Другие петли были обнаружены на дороге. Именно по данному факту был составлен протокол, с которым ФИО1 был ознакомлен и согласен, о чём лично указал в протоколе. Оружие у ФИО1 не изымалось, поскольку он представил документы на право ношения оружия. Разговора о составлении иного протокола, с целью скрыть другое правонарушение, не было. По его неопытности при опечатывании мешка, подпись ФИО1 не поставил. При производстве по данному делу была официально изъята одна особь кабарги (самка) и петля стальная, что зафиксировано видеозаписью. Другие обнаруженные петли, он положил в мешок, для наглядности. Полагает, что постановление законно. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель К. пояснил, что его показания в постановлении мирового судьи изложены правильно, он их поддерживает. При оформлении 07.01.2017 г. протокола в отношении ФИО1 оказывалось давление. Первоначально государственный инспектор Е. хотел изъять оружие, а ФИО1 не хотел отдавать и поэтому ФИО3 предложил составить протокол по другому нарушению. Протокол был составлен по недостоверному факту нарушения правил охоты на кабаргу. При составлении протокола он (К.) просил допустить себя в качестве защитника ФИО1, но в данном ходатайстве было отказано. Только после составления протокола инспектором Е. была якобы найдена убитая кабарга. На месте заявляли, что это фальсификация, ругались с инспекторами. Изъятие вещественных доказательств происходило без понятых. 

Суд, выслушав явившихся лиц, изучив материалы дела, на основании ст.30.6 ч.3 КоАП РФ, с учетом требований 26.2 ч.1,2, 26.11 КоАП РФ проверив дело в полном объеме, не находит оснований для отмены либо изменения постановления. 

Согласно ст. 1 п. 5 ФЗ РФ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту ФЗ РФ «Об охоте»), под охотой понимается деятельность, связанная с поиском, выслеживанием, преследованием охотничьих ресурсов, их добычей, первичной переработкой и транспортировкой.

Согласно п.52.2 Правил охоты (утв. Приказом Минприроды России от 16.11.2010 N 512) при отлове и (или) отстреле охотничьих животных запрещается применение самоловов для добычи копытных животных и медведей, за исключением случаев отлова этих животных в целях осуществления научно-исследовательской деятельности, образовательной деятельности, в целях акклиматизации, переселения и гибридизации охотничьих ресурсов, в целях содержания и разведения охотничьих ресурсов в полувольных условиях или искусственно созданной среде обитания, а также случаев применения живоловушек для отлова кабана в целях регулирования его численности.

Объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 8.37 ч.1.2 КоАП РФ, образуют, в том числе действия, повлекшие осуществление охоты недопустимыми для использования орудиями охоты или способами охоты.

Как правильно установлено в обжалуемом постановлении вина ФИО1 в совершении правонарушения, предусмотренного ст. 8.37 ч.1.2 КоАП РФ подтверждается совокупностью исследованных доказательств. 

В частности вина ФИО1 подтверждается следующими доказательствами: протоколом об административном правонарушении от 07.01.2017г., с которым ФИО1 согласился, протоколом изъятия вещей и документов от 07.01.2017г., с которым ФИО1 был ознакомлен, изъятыми 07.01.2017г. фрагментами особи кабарги и петли стального самолова, представленной видеозаписью от 07.01.2017г., где зафиксировано изъятие останков особи кабарги, стальной петли самолова.

Вина ФИО1 подтверждается показаниями государственного инспектора по охране животного мира и ООПТ Е., участкового государственного инспектора по охране животного мира и ООПТ по муниципальному району им. Лазо Б., данными в суде первой инстанции. Из этих показаний установлено, что 07.01.2017 г. после того, как они обнаружили петли в охотничьих угодьях, поехали искать охотников. По дороге они встретили ФИО1, который находился на охотничьих угольях без разрешения на право добычи копытных животных. Поехали к нему в зимовье с целью проверки на предмет добычи животных. Возле зимовья была обнаружена добытая охотничья продукция, но видеофиксацию они применили не сразу, так как у них замерз видеорегистратор. По факту нарушения был составлен протокол о том, что ФИО1 незаконно добыл кабаргу. Байдаков согласился с протоколом. В дальнейшем Б. изъял особь кабарги. Петля и особь кабарги были опечатаны. То, что объект охоты был выловлен ФИО1, определили со слов ФИО1, на которого давление не оказывалось. 

Также вина ФИО1 подтверждается материалами КРСП ... от 16.01.2017 г., в частности: 

- письменным объяснением ФИО2, Е. от 09.02.2017г., указавших, что 07.01.2017 г. в лесном массиве осуществляли патрулирование на снегоходе «

<

данные изъяты>». По дороге встретили 2 бурана под управлением мужчин. Данные граждане сообщили, что их документы находятся в зимовье. Они вместе поехали в зимовье, каждый на своих буранах. В зимовье один мужчина представился ФИО1, представил охотничий билет, других документов у него не было. Второй гражданин не имел каких-либо документов, его личность не была установлена. После этого они вчетвером вышли на прилегающую территорию зимовья. На углу зимовья, около туалета, они обнаружили особь кабарги (самки), то есть голова, ноги, шкура. На шее кабарги имелась металлическая стропа, то есть орудие охоты. В отношении ФИО1 был составлен административный протокол по ст. 8.37 ч.1.2 КоАП РФ, так как он не отрицал факт осуществления охоты. Второй мужчина сообщил, что охоту не осуществлял и поэтому в отношении него протокол не составлялся. ФИО1 прочитал протокол и написал, что согласен с правонарушением. Также был составлен протокол изъятия продукции охоты, где ФИО1 поставил свою подпись 

<

данные изъяты>);

- протоколом осмотра предметов от 12.02.2017г. и фототаблицей к нему (

<

данные изъяты>), согласно которому произведен осмотр оптического DVD-R диска с видеозаписью, фиксирующей результаты составления протокола об административном правонарушении государственным инспектором Е., который комментирует ход и составление протокола и разъясняет ФИО1 суть правонарушения. Просмотрена видеозапись, фиксирующая результаты осмотра прилегающей территории к зимовью, где инспектор Е. комментирует ход и результаты обследования территории, по результатам которого обнаружены следы от незаконной охоты (шкура, голова кабарги с орудием охоты –петлёй).

Факт нарушения установлен государственным инспектором Е. и зафиксирован в протоколе об административном правонарушении. Пояснения ФИО2, Е., данные ими в суде, и которые подтвердили обстоятельства, зафиксированные в процессуальных документах, дополняют совокупность доказательств вины ФИО1 и не вызывают сомнений у суда в достоверности. Оснований не доверять сведениям, которые изложены в процессуальных документах, а также в судебном заседании должностными лицами, у суда не имеется. 

Судом установлено, что государственным инспектором Е. нарушение, предусмотренное ст. 8.37 ч.1.2 КоАП РФ было первоначально уставлено визуально, при обнаружении особи кабарги со стальной петлёй возле зимовья, после в отношении ФИО1 по данному факту государственным инспектором был правомерно составлен 07.01.2017г. в 10 час. 30 мин. протокол об административном правонарушении, где был подробно изложено событие правонарушения.

У суда нет оснований согласиться с доводами ФИО1 в части того, что Е. после составления протокола самостоятельно вышел из зимовья и где-то в лесном массиве приискал продукцию охоты (голову, шкуру), которые представил на обозрение. Составление протокола изъятия вещей и документов после составления протокола об административном правонарушении не противоречит требования КоАП РФ и не влекут признания недопустимыми доказательствами. 

Согласно ст. 27.10 ч.1 КоАП РФ изъятие вещей, явившихся орудиями совершения или предметами административного правонарушения, и документов, имеющих значение доказательств по делу об административном правонарушении и обнаруженных на месте совершения административного правонарушения либо при осуществлении личного досмотра, досмотра вещей, находящихся при физическом лице, и досмотре транспортного средства, осуществляется лицами, указанными в статьях 27.2, 27.3, 28.3 настоящего Кодекса, в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи

Как следует из протокола изъятия вещей и документов, он был составлен 07.01.2017 г. в 11 час. 32 мин., согласно которому у ФИО1 произведено изъятие одной особи кабарги и стальной петли. В протоколе указано, что при осмотре использовалась видеозапись. Всё это зафиксировано в присутствии ФИО1, К., и инспектора Б., которые в момент фиксации видеокамерой находились на крыльце зимовья. С данным протоколом ФИО1 был ознакомлен, копию протокола получил, замечаний относительно протокола не вносил. В судебном заседании первой инстанции были исследованы упакованные и опечатанные вещи: особь кабарги и петля стальная, изъятые 07.01.2017г. На печати имелись подписи инспектора Е., инспектора Б.. Отсутствие подписи ФИО1 на печати не свидетельствует о существенных нарушениях. При осмотре данных предметов ФИО1 пояснил, что именно эти останки особи кабарги и стальная петля были изъяты возле зимовья, но они ему не принадлежат, так как он не совершал правонарушения.

Суд приходит к выводу, что представленные доказательства составлены правильно с точки зрения полноты исследования события правонарушения, и сведений о лице, его совершившем, не противоречат правилам, установленным ст.ст. 26.2, 26.3, 26.7 КоАП РФ, соблюдена процедура оформления протокола.

Протокол по делу об административном правонарушении составлен правильно с точки зрения полноты исследования события правонарушения, и сведений о лице, его совершившем, не противоречит правилам, установленным ст.ст. 28.2, 28.3 КоАП РФ. 

Довод ФИО1 о подписании пустого бланка протокола, не нашел своего подтверждения, поскольку об этих обстоятельствах ФИО1 ранее не пояснял, утверждая, что подписал составленный протокол под давлением. Данные сведения также содержатся в письменных объяснениях ФИО1, данных руководителю СО по району им. Лазо СК РФ (

<

данные изъяты>), где он указывал, что инспектор Е. составил административный протокол и предложил расписаться, после того как он прочитал протокол, сказал, что не будет его подписывать, так как в протоколе было указано, что он расставлял петли на копытных животных. После чего Е. начал оказывать на него психологическое давление, что изымет карабин, под этим давлением он подписал протокол об административном правонарушении и протокол изъятия.

Довод ФИО1 об оказываемом на него давлении со стороны государственного инспектора, об угрозе изъятия оружия в случае не подписания протокола, не подтвердился в судебном заседании. Данный довод опровергается представленным фрагментом видеозаписи, где видно, что при оглашении ФИО1 протокола об административном правонарушении, он сидел спокойно, без возражений. При этом слышны свободные высказывания К., который просит допустить себя в качестве защитника. Эти обстоятельства свидетельствуют о том, что на ФИО1 не оказывалось давление, он был способен самостоятельно распоряжаться своими процессуальными правами, в том числе правом на защиту. 

Суд не находит нарушений в действиях инспектора Е. при оформлении протокола об административном правонарушении. Копии протокола, при отсутствии замечаний к его оформлению (время, дата, место, событие), вручена привлекаемому лицу. Являясь взрослым, правоспособным и дееспособным гражданином, возражений при оформлении протокола он не высказал, при наличии реальной возможности воспользоваться своими правами, предусмотренными ст.25.1 КоАП РФ, которые ему были разъяснены, о чём имеется указание в протоколе. При составлении протокола об административном правонарушении ФИО1 не воспользовался своим правом давать объяснения, заявлять ходатайства. В письменном виде указал, что с протоколом согласен, претензий не имеет. 

Мировой судья правильно оценил высказывание К. зафиксированное на фрагменте видеозаписи с просьбой привлечь его в качестве защитника ФИО1, как не имеющие отношения к делу, поскольку он не является участником производства по делу об административном правонарушении. При этом ФИО1 в ходе составления протокола об административном правонарушения ходатайств о допуске данного лица в качестве защитника не заявлял. 

Суд приходит к выводу, что довод защиты о фальсификации протокола об административном правонарушении надуман и не подтвержден в судебном заседании. Суд учитывает, что государственный инспектор Е. выступая в административном производстве как должностное лицо, не перестаёт оставаться работником аппарата управления и обосновывает свои действия интересами государства. Со стороны должностного лица необходимо сильное и злонамеренное отступление от требований закона в виде преступного умысла для того, чтобы необоснованно вносить сведения в процессуальные документы относительно произошедших событий. В судебном заседании не представлено сведений, свидетельствующих о каких-либо действиях государственного инспектора которые бы порывали связь между ним и государственным аппаратом и позволяли усомниться в их объективности.? Согласно постановлению от 15.02.2017 г. в отношении в отношении Е. отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ст.ст. 286, 292 УК РФ. В рамках проведения процессуальной проверки не подтвержден умысел Е. на превышение служебных полномочий и внесение недостоверных сведений в протокол об административном правонарушении. 

Оснований не доверять сведениям, которые изложены в протоколе об административном правонарушении, с которым ФИО1 согласился, показаниям государственных инспекторов Б., Е. у суда не имеется. 

В суде установлено, что выводы в обжалуемом постановлении сделаны со ссылкой на изученные и исследованные материалы дела, подтверждающие вину ФИО1 в совершении им административного правонарушения.

Событие и состав административного правонарушения, изложенные в установочной части постановления мирового судьи, нашли своё подтверждение исследованными доказательствами. Доводы жалобы о наличии нарушений в действиях государственного инспектора при оформлении правонарушения, довод о допущенных процессуальных нарушениях при рассмотрении дела мировым судьёй, как и довод о недоказанности обстоятельств, на которых было вынесено постановление не нашли своего подтверждения. 

С оценкой письменных доказательств, показаний свидетелей, изложенных в постановлении мирового судьи, следует согласиться. Оснований к переоценке доказательств, к чему сводятся доводы жалобы, не имеется. 

Каких-либо иных обстоятельств происшедшего, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, заявитель в рассматриваемой жалобе не приводит. 

Дело об административном правонарушении рассмотрено с соблюдением требований ст. ст. 29.1 - 29.7 КоАП РФ.

Процедура вынесения постановления, соответствует требованиям ст. 29.9 -29.11 КоАП РФ. 

Существенных нарушений процессуальных требований, предусмотренных КоАП РФ, являющихся основанием для отмены постановления, а также обстоятельств, предусмотренных статьями 2.9, 24.5 КоАП РФ, судом не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 30.5-30.8 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление по делу об административном правонарушении, мирового судьи судебного района «Краснофлотский район г.Хабаровска» на судебном участке №21 от 14.07.2017г. в отношении ФИО1, о привлечении к ответственности по ст. 8.37 ч.1.2 КоАП РФ оставить без изменения, а жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно после его вынесения.

Судья: подпись

Копия верна: судья Куратов А.А.

Подлинное решение подшито в административном деле Краснофлотского районного суда г. Хабаровска № 12-183/2017г.