Дело №2-4309/19 3 декабря 2019 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Кировский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Малининой Н.А.

при помощнике судьи Чочиевой О.А.

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя третьего лица Администрации Кировского района Санкт-Петербурга ФИО4 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО2 о восстановлении срока для принятия наследства, признании наследником по закону,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратилась в суд с иском к ФИО2 о восстановлении срока для принятия наследства, признании наследником по закону.

В обоснование заявленных требований истец указала, что в ДД.ММ.ГГГГ года умерла её мать – ФИО3, наследниками после смерти которой являются истец и ответчик, приходящаяся внучкой наследодателю, дочерью истцу.

О смерти матери истцу стало известно в мае 2019 года, когда она начала восстанавливать утраченные родственные связи, поскольку длительный период времени они с ФИО3 не общались.

Истец указала также, что, претендуя на наследство, ответчик обратилась к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство после смерти ФИО3, указав на то, что имеется иной наследник – истец, однако место её нахождения неизвестно. Постановлением от 7 декабря 2018 года нотариус отказал ответчику в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону в связи с невозможностью включения её в состав наследников. В установленный законом срок с заявлением о принятии наследства истец к нотариусу обратиться не могла, поскольку не знала и не могла знать о смерти матери и об открытии наследства. Срок для принятия наследства пропущен истцом по уважительной причине, не зависящей от её воли. Истец не знала о смерти матери в силу полного отсутствия общения с ней и со своей дочерью на протяжении длительного периода времени.

Ранее истец была зарегистрирована по месту жительства совместно со своей матерью по адресу: 

<

адрес>. Перемена места жительства истца была вызвана семейными причинами – истец выезжала в места жительства своих супругов. В 1994 году истец выехала на постоянное место жительства в Туркмению, после чего прекратила общение с родственниками. В 1999 году ФИО3 забрала ответчика для проживания к себе, взяла над ней опеку, обратившись в суд с иском о лишении истца родительских прав. Решением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 6 февраля 2001 года, состоявшемся по результатам рассмотрения гражданского дела №2-386/01, истец лишена родительских прав в отношении ответчика. При этом судом установлено, что истец является лицом без определённого места жительства. По указанной причине отношения между истцом и наследодателем испортились, они перестали общаться. В 2002 году истец вернулась в Санкт-Петербург, где проживала по разным адресам, поскольку не имела своего жилья. В настоящее время истец зарегистрирована по адресу: 

<

адрес>. Со своей дочерью истец не общалась до мая 2019 года, когда от своего бывшего супруга случайно узнала о смерти матери и о том, что её разыскивает дочь, после чего истец незамедлительно обратилась к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону. 23 мая 2019 года истцу отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону по причине пропуска срока для принятия наследства.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, настаивая на удовлетворении заявленных требований, ФИО5 просила восстановить ей срок для принятия наследства после смерти ФИО3, умершей в ДД.ММ.ГГГГ года, признать её наследником по закону после смерти ФИО3

Истец, надлежащим образом извещённая о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явилась, доверила представлять свои интересы представителю.

Представитель истца – ФИО1, действующий на основании доверенности, в суд явился, иск поддержал, настаивал на его удовлетворении.

Ответчик в суд явилась, не возражала против удовлетворения иска, признавая иск. Пояснила, что дата смерти наследодателя не установлена, поскольку 16 мая 2018 года ей позвонила соседка бабушки, сказала, что из квартиры последней доноситься неприятный запах, после чего ответчик вызвала сотрудников МЧС для вскрытия двери в квартиру бабушки. Ранее в судебных заседаниях ответчик поясняла, что до смерти ФИО3 она не общалась с бабушкой приблизительно две недели. Ранее ответчик также могла не общаться с бабушкой на протяжении двух недель – месяца. ФИО3 была назначена опекуном ответчика, истец – лишена родительских прав в отношении ответчика в 2001 году. Ответчик в маленьком возрасте проживала с матерью в Туркмении, откуда родственники забрали её к бабушке. Ответчик длительное время не могла разыскать мать, последняя объявилась сама в мае 2019 года, ожидая ответчика у квартиры в парадной. В настоящее время они вместе проживают в принадлежащей наследодателю квартире, истец помогает ответчику воспитывать её ребёнка.

Представитель третьего лица Администрации Кировского района Санкт-Петербурга – ФИО6, действующая на основании доверенности, в суд явилась, возражала против удовлетворения иска.

Третье лицо нотариус нотариального округа Санкт-Петербург ФИО7, надлежащим образом извещённый о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явился, представил заявление с просьбой о рассмотрении дела в своё отсутствие.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассматривать дело в отсутствие истца, третьего лица нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург ФИО7

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителя истца, ответчика, представителя третьего лица Администрации Кировского района Санкт-Петербурга, допросив в качестве свидетелей ФИО9, ФИО10, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Судом установлено, материалами дела подтверждается, сторонами не оспаривается, что ФИО5 приходилась дочерью ФИО3, матерью ответчику ФИО2 (л.д. 12-20).

ФИО3 умерла в ДД.ММ.ГГГГ

Судом установлено также, что на момент смерти ФИО3 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу решением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 6 февраля 2001 года, состоявшемся по результатам рассмотрения гражданского дела №2-386/01 по иску ФИО3, истец лишена родительских прав в отношении ответчика (л.д. 23-24).

Постановлением нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург ФИО7 от 7 декабря 2018 года ФИО2 отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону после смерти ФИО3 ввиду невозможности включения её в состав наследников.

Постановлением нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург ФИО7 от 23 мая 2019 года ФИО5 также отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону после смерти ФИО3 по мотиву пропуска срока для принятия наследства.

Согласно пункту 1 статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации, по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

Следовательно, приведённая выше норма Гражданского кодекса Российской Федерации предоставляет суду право восстановить наследнику срок для принятия наследства только в случае представления последним доказательств не только тому обстоятельству, что он не знал об открытии наследства – смерти наследодателя (статья 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации), но и не должен был знать об этом событии по объективным, независящим от него обстоятельствам.

В силу положения пункта 1 статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации, при отсутствии хотя бы одного из этих условий срок на принятие наследства, пропущенный наследником, восстановлению судом не подлежит.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании», усматривается, что споры, связанные с восстановлением срока для принятия наследства и признанием наследника принявшим наследство, рассматриваются в порядке искового производства с привлечением в качестве ответчиков наследников, приобретших наследство (при наследовании выморочного имущества - Российской Федерации либо муниципального образования, субъекта Российской Федерации), независимо от получения ими свидетельства о праве на наследство.

Требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 Гражданского кодекса Российской Федерации), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В качестве уважительности причин пропуска срока для принятия наследства истец указывала на то, что о смерти матери она не знала и не могла узнать ранее, нежели в мае 2019 года.

Суд считает, что приведённое истцом обстоятельство того, что о смерти матери ей стало известно только в мае 2019 года от своего бывшего супруга ФИО9 в данном случае, с учётом конкретных обстоятельств дела, может быть отнесено к числу уважительных причин, влекущих восстановление срока для принятия наследства.

Суд считает, что совокупность представленных в материалы дела доказательств свидетельствует о наличии обстоятельств, лишавших истца объективной возможности поддерживать родственные связи с наследодателем.

Так, согласно пояснениям стороны истца, в 1994 году ФИО5 выехала на постоянное место жительства в Туркмению, после чего прекратила общение с родственниками. В 1999 году ФИО3 забрала ответчика для проживания к себе, взяла над ней опеку, обратившись в суд с иском о лишении истца родительских прав. Решением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 6 февраля 2001 года истец лишена родительских прав в отношении ответчика. По указанной причине отношения между истцом и наследодателем испортились, они перестали общаться, ФИО3 объявила истцу о своём нежелании общаться с ней до конца жизни. С дочерью истец не общалась до мая 2019 года, когда от своего бывшего супруга ФИО9 случайно узнала о смерти матери и о том, что её разыскивает дочь, после чего истец незамедлительно обратилась к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону.

Изложенные истцом обстоятельства нашли своё подтверждение в пояснениях самого ответчика.

Факт наличия серьёзных конфликтных отношений между наследодателем и истцом также нашёл своё подтверждение в показаниях допрошенных судом в качестве свидетелей ФИО9 и ФИО10

Из показаний допрошенного судом в качестве свидетеля ФИО9 также следует, что он, состоя в период с 1979 года по 1982 год в брачных отношениях с истцом, на протяжении всей жизни поддерживал связь с ФИО3, созваниваясь с ней приблизительно один раз в четыре месяца. В последний раз свидетель звонил ФИО3 5 или ДД.ММ.ГГГГ, поздравлял с днём рождения, а она ему – ДД.ММ.ГГГГ, также с поздравлениями с ДД.ММ.ГГГГ. 2 июня 2018 года в квартиру родителей свидетеля приехала ответчик, не имея иного адреса свидетеля, с просьбой оказать помощь в получении справки из ЗАГСа, подтверждающей факт супружеских отношений между ним и истцом. В указанную дату ответчик сообщила истцу о смерти ФИО3 свидетель дал ответчику номер телефона истца, который ранее дала ему ФИО3 Однако ответчик сообщила свидетелю, что указанный номер телефона не рабочий. 9 мая 2019 года свидетель встретил саму ФИО5 на остановке возле дома своих родителей, она сказала, что живёт рядом. У свидетеля с истцом завязался разговор относительно смерти ФИО11, когда выяснилось, что ФИО5 ничего неизвестно о смерти матери. Свидетель сказал истцу, что дочь её разыскивает. У свидетеля не возникло сомнений, что о смерти матери ФИО5 узнала от него 9 мая 2019 года. После встречи с истцом, по прошествии некоторого периода времени, свидетелю позвонила ответчик, сказала, что мать приехала к ней.

Оснований не доверять показания допрошенных свидетелей у суда не имеется, они последовательны, не противоречивы, согласуются с иными доказательствами по делу. Свидетели предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Разрешая по существу заявленные ФИО5 требования, руководствуясь положениями вышеприведённых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам по наследованию», оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об их удовлетворении, поскольку истцом представлены доказательства наличия совокупности условий, позволяющих восстановить ей срок для принятия наследства, открывшегося после смерти матери. Так, в ходе судебного разбирательства нашёл своё подтверждение факт наличия исключительных, не зависящих от истца обстоятельств, препятствующих своевременно получить информацию о смерти матери и обратиться с заявлением о принятии наследства в установленный законом срок, в частности нежелание при жизни самого наследодателя общаться с дочерью, наличие серьёзных конфликтных отношений между ними при жизни ФИО3, отсутствие общения с ответчиком по причине лишения истца в отношении неё родительских прав. Оснований полагать, что о смерти ФИО3 истцу стало известно ранее 9 мая 2019 года, у суда не имеется. Кроме того, с настоящим иском ФИО5 обратилась в суд в установленный статьёй 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации срок.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО5 удовлетворить.

Восстановить ФИО5 срок для принятия наследства после смерти ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей в мае ДД.ММ.ГГГГ

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья Н.А.Малинина