РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 июля 2019 года г. Миллерово 

Ростовской области

Миллеровский районный суд Ростовской области в составе: 

председательствующего судьи Мишель Г.Б., 

при секретаре судебного заседания Серединой Н.Н.,

с участием ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 в лице представителя ОАО «Северо-Кавказская пригородная пассажирская компания» о защите чести, достоинства, деловой репутации и компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Миллеровский районный суд Ростовской области с исковым заявлением к ФИО1 в лице представителя ОАО «Северо-Кавказская пригородная пассажирская компания» о защите чести, достоинства, деловой репутации и компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием.

В обоснование исковых требований истец указал, что 28 февраля 2011 года было вынесено постановление о возбуждении в отношении него уголовного дела по ч.3 ст. 327 УК РФ. 09 марта 2016 года постановлением Верховного суда РФ были выявлены многочисленные грубейшие нарушения УПК РФ и его Конституционных прав незаконными действиями должностных лиц. После ознакомления с материалами уголовного дела, им и его представителем было обнаружено заявление о преступлении представителя ФИО1 от 14 июля 2014 года. Информация, содержащаяся в заявлении, по мнению истца, является ложной, порочащей его честь и достоинство. Направление данного заявления в ФИО3 МВД России на транспорте, привело к незаконному уголовному преследованию, и как следствие, к перенесенным глубоким нравственным страданиям и душевным переживаниям. 

В связи с чем, истец просил суд: признать заявление о преступлении ФИО1 и сведения, изложенные в нем в отношении ФИО2, заведомо ложными, не соответствующими действительности. Взыскать с ОАО «СКППК» и представителя ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 15 миллионов рублей. Вынести частное определение в отношении ФИО1 в соответствии со ст. 226 ГПК РФ о признаках состава преступления и направить в соответствующие органы.

Истец ФИО2, а также его представитель по доверенности ФИО4, будучи надлежащим образом уведомленными о месте и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явились. В адрес суда направили заявление с просьбой о рассмотрении дела в их отсутствие.

С учетом указанных обстоятельств, суд пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие стороны истца в соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования ФИО2 не признала в полном объеме, просила в их удовлетворении отказать, пояснения дала в рамках поданных ею письменных возражений.

Суд, выслушав мнение лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела, приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Согласно ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

В силу ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Защита чести, достоинства и деловой репутации является конституционным правом, а деловая репутация - одним из условий успешной деятельности.

Принимая во внимание эти конституционные положения, суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (ст. 23, 29, 33 Конституции Российской Федерации), с другой.

В соответствии с положениями ст. 150 ГК РФ нематериальные блага (включая жизнь, здоровье, достоинство личности, личную неприкосновенность, честь и доброе имя и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона) защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (указанных в ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

На основании ст. 152 ГК РФ, гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 24.02.2005 N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» указал, что в силу статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. При этом, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» предусматривает, что обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ юридическое значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельства иск не может быть удовлетворен судом. 

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. 

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица. 

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Пунктом 9 вышеуказанного Постановления установлено, что в силу п. 1 ст. 152 ГК РФ бремя доказывания соответствия действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В соответствии с установившейся прецедентной практикой Европейского Суда свобода выражения мнения составляет одну из существенных основ демократического общества и одно из главных условий для его прогресса и самореализации каждого гражданина.

Согласно ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции РФ, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Проанализировав содержание оспариваемых сведений с точки зрения вышеприведенных норм, суд приходит к выводу, что указанные истцом сведения не подлежат защите в порядке ст. 152 ГК РФ. 

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ 24.02.2005 N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» во взаимосвязи со статьей 33 Конституции Российской Федерации, закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.

В случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 ГК РФ, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы.

В соответствии с вышеизложенными нормами, проанализировав доводы, изложенные в исковом заявлении, суд приходит к выводу о том, что обращение АО «СКППК» в государственные органы было составлено в целях реализации заявителями и защиты прав, свобод и интересов, в соответствии с положениями ст. 33 Конституции Российской Федерации, а не с целью намерения причинить вред истцу либо злоупотребить своим правом, поскольку доводы стороны истца не содержат сведений, порочащих честь и достоинство истца.

Суд также принимает во внимание, что в силу п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Уголовно-процессуальным законом в отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, предусмотрено право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, в отношении подозреваемого, обвиняемого - прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям).

В соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет, в частности, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п. п. 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 настоящего Кодекса. При этом иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 136 УПК РФ).

В свою очередь, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года N 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», согласно ч. 4 ст. 133 УПК РФ правила указанной статьи не распространяются на лиц, в случае принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, поскольку прекращение уголовного дела (освобождение от наказания) в указанных случаях само по себе не является свидетельством незаконности или необоснованности уголовного преследования.

Судом установлено, что уголовное дело в отношении ФИО2 28.02.2011 года было возбуждено по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 327 УК РФ. Постановлением от 04 июля 2014 года дело было прекращено по п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в соответствии со ст. 134 УПК РФ за ФИО2 не признано права на реабилитацию. В дальнейшим постановление о прекращении дела отменялось, и 01 апреля 2016 года уголовное преследование в отношении ФИО2 в части совершения им преступления, предусмотренного ч.3 ст. 327 УК РФ прекращено, продолжено преследование в отношении него по ч.1 ст. 165 УК РФ. 02.04.2016 года постановлением ст. следователя СО ФИО5 МВД России на транспорте уголовное дело в отношении ФИО2 прекращено по п.2 ч.1, ч.2 ст. 24 УПК РФ - отсутствие в деянии состава преступления, преступность и наказуемость деяния были устранены новым уголовным законом. 

В силу прямого указания закона, указанное в ч. 2 ст. 24 УПК РФ основание прекращения уголовного преследования, реабилитирующим не является. Поскольку уголовное дело в отношении истца прекращено по данной норме процессуального закона, не свидетельствующей о незаконности уголовного преследования, основания для компенсации ФИО2 морального вреда отсутствуют.

При этом, доказательств наличия физических и нравственных страданий, причиненных в результате незаконных действий должностных лиц, влекущих в силу ст. ст. 151, 1070 ГК РФ компенсацию морального вреда, материалы дела не содержат, истцом также не представлено.

Согласно ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

В соответствии с принципом диспозитивности гражданского процесса (ст. 12, 56 ГПК РФ) обязанность доказывания обстоятельств по делу в обоснование заявленных требований или возражений лежит на соответствующей стороне, суд не является участником доказательственного процесса, а реализует функцию оценки представленных сторонами доказательств. Суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, не представит их суду (ст. 68 ГПК РФ). Изложенные нормативные положения национального права аналогичны принципу оценки доказательств, которым руководствуется Европейский Суд по правам человека: «бремя доказывания лежит на том, кто делает утверждение, а не на том, кто его отрицает» (Постановление от 26 июля 2007 г. по делу «М. против Российской Федерации», § 68). При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что убедительных доказательств факта распространения ответчиком порочащих честь и достоинство сведений об истце, порочащий характер этих сведений, а также тот факт, что распространение данных сведений повлекло подрыв деловой репутации и причинение ему физических и нравственных страданий, не представлено.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Аналогичные положения содержатся в ст. 1101 ГК РФ.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации N10 от 20.12.1994г. (в ред. От 06.02.2004г.) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что никаких иных объективных данных в подтверждение своих доводов стороной истца не представлено, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска по заявленным истцом требованиям. 

Стороной истца не представлено суду доказательств, на основании которых суд пришел бы к иному выводу по данному делу.

Отказ в удовлетворении основного требования влечет отказ в удовлетворении производных от него требований. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

В удовлетворении искового заявления ФИО2 к ФИО1 в лице представителя ОАО «Северо-Кавказская пригородная пассажирская компания» о защите чести, достоинства, деловой репутации и компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Миллеровский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме будет изготовлено 22.07.2019 года, после чего может быть получено сторонами.

Судья Миллеровского районного суда 

Ростовской области Г.Б. Мишель 

Решение в окончательной форме

изготовлено 22.07.2019 года.