Дело № 2-2446/2019 12 сентября 2019 года

29RS0014-01-2019-003239-21

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

Ломоносовский районный суд города Архангельска в составе

председательствующего судьи Каркавцевой А.А.,

при секретаре Крыловой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по иску федерального государственного казенного учреждения «Управление лесного хозяйства и природопользования» Министерства обороны Российской Федерации к ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей, 

установил:

федеральное государственное казенное учреждение «Управление лесного хозяйства и природопользования» Министерства обороны Российской Федерации (далее – ФГКУ «Управление лесного хозяйства и природопользования» Минобороны России, Учреждение) обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей.

В обоснование иска указано, что департаментом ведомственного финансового контроля и аудита Минобороны России в августе 2018 года проведена выездная аудиторская проверка ФГКУ «Управление лесного хозяйства и природопользования» Минобороны России по вопросам законности выполнения внутренних бюджетных процедур (процессов, операций), достоверности бюджетной отчетности, надежности внутреннего финансового контроля. В ходе проведения проверки (акт от 21 сентября 2018 года 

<

№>) выявлено 64 нарушения. По результатам служебного расследования было установлено, что бывшим начальником Учреждения ФИО1 ненадлежащим образом исполнялись трудовые обязанности по руководству деятельностью Учреждения, в том числе по обеспечению сохранности и использованию по назначению имущества, переданного Учреждению, а также финансовых средств, в результате чего истцу был причинен ущерб в размере 3 194 252 рубля 20 копеек, а именно:

- 58 067 рублей 52 копейки – неправомерное (незаконное) расходование бюджетных средств на завышенные объемы оказанных услуг по техническому обслуживанию и санитарному содержанию фондов Минобороны России;

- 1 729 688 рублей 9 копеек – непроизводительные расходы бюджетных средств (не дающие очевидного определенного результата), упущенная выгода (неустойка), образовавшаяся вследствие несвоевременной и неполной оплаты ФГАУ «Оборонлес» Минобороны России договоров купли-продажи лесных насаждений;

- 342 686 рублей 59 копеек – неэффективное использование бюджетных средств по оплате пеней, штрафов за счет средств федерального бюджета;

- 400 000 рублей – непринятие мер (штрафных санкций) за ненадлежащее выполнение исполнителем обязательств, предусмотренных условиями государственного контракта 

<

№> по оказанию услуг по комплексному техническому обслуживанию и санитарному содержанию здания Учреждения;

- 663 810 рублей – неположенные выплаты (переплаты) стимулирующего характера (премий) сотрудникам управления Учреждения (приказ Министра обороны Российской Федерации от 26 июля 2010 года № 1010 «О дополнительных мерах по повышению эффективности использования фондов денежного довольствия военнослужащих и оплаты труда лиц гражданского персонала Вооруженных Сил Российской Федерации»).

Полагая, что ответчиком были нарушены положения абзаца 7 пункта 3.2, пункт 5 должностной инструкции начальника Учреждения, абзац 3 пункта 2.4, пункт 2.6 трудового договора 

<

№> от 20 октября 2017 года, истец просил взыскать с ФИО1 материальный ущерб в размере 3 194 252 рубля 20 копеек.

В ходе производства по делу представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, увеличил размер исковых требований, просил взыскать с ответчика сумму материального ущерба в размере 3 301 324 рубля 1 копейка, поскольку после перерасчета непроизводственных расходов бюджетных средств (не дающих очевидного определенного результата) упущенная выгода (неустойка), образовавшаяся вследствие несвоевременной и неполной оплаты ФГАУ «Оборонлес» Минобороны России договоров купли-продажи лесных насаждений, составила 1 836 759 рублей 90 копеек.

В письменных возражениях на исковое заявление представитель ответчика адвокат Митин Е.С., действующий на основании ордера, просил в удовлетворении исковых требований отказать. Полагал, что истцом не представлено доказательств наличия у него ущерба, возникшего именно в результате виновных противоправных действий ответчика. 

В судебном заседании представитель ФГКУ «Управление лесного хозяйства и природопользования» Минобороны Р. П. В.В. исковые требования поддержал по указанным в иске основаниям.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился.

Его представитель Митин Е.С. в судебном заседании с иском не согласился.

По определению суда дело рассмотрено при данной явке.

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

На основании трудового договора 

<

№> от 20 октября 2017 года ФИО1 был принят на работу на должность начальника ФГКУ «Управление лесного хозяйства и природопользования» Минобороны Р. с 20 октября 2017 года.

25 октября 2018 года ответчик уволен с указанной должности. 

В августе 2018 года Департаментом ведомственного финансового контроля и аудита Министерства обороны Российской Федерации проведена выездная аудиторская проверка ФГКУ «Управление лесного хозяйства и природопользования» Минобороны России по вопросам законности выполнения внутренних бюджетных процедур (процессов, операций), достоверности бюджетной отчетности, надежности внутреннего финансового контроля. 

Результаты проверки отражены в акте от 21 сентября 2018 года 

<

№>.

В связи с выявлением в ходе данной проверки ряда нарушений на основании приказа начальника ФГКУ «Управление лесного хозяйства и природопользования» Минобороны Р. от 6 февраля 2019 года 

<

№> проведено служебное расследование с целью установления ответственных лиц Учреждения, виновных и допустивших своими действиями или бездействием выявленные нарушения.

В акте служебного расследования от 15 марта 2019 года среди прочего в качестве выявленных нарушений и ущерба, подлежащего возмещению в федеральный бюджет указаны:

- 296 872 рубля 45 копеек – неправомерное (незаконное) расходование бюджетных средств на завышенные объемы оказанных услуг по техническому обслуживанию и санитарному содержанию фондов Минобороны России (виновным лицом по суммам 18 630 рублей 72 копейки (завышение объема оказанных услуг в феврале, апреле и мае 2018 года по государственному контракту от 26 декабря 2017 года 

<

№>) и 39 436 рублей 80 копеек (завышение объема оказанных услуг в мае, августе, сентябре, октябре 2017 года по государственному контракту от 17 июля 2017 года 

<

№>) в акте служебного расследования указан ФИО1);

- 3 500 445 рублей – неположенные выплаты (переплаты) стимулирующего характера (премий) сотрудникам управления Учреждения (приказ Министра обороны Российской Федерации от 26 июля 2010 года № 1010 «О дополнительных мерах по повышению эффективности использования фондов денежного довольствия военнослужащих и оплаты труда лиц гражданского персонала Вооруженных Сил Российской Федерации») (виновными лицами по данному нарушению комиссия считает бывших начальников Учреждения 

<

***> и ФИО1);

- 342 686 рублей 59 копеек – неэффективное использование бюджетных средств по оплате пеней, штрафов за счет средств федерального бюджета (виновным лицом по данной сумме ущерба в акте служебного расследования указан ФИО1);

- 6 121 694 рубля 57 копеек – непроизводительные расходы бюджетных средств (не дающие очевидного определенного результата), упущенная выгода (неустойка), образовавшаяся вследствие несвоевременной и неполной оплаты ФГАУ «Оборонлес» Минобороны России договоров купли-продажи лесных насаждений (из них по сумме ущерба в размере 1 729 688 рублей 9 копеек виновным лицом комиссия считает ФИО1);

- 400 000 рублей – бездействие Учреждения, повлекшее неполучение средств (упущенной выгоды), непринятие мер (штрафных санкций) за ненадлежащее выполнение исполнителем обязательств, предусмотренных условиями государственного контракта 

<

№> (услуги ЖКХ) (виновным лицом по данной сумме ущерба в акте служебного расследования указан ФИО1).

В соответствии со статьей 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.

По правилам статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в числе прочего относится противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда.

Таким образом, материальная ответственность работника возникает лишь при условии установления противоправности его поведения, вины (умысла или неосторожности) в причинении ущерба, причинной связи между конкретными действиями (бездействием) и наступившим ущербом, а также при наличии прямого действительного ущерба, при этом обязанность доказывания указанных обстоятельств возлагается на работодателя.Как следует из искового заявления, акта аудиторской проверки от 21 сентября 2018 года 

<

№> и акта служебного расследования от 15 марта 2019 года, заявленные к взысканию денежные суммы в размере 1 729 688 рублей 9 копеек (непроизводительные расходы бюджетных средств (не дающие очевидного определенного результата), упущенная выгода (неустойка), образовавшаяся вследствие несвоевременной и неполной оплаты ФГАУ «Оборонлес» Минобороны России договоров купли-продажи лесных насаждений) и 400 000 рублей (непринятие мер (штрафных санкций) за ненадлежащее выполнение исполнителем обязательств, предусмотренных условиями государственного контракта 

<

№> по оказанию услуг по комплексному техническому обслуживанию и санитарному содержанию здания Учреждения) представляют собой денежные средства, которые не были получены Учреждением в связи с непринятием мер для взыскания с контрагентов договорных неустоек. 

Таким образом, данные суммы представляют собой упущенную выгоду, которая не подлежит взысканию с работника в силу прямого указания закона (абзац первый статьи 238 ТК РФ), в связи с чем исковые требования о взыскании с ответчика указанных денежных сумм удовлетворению не подлежат.

В соответствии с актом аудиторской проверки, по мнению проверяющих, завышение объема оказанных услуг в феврале, апреле и мае 2018 года по государственному контракту от 26 декабря 2017 года 

<

№> на сумму 18 630 рублей 72 копейки имело место в связи со следующим. Согласно требованиям к оказанию услуг по санитарному содержанию, установленным данным контрактом, исполнитель ООО «КлинХаус» обязан приступать к устранению замечаний и недостатков в рабочее время немедленно с момента получения заявки от представителя заказчика ФГКУ «Управление лесного хозяйства и природопользования» Минобороны России. Согласно пункту 7.6 государственного контракта объем не оказанных исполнителем услуг либо оказанных с нарушением условий контракта не может быть включен в акт сдачи-приемки услуг. При этом аудиторской проверкой установлено, что в справки о фактически оказанных услугах в объем оказанных услуг по вывозу ТКО и санитарному содержанию включены объемы несвоевременно оказанных услуг.

Между тем факт оплаты Учреждением услуг, которые фактически не оказывались, из материалов дела не следует. При этом сами справки о фактически оказанных услугах по государственному контракту от 26 декабря 2017 года 

<

№> суду не предоставлены. Доказательств того, что ответчик лично принимал данные работы и услуги, в материалах дела не имеется.

ФИО1 истцом также ставится в вину завышение объема оказанных услуг в мае, августе, сентябре, октябре 2017 года по государственному контракту от 17 июля 2017 года 

<

№> на сумму 39 436 рублей 80 копеек при схожих обстоятельствах. Однако ответчик был принят на работу только в конце октября 2017 года, в связи с чем не может отвечать за обстоятельства, имевшие место до его назначения на должность. 

Заявленный в иске ущерб на сумму 342 686 рублей 59 копеек (неэффективное использование бюджетных средств по оплате пеней, штрафов за счет средств федерального бюджета) согласно акту служебного расследования состоит в следующем.

Тверским лесничеством Минобороны России – филиалом Учреждения было подано исковое заявление в отношении главного бухгалтера лесничества 

<

***> о взыскании 153 477 рублей за несвоевременное предоставление отчетности в Пенсионный фонд России. Апелляционным определением Тверского областного суда от 7 июня 2017 года по делу № 33-2145 решение Бологовского городского суда Тверской области от 22 марта 2017 года об отказе во взыскании с 

<

***> 153 477 рублей оставлено без изменения, жалоба Учреждения – без удовлетворения. Оставшаяся сумма образовалась в связи с несвоевременной уплатой авансового платежа по налогу на землю, так как лимиты бюджетных обязательств на уплату данного налога были доведены до Учреждения только расходным расписанием 

<

№> от 27 октября 2017 года. Позднее поступление лимитов бюджетных обязательств связано с тем, что ранее Учреждение не являлось плательщиком по данному виду налога. По данному ущербу приказы в Учреждении на проведение служебных расследований по факту определения виновных лиц не издавались, контроль со стороны командования Учреждения отсутствовал. 

Между тем, исходя из даты вынесения решения по иску к 

<

***>., несвоевременное предоставление Учреждением отчетности в пенсионный орган имело место ранее марта 2017 года, в то время как ФИО1 был принят на работу 20 октября 2017 года.

Какое отношение ФИО1 имеет к несвоевременному доведению лимитов бюджетных обязательств на уплату земельного налога, истец суду не пояснил. 

Проведение служебных расследований начальником учреждения ФИО1 не являлось действием, которое позволило бы избежать расходов на уплату пеней, штрафов.

Таким образом, какие-либо неправомерные действия, приведшие к уплате Учреждением пеней и штрафов на сумму 342 686 рублей 59 копеек, со стороны ответчика отсутствовали.

В акте аудиторской проверки сделан вывод о том, что Учреждением как получателем бюджетных средств произведены неправомерные выплаты дополнительного материального стимулирования сотрудникам Учреждения в общем размере 3 500 445 рублей: в 2016 году – на общую сумму 2 090 175 рублей, в 2017 году – на общую сумму 952 215 рублей, в первом полугодии 2018 года – на общую сумму 458 055 рублей. 

Однако в описании данного нарушения указано лишь на многочисленные случаи принятия на должность лиц, не имеющих соответствующей квалификации (без приведения перечня) и выплату надбавки за эффективную и качественную работу сотрудникам, имеющим дисциплинарные взыскания. Каких-либо расчетов суммы ущерба не приведено. Упомянутые в акте приказы начальника Учреждения, на основании которых производились выплаты, вынесены в период с февраля по август 2017 года, когда ФИО1 в ФГКУ «Управление лесного хозяйства и природопользования» Минобороны России еще не работал.

При этом доказательств того, что денежное вознаграждение (в том числе стимулирующие выплаты) работникам Учреждения в 2017, 2018 годах было выплачено с превышением годового фонда оплаты труда, в материалах дела не имеется, что свидетельствует об отсутствии ущерба в данной части.

Суд учитывает, что ни по одной из перечисленных выше сумм, заявленных к взысканию Учреждением как ущерб, истцом не указано, какие конкретно действия должен был совершить ответчик ФИО1 в силу возложенных на него должностных обязанностей, чтобы не допустить возникновение ущерба. Истец ограничился лишь ссылками на положения абзаца 7 пункта 3.2, пункт 5 должностной инструкции начальника Учреждения, абзац 3 пункта 2.4, пункт 2.6 трудового договора 

<

№> от 20 октября 2017 года, в силу которых начальник Учреждения обязан обеспечивать сохранность и использование по назначению имущества, переданного в бессрочное пользование, финансовых средств, эффективную деятельность Учреждения, несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение должностных обязанностей и возможный имущественный ущерб. Вместе с тем для возложения на работника ответственности за причиненные работодателю убытки необходимо наличие прямой причинно-следственной связи между ненадлежащим исполнением работником своих должностных обязанностей, выразившихся в конкретных действиях или бездействии, и последствиями в виде убытков. 

Доказательств наличия указанных выше условий привлечения к материальной ответственности в их совокупности истцом представлено не было, в том числе суду не представлено доказательств причинения истцу именно прямого действительного ущерба, то есть реального уменьшения наличного имущества работодателя или ухудшения состояния указанного имущества, а также необходимости для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Кроме того, суд полагает, что выводы, изложенные в акте служебного расследования, проведенного работодателем, о виновности исключительно ФИО1 по указанным в иске суммам фактически сводятся к указанию на обстоятельства, которые включены в акт аудиторской проверки как нарушения. Однако данные нарушения ссылками на соответствующие правовые акты и надлежащими доказательствами не подтверждены. При этом конкретные обстоятельства, при которых были допущены эти нарушения, в акте служебного расследования не отражены, в том числе не сделано никаких выводов относительно наличия (отсутствия) оснований для возложения материальной ответственности на иных работников организации, имеющих непосредственное отношение к ведению договорной работы, подготовке приказов, на основании которых осуществлялись начисления, выполнению индивидуальных расчетов, перечислению обязательных платежей в бюджет.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что каких-либо неправомерных действий (бездействия), находящихся в прямой причинно-следственной связи с убытками истца на сумму 3 301 324 рубля 1 копейка, ответчиком ФИО1 допущено не было.

При таких обстоятельствах основания для вывода о причинении ответчиком материального ущерба ФГКУ «Управление лесного хозяйства и природопользования» Минобороны Р. не имеется, в связи с чем исковые требования удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований федерального государственного казенного учреждения «Управление лесного хозяйства и природопользования» Министерства обороны Российской Федерации к ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей, отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Ломоносовский районный суд города Архангельска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий А.А. Каркавцева

Мотивированное решение изготовлено 17 сентября 2019 года.

Председательствующий А.А. Каркавцева