Дело №2-272/2021

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

15 марта 2021 года город Губкин Белгородской области. 

Губкинский городской суд Белгородской области в составе

судьи Бобровникова Д.П.

при секретаре Кривошеевой А.А.

с участием прокурора Малаховой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» (далее - АО «ЛГОК») о взыскании утраченного заработка и компенсации морального вреда по тем основаниям, что ДД.ММ.ГГГГ, работая в должности 

<

данные изъяты> в АО «ЛГОК» он был травмирован на производстве в результате падения кольцевого картера, а случившееся было признано несчастным случаем.

Указывая на то, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился на лечении вследствие травмы, в дальнейшем из-за отсутствия условий для легкого труда, предписанного ему медицинским заключением, был вынужден уволиться с ДД.ММ.ГГГГ, истец ФИО2 в исковом заявлении просил о взыскании с АО «ЛГОК» утраченного им заработка в размере 72 639,80 руб. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, компенсации морального вреда 500 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, явку своего представителя не обеспечил.

В заявлениях от ДД.ММ.ГГГГ, поступивших в суд ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 просил о рассмотрении дела в его отсутствие и в отсутствие его представителя, а также в соответствии с положениями части 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) свои требования уменьшил, поддержав их только в части взыскания с АО «ЛГОК» компенсации морального вреда 500 000 руб. (л.д.№). 

Представитель ответчика АО «ЛГОК» ФИО3 также в судебное заседание не явилась. В заявлении от 11 марта 2021 года просила о рассмотрении дела в ее отсутствие (л.д.№). 

Исковые требования ответчик не признает по основаниям, которые были изложены в представленных в дело ранее возражениях (л.д.№).

Представитель государственного учреждения Белгородского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации, привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебное заседание не явился, причины неявки не сообщил. В дело представил письменный отзыв (л.д.№).

Дело рассмотрено в отсутствие истца и его представителя, представителя ответчика, представителя третьего лица по правилам статьи 167 ГПК РФ.

Изучив доводы искового заявления и возражений на него, исследовав представленные в дело письменные доказательства в их совокупности, заслушав заключение прокурора Малаховой А.С., полагавшей, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда завышен, поэтому подлежит снижению судом, суд признает заявленные ФИО2 исковые требования подлежащими удовлетворению только в части.

Жизнь и здоровье человека являются высшими ценностями, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). 

В статье 2 Конституции Российской Федерации задекларировано, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей. Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 2 статьи 7 и часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

По общему правилу, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

Статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) определено, что работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами. 

В силу абзаца четвертого части 2 статьи 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасные условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям о безопасности труда.

Обязанности работодателя по обеспечению безопасных условий и охраны установлены статьей 212 ТК РФ, в соответствии с которой работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых при производстве инструментов, сырья и материалов.

Статьей 220 ТК РФ предписано, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работодателем в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя при наличии его вины в причинении морального вреда, за исключением случаев, когда вред был причинен жизни или здоровью работника источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

Согласно абзацу второму части 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенных в постановлении от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», также следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно записям в трудовой книжке истец ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ был принят на работу в АО «ЛГОК» и с ДД.ММ.ГГГГ работал 

<

данные изъяты> участка по ремонтам механического оборудования цеха хвостового хозяйства (ЦХХ) обогатительной фабрики (л.д.№).

Из акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № (по форме №) следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов с истцом ФИО1 произошел несчастный случай на производстве: при ремонтных работах на сгустителе упавшим кольцевым картером венцовой шестерни массой 614 кг. придавило правую руку ФИО1 к металлической тумбе (л.д.№).

Согласно указанному акту о несчастном случае медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 30 октября 2019 года №2959 ФИО2 установлен диагноз по МКБ-10: 

<

данные изъяты> Указанное повреждение отнесено к категории «легких производственных травм».

Как следует из выписки из амбулаторной карты, ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении, в том числе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – на стационарном лечении в Губкинской центральной районной больнице, где ДД.ММ.ГГГГ ему выполнена операция – 

<

данные изъяты>.

Заключениями врача от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был рекомендован легкий труд до ДД.ММ.ГГГГ включительно (л.д.№).

Однако, как следует из искового заявления и не оспаривалось стороной ответчика, отсутствие условий для легкого труда на участке по ремонтам механического оборудования ЦХХ обогатительной фабрики стало причиной увольнения истца по его инициативе (собственному желанию) с ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, стороной истца суду представлены достаточные в своей совокупности доказательства, подтверждающие факт причинения вреда его здоровью в период трудовых отношений с ответчиком именно вследствие несчастного случая на производстве, в котором вина самого истца отсутствует, однако установлена вина ответчика и его должностных лиц – неудовлетворительная организация работ по демонтажу кольцевого картера венцовой шестерни привода сгустителя, что следует из пункта 10 названного выше акта о несчастном случае на производстве, не оспаривалось ответчиком. 

В данном деле суд при определении размера денежной компенсации учитывает степень физических и нравственных страданий истца ФИО2, вызванных как непосредственно в момент травмы, так и имевших место при существенно длительном лечении, в том числе потребовавшем оперативное вмешательство, очевидность наступивших негативных последствий для истца, включая вынужденное изменение привычного для него образа жизни и обусловленное этим изменение условий и прекращение в дальнейшем трудовой деятельности в силу установленных ограничений, а также вину работодателя в причинении вреда при отсутствии вины самого работника.

Суд принимает во внимание также обстоятельства, которые напрямую не связаны с причинением вреда здоровью истца, но имеют значение для правильного разрешения спора. 

Общеизвестным, не требующим доказывания с позиции статьи 61 ГПК РФ, является факт того, что АО «ЛГОК» – лидер предприятий горнорудной промышленности не только региона, но и всей страны с высокой положительной динамикой бюджета. 

Доводы ответчика об отсутствии правовых оснований удовлетворения исковых требований суд отвергает.

Ответчик ссылался на то, что в соответствии с пунктом 3.1 действующего Положения о возмещении вреда, причиненного здоровью работника АО «ЛГОК» в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания от 22 марта 2017 года (л.д.№) истцу была произведена выплата компенсации морального вреда в размере трех его среднемесячных заработков, что составило 69 459,32 руб., включая налог на доходы физических лиц по ставке 13%, и отражено в расчетном листке за апрель 2020 года (л.д№).

Получение такой выплаты сам истец подтверждал в исковом заявлении.

Однако суд исходит из следующего. 

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения, тем более установления определенных размеров соответствующей компенсации в денежном эквиваленте в зависимости от тех или иных условий, например, от времени нетрудоспособности, как это установлено названным выше Положением АО «ЛГОК» от 22 марта 2017 года.

При этом в силу закона компенсация морального вреда во всех случаях должна отвечать признакам справедливой выплаты потерпевшему за перенесенные страдания. 

Добровольную выплату ответчиком истцу в качестве такой компенсации указанной суммы суд считает возможным лишь учесть при определении размера взыскиваемой судом компенсации. 

Поэтому исходя из требований разумности и справедливости суд признает, что отвечающей этим критериям в данном конкретном случае с учетом уже произведенной ответчиком выплаты является сумма компенсации, равная 150 000 руб. 

В остальной части требования истца удовлетворению не подлежат.

Согласно статье 103 ГПК РФ государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой был освобожден истец, подлежит взысканию с ответчика в доход бюджета Губкинского городского округа.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ,

решил:

иск ФИО2 к акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» удовлетворить в части.

Взыскать с акционерного общества «Лебединский горно-обогатительный комбинат» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда 150 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с акционерного общества «Лебединский горно-обогатительный комбинат» в доход бюджета Губкинского городского округа государственную пошлину 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционных жалобы, представления через Губкинский городской суд Белгородской области в течение месяца.

Судья Бобровников Д.П.

Решение17.03.2021