Дело ###

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

«23» октября 2025 года 

<

...>

Октябрьский районный суд г.Владимира в составе:

председательствующего судьи Егорова И.А.,

при секретаре Митроновой Д.О., 

с участием помощников прокурора г.Владимира Шефер И.Е., ФИО2, ФИО18,

потерпевшего Потерпевший №1,

осужденного ФИО1, 

защитника осужденного ФИО1 - адвоката Грабовенко Т.Ю., 

рассмотрев в помещении суда в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Грабовенко Т.Ю., а также по апелляционному представлению помощника прокурора г.Владимира ФИО5 на приговор мирового судьи судебного участка №4 Октябрьского района г.Владимира от 05.06.2025, которым 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>

осужден по ст.319 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 25 000 рублей. 

Гражданские иски потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда удовлетворены частично. Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу каждого из потерпевших компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

Принято решение о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад председательствующего судьи Егорова И.А., выступление осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Грабовенко Т.Ю., поддержавших доводы жалобы в интересах осужденного ФИО1 об отмене приговора и вынесении по делу оправдательного приговора, а также выступление помощников прокурора г.Владимира ФИО3, ФИО13, ФИО14поддержавших доводы апелляционного представления о внесении изменений в приговор и возражавшей удовлетворению апелляционных жалобы осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Грабовенко Т.Ю., суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за оскорбление представителей власти, то есть публичное оскорбление представителей власти при исполнении ими своих должностных обязанностей и в связи с их исполнением.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

Осужденный ФИО1 в суде первой инстанции, не признавая вины, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени ДД.ММ.ГГГГ, осуществляя движения по проезжей части г.Владимира на своем автомобиле 

<

данные изъяты>, на 

<

...> был остановлен сотрудниками ДПС, как в последующем ему стало известно Потерпевший №1 и Потерпевший №2, которые в установленном законом порядке ему не представились и не назвали причину остановки его транспортного средства. При этом, у Потерпевший №2 имелся автомат «Калашникова», дуло которого было направлено в его (ФИО1) сторону. В этой связи в ходе возникшего между ним и указанными сотрудниками полиции словесного конфликта, он подверг их критике за допущенные нарушения требований закона, на что сотрудник полиции Потерпевший №2 высказал в его адрес нецензурную брань. Далее, по-прежнему не называя причину остановки его автомобиля, указанные сотрудники стали требовать от него представить СТС, водительское удостоверение и страховой полис на транспортное средство. На каждое из выдвинутых требований они получали от него критические замечания. При этом данных сотрудников он не оскорблял. Иные лица в диалоге участия не принимали. Неподалеку находились посторонние лица, но, как полагает, они не могли их слышать. Через какое-то время, уже после того, как он предъявил Потерпевший №1 и Потерпевший №2 документы на свой автомобиль, не установив с его стороны никаких нарушений, указанные сотрудники полиции разрешили ему уехать. Достоверность установленных на стадии следствия сведений, касающихся объема и содержания фраз, высказанных им при указанных обстоятельствах в адрес сотрудников полиции Потерпевший №1 и Потерпевший №2, не оспаривает. Считает, что со стороны данных сотрудников ДПС в отношении него была допущена провокация, поскольку ранее он неоднократно обращался в разные надзорные инстанции с жалобами на действия сотрудников полиции в связи с халатным исполнением ими своих должностных обязанностей. 

В апелляционных жалобах и дополнениях к ним осужденный ФИО1 и его защитник - адвокат Грабовенко Т.Ю. считают приговор суда незаконным и необоснованным, поскольку выводы суда о доказанности вины ФИО1 не основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах. В обоснование жалоб указывают, что судом в основу обвинительного приговора положены недопустимые доказательства, а именно показания потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2, испытывающих неприязненные отношения к осужденному, протоколы осмотра места происшествия и предметов, приобщенных к материалам уголовного дела, оптический диск с видеозаписью событий случившегося, полученные с нарушением требований закона. Приводят доводы о несоответствии изложенных в приговоре сведений в показаниях свидетелей ФИО7 и ФИО8 фактическим обстоятельствам уголовного дела, о нарушении судом права на защиту ФИО1 в связи с отказом в удовлетворении его ходатайства о вызове в судебное заседание и допросе по обстоятельствам дела свидетеля ФИО16, ненадлежащем извещении подсудимого о судебных заседаниях, отказом в разрешении фотографирования и осуществления видеозаписи судебного заседания, а также о процессуальных нарушениях, допущенных судом при вынесении приговора, в частности о присутствии при провозглашении приговора секретаря судебного заседания, данные которой не занесены в приговор и протокол судебного заседания, наличии нецензурных выражений в приговоре. 

Так, делая выводы о том, что действия потерпевших в отношении ФИО1 носили провокационный характер, стороной защиты указывается о том, что сотрудники полиции Потерпевший №1 и Потерпевший №2 не предприняли никаких мер к задержанию или иному пресечению противоправных действий, якобы имевших место со стороны ФИО1, хотя имели возможность и были обязаны это сделать. 

Выводы суда об отсутствии заинтересованности потерпевших в исходе дела, их объективности опровергаются установленными в ходе судебного разбирательства по делу сведениями, которым суд не дал надлежащей оценки. 

Так, в заключении эксперта по итогам исследования видеозаписей с видеорегистратора сотрудника полиции ФИО6 содержится информация, что последний в ходе указанных событий оскорбил ФИО1

К материалам уголовного дела приобщены копии процессуальных решений об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенных ДД.ММ.ГГГГ следователями Октябрьского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Владимирской области в отношении ФИО1 по факту оскорбления инспекторов ОСР ДПС Госавтоинспекции УМВД России по Владимирской области ФИО21.

Решением Владимирского областного суда ### отменено постановление суда о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.20.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (протокол об административном правонарушении ###), за отсутствием в его действиях состава указанного административного правонарушения.

Также ДД.ММ.ГГГГ должностным лицом ОСР ДПС Госавтоинспекции УМВД России по Владимирской области вынесено решение о прекращении в отношении ФИО1 производства по делу об административном правонарушении за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (протокол об административном правонарушении ###), за отсутствием в его действиях состава указанного административного правонарушения.

Кроме того, в материалах уголовного дела содержится фотографическое изображение транспортного средства ФИО1, датированное ДД.ММ.ГГГГ, что дает основание полагать о проведении сотрудниками полиции в отношении ФИО1 оперативно-розыскных мероприятий еще до указанных в приговоре суда событий. 

Материалы дела не содержат подтверждающей информации, что Потерпевший №1 и Потерпевший №2 были наделены служебными полномочиями в установленном порядке, поскольку все имеющиеся в материалах уголовного дела копии документов о должностном положении указанных лиц, не заверены надлежащим образом, отсутствуют сведения об ознакомлении данных сотрудников полиции с указанными приказами, выписками.

В приговоре суда искажены сведения, сообщенные об обстоятельствах случившегося свидетелями обвинения ФИО7 и ФИО8, а именно о том, что при указанных обстоятельствах действиями ФИО1 был подорван авторитет представителей власти в лице сотрудников полиции Потерпевший №1 и Потерпевший №2

В частности, в судебном заседании свидетель ФИО7 первоначально заявил, что ФИО1 нецензурно в адрес сотрудников полиции не высказывался, а после оглашения его показаний, данных на стадии предварительного следствия, сообщил, что мат со стороны ФИО1 звучал в общем контексте. 

В судебном заседании свидетель ФИО8 не смог сообщить, почему действия указанных сотрудников были законными, какие нецензурные слова были высказаны ФИО1 в адрес сотрудников полиции. Не сообщал об этом данный свидетель и на стадии следствия. Также, по мнению свидетеля ФИО8, действиями ФИО1 не был подорван авторитет к органу власти. Более того, указанные сотрудники полиции своими действиями сами подорвали авторитет к органу власти. 

Сообщенные в судебном заседании данными свидетелями в указанной части сведения в протоколе судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ зафиксированы искаженно, противоречат аудиозаписи судебного заседания, в связи с чем данная аудиозапись подлежит оглашению в ходе апелляционного рассмотрения дела.

Судом первой инстанции также не учтено, что показания свидетеля ФИО8 в части сообщенных им сведений о длительности происшествия в течение приблизительно десяти минут, о передаче после случившегося им и ФИО8 сотрудникам полиции сведений о номерах своих мобильных телефонов, противоречат установленным обстоятельствам дела, а именно показаниям потерпевших, свидетеля ФИО8

В связи с имеющимися противоречиями в показаниях свидетелей ФИО8 и ФИО7, а также с учетом сообщенных в судебном заседании свидетелем ФИО8 сведений о прохождении им ДД.ММ.ГГГГ стационарного лечения в результате полученной черепно-мозговой травмой, осужденный ФИО1 ходатайствует о запросе из медицинского учреждения по месту прохождения лечения ФИО8 сведений о диагнозе выявленного у свидетеля ФИО8 заболевания с целью оценки возможности правильного восприятия последним указанных событий. 

Представленные доказательства, а именно показания потерпевших, свидетелей не содержат конкретных фраз и слов, которые расценивались ими в качестве оскорблений сотрудников полиции. 

В приговоре суда никак не мотивировано, в чем выразилось нарушение нормальной деятельности органа власти. 

В основу приговора положены сведения, содержащиеся на видеозаписях со служебных регистраторов, имевшихся при указанных обстоятельствах в распоряжении потерпевших, копированных на оптический DVD-R диск. Однако, материалы уголовного дела не содержат сведений, позволяющих сделать однозначный вывод о том, каким образом данный объект был приобщен к материалам уголовного дела. 

Так, потерпевшие на стадии следствия не сообщали о том, что при указанных обстоятельствах ими осуществлялась видеосъемка.

Свидетель - следователь Октябрьского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Владимирской области ФИО9, в производстве которого находилось указанное уголовное дело, в судебном заседании по указанному вопросу смог пояснить только то, что диск поступил в следственный орган с материалами проверки. Вместе с тем, первоначально все материалы находились у руководителя следственного органа и не известно, в каком объеме они в последующем были переданы ФИО9 Кроме того, в сопроводительном письме из УМВД России по городу Владимиру, где первоначально была организована доследственная проверка по указанным обстоятельствам, о направлении по последственности данных материалов в Октябрьский межрайонный следственный отдел СУ СК России по Владимирской области, содержатся сведения о количестве материалов только на сорока девяти листах, без указания каких-либо иных носителей информации. 

На стадии предварительного следствия указанный диск с видеозаписями был предметом исследования при производстве судебной лингвистический экспертизы, в ходе которой установлено, что датой создания содержащихся на диске видео-файлов является ДД.ММ.ГГГГ. Данные сведения фактически опровергают выводы суда о том, что указанный диск был приобщен к содержащему в материалах уголовного дела рапорту командира ОСР ДПС Госавтоинспекции УМВД России по Владимирской области ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ после выявления им правонарушения со стороны ФИО1, зарегистрированного в УМВД России по Владимирской области ДД.ММ.ГГГГ, о чем на стадии предварительного следствия сообщил сам свидетель ФИО10 Более того, в судебном заседании свидетель ФИО10 не подтвердил указанные сведения, заявив, что оптических дисков к данному рапорту он не приобщал. 

Заявляя о том, что содержащиеся на указанном оптическом DVD-R диске видеозаписи не отвечают требованиям достоверности и допустимости, стороной защиты также приводится информация, что время создания файлов, содержащихся в папках, отличается от реального времени исследуемых событий и не совпадает со временем, зафиксированным на видеозаписи, а также не соответствует названию файла, который представлен в виде даты и времени. Также, в материалах дела отсутствует информация, какие именно видео-регистраторы ДД.ММ.ГГГГ выдавались потерпевшим (марка, заводской номер, инвентарный номер), кем и при каких обстоятельствах они были выданы Потерпевший №1 и Потерпевший №2, при каких обстоятельствах были ими возвращены обратно. Представленные видеозаписи являются копиями и соответствие их содержания оригиналу судом не проверялось. 

С учетом того, что указанное доказательство является недопустимым, заключение проведенной по делу на основании указанных видеозаписей судебной лингвистический экспертизы, также подлежит исключению из числа доказательств, как полученное с нарушением требований закона. 

Недопустимым доказательством по делу является протокол осмотра двух оптических DVD дисков, составленный следователем ФИО11, поскольку нарушен порядок и производство данного следственного действия. В протоколе содержатся непонятные записи о том, что данный протокол представлялся для ознакомления участникам следственного действия, тогда как иные лица следователем в проведении осмотра задействованы не были и не участвовали. Содержание указанного протокола следственного действия отображает только действия по открытию и воспроизведению видео-файлов, при этом не описан процесс извлечения дисков из упаковок и помещения в дисковод ноутбука, а также обратный процесс извлечения оптических дисков и их помещение в конверты. Из фото-таблицы невозможно установить, просматривал ли следователь оптические диски или эти файлы находились у нее на компьютере, поскольку фотографии, якобы выполненные фотоаппаратом, не содержат информацию об открываемых носителях. Сами фотографии, вероятно, были изготовлены путем скриншота экрана компьютера, а не фотографирования на фотоаппарат. Также, согласно протоколу, время проведения следственного действия составляет 1 час 20 минут. Вместе с тем, указанное время только требовалось для просмотра двух компакт-дисков, при этом следователю еще было необходимо время для заполнения протокола и составления фото-таблицы. 

Суд в приговоре не мотивировал, почему он пришел к выводу, что следователем в ходе проведения указанного следственного действия допущена явная техническая описка при описании второго оптического DVD-R диска. В судебном заседании в ходе допроса свидетеля ФИО11 данные обстоятельства не выяснялись. Кроме того, судом в приговоре искажены сведения при указании буквенно-цифрового обозначения данного оптического диска по сравнению с описанием, отраженным в протоколе осмотра.

Указывая о процессуальных нарушениях, допущенных судом первой инстанции в ходе разбирательства по делу, осужденным ФИО1 приводятся сведения о том, что судом было незаконно отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о вызове в судебное заседание и допросе в качестве свидетеля по делу ФИО16, участвующей на стадии предварительного следствия в качестве понятой при осмотре оптического диска с видеозаписями. До этого судом указанное ходатайство стороны защиты было удовлетворено, но в последующем, как мотивировал суд, ввиду отсутствия сведений о местонахождении указанного лица, было принято указанное решение, что грубо нарушает право на защиту осужденного ФИО1

Также, по мнению осужденного ФИО1, судом незаконно и необоснованно было отказано в удовлетворении его ходатайств о разрешении фотографирования и осуществления видеозаписи судебного заседания. 

Судебные заседания судом были назначены без учета времени на извещение заинтересованных лиц, тем самым не обеспечено равенство сторон. Так, о судебном заседании, назначенном на ДД.ММ.ГГГГ, осужденный был извещен ДД.ММ.ГГГГ, на ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ, на ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ, на ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ. 

Судом в ходе судебного разбирательства в качестве процессуального документа использовано обвинительное заключение, в котором содержится нецензурное выражение. Также в приговоре использованы бранные и нецензурные слова, что нарушает требования об использовании национального языка в официальном документе, установленные положениями ФЗ «О государственном языке Российской Федерации». 

Приговор является копией данных из обвинительного заключения с сохранением тех же стилистических оборотов и грамматических ошибок, искажающих саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, что указывает на то, что суд доверился доводам следователя без их предварительной проверки. 

При провозглашении приговора отсутствовала секретарь судебного заседания ФИО12, а вместо нее присутствовала иной сотрудник аппарата суда, чьи данные не занесены в приговор и в протокол судебного заседания, что также указывает на незаконность обжалуемого приговора. 

Судом ДД.ММ.ГГГГ необоснованно были удовлетворены только частично замечания на протокол судебного заседания.

В этой связи осужденный ФИО1 и его защитник - адвокат ФИО4 считают, что виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.319 УК РФ, не нашла своего подтверждения, в связи с чем просят отменить обжалуемый приговор и вынести в отношении него оправдательный приговор.

В апелляционном представлении государственный обвинитель, не оспаривая выводы суда о виновности и квалификации содеянного, просит изменить приговор суда вследствие неправильного применения уголовного закона. В обоснование доводов указывает, что верно установив отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, суд ошибочно указал в описательно-мотивировочной части приговора о назначении наказания с учетом смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств. В этой связи просит исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о назначении ФИО1 наказания с учетом отягчающих наказание обстоятельств без снижения назначенного наказания. В остальной части просит приговор оставить без изменения. 

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник-адвокат ФИО4 поддержали доводы, изложенные в апелляционных жалобах, просили приговор суда отменить и вынести по делу оправдательный приговор.

Помощники прокурора г.Владимира ФИО3, ФИО13, ФИО14, просили приговор изменить по доводам, указанным в представлении помощника прокурора г.Владимира ФИО5, жалобы осужденного и его защитника оставить без удовлетворения, полагая, что вина ФИО1 в совершении преступления доказана, назначенное наказание является справедливым, а приговор в целом - законным и обоснованным.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Судебное следствие проведено с достаточной полнотой и объективностью, в соответствии с требованиями ст.15 УПК РФ с соблюдением принципа состязательности сторон. Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. 

Право на защиту осужденного ФИО1 не нарушено. Его доводы о том, что судебные заседания судом были назначены без учета времени на извещение заинтересованных лиц, тем самым не обеспечено равенство сторон, не основаны на фактических обстоятельствах уголовного дела. 

Так, о судебном заседании, назначенном на ДД.ММ.ГГГГ, в котором было начато рассмотрение настоящего уголовного дела по существу, осужденный, с учетом того, что первое судебное заседание, назначенное на ДД.ММ.ГГГГ, было отложено ввиду неявки ФИО1 и его защитника, был извещен ДД.ММ.ГГГГ путем получения почтового отправления с соответствующим извещением, то есть в соответствии с требованиями ч.4 ст.231 УПК РФ, не менее чем за 5 суток до его начала. 

О месте и времени судебных заседаний, состоявшихся ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ с участием подсудимого ФИО1, последний был извещен судом при принятии председательствующим решений по ходатайству сторон об отложении судебного заседания в ходе судебных процессов по уголовному делу, в которых ФИО1 также участвовал, соответственно ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. Данные сведения отражены в протоколе судебного заседания, что не оспаривалось стороной защиты. Отсутствие соответствующих отметок в бланках расписок об извещении ФИО1 о назначенных на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ судебных заседаниях, составленных секретарем судебного заседания по окончании судебных заседаний ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, при наличии в них подписей от имени адвоката Грабовенко Т.Ю., а также иных документальных сведений о получении подсудимым направленных в его адрес судом дополнительных извещений об указанных судебных заседаниях, не свидетельствуют о нарушении права на защиту осужденного ФИО1 При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что у него имелось достаточно времени для подготовки к судебным заседаниям.

Заявленные ходатайства участниками процесса, в том числе осужденным ФИО1, а также отводы, судом рассмотрены.

В частности, судом отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о вызове в судебное заседание и допросе в качестве свидетеля по делу ФИО16, участвующей на стадии предварительного следствия в качестве понятой при осмотре оптического диска с видеозаписями. Данное решение вынесено в связи с отсутствием достоверных сведений о местонахождении указанного лица. При этом, судом, первоначально вынесшем решение о вызове данного свидетеля для допроса по обстоятельствам проведения осмотра указанного оптического диска с видеозаписями по ходатайству подсудимого, были приняты исчерпывающие меры для извещения ФИО16 о судебном заседании. Обеспечение участия указанного свидетеля осуществлялось и путем вынесения постановления о приводе ФИО16, которое со стороны судебных приставов осталось без исполнения по причине отсутствия данного лица по адресу, указанному в материалах уголовного дела (т.3л.д.219,223,224). 

При этом в ходе судебного следствия на основании ходатайства стороны защиты по обстоятельствам проведения осмотра указанного оптического диска с видеозаписями был допрошен в качестве свидетеля ФИО15, привлеченный, как и ФИО16 в качестве понятого для производства данного следственного действия.

Таким образом, установленные обстоятельства не свидетельствует о нарушении права осужденного на защиту и об обвинительном уклоне при рассмотрении уголовного дела судом, так как данный отказ не повлек неправильного рассмотрения дела, поскольку имеющиеся доказательства являются достаточными для установления всех имеющих юридическое значение обстоятельств.

Вопреки доводам осужденного, отказ в удовлетворении его ходатайств о разрешении фотографирования и осуществления видеозаписи судебного заседания не свидетельствует о том, что судебное разбирательство проведено предвзято с нарушением права ФИО1 на справедливый и беспристрастный суд, с ущемлением его процессуальных прав. Решения по указанным ходатайствам мотивированы и соответствуют требованиям закона.

Таким образом, сторона защиты не была ограничена в праве предоставлять суду любое доказательство, которое считала необходимым, а все ходатайства и отводы, заявленные участниками процесса, были рассмотрены с вынесением мотивированных решений, оснований не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции не имеется.

Утверждение осужденного ФИО1 о том, что приговор является копией обвинительного заключения, не основаны на материалах дела. Тот факт, что описание совершенного осужденным преступного деяния в приговоре совпадает с его описанием в обвинительном заключении, а показания допрошенных на следствии и в суде потерпевших и свидетелей, содержание письменных доказательств имеют сходство, не свидетельствует о копировании обвинительного заключения и незаконности приговора, поскольку судом при его вынесении установлены те же обстоятельства совершения преступления, что и следователем, каждому доказательству, непосредственно исследованному в судебном заседании, как в отдельности, так и в совокупности, судом дана оценка, приведены мотивы принятых решений.

Доводы осужденного ФИО1 относительно протокола судебного заседания не являются основанием отмены приговора. Как следует из материалов уголовного дела, протокол судебного заседания подписан председательствующим и секретарем. По доводам осужденного о нарушении требований закона при составлении протокола судебного заседания проведена служебная проверка, по результатам которой установлено, что ДД.ММ.ГГГГ приговор по настоящему уголовному делу мировым судьей был оглашен при участии секретаря ФИО17 Секретарь судебного заседания ФИО12, при участии которой ранее рассматривалось настоящее уголовное дело, ДД.ММ.ГГГГ подписавшая итоговый протокол судебного заседания, при указанных обстоятельствах находилась на больничном. 

Отсутствие подписи секретаря ФИО17 в протоколе судебного заседания за ДД.ММ.ГГГГ является техническим упущением при изготовлении протокола, которое не повлияло на полноту протокола, достоверность изложения хода судебного заседания и его содержание, что подтверждается аудиозаписью судебного заседания. То обстоятельство, что секретарь судебного заседания ФИО17 не указана во вводной части приговора, не свидетельствует о незаконности судебного решения.

Кроме того, имеется аудиозапись всех судебных заседаний, которая подробно отразила весь ход рассмотрения судом уголовного дела и сторона защиты получила копию аудиозаписи, поэтому имеет возможность осуществлять в полном объёме право на защиту.

Замечания осужденного ФИО1 на протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ рассмотрены судом с вынесением постановления ДД.ММ.ГГГГ о частичном их удостоверении (т.4л.д.111-115). 

Сущность поданных замечаний в постановлении судьи не искажена, и все они рассмотрены в полном объеме. Оснований сомневаться в объективности их рассмотрения не имеется. Суд апелляционной инстанции отмечает, что в протоколе судебного заседания зафиксирован ход судебного процесса, указаны заявленные ходатайства, возражения, вопросы участвующих в уголовном деле лиц, достаточно подробно записаны их показания, содержание выступлений, отражены принятые судом процессуальные решения и иные значимые для дела обстоятельства.

С учетом изложенного, следует признать, что данное постановление отвечает требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, а также положениям ст.260 УПК РФ, оснований для признания постановления незаконным и необоснованным не имеется.

При этом по результатам анализа содержания протокола судебного заседания и аудиозаписи судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ в части фиксации показаний свидетелей ФИО7 и ФИО8, вопреки позиции осужденного, установлено, что каких-либо существенных расхождений они не содержат, в протоколе отражены все действия и решения суда, а равно действия участников судебного разбирательства, относящиеся к существу рассматриваемого вопроса, а также полно и правильно отражены все иные необходимые сведения, касающиеся предмета рассмотрения дела. 

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что, по смыслу п.14 ч.2 ст.259 УПК РФ, в протоколе судебного заседания указывается лишь основное содержание выступлений сторон, а не дословное их воспроизведение.

Учитывая, что протокол судебного заседания в совокупности с аудиозаписью хода судебного заседания отражает ход судебного разбирательства, а установленные недостатки, допущенные при оформлении протокола судебного заседания, связаны с невнимательностью секретаря, то ставить под сомнение достоверность протокола судебного заседания и признавать его в части недопустимым, оснований не имеется.

Вместе с тем, судом первой инстанции при постановлении по уголовному делу приговора в отношении ФИО1 допущены существенные нарушения требований уголовно-процессуального закона.

В соответствии с ч.1 ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Согласно ст.297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно положениям ч.1 ст.9 УПК РФ, в ходе уголовного судопроизводства запрещаются осуществление действий и принятие решений, унижающих честь участника уголовного судопроизводства, а также обращение, унижающее его человеческое достоинство.

Приговор постановляется судом именем Российской Федерации, изготавливается на русском языке и подлежит публичному оглашению (ч.1 ст.18, ст.ст.296, 303 и 310 УПК РФ). Приговор является официальным документом.

В силу п.6 ст.1 Закона Российской Федерации от 1 июня 2005 года №53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации» при использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации не допускается использование слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского языка (в том числе нецензурной брани).

Исходя из разъяснений, содержащихся в п.41 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре» недопустимо использование в приговоре непринятых сокращений и слов, неприемлемых в официальных документах.

Указанные требования уголовно-процессуального закона судом первой инстанции по уголовному делу не выполнены. 

Как следует из приговора, суд при изложении в его описательно-мотивировочной части доказательств вины ФИО1 в совершении преступления, а именно показаний потерпевших Потерпевший №2 (т.4л.д.64), Потерпевший №1 (т.3л.д.65), свидетелей ФИО7(т.3л.д.66), ФИО8 (т.3л.д.67), а также результатов осмотра и прослушивания оптических дисков с видеозаписями разговоров ФИО1 с потерпевшими (т.3л.д.68), заключения судебной лингвистической экспертизы по указанным видеозаписям (т.3л.д.69), детально воспроизвел слова и фразы, высказанные при указанных обстоятельствах ФИО1 при общении с потерпевшими, содержащие нелитературные и грубые выражения, в том числе нецензурные слова, содержащиеся также в виде сокращенного изложения, которые недопустимы не только в официально-деловом стиле, но и, исходя из общепризнанных норм морали, в общении между гражданами, не соответствующие нормам современного русского языка, а потому неприемлемы в официальных документах.

Таким образом, использование указанных слов и фраз (даже с их сокращениями), недопустимо в официальном документе, постановленном в силу ст.296 УПК РФ, именем Российской Федерации, и такой приговор не отвечает принципу уважения чести и достоинства личности при осуществлении правосудия (ст.9 УПК РФ), вследствие чего подлежит отмене.

Согласно положениям ст.389.22 УПК РФ, обвинительный приговор суда первой инстанции подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство, если в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции были допущены нарушения уголовно-процессуального и (или) уголовного законов, неустранимые в суде апелляционной инстанции (частиь1), и в этом случае уголовное дело передается на новое судебное разбирательство в суд, постановивший приговор, но иным составом суда (часть2).

Допущенное судом первой инстанции нарушение уголовно-процессуального закона является существенным, повлияло на исход дела и неустранимо при рассмотрении уголовного дела в суде апелляционной инстанции, и поэтому суд апелляционной инстанции, согласуясь с вышеизложенными положениями ст.389.22 УПК РФ, принимает решение о передаче материалов уголовного дела в отношении ФИО1 через председателя Октябрьского районного суда г.Владимира на новое судебное разбирательство в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Учитывая, что приговор отменяется по причине нарушения уголовно-процессуального закона, то в соответствии с ч.4 ст.389.19 УПК РФ все доводы апелляционных жалоб относительно недоказанности обвинения, а также доводы апелляционного представления о нарушениях закона при назначении наказания, суд апелляционной инстанции не рассматривает, поскольку указанные доводы будут являться предметом рассмотрения в ходе нового судебного разбирательства.

Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, избранная в отношении ФИО1 на стадии судебного разбирательства в суде первой инстанции, оставленная судом до вступления приговора в законную силу без изменения, отменена при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор мирового судьи судебного участка №4 Октябрьского района г.Владимира от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменить.

Уголовное дело в отношении ФИО1 направить на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию в ином составе.

Направить уголовное дело председателю Октябрьского районного суда г.Владимира для определения территориальной подсудности.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через мирового судью Октябрьского района г.Владимира в течение 6 месяцев со дня его вынесения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен мировым судьей Октябрьского района г.Владимира по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу или представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ. 

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Председательствующий подпись И.А.Егоров