ПОСТАНОВЛЕНИЕ

суда кассационной инстанции

г.Владивосток 16 июля 2018 года

Президиум Приморского краевого суда в составе председательствующего Чугункиной Н.П., членов президиума: Дорохова А.П., Бусарова С.А., Украинской Т.И., Хребтовой Н.Л., Нужденко Т.П.,

при секретаре Дорошенко М.А. 

рассмотрел уголовное дело по кассационному представлению заместителя прокурора Приморского края и кассационной жалобе с дополнениями осужденного ФИО1 о пересмотре приговора Ленинского районного суда г.Владивостока Приморского края от 20 октября 2017 года и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 9 апреля 2018 года в отношении ФИО1.

Приговором Ленинского районного суда г.Владивостока Приморского края от 20 октября 2017 года, 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, судимый:

21 марта 2002 года Ленинским районным судом г.Владивостока Приморского края (с учетом изменений, внесенных постановлением Ленинского районного суда г.Владивостока Приморского края от 13 декабря 2011 года и постановлением президиума Приморского краевого суда от 14 мая 2018 года) по п. «а» ч.4 ст.158 УК РФ, ч.3 ст.30 п.п. «а,б» ч.4 ст.158 УК РФ и на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ назначено 6 лет 3 месяца лишения свободы;

освобожден 24 июня 2005 года условно-досрочно на 3 года 8 месяцев 25 дней; 

22 августа 2011 года Ленинским районным судом г.Владивостока Приморского края (с учетом изменений, внесенных постановлением Куйбышевского районного суда г.Иркутска Иркутской области от 18 декабря 2012 года) по ст.159 ч.4, ст.159 ч.3 УК РФ и на основании ч.3 ст.69 УК РФ и ст.70 УК РФ по совокупности с приговором от 21 марта 2002 года назначено 4 года 2 месяца лишения свободы; 

освобожден 29 октября 2013 года условно-досрочно на 1 год 1 месяц 3 дня,

осужден по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (10 преступлений) к 7 годам лишения свободы; по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (2 преступления) к 6 годам 10 месяцам лишения свободы; по ст.30 ч.3, ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (2 преступления) к 6 годам лишения свободы; по ст.30 ч.3, ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ к 5 годам 10 месяцам лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний назначено 11 лет лишения свободы.

В соответствии со ст.79 ч.7 п. «в» УК РФ и на основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Ленинского районного суда г.Владивостока Приморского края от 22 августа 2011 года назначено 12 лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима. 

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 9 апреля 2018 года приговор оставлен без изменения. 

В кассационном представлении ставится вопрос об отмене апелляционного определения по тем основаниям, что суд второй инстанции в описательно-мотивировочной части определения указал, что ФИО1 осужден за двенадцать краж, совершенных организованной группой в крупном размере, а также за три покушения на кражи в крупном размере, совершенные организованной группой, в период с 27 июня 2014 года по 11 августа 2014 года, что противоречит материалам уголовного дела и приговору, а также остальному тексту апелляционного определения. Также указывается, что при наличии досудебного соглашения о сотрудничестве заключенного 8 октября 2014 года заместителем прокурора Приморского края с ФИО1, несмотря на отказ осужденного от досудебного соглашения и рассмотрения уголовного дела в общем порядке, наказание с учетом п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве» суду следовало назначить подсудимому наказание по правилам ч. 4 ст. 62 УК РФ. 

В кассационной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1, излагая исследованные в суде доказательства, дает им собственную оценку и указывает, на отсутствие доказательств подтверждающих его причастность к совершенным преступлениям. Также указывает на неправильную квалификацию содеянного, полагает, что его действия следует квалифицировать как одно продолжаемое преступление. Показания в ходе предварительного следствия им даны в результате оказанного на него давления со стороны сотрудников правоохранительных органов. Вещественные доказательства: орудия преступления – газовый ключ, отвертка, брелок автомобильной сигнализации, переделанный в прибор для отключения сигнализации, у него не изымались, не содержат его отпечатков пальцев и судом первой инстанции не исследовались по причине их уничтожения. Другие исследованные судом доказательства не подтверждают его причастность к совершению преступлений с ФИО2 и ФИО3, а приговоры Ленинского районного суда г.Владивостока от 21 сентября 2015 года и от 29 апреля 2015 года в отношении ФИО2 и ФИО3 постановлены в особом порядке преюдиционного значения не имеют. Кроме того, ФИО2 и ФИО3 заявили в суде о том, что явки с повинной дали в результате оказанного на них давления. Выводы суда апелляционной инстанции о том, что только он знал пин-код брелка, с помощь которого автомобиль снимался с сигнализации, ничем не подтверждается, а суд первой инстанции в этой части исказил его показания, данные на предварительном следствии. Протоколы опознания предметов и проверки показаний на месте т. 10 л.д. 80-112, л.д. 116-119 и л.д. 120-123 не оглашались. Оспаривает законность постановлений о проведении ОРМ «наблюдение» от 25 июля 2014 года, от 13 и 14 августа 2014 года, как вынесенные с нарушением требований Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», поскольку 11 августа 2014 года оперативными работниками было установлено покушение ФИО3 на хищение автомобиля, однако его преступная деятельность не была пресечена, в связи с чем остальные оперативные мероприятия проведены незаконно и собранные в ходе данных мероприятий доказательства, являются недопустимыми. Полагает, что выводы суда апелляционной инстанции о признании допустимыми доказательствами ряда процессуальных документов протоколов явок с повинной и протоколов проверки показаний на месте необоснованны, поскольку проверка показаний на месте ФИО3 проводилась в ночное время и без адвоката. Протокол проверки показаний на месте ФИО4 оглашен судом при наличии возражений его и защитника. Утверждает, что в суде апелляционной инстанции в ходе судебного разбирательства было нарушено его право на защиту, ходатайства об оглашении материалов дела были необоснованно отклонены, в ходе судебного заседания он не получил квалифицированной юридической помощи. Суд апелляционной инстанции прервал его речь в последнем слове, не дав возможности изложить доводы о незаконности приговора, вследствие чего также было нарушено его право на защиту. После ознакомления с протоколом судебного заседания апелляционной инстанции им были поданы предварительные замечания на протокол судебного заседания, с указанием, что основные замечания будут направлены после ознакомления с аудиозаписью, однако в нарушение требований ст. 260 УПК РФ дело было направлено в Ленинский районный суд г.Владивостока еще до ознакомления его с аудиозаписью и до принятия решения по внесенным замечаниям на протокол судебного заседания. Ссылается на несправедливость назначенного наказания, поскольку им были соблюдены условия досудебного соглашения о сотрудничестве, благодаря которому был изобличен ФИО2, в приговоре суд указал, что подсудимым соблюдены и выполнены все обязательства досудебного соглашения, однако суд назначил наказание без учета данного обстоятельства. Также считает, что судимость от 21 марта 2002 года была погашена 13 декабря 2013 года и в его действиях отсутствует особо опасный рецидив преступлений, в связи, с чем отбывать наказание он должен в исправительной колонии строгого режима. Просит состоявшиеся судебные решения отменить и направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение. 

Заслушав доклад судьи Приморского краевого суда Алексеева И.А. изложившего обстоятельства дела, мотивы передачи кассационного представления и кассационной жалобы с дополнениями осужденного ФИО1 на рассмотрение суда кассационной инстанции, выслушав мнение осужденного ФИО1 посредством видеоконференцсвязи и адвоката Шафорост Г.М. поддержавших доводы, изложенные в жалобе, мнение заместителя прокурора Приморского края Малюкова В.А., поддержавшего кассационное представление, президиум

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за тайное хищение чужого имущества совершенное в г.Владивостоке совместно с ФИО2 27 и 30 июня, 15, 17, 18 и 29 июля 2014 года, организованной группой, в крупном размере (8 преступлений); 

за покушение на тайное хищение чужого имущества, совершенное 8 августа 2014 года, организованной группой в крупном размере. 

Также ФИО1 осужден за тайное хищение чужого имущества совершенное в г.Владивостоке совместно с ФИО3 и ФИО4 13 и 14 августа 2014 года, организованной группой, в крупном размере (3 преступления); 

за покушение на тайное хищение чужого имущества, совершенное 11 августа 2014 года, организованной группой, в значительном размере; 

за покушение на тайное хищение чужого имущества, совершенное 13 августа 2014 года, организованной группой, в крупном размере; 

за тайное хищение чужого имущества, совершенное 13 августа 2014 года, организованной группой, с причинением значительного ущерба. 

Преступления совершены в период с 27 июня 2014 по 14 августа 2014 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационного представления и кассационной жалобы с дополнениями осужденного, президиум находит, что вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осужден, является обоснованным, квалификация его действий по всем преступлениям, является правильной, основанной на исследованных в судебном заседании допустимых доказательствах и установленных судом фактических обстоятельствах дела, изложенных в приговоре.

Вопреки доводам кассационной жалобы, исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства, в том числе доказательства стороны защиты, проверены и оценены судом в соответствии с требованиями ст. 87 и ст. 88 УПК РФ.

Доводы кассационной жалобы о нарушении сотрудниками полиции требований Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» при проведении оперативно-розыскных мероприятий «наблюдение» в отношении ФИО1, ФИО3 и ФИО4, несостоятельны.

Представленные документы свидетельствуют о том, что проведенные сотрудниками УМВД России по Приморскому краю оперативно-розыскные мероприятия соответствуют требованиям п. 6 ч.1 и ч. 4 ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

Доводы жалобы об отсутствии оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий по делу безосновательны.

Согласно п.п.1 п. 2 ч. 1 ст. 7 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» основаниями для проведения оперативно-розыскной деятельности являются ставшие известными органам, ее осуществляющим, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Согласно постановлениям врио заместителя УМВД России по Приморскому краю от 25 июля 2014 года и от 14 августа 2014 года проводились оперативно-розыскные мероприятия «наблюдение», в ходе которых 13 и 14 августа 2014 года велись видеозаписи действий ФИО1, ФИО3 и ФИО4, диски приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств.

Нарушений установленного порядка передачи результатов оперативной деятельности органам следствия и их приобщения к делу не установлено.

Доводы жалобы осужденного ФИО1 о том, что показания на предварительном следствии им, ФИО2 и ФИО3 даны в результате оказанного сотрудниками полиции на них давления, несостоятельны, поскольку показания ими были даны в присутствии адвокатов, то есть при обстоятельствах, которые исключают возможность оказания на них неправомерного воздействия, а потому обоснованно признаны судом допустимыми и достоверными доказательствами и положены в основу приговора.

Ссылки в кассационной жалобе на то, что на вещественных доказательствах: газовом ключе, отвертке, брелоке автомобильной сигнализации, переделанного в прибор для отключения сигнализации, не содержатся его отпечатков пальцев и в судебном заседании данные вещественные доказательства не исследовались, не влияют на законность и обоснованность приговора, поскольку судом исследовались процессуальные документы об изъятии, осмотре и приобщении данных вещественных доказательств к материалам дела, которые составлены, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Доводы жалобы о недопустимости доказательства - проверки показаний на месте ФИО3, так как она была проведена в ночное время, в отсутствие адвоката, несостоятельны, поскольку из материалов уголовного дела следует, что при допросе ФИО3 15 августа 2014 года в вечернее время присутствовал адвокат Гончаренко А.А., а при проверке его показаний на месте 16 августа 2014 года присутствовали понятые. В связи с тем, что ФИО3 был задержан по подозрению в совершении преступлений 15 августа 2014 года (т. 9, л.д. 40), проверка его показаний на месте проводилась в ночное время, что не противоречит требованиям ч.3 ст.164 УПК РФ, замечаний, пояснений от участников не поступало. При этом, анализ содержания показаний ФИО3 при его допросе и при проверки его показаний на месте согласуются между собой, и свидетельствуют о добровольности дачи показаний.

Заявление осужденного о том, что суд огласил протокол проверки показаний на месте ФИО4 от 15 августа 2014 года ( т.9 л.д. 157-167) без его согласия и защитника, несостоятельны, поскольку в судебном заседании государственный обвинитель с согласия подсудимого и защитника огласил протокол указанного следственного действия (т.17 л.д.187-188). Также согласно протоколу судебного заседания (т.17 л.д. 200), судом оглашались протокол осмотра предмета и протокол опознания (т. 10 л.д. 116-119 и 120-123), что опровергает доводы жалобы осужденного о не оглашении данных документов.

Довод осужденного о нарушении судом апелляционной инстанции его права на защиту несостоятелен, поскольку из протокола судебного заседания от 19 марта 2018 года (т. 20 л.д. 70-72) следует, что ФИО1 были разъяснены и понятны его права, и он не возражал, чтобы его защиту осуществлял адвокат Шульгин Р.В., назначенный судом в порядке ст. 51 УПК РФ. Судом предоставлено ФИО1 время для согласования позиции с защитником, в связи с чем был объявлен перерыв до 2 апреля 2018 года.

При этом суд, апелляционной инстанции не ограничивал во времени выступление ФИО1 в последнем слове, что подтверждается протоколом судебного заседания (т. 20 л.д. 85-95).

Осужденным ФИО1 после вручения копии протокола судебного заседания согласно расписке от 20 апреля 2018 года (т. 20 л.д. 118) не было подано замечаний на него в порядке, предусмотренном ст.260 УПК РФ.

Доводы осужденного о совершении единого продолжаемого преступления несостоятельны, поскольку из материалов уголовного дела усматривается, что действия ФИО1 в каждом конкретном случае носили самостоятельный характер, хищения совершались в разное время, в отношении различных автомобилей.

Действия ФИО1 квалифицированы в соответствии с установленными фактическими обстоятельствами дела правильно, оснований к изменению правовой оценки содеянного не имеется.

Доводы кассационного представления о том, что в описательно-мотивировочной части апелляционного определения указано, что ФИО1 осужден за двенадцать краж, совершенных организованной группой в крупном размере, а также за три покушения на кражи в крупном размере, совершенные организованной группой, в период с 27 июня 2014 года по 11 августа 2014 года, что противоречит приговору и остальной части апелляционного определения, обоснованны, однако данные неточности в указании окончания периода по 11 августа 2014 года, вместо 14 августа 2014 года, не являются фундаментальным нарушением уголовно-процессуального закона влекущим безусловную отмену обжалуемого решения второй инстанции, поскольку далее в описательно-мотивировочной части апелляционного определения содержится правильное указание квалифицирующих признаков по всем преступлениям, а также период совершенных преступлений с 27 июня 2014 по 14 августа 2014 года.

Из представленных материалов усматривается, что в судебном заседании, как суда первой инстанции, так и суда апелляционной инстанций, было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастие, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Все заявленные ходатайства рассмотрены в установленном законом порядке, отказ в удовлетворении ходатайств защиты, не дает оснований для вывода о нарушении принципа состязательности сторон.

Нарушений уголовно-процессуального закона на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства, влекущих отмену приговора и апелляционного определения, не установлено.

Вместе с тем, приговор и апелляционное определение подлежат изменению согласно ч.1 ст.401.15 УПК РФ, в связи с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшими на исход дела.

Доводы осужденного ФИО1 о том, что суд первой инстанции в описательно-мотивировочной части приговора привел доказательство - протокол проверки показаний на месте ФИО2 (т.10 л.д. 80-112), которое не исследовались в судебном заседании, заслуживают внимания.

В силу требований ст. 240 УПК РФ при судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию. 

Приговор может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании в соответствии с требованиями закона.

Как усматривается из описательно-мотивировочной части приговора, суд сослался на протокол проверки показаний на месте ФИО2, как доказательство подтверждающие виновность ФИО1 (т.10 л.д. 80-112). 

Однако согласно протоколу судебного заседания, данное доказательство судом первой инстанции в ходе судебного следствия не оглашалось и не исследовалось.

При таких обстоятельствах, указание на протокол проверки показаний на месте ФИО2 (т. 10 л.д. 80-112), подлежит исключению из приговора.

Поскольку указанное нарушение уголовно-процессуального закона не повлияло на правильность принятого решения, внесение в приговор вышеуказанного изменения, не является основанием к отмене приговора.

Кроме того, из материалов уголовного дела следует, что 8 октября 2014 года между заместителем прокурора края и ФИО1 заключено досудебное соглашение о сотрудничестве (т.8 л.д.75-76).

В представлении заместителя прокурора края от 26 февраля 2015 года об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения судебного решения по уголовному делу отмечено, что обвиняемым ФИО1 соблюдены все условия, а также обязательства, предусмотренные досудебным соглашением о сотрудничестве от 8 октября 2014 года (т.14 л.д. 37-40).

Приговором Ленинского районного суда г.Владивостока Приморского края от 24 ноября 2015 года ФИО1 осужден по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (12 преступлений) к 5 годам лишении свободы; по ст.30 ч.3, ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (3 преступления) к 3 годам 9 месяцам лишения свободы. На основании ст.69 ч.3 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний назначено 7 лет лишения свободы. В соответствии со ст.79 ч.7 п. «в» УК РФ и на основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Ленинского районного суда г.Владивостока Приморского края от 22 августа 2011 года назначено 8 лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима (т.13 л.д. 200-226).

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 11 апреля 2016 года приговор отменен, в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, допущенным судом, рассмотревшим дело в порядке главы 40, вместо главы 40.1 УПК РФ, а также в связи с непризнанием вины, оспариванием квалификации и обоснованности возбуждения уголовных дел, изложенными осужденным ФИО1 в апелляционной жалобе, дело направлено на новое судебное разбирательство со стадии подготовки к судебному заседанию. 

Таким образом, приговор был отменен не за мягкостью назначенного ФИО1 наказания, а в связи с нарушением уголовно-процессуального закона.

При новом рассмотрении уголовного дела, судом согласно протоколу судебного заседания, подсудимый ФИО1 заявил, что просит рассмотреть дело в общем порядке (т.17 л.д. 55) в связи, с чем суд прекратил особый порядок судебного разбирательства и назначил рассмотрение дела в общем порядке.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 выполнил все условия и обязательства, предусмотренные досудебным соглашением о сотрудничестве от 8 октября 2014 года, о чем указано в представлении заместителя прокурора Приморского края (т. 14 л.д. 37-40), а также отмечено судом в обжалуемом приговоре Ленинского районного суда г.Владивостока Приморского края от 20 октября 2017 года (т.18 л.д. 184). 

Согласно приговору суд при назначении ФИО1 наказания признал обстоятельствами, смягчающими наказание: явки с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступлении, розыску имущества, добытого в результате преступлений, возмещение ущерба, наличие тяжелых заболеваний у подсудимого, и оказание помощи отцу и детям умершего брата. 

Обстоятельством, отягчающим наказание, суд признал рецидив преступлений.

В соответствии с положениями ч. 1 и ч. 3 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации. При этом учитываются характер и степень общественной опасности преступлений, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 16 «О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве» в тех случаях, когда по уголовному делу установлено соблюдение всех условий и выполнение всех обязательств, предусмотренных в досудебном соглашении о сотрудничестве, однако суд в силу тех или иных оснований выносит постановление о прекращении особого порядка судебного разбирательства, при судебном разбирательстве в общем порядке, суду следует назначить подсудимому наказание по правилам части 2 и части 4 статьи 62 УК РФ.

Согласно ч. 4 ст. 62 УК РФ в случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве, срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания в виде лишения свободы, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации.

При этом, правила назначения наказания, установленные ч. 4 ст. 62 УК РФ применяются и при наличии обстоятельств, отягчающих наказание. 

Однако, при новом рассмотрении уголовного дела после отмены приговора Ленинского районного суда г.Владивостока Приморского края от 24 ноября 2015 года, несмотря на отказ ФИО1 от досудебного соглашения и от рассмотрения дела в особом порядке уголовного судопроизводства, суд при назначении наказания не применил положения ч.4 ст. 62 УК РФ и назначил ФИО1 более строгое наказание, чем по предыдущему приговору.

Суд апелляционной инстанции оставил без внимания вышеуказанные требования закона, ошибочно посчитал, что поскольку уголовное дело в отношении ФИО1 не было рассмотрено в особом порядке, предусмотренном главой 40.1 УПК РФ, особенности назначения наказания, предусмотренные для этого порядка, не могут быть к нему применены.

При таких обстоятельствах, президиум считает, что назначенное ФИО1 наказание по каждому оконченному преступлению в виде лишения свободы подлежит смягчению с учетом требований ч. 4 ст. 62 УК РФ, а назначенное наказание по ст.30 ч.3, ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ с применением ч. 3 ст. 66 УК РФ и ч. 4 ст. 62 УК РФ.

При этом, президиум учитывает требования ст.ст. 6, 43, 60, УК РФ и все обстоятельства, влияющие на размер наказания, в том числе обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание установленные судом первой инстанции.

Доводы осужденного ФИО1 о том, что на момент совершения преступлений судимость по предыдущему приговору от 21 марта 2002 года была погашена, не основаны на требованиях уголовного закона. 

В силу п.«г» ч.3 ст.86 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 года № 64-ФЗ) судимость погашается в отношении лиц, осужденных к лишению свободы за тяжкие преступления, по истечении шести лет после отбытия наказания.

Поскольку по предыдущему приговору от 21 марта 2002 года ФИО1 был освобожден 29 октября 2013 года условно-досрочно за совершение тяжкого преступления, следовательно, указанная судимость у ФИО1 на момент совершения преступлений в период с 27 июня 2014 года по 14 августа 2014 года не погашена. 

В соответствии п.«а» ч.3 ст.18 УК РФ, в действиях ФИО1 правильно установлен особо опасный рецидив преступлений, с учетом того, что он совершил тяжкие преступления, будучи ранее судим дважды за тяжкие преступления к реальному лишению свободы.

Вид исправительного учреждения назначен ФИО1 в соответствии с требованиями п.«г» ч.1 ст.58 УК РФ.

Руководствуясь ст.401.14 УПК РФ, президиум

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ленинского районного суда г.Владивостока Приморского края от 20 октября 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 9 апреля 2018 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора и апелляционного определения указание на протокол проверки показаний на месте ФИО2 

Смягчить назначенное ФИО1 наказание: 

по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 27 июня 2014 года в отношении потерпевшего ФИО33) до 5 лет лишения свободы; 

по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 30 июня 2014 года, в отношении потерпевшего ФИО34) до 5 лет лишения свободы;

по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 30 июня 2014 года в отношении потерпевшего ФИО35 до 5 лет лишения свободы;

по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 15 июля 2017 года в отношении потерпевшего ФИО36 до 5 лет лишения свободы; 

по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 17 июля 2014 года в отношении потерпевшего ФИО37) до 5 лет лишения свободы;

по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 18 июля 2014 года в отношении потерпевшего ФИО38) до 5 лет лишения свободы; 

по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 29 июля 2014 года в отношении потерпевшего ФИО39.) до 5 лет лишения свободы; 

по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 29 июля 2014 года в отношении потерпевшего ФИО40 до 5 лет лишения свободы;

по ст.30 ч.3, ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 8 августа 2014 года в отношении потерпевшего ФИО41.) до 3 лет 9 месяцев лишения свободы; 

по ст.30 ч.3, ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 11 августа 2014 года в отношении потерпевшей ФИО42 до 3 лет 9 месяцев лишения свободы; 

по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 13 августа 2014 года в отношении потерпевшего ФИО43 до 5 лет лишения свободы; 

по ст.30 ч.3, ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 13 августа 2014 года в отношении потерпевшего ФИО44.) до 3 лет 9 месяцев лишения свободы; 

по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 13 августа 2014 года в отношении потерпевшего ФИО45.) до 5 лет лишения свободы; 

по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 14 августа 2014 года в отношении потерпевшего ФИО46) до 5 лет лишения свободы; 

по ст.158 ч.4 п. «а» УК РФ (преступление, совершенное 14 августа 2014 года в отношении потерпевшего ФИО47) до 5 лет лишения свободы.

На основании ст.69 ч.3 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний назначить 7 лет лишения свободы.

На основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Ленинского районного суда г.Владивостока Приморского края от 22 августа 2011 года назначить 8 лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима. 

В остальной части приговор и апелляционное определение оставить без изменения.

Председательствующий Н.П. Чугункина