Дело № 2-509/21

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 марта 2021 года г. Орел

Советский районный суд г. Орла в составе:

председательствующего судьи Коротковой О.И., 

при секретаре Гребеньковой А.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО1 о взыскании морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, действующий в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО1 обратился в суд с иском к Департаменту здравоохранения Орловской области о взыскании морального вреда. 

В обоснование требований указал, что решением Советского районного суда г. Орла по делу № 2-1727/2020 от 21 сентября 2020 года с Департамента здравоохранения Орловской области в пользу истца взысканы расходы на приобретение лекарственного препарата в размере 2062 руб. 00 коп.

Поскольку ответчик своевременно не исполнил возложенные на него обязанности по обеспечению ФИО1 лекарственным препаратом «Кеппра», она длительный период времени с 06 марта 2020 года по 21 апреля 2020 года была лишена возможности принимать данный препарат. 

Данный лекарственный препарат ежедневно необходим ФИО1 для подавления и снижения количества эпилептических приступов.

Ссылается на то, что отсутствие лекарственного препарата спровоцировало эпилептические приступы в количестве от 20 до 50 в сутки. В связи с этим, истец постоянно находился с дочерью, пытаясь облегчить ее страдания и выйти из очередного приступа эпилепсии. Вместе с тем, испытывая моральные и нравственные страдания, связанные с переживаниями страданий дочери, переживания, связанные с незаконным бездействием органа государственной власти, отказом в досудебном порядке возместить затраты на приобретение лекарственного препарата.

Просил взыскать с Департамента здравоохранения Орловской области компенсацию морального вреда, причиненного ФИО1 в результате испытанных ею страданий, вызванных лишением лекарственного препарата в размере 150000 руб.00 коп.; компенсацию морального вреда, причиненного ФИО1 в результате испытанных им страданий, вызванных переживаниями страданий его дочери в размере 50000 руб.00 коп. и в результате не предоставления лекарственного препарата и отказа в возмещении затраченных денежных средств на его приобретение в размере 50000 руб. 00 коп.

После уточнения исковых требований, в окончательном виде просит суд взыскать в их пользу компенсацию морального вреда в размере 700000 руб. 00 коп., из которых в пользу ФИО1 500000 руб.00 коп., ФИО1 200000 руб. 00 коп. 

В судебное заседание ФИО1, действующий в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО1, не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

В судебном заседании представитель ответчика Департамента здравоохранения Орловской области по доверенности ФИО2 исковые требования не признала, поскольку обеспечение лекарственными препаратами осуществляется в рамках выделенного финансирования.

Представитель третьего лица БУЗ Орловской области «Ливенская ЦРБ» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора Советского района г. Орла Капустянской Г.В., полагавшую о частичном удовлетворении исковых требований в пользу ФИО1 в размере 5000 руб. 00 коп., впользу ФИО1 в размере 10000 руб. 00 коп., приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда), в том числе в результате ненадлежащего исполнения обязанности по обеспечению бесплатно лекарственными препаратами.

Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация. При этом согласно пункту 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

С учетом приведенных норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации по их применению суды пришли к верному выводу о возможности компенсации морального вреда, причиненного матери малолетнего ребенка в результате необеспечения ребенка лекарственными препаратами при наличии у него права на их бесплатное получение.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является ребенком-инвалидом, имеет диагноз «Органическое поражение головного мозга (Атрофичекая заместительная гидроцефалия, перивентрикулярная лейкомаляция), ДЦП, смешанный тетрапарез, псевдобульбарный синдром, дистонические атаки, эпилепсия. Грубое отставание в психо-моторном и речевом развитии». 

Согласно письму БУЗ Орловской области «Ливенская ЦРБ» № 750 от 14 февраля 2020 года Департаменту здравоохранения Орловской области направлена заявка о дополнительной потребности в лекарственных средствах, в связи с изменениями в лечении и на вновь выявленных инвалидов, в том числе на потребность ФИО1 в медицинском препарате «Леветирацетам» лекарственная форма «Кеппра» раствор для приема внутрь 100 мг/мл 30 мл. №***,5 мл в сутки, «Клоназепам» 2мг №***, «Вальпроевая кислота» 57,64 мг/ мл 150мг №*** мл в сутки. 

Однако заявка на нужный истцу медицинский препарат своевременно исполнена не была. 

06 марта 2020 года ФИО1 был выписан рецепт серии 54-10 №*** на медицинский препарат «Кеппра» раствор для приема внутрь 100 мг/мл 30 мл. №***, который не был обеспечен, что не оспаривается представителем ответчика. 

Между тем, несмотря на льготное предоставление лекарственных препаратов, отец ребенка ФИО1 вынужден был за свой счет 22 апреля 2020 года приобрести лекарственный препарат «Кеппра». 

Расходы на приобретение данного лекарственного препарата составили 2062 руб. 00 коп., что подтверждается кассовым чеком от 22 апреля 2020 года.

В силу части 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

В силу статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному гражданскому делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Под судебным постановлением, указанным в части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, понимается любое судебное постановление, которое согласно части 1 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принимает суд (судебный приказ, решение суда, определение суда).

Согласно правовой позиции, содержащейся в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 г. N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. Таким образом, не допускается оспаривание установленных вступившим в законную силу судебным постановлением обстоятельств, равно как и повторное определение прав и обязанностей стороны спора, путем предъявления новых исков.

Судом установлено, что решением Советского районного суда г. Орла от 21 сентября 2020 года исковое заявление и.о. Ливенского межрайонного прокурора Орловской области в интересах несовершеннолетней ФИО1 к Орловской области в лице Департамента здравоохранения Орловской области о взыскании денежных средств удовлетворено. Судебным актом в пользу ФИО1, действующего в интересах несовершеннолетней ФИО1 взысканы с Орловской области в лице Департамента здравоохранения Орловской области за счет казны Орловской области расходы на приобретение лекарственного препарата в размере 2062 руб. 00 коп. 

Установив, что лекарственный препарат «Кеппра» назначались ФИО1 лечащим врачом в связи с болезнью, были необходимы для лечения ребенка, лечащим врачом были выписаны льготные рецепты на данные лекарственные препараты, лекарственные препараты не могли быть отпущены аптекой, в связи с чем, истец был вынужден их приобретать за счет собственных средств, суд пришел к выводу о том, что ответчик не обеспечил ребенка необходимыми для лечения бесплатными лекарственными препаратами согласно назначениям врача и рецептам.

Суд, руководствуясь положениями статей 38, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходит из того, что ФИО1 как родитель малолетнего ребенка в результате бездействия данного ответчика по обеспечению ребенка бесплатно лекарственными препаратами с учетом возраста ребенка и особенностей заболевания претерпел нравственные страдания.

Суд отклоняет доводы ответчика об отсутствии причинно-следственной связи между неисполнением ответчиком обязанности по обеспечению ребенка бесплатно лекарственными препаратами и причинением нравственных страданий ФИО1 также о том, что возможность компенсации морального вреда в данном случае законом не предусмотрена, требования истца о взыскании компенсации морального вреда вытекают из нарушения имущественных прав.

Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием заявленных им требований о компенсации причиненного морального вреда явилось ненадлежащее исполнение ответчиком обязанности по обеспечению его дочери лекарственными препаратами бесплатно, что повлекло невозможность своевременного получения лекарственных препаратов для ребенка. В обоснование указанных требований истец ФИО1 ссылался на то, что его нравственные страдания выразились в переживаниях о жизни и здоровья малолетней дочери, находящейся в беспомощном состоянии в силу возраста.

При этом в части выводов суда по делу №*** о том, что дочь истца не была обеспечена бесплатно лекарственными препаратами в результате неправомерных виновных действий Департамента здравоохранения Орловской области истцом и ответчиком не оспариваются. 

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" даны разъяснения по вопросу определения размера компенсации морального вреда, в соответствии с которыми размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу "М. (Maksimov) против России" отмечается, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Разрешая настоящий спор, суд, установив факт нарушения ответчиком личных неимущественных прав истца, полагает о возможности возложения на ответчика обязанность по компенсации причиненного ФИО1 морального вреда в сумме 5000 руб. и ФИО1 морального вреда в размере 10000 руб., учитывая степень их нравственных и физических страданий, а также требования разумности и справедливости. 

При определении размера компенсации морального вреда, суд также учитывает показания допрошенного в качестве свидетеля лечащего врача БУЗ Орловской области «Ливенская ЦРБ» ФИО3, которая пояснила, что противосудорожные препараты ФИО1 должна принимать ежедневно, в том числе лекарственный препарат «Кеппра» 2 раза в день, при этом, если ребенок не получает противосудорожные препараты, могут возникнуть судорожные приступы. Показала, что осматривает ребенка без вызова, регулярно, раз – два в три месяца, в указанный период времени также проводила осмотр ребенка, с жалобами на учащение приступов родители девочки не обращались. ФИО1 находилась в стабильном состоянии, на протяжении всего периода наблюдения. Мать ФИО1 рассказывала о наличии у дочери приступов, которые проходили в виде дистонических атак, спровоцированных тем, что ребенка не берут долго на руки. Дистонические атаки снимаются у ребенка теплом тела, а не приемом препарата. Также указала, что прием лекарств, а равно отсутствие лекарственного препарата «Кеппра» не влияет на увеличение образования в виде горба и сколиоза.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля заведующая отделением ФИО4 пояснила, что пациентка ФИО1 с раннего возраста страдает судорожными и эпилептическими приступами, которые связаны с поражением головного мозга. В настоящее время ребенок получает три противосудорожных препарата, которые она должна получать постоянно. Указала, что если нарушится объем лечения или его дозировка, то у ФИО1 могут возникнуть приступы, в связи с чем, придется увеличивать дозу лекарственных средств и госпитализировать ребенка. В указанный истцом период ребенок не госпитализировался. 

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется, поскольку они предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных показаний. 

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает к сведению, показания препарата «Кеппра» для использования его в качестве временной альтернативы при невозможности приема пероральных форм препарата; в качестве монотерапии (препарат первого выбора) при лечении: парциальных припадков с вторичной генерализацией или без таковой у взрослых и подростков старше 16 лет с впервые диагностированной эпилепсией; в составе комплексной терапии при лечении: парциальных припадков с вторичной генерализацией или без таковой у взрослых и детей старше 4 лет с эпилепсией; миоклонических судорог у взрослых и подростков старше 12 лет с ювенильной миоклонической эпилепсией; первично-генерализованных судорожных (тонико-клонических) припадков у взрослых и подростков старше 12 лет с идиопатической генерализованной эпилепсией.

Суд также принимает во внимание показания истца в судебном заседании о том, что в период отсутствия лекарственного препарата «Кеппра» за медицинской помощью для своей дочери он не обращался, скорую медицинскую помощь не вызывал. 

При определении размера компенсации морального вреда суд также учитывает, что лекарственные препараты были рекомендованы ребенку врачами БУЗ Орловской области «Ливенская ЦРБ», данными препаратами ребенок не был обеспечен, в связи с чем они приобретены истцом за счет собственных средств.

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 2 и 3 постановления от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что решение является законным в случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 5 и 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", под уточнением обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, следует понимать действия судьи и лиц, участвующих в деле, по определению юридических фактов, лежащих в основании требований и возражений сторон, с учетом характера спорного правоотношения и норм материального права, подлежащих применению. В случае заблуждения сторон относительно фактов, имеющих юридическое значение, судья на основании норм материального права, подлежащих применению, разъясняет им, какие факты имеют значение для дела и на ком лежит обязанность их доказывания (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Из изложенных норм процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что выводы суда об установленных им фактах должны быть основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании. При этом бремя доказывания юридически значимых обстоятельств между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, а также требований и возражений сторон.

Кроме того, в силу положений статей 67, 71, 195 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости. В противном случае нарушаются задачи и смысл судопроизводства, установленные статьей 2 названного кодекса.

Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Судом установлены правоотношения сторон, установлено назначение дочери истца данных лекарственных препаратов, установлено лицо, обязанное обеспечить ребенка этими препаратами в случае их назначения, а также установлено не исполнение этой обязанности по лекарственному препарату, денежные средства потраченные истцом на приобретение лекарственного препарата, причины неисполнения обязанности обеспечения лекарственным препаратом – отсутствие денежных средств на приобретение.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО1 о взыскании морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Департамента здравоохранения Орловской области за счет казны Орловской области в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10000 руб. 00 коп., в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5000 руб. 00 коп.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Советский районный суд г. Орла в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения, который будет изготовлен 23 марта 2021 года.

Судья О.И. Короткова