Судья Яковенко Т.И.

24RS0014-01-2024-000766-79

Дело № 33-14272/2025

2.074

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 декабря 2025 года

г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе

председательствующего Беляковой Н.В.,

судей Полянской Е.Н., Каплеева В.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Каплеева В.А.

гражданское дело по иску Краевого государственного казенного учреждения «Лесная охрана» к Г.А.Н. о взыскании суммы материального ущерба

по апелляционной жалобе представителя истца КГКУ «Лесная охрана» М.Л.Г.

на решение Енисейского районного суда Красноярского края от 30 апреля 2025 года, которым в удовлетворении исковых требований КГКУ «Лесная охрана» к Г.А.Н. о возмещении материального ущерба отказано в полном объеме.

Заслушав докладчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Краевое государственное казенное учреждение «Лесная охрана» (КГКУ «Лесная охрана») обратилось в суд с иском к Г.А.Н. о возмещении материального ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей, в размере 23587,92 руб., мотивируя требования тем, что Г.А.Н. в период работы у истца в качестве государственного инспектора по охране леса отдела по лесному и пожарному надзору для выполнения своих должностных обязанностей в соответствии с должностной инструкцией и на основании накладных на внутреннее перемещение объектов нефинансовых активов от 

<

дата> №, от 

<

дата> №, от 

<

дата> № получил в подотчет материальные ценности: буссоль БГ-1 инв. № № стоимостью 5716,41 руб., рулетку мерную 50 см. стоимостью 3171,51 руб., персональный видеорегистратор Кобра Про стоимостью 14700 рублей, всего имущества на общую стоимость 23587,92 руб.

В рамках проведенной годовой инвентаризации по данным бухгалтерского учета выявлена недостача имущества на указанную сумму, что подтверждено протоколом о результатах годовой инвентаризации № от 

<

дата>, которая не возмещена ответчиком.

Судом первой инстанции постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель истца КГКУ «Лесная охрана» М.Л.Г. просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение, которым удовлетворить требования в полном объеме.

В апелляционной жалобе истец повторно излагает доводы своего иска и выражает несогласие с указанием суда на то, что инвентаризация не была проведена при увольнении Г.А.Н. с занимаемой должности. Указывает, что должность Г.А.Н. не входит в перечень должностей, по которым работодатель обязан заключать договоры о полной материальной ответственности. Ответчик не являлся материально ответственным лицом, а потому у работодателя отсутствовали правовые основания для проведении инвентаризации имущества в 2021 году, т.к. смена материально ответственных лиц не осуществлялась.

Также истец выражает несогласие с выводом суда о недоказанности размера ущерба по той причине, что в справке указана стоимость имущества такая же, как в накладных на их выдачу, без учета остаточной стоимости. Указывает, что окончание срока полезного использования, а также полное начисление амортизации не является основанием для списания объекта основных средств с балансового учета, поскольку актив и в дальнейшем способен иметь полезный потенциал или приносить экономические выгоды, а списанию имущество подлежит только тогда, как оно действительного непригодно для дальнейшего использования и его восстановление невозможно или экономически нецелесообразно. Утрата имущества приведет к расходам бюджетных средств на приобретение новых активов.

Выражает несогласие с указанием в решении на то, что истец не опроверг доводы ответчика о том, что передал вверенное ему имущество П.В.М., который продолжил работать по должности ответчика после его увольнения. П.В.М. в период работы учреждение выдало иные материальные ценности, а предметы, стоимость которых истец просит взыскать с Г.А.Н., новому работнику не выдавались. Суд не дал оценки тому, что Г.А.Н. не представил доказательств возврата средств учреждению или доказательств передачи имущества П.В.М.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции участвующие в деле лица не явились, надлежащим образом и заблаговременно извещены о времени и месте судебного заседания суда апелляционной инстанции, обеспечено их право участвовать в судебном разбирательстве при рассмотрении апелляционной жалобы, о наличии уважительных причин неявки суду апелляционной инстанции не сообщили, явку представителей не обеспечили.

Судебная коллегия находит возможным рассмотрение дела в отсутствие лиц, участвующих в деле, и их представителей, не явившихся в судебное заседание.

Проверив материалы дела, законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах, предусмотренных ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности стороны трудового договора по возмещению причиненного другой стороне ущерба и условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора, содержатся в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ).

Частью 1 статьи 232 ТК РФ определено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с ТК РФ и иными федеральными законами.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены ст. 233 ТК РФ. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 ТК РФ определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат (ч. 1 ст. 238 ТК РФ).

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ч. 2 ст. 238 ТК РФ).

В соответствии со ст. 241 ТК РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (ч. 1 ст. 242 ТК РФ).

Частью 2 статьи 242 ТК РФ предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных ТК РФ или иными федеральными законами.

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в ст. 243 ТК РФ.

Так, в частности, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу (п. 2 ч. 1 ст. 243 ТК РФ). Материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации, главным бухгалтером (ч. 2 ст. 243 ТК РФ).

В силу ч. 1 ст. 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

В п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» даны разъяснения о том, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Судом первой инстанции по результатам исследования и оценки доказательств по делу установлено, что 

<

дата> Г.А.Н. был принят на работу в КГКУ «Лесная охрана» в соответствии с заключенным трудовым договором № от 

<

дата> на должность государственного инспектора по охране леса в отдел по лесному и пожарному надзору с окладом 6312 руб., компенсационными выплатами. Рабочее места истца по условиям трудового договора расположено в помещении по адресу: 

<

адрес>; работнику установлена 40-часовая рабочая неделя в условиях ненормированного времени, режим работы – в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка учреждения. В связи с производственной необходимостью предусмотрена обязанность работника выезжать в служебные командировки (п. 5).

Согласно условиям указанного трудового договора работник принял на себя обязательства выполнять свои служебные обязанности в соответствии с должностной инструкцией, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка (п. 2).

КГКУ «Лесная охрана» как работодатель обязан обеспечивать работника оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения им трудовых обязанностей (п.3.2.3 трудового договора).

Согласно п. 3.21 должностной инструкции, утвержденной 

<

дата> руководителем КГКУ «Лесная охрана», с которой ответчик был ознакомлен под подпись 

<

дата>, государственный инспектор по охране леса отдела по лесному и пожарному надзору КГКУ «Лесная охрана» обязан бережно относится к имуществу, в том числе предоставленному ему для исполнения в пределах полномочий; несет ответственность в соответствии с действующим законодательством за причинение учреждению ущерба в случае необеспечения сохранности имущества, находящегося в его распоряжении (материальная ответственность).

Согласно представленным истцом в материалы дела накладным на внутреннее перемещение объектов нефинансовых активов № от 

<

дата>, № от 

<

дата>, № от 

<

дата> Г.А.Н. по его заявлению под подпись заведующей хозяйством переданы материальные ценности: буссоль БГ-1 стоимостью 5716,41 руб., рулетка мерная 50 м, стоимостью 3171,51 руб., и персональный видеорегистратор КОБРА ПРО, стоимостью 14700 руб.

На основании приказа № от 

<

дата> действие трудового договора от 

<

дата> № прекращено на основании заявления работника, Г.А.Н. уволен 

<

дата>.

<

дата> директором КГКУ «Лесная охрана» издан приказ № о проведении годовой инвентаризации основных средств, материальных запасов, хозяйственного инвентаря и денежных документов учреждения, находящихся у материально-ответственных лиц и в личном пользовании работников, в соответствии с установленным графиком согласно приложению 1 к приказу по состоянию на 

<

дата>, период проведения инвентаризации с 

<

дата> по 

<

дата> согласно утверждённому графику. Указанным приказом назначены центральная и рабочие комиссии в составе председателей, членов комиссий (согласно приложение 2 к приказу).

Согласно протоколу о результатах годовой инвентаризации от 

<

дата> № по результатам рассмотрения актов о результатах инвентаризации выявлены, в том числе, случаи недостачи материальных ценностей, находящихся в подотчете у уволенных работников (раздел 1.3 протокола). Из данного протокола следует, что у 23-х работников, уволенных в период 2020-2023 г.г., выявлена недостача материальных ценностей, в том числе у Г.А.Н. в размере 14700, 5716,41 и 3171,51 руб. в связи с передачей ему персонального видеорегистратора КОБРА ПРО, буссоли БГ-1, рулетки мерной 50 м.

С учетом возражений ответчика о том, что он все вверенное имущество при увольнении сдал П.В.М., суд первой инстанции установил, что в соответствии с трудовым договором № от 

<

дата> П.В.М. с 

<

дата> работал в КГКУ «Лесная охрана» и осуществлял обязанности государственного инспектора по охране леса отела по лесному и пожарному надзору, по адресу: 

<

адрес>, то есть осуществлял те же обязанности и в том же месте, что и ответчик Г.А.Н. В соответствии с приказом № от 

<

дата> П.В.М. уволен по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ на основании личного заявления.

Разрешая исковые требования по существу и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции исходил из того, что несмотря на требования суда и указания о распределении обязанности доказывания, изложенные в определении о принятии иска к производству, работодатель (истец) не представил документы, предусмотренные правовыми актами и подтверждающие проведение инвентаризации, ее результаты, достоверность ее выводов, а именно: инвентаризационная опись (сличительная ведомость), акт инвентаризации, подписанные членами комиссии (членами, определенными согласно графику выезда по группам районов), которые проводили инвентаризацию непосредственно по месту нахождения материальных средств (в том числе переданных в пользование Г.А.Н.) в 

<

адрес>. Суд указал, что работодатель уклонился от предоставления информации о том, кто конкретно из членов комиссии, перечисленных в графике проведения инвентаризации, проводил инвентаризацию материальных средств, находящихся по месту их нахождения в 

<

адрес> в пользовании у ответчика Г.А.Н.

Представленный протокол о результатах инвентаризации суд не признал документом об инвентаризации, предусмотренным правовыми актами (в том числе приказом учреждения об утверждении учетной политики).

Также суд принял во внимание, что об участия в проведении инвентаризации ответчик истцом не извещался, уведомление об истребовании объяснений по факту недостачи ему не направлялось, причины произошедшей недостачи работодателем у ответчика не выяснялись, и не устанавливались; отсутствует документальное подтверждение тому, что при увольнении у ответчика осуществлялась приемка вверенных ему средств (рулетки, видеорегистратора, буссоли), либо проводилась инвентаризация в связи со сменой ответственных за имущество лиц.

С учетом изложенного, суд первой инстанции заключил, что истцом не представлено в суд доказательств проведения надлежащей проверки для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения, истребования у работника объяснений для установления причины возникновения ущерба, не установлена вина ответчика в причинении ущерба истцу. В том числе работодатель не проверил и не опроверг возражений ответчика о том, что тот передал вверенное имущество работодателя другому работнику, принятому на ту же должность.

Также суд указал, что истец не доказал размер ущерба, который должен определяться исходя из рыночных цен на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества, поскольку представленный истцом расчет ущерба состоит из сумм стоимости имущества, указанного в накладных, без учета степени износа и остаточной стоимости.

Придя к итоговому выводу о том, что истец не доказал наличие ущерба и его размер, совокупность оснований для привлечения к материальной ответственности конкретного работника, в заявленном иске суд отказал.

Судебная коллегия полагает выводы суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявленного иска соответствующими нормам материального права и представленным в дело доказательствам.

Из приведенных норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба. При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Наличие основания для привлечения работника к полной материальной ответственности должен доказать работодатель при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном объеме.

При этом само по себе расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (Обзор практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.12.2018).

Как, опять же разъяснялось Верховным Судом Российской Федерации (в частности, Определение от 04.03.2019 №18-КГ18-251) факт недостачи может считаться подтвержденным только при условии выполнения в ходе инвентаризации всех необходимых проверочных мероприятий, результаты которых должны быть оформлены документально в установленном законом порядке.

Согласно части 2 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» при инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.

Выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием объектов и данными регистров бухгалтерского учета подлежат регистрации в бухгалтерском учете в том отчетном периоде, к которому относится дата, по состоянию на которую проводилась инвентаризация (часть 4 статьи 11 Федерального закона «О бухгалтерском учете»).

Согласно п. 1.5 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утв. Приказом Минфина РФ от 13.06.1995 №49 (далее – Методические указания; ныне утратили силу, но действовали на момент инвентаризации) в соответствии с Положением о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации проведение инвентаризаций обязательно: перед составлением годовой бухгалтерской отчетности, кроме имущества, инвентаризация которого проводилась не ранее 1 октября отчетного года.

Аналогичное правило предусмотрено п. 3.1 Порядка проведения инвентаризации активов и обязательств – приложение к Учетной политике учреждения: инвентаризация основных средств проводится один раз в год перед составлением основной бухгалтерской отчетности.

С этой точки зрения аргументы жалобы о том, что Г.А.Н. не являлся материально ответственным лицом, правового значения не имеют.

Недостача имущества (основных средств), не сданного Г.А.Н. при увольнении 

<

дата>, должна была быть обнаружена по результатам инвентаризации перед составлением основной бухгалтерской отчетности за 2021 и за 2022 г. Истец не представил соответствующих инвентаризационных описей, подтверждающих наличие (отсутствие) спорного имущества за соответствующие годы, тем самым не опроверг утверждения ответчика о том, что им при увольнении служебное имущество возвращено.

Согласно п. 2.5 Методических указаний сведения о фактическом наличии имущества и реальности учтенных финансовых обязательств записываются в инвентаризационные описи или акты инвентаризации не менее чем в двух экземплярах.

В силу п. 4.1 Методических указаний сличительные ведомости составляются по имуществу, при инвентаризации которого выявлены отклонения от учетных данных. В сличительных ведомостях отражаются результаты инвентаризации, то есть расхождения между показателями по данным бухгалтерского учета и данными инвентаризационных описей.

Суд первой инстанции обязал истца предоставить акты инвентаризации, сличительные ведомости, но истец-работодатель осознанно отказался от доказывания того, что им выполнены в ходе инвентаризации все необходимые проверочные мероприятия, что им надлежаще документально оформлены их результаты, то есть отказался от доказывания оснований своего иска.

Кроме того, суд первой инстанции правильно принял во внимание то обстоятельство, что работодатель нарушил обязанность истребовать от работника (в том числе бывшего работника) письменное объяснение для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником.

В п. 5 Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 

<

дата>, разъяснено, что суждения о том, что истребование объяснений у работника, который уже уволен, не является обязательным, противоречит действующему правовому регулированию, устанавливающему порядок привлечения работника к материальной ответственности и обязанность работодателя до принятия им решения о возмещении ущерба конкретным работником провести проверку с истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

В данном случае решение о возмещении ущерба ответчиком принято комиссией по рассмотрению итогов приватизации 

<

дата>. До этой даты объяснения от ответчика не отбирались, его позиция по существу требований не выяснялась, проверка по ней не проводилась, что является существенным нарушением порядка привлечения к материальной ответственности.

Доводы апелляционной жалобы о том, что это ответчик должен был доказать документально возврат всего имущества, выданного ему в 2020 г., противоречат вышеуказанным разъяснениям о распределении бремени доказывания: бывший работник, тем более спустя более 3 года после увольнения, ограничен в возможностях доказывания своих возражений о том, что не присвоил имущество работодателя, тогда как напротив, работодатель имел возможность и должен был на основании определения суда представить все первичные материалы инвентаризации, подтверждающие доводы истца о том, что имущество не было возвращено 

<

дата> и им не продолжали пользоваться другие сотрудники истца.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что при принятии решения судом правильно установлены юридически значимые для дела обстоятельства, произведена полная и всесторонняя оценка исследованных в судебном заседании доказательств по правилам ст. 67 ГПК РФ, применены нормы материального права, подлежащие применению к возникшим спорным правоотношениям, и постановлено законное и обоснованное решение в соответствии с требованиями гражданского процессуального законодательства.

Оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ для отмены решения суда в апелляционном порядке не установлено. Процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену постановленного судом решения, судебной коллегией не выявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Енисейского районного суда Красноярского края от 30 апреля 2025 года, оставить без изменения, а апелляционную жалобу представителя истца КГКУ «Лесная охрана» М.Л.Г. – без удовлетворения.

Председательствующий:

Н.В. Белякова

Судьи:

Е.Н. Полянская

В.А. Каплеев

Мотивированное апелляционное определение

изготовлено 19.12.2025