Дело № 2-696/17

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Махачкала 10.05.2017

Ленинский районный суд г. Махачкалы в составе судьи Чоракаев Т.Э. 

при секретаре Магомедовой Н.М.,

с участием представителя Прокуратуры Республики Дагестан Акбарова А.И.,

ответчицы ФИО1,

рассмотрев гражданское дело по иску прокуратуры Тарумовского района Республики Дагестан к ФИО1 об обращении в доход Российской Федерации переданной ООО «Билдинг-М» по договору уступки от 18.06.2015 № № ФИО1 

<

адрес>, а также имущества в многоквартирном доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>, а также взыскании с ФИО1 в доход Российской Федерации стоимости указанной квартиры и общего имущества в размере 8.700.548,40 руб.,

УСТАНОВИЛ:

Прокуратура Тарумовского района Республики Дагестан обратилась в суд в порядке ст. 45 ГПК РФ с исковыми требованиями к ФИО1 ФИО12 об обращении в доход Российской Федерации переданной ООО «Билдинг-М» по договору уступки прав от 18.06.2015 № № ФИО1 

<

адрес>, а также имущества в многоквартирном доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>, а также (либо) взыскании с ФИО1 в доход Российской Федерации стоимости указанной квартиры и общего имущества в размере 8.700.548,40 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что 18.06.2015 в пользу ответчицы было переуступлены права и обязанности по договору долевого строительства, что дало ей право на приобретение 

<

адрес>. За указанное право ФИО1 ООО «Билдинг-М» были перечисленные денежные средства в два этапа: 4.440.000 руб. и 4.300.548 руб., всего 8.740.548,40 руб. При этом указывается на то, что ФИО1 с 03.03.2014 была избрана главой муниципального образования Тарумовский район РД и осуществляла эти полномочия до 07.08.2015. Указанная в иске сделка заключена в период муниципальной службы ответчицы. Согласно представленным ФИО2 сведениям, доходы её и несовершеннолетнего сына за период с 2012 по 2014 годы включительно составили 3.747.792 руб. В ходе контроля за расходами ФИО1 в качестве источников приобретения права указала собственные средства в размере 5.702.201 руб., личные сбережения в размере 1.750.000 руб., сбережения ФИО3 в сумме 1.500.000 руб., сбережения ФИО4 за 2012-2014 годы в сумме 962.343 руб. и 1.200.000 руб., всего 11.114.544 руб. При проверке соответствия расходов ФИО5 ее доходам необоснованно учтены доходы в размере 1.684.295 руб. (доход по основному месту работы и доход от продажи автомобиля). Кроме того, сведения доходах ФИО3 и ФИО4 документально не подтверждены. Таким образом, ФИО5 подтверждена только сумма доходов, официально полученных ею за 2012-2014 годы, то есть в размере 4.019.792 руб.

Истец также считает необоснованной ссылку ответчицы на приобретение указанной квартиры в долевую собственность вместе с ФИО6, поскольку по договору уступки прав выгодоприобретателем выступает непосредственно ФИО1 Кроме того, согласно сведениям о доходах ФИО6 его доходы за 2013, 2014 и первые 6 месяцев 2015 года составили 1.020.614 руб. Следовательно, ФИО6 не мог обладать денежными средствами, достаточными для приобретения указанной в иске квартиры.

Также истец указывает на то, что факт отчуждения указанной в иске квартиры ФИО7 не подтвержден допустимыми доказательствами, сведения о регистрации за ней права собственности отсутствуют.

Истец считает, что вышеуказанное свидетельствует о том, что ответчицей ФИО1 не представлены доказательства законности приобретения денежных средств, которые были ею потрачены по договору уступки прав от 18.06.2015, что в силу ст. 17 ФЗ «О контроле за соблюдением расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» является основанием для обращения приобретенного имущества в доход государства.

В ходе рассмотрения дела судом представитель Прокуратуры РД Акбаров А.И. указал на то, что, поскольку имеются основания полагать, что указанная в иске квартира принадлежит ФИО7, просил взыскать с ФИО1 израсходованные денежные средства в размере 8.700.548,40 руб., однако, поскольку отказ от иска в части обращения квартиры в доход государства протокольно или в письменном ходатайстве заявлен не был, суд рассматривает иск по первоначальным требованиям.

На исковое заявление поступили возражения ФИО1, в которых она указывает на то, что факт возбуждения в отношении нее уголовного дела не имеет отношения к рассматриваемому гражданскому спору. Кроме того, соответствие расходов доходам ФИО1 проверялось уполномоченным антикоррупционным органом – Комиссией по координации работы по противодействию коррупции в РД, решением от 07.12.2016 которой не установлено несоответствие расходов ФИО1 ее доходам. Также указывается на то, что ответчица не является собственником указанной в иске квартиры и никогда им не являлась, право собственности на данную квартиру за ответчицей никогда не регистрировалось. Также указывается на нарушение территориальной подсудности, иск должен был быть предъявлен по месту нахождения недвижимого имущества. По существу вопроса приобретения денежных средств на приобретение прав по договору уступки права в возражении на исковое заявление указывается на то, что денежные средства на приобретение квартиры в размере 4.400.000 руб. вносились ФИО6 по соглашению от 25.06.2015 (расписка от 10.06.2015). Участие ФИО6 в приобретение права подтверждается приложенными к возражению на иск документами.

Определением Ленинского районного суда г. Махачкалы от 10.03.2017 к участию в деле привлечена ФИО7, поскольку судебное решение по делу могло повлиять на ее права и обязанности.

В судебное заседание надлежаще извещенная Прокуратура Тарумовского района РД своего представителя не направила, дело рассмотрено в ее отсутствие.

В судебном заседании представитель Прокуратуры РД Акбаров А.И. поддержал заявленные требования по изложенным в иске основаниям с указанными выше уточнениями.

В судебном заседании ответчица ФИО1 исковые требования не признала и просила отказать в их удовлетворении по изложенным в возражении на иск основаниям.

Надлежаще извещенная о времени и месте рассмотрения дела ответчица ФИО7 в судебное заседание не явилась, дело рассмотрено в ее отсутствие.

Выслушав стороны и их представителей, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Ставя перед судом вопрос об обращении в доход государства имущества ФИО1, либо взыскании с ответчицы денежных средств, потраченных на его приобретение, Прокуратура Тарумовского района РД мотивирует свои исковые требования в правовом аспекте ст. 17 ФЗ «О контроле за соблюдением расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» (далее – ФЗ № 230-ФЗ).

ФИО1 с 03.03.2014 была избрана главой муниципального образования Тарумовский район РД и осуществляла эти полномочия до 07.08.2015, то есть являлась муниципальным служащим. Принадлежность ФИО1 к категории должностных лиц, в отношении которых может устанавливаться контроль за соблюдением расходов их доходам (п. 1 ч. 1 ст. 2 ФЗ № 230-ФЗ), сторонами не оспаривалась.

Согласно ст. 17 ФЗ № 230-ФЗ Генеральный прокурор РФ или подчиненные ему прокуроры при получении материалов, предусмотренных ч. 3 ст. 16 настоящего ФЗ, в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обращаются в суд с заявлением об обращении в доход РФ земельных участков, других объектов недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), в отношении которых лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 настоящего ФЗ, не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы.

Из указанного положения закона прямо следует, что уполномоченные органы прокуратуры РФ обращаются в суд в установленном процессуальным законом порядке только при наличии материалов, предусмотренных ч. 3 ст. 16 ФЗ № 230-ФЗ.

В свою очередь, ч. 3 ст. 16 ФЗ № 230-ФЗ предусмотрено, что в случае, если в ходе осуществления контроля за расходами лица, замещающего (занимающего) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 ФЗ № 230-ФЗ, а также за расходами его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей выявлены обстоятельства, свидетельствующие о несоответствии расходов данного лица, а также расходов его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей их общему доходу, материалы, полученные в результате осуществления контроля за расходами, в трехдневный срок после его завершения направляются лицом, принявшим решение об осуществлении контроля за расходами, в органы прокуратуры Российской Федерации.

Из приведенного положения закона следует, что обращению органов прокуратуры в суд с иском об обращении имущества в доход государства предшествует процедура осуществления контроля за расходами соответствующего должностного лица.

Согласно ч. 3 ст. 5 ФЗ № 230-ФЗ высшее должностное лицо субъекта РФ (руководитель высшего исполнительного органа государственной власти субъекта РФ) либо уполномоченное им должностное лицо принимает решение об осуществлении контроля за расходами лиц, замещающих должности, указанные в подпунктах «в», «г» (муниципальные служащие), «е» и «ж» п. 1 ч. 1 ст. 2 настоящего ФЗ, а также за расходами их супруг (супругов) и несовершеннолетних детей.

Однако согласно ч. 2 ст. 12 ФЗ № 230-ФЗ контроль за расходами лица, замещающего (занимающего) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 настоящего Федерального закона, а также за расходами его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей может осуществляться Генеральным прокурором РФ и подчиненными ему прокурорами в порядке, предусмотренном настоящим ФЗ и нормативными правовыми актами Президента РФ.

Таким образом, контроль за соответствием расходов доходам должностного лица может осуществляться различными уполномоченными государственными органами, в том числе неоднократно и параллельно.

Из представленных сторонами доказательств следует, что контроль за соответствием расходов ФИО1 ее доходам фактически осуществлялся дважды: уполномоченным органом Главы РД и органами прокуратуры.

При этом ФЗ № 230-ФЗ предусматривает общие правила проведения указанного контроля, не разделяя его по осуществляющим контроль органам.

Так, согласно ч. 4 ст. 4 ФЗ № 230-ФЗ контроль за расходами лица, замещающего (занимающего) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 настоящего Федерального закона, а также за расходами его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей включает в себя:

1) истребование от данного лица сведений:

а) о его расходах, а также о расходах его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), совершенной им, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение отчетного периода, если общая сумма таких сделок превышает общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду;

б) об источниках получения средств, за счет которых совершена сделка, указанная в подпункте «а» настоящего пункта;

2) проверку достоверности и полноты сведений, предусмотренных ч. 1 ст. 3 настоящего ФЗ и п. 1 настоящей части;

3) определение соответствия расходов данного лица, а также расходов его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций) их общему доходу.

Какие-либо доказательства проведения в отношении ФИО1 контроля за расходами должностного лица органами прокуратуры представлены не были.

Из искового заявления следует, что предполагаемое нарушение ФИО1 соответствующего антикоррупционного законодательства выявлено в ходе расследования уголовного дела № 538142, возбужденного 31.07.2015. Однако в силу п. 1 ч. 1 ст. 4 ФЗ № 230-ФЗ такие сведения могут быть использованы как основание принятия решения об осуществлении контроля за расходами лица, но не подменяют сам контроль.

Прокуратурой Тарумовского района РД представлены только объяснения ФИО1, направленные ею в Управление по вопросам противодействия коррупции при Администрации Главы и Правительства РД. На эти же объяснения делается ссылка в исковом заявлении, как на материал контроля за расходами.

Однако указанные объяснения могли быть использованы в качестве материалов контроля за расходами только в том случае, если бы соответствующие материалы по результатам контроля, осуществляемого уполномоченным органом по поручению Главы РД, были бы направлены в органы прокуратуры во исполнение ст. 17 ФЗ № 230-ФЗ. Поскольку данные материалы в прокуратуру направлены не были, указанное объяснение не может быть принято судом в качестве доказательства по настоящему иску.

Доказательства того, что в ходе контроля за соответствием расходов ответчицы ФИО1 ее доходам уполномоченным органом по поручению Главы РД выявлены обстоятельства, свидетельствующие о несоответствии расходов данного лица, а также расходов его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей их общему доходу и соответствующие материалы были направлены в органы прокуратуры, суду представлены не были.

Напротив, из представленного ФИО1 протокола заседания Комиссии по координации работы по противодействию коррупции в РД следует, что уполномоченный орган субъекта РФ по результатам контроля за расходами ФИО1 не установил наличия в ее действиях несоответствия расходов доходам.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что органами прокуратуры не представлены допустимые доказательства осуществления в отношении ФИО1 контроля за расходами, в результате которого было выявлено несоответствие ее расходов доходам. Следовательно, предусмотренная ст. 17 ФЗ № 230-ФЗ процедура, предшествующая обращению имущества ФИО1 в доход государства, соблюдена не была.

Кроме того, вышеуказанная ст. 17 ФЗ № 230-ФЗ предусматривает обращение в доход государства земельных участков, других объектов недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), в отношении которых лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 настоящего ФЗ, не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы.

Согласно договору уступки от 18.06.2015 № № ООО «Билдинг-М» передало, а ФИО1 приняла права и обязанности по договору долевого строительства № М9-Юб/БИЛ от 16.02.2015.

Согласно ч. 1 ст. 4 ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» по договору участия в долевом строительстве одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

Следовательно, по такого роду договору участник долевого строительства приобретает право в отношении индивидуально определенного объекта недвижимости только после завершения строительства объекта (получения акта в вода в эксплуатацию).

Согласно договору переуступки права от 22.05.2016 ФИО1 передала права и обязанности в отношении 

<

адрес>, МКР 9А, Юбилейный проспект, ФИО7

Согласно акту приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> по Юбилейному проспекту 

<

адрес> и акту о результатах реализации договора участия в долевом строительстве № М9-Юб/БИЛ от 16.02.2015 указанная квартира была передана застройщиком (ООО «Спектр») ФИО7

Какие-либо документы, свидетельствующие о приобретение ФИО1 прав на недвижимое имущество по указанному договору, истцом представлены не были.

При указанных обстоятельствах в материалах дела отсутствуют доказательства, что ответчица ФИО1 являлась собственником указанной квартиры.

Ставя вопрос об обращении взыскания на денежные средства ФИО1 в размере 8.700.548,40 руб., истец указывает на то, что ФИО1 не подтвердила законное происхождение денежных средств, а указанные денежные средства превышают совокупный доход самой ФИО1 и ее несовершеннолетнего ребенка за трехлетний период, предшествующий году заключения сделки.

Между тем, поскольку контроль за расходами ФИО1 органами прокуратуры не осуществлялся (доказательства такого контроля не представлены), ответчица была лишена возможности представить доказательства легальности денежных средств, из которых осуществлялись расходы, на досудебном этапе.

При этом, как следует из искового заявления, ораны прокуратуры исходили из того, что формальное несоответствие расходов должностного лица его семейным доходам за трехлетний период, предшествующий заключению сделки, является достаточным основанием для обращения имущества или денежных средств в доход государства. Такая позиция истца основана на неправильном толковании норм права.

Превышение размера расходов должностного лица над его доходами за трехлетний период, предшествующий году, когда имели место расходы, является основанием для декларирования источника происхождения денежных средств. Законом не установлено ограничение, препятствующее государственному или муниципальному служащему заключать сделки, осуществлять расходы иным способом в размере, превышающем его доходы за трехлетний период, предшествующий указанной сделке.

При рассмотрении исков об обращении в доход государства имущества и денежных средств, расходы на которые не соответствуют доходам должностного лица, суд исходит из общих принципов доказывания, предусмотренных ГПК РФ. При этом должностное лицо может представлять любые доказательства легальности происхождения денежных средств, не ограниченные каким-либо периодом. Оценка доказательств производится судом по своему внутреннему убеждению (Постановление Конституционного Суда РФ от 29.11.2016 № 26-П).

В силу ст. 8.1 ФЗ «О противодействии коррупции» декларированию и контролю подлежат расходы должностного лица. Следовательно, существенными обстоятельствами, имеющими значение для разрешения спора является размер фактических расходов, понесенных ФИО1

Согласно договору уступки от 18.06.2015 № № стоимость уступки составляет 8.700.548,40 руб.

В возражении на иск ФИО1 указывала на то, что стоимость уступки была оплачена ею только в части 4.300.548,40 руб., остальную сумму в размере 4.400.000 руб. по письменной договоренности с ней внес ФИО6 из собственных сбережений и денег, взятых в долг.

Данные обстоятельства подтверждаются чек-ордером от 24.06.2015, согласно которому ФИО1 выполнен перевод ООО «Билдинг-М» на сумму 4.300.548,40 руб. (+ 2000 руб. комиссии), а также чек-ордером от 23.06.2015, согласно которому ФИО6 выполнен перевод ООО «Билдинг-М» на сумму 4.400.000 руб. (+ 2000 руб. комиссии). В обоих чек-ордерах указан номер договора, по которому выполнены переводы, в том числе номер 

<

адрес>, что позволяет их идентифицировать как подтверждающие передачу денег по индивидуально определенному договору.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО6 в суде пояснил, что действительно вместе с ФИО1 участвовал в долевом строительстве и внес указанные в чек-ордере денежные средства. После переуступки прав по договору долевого строительства в пользу ФИО7 внесенные денежные средства ФИО1 были ему возвращены с процентами.

Согласно объяснения ФИО1 договор уступки был составлен на ее имя, поскольку ее представитель находился в Московской области.

В подтверждение правоотношений между ФИО1 и ФИО6 представлены заверенная копия соглашения участников совместной собственности от 25.06.2015, согласно которому подтверждается распределение общей стоимости уступки права между ФИО1 и ФИО6 в долях, указанных в чек-ордерах.

Договор переуступки права в пользу ФИО7 был заключен ФИО1 22.05.2016.

Согласно договору займа (долгового обязательства) от 24.05.2016 после переуступки права ФИО1 должна ФИО6 денежные средства в размере 4.402.000 руб.

Согласно расписке о получении денежных средств от 16.07.2016 ФИО1 выплатила ФИО6 долг в размере 4.402.000 руб., а также проценты в размере 322.814 руб.

Из справки о доходах, расходах имуществе и обязательствах имущественного характера ФИО1 за отчетный период с 01.01.2015 по 31.12.2015 следует, что ответчица в графу «Срочные обязательства финансового характера» внесла сведения о договоре участия в долевом строительстве.

Представленные ответчицей чек-ордеры исключают возможность их составления поздним числом и подтверждают факт перечисления ФИО6 денежных средств в размере 4.400.000 руб. ООО «Билдинг-М».

Сам факт перевода денежных средств ФИО6 истцом не оспаривался. В исковом заявлении указано, что доходы ФИО6 не позволяли ему произвести указанный платеж, что свидетельствует о том, что денежные средства в действительности принадлежали не ФИО6 При этом размер доходов ФИО6 подтверждается справками о доходах (форма № 2-НДФЛ) за 2013, 2014 и 2015 годы. Указанные справки выданы администрацией Тарумовского района РД. Из объяснения ФИО6, данных им на суде, следует, что он работал начальником диспетчерской службу ГУ и ЧС администрации Тарумовского района РД, из чего следует, что ФИО6 мог являться муниципальным служащим и также был обязан декларировать сведения о доходах, расходах, имуществе и обязательства имущественного характера. Соответствие расходов ФИО6 его доходам также могло быть подвергнуто контролю органами прокуратуры. Однако сведения о таком контроле в отношении ФИО6 отсутствуют, нарушение им требований антикоррупционного законодательства органами прокуратуры не выявлено.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

ФИО6 как лицо, к которому не предъявлены какие-либо требования и контроль расходов которого не осуществлялся, не должен доказывать, что имеющиеся у него денежные средства добыты легальным путем.

Обязанность доказать, что перевод денежных средств ФИО6 носил фиктивный характер, и что в действительности переведенные им денежные средства принадлежали ФИО1, лежит на стороне, утверждающей эти обстоятельства, то есть на истце. При этом какие-либо доказательства в подтверждения данных доводов органами прокуратуры представлены не были.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что фактические расходы ФИО1 по договору уступки от 18.06.2015 № № составили 4.300.548,40 руб. Исследованию по вопросу соответствия расходов доходам ФИО1 подлежат денежные средства именно в указанном размере.

Между сторонами отсутствует спор относительно доходов ответчицы ФИО1 за 2012-2014 год. Согласно имеющимся в деле справкам по форме № 2-НДФЛ и сведениям о доходах ФИО1 в 2012 году заработала 1.346.012 руб., в 2013 году – 1.344.775 руб., в 2014 года – 1.054.005 руб., всего за три года, предшествующие году заключения договора уступки – 3.747.792 руб. Данная сумма указана и в исковом заявлении и в возражении на иск.

Указывая на несоответствие расходов ФИО1 ее доходам, истец ссылается на то, что доходы, полученные ФИО1 за иной период времени не должны учитываться при решении вопроса о соответствии либо несоответствии расходов ФИО1 ее доходам. Как было указано выше, такая позиция истца не основана на законе. Ответчица была вправе распоряжаться как денежными средствами, приобретенными до трехлетнего периода, предшествующего году заключения сделки, так и приобретенными в год совершения сделки до момента ее заключения. 

Так, сторонами не оспаривалось, что в 2015 по договору купли-продажи от 21.02.2015 ответчица реализовала автомобиль и получила денежные средства в размере 820.000 руб. Поскольку сделка совершена ранее даты заключения договора уступки, у суда отсутствуют основания для того, чтобы исключить указанные денежные средства из доходов ответчицы, которые могли использоваться ФИО1 при оплате по договору уступки от 18.06.2015 № №.

В совокупности с денежными средствами, заработанными ФИО1 за три года, предшествующие заключению сделки, ответчица ФИО1 на момент совершения сделки могла распоряжаться денежными средствами в размере 4.567.792 руб., то есть в размере, превышающем ее фактические расходы по договору уступки от 18.06.2015 № № (4.300.548,40 руб.).

При указанных обстоятельствах у суда отсутствуют основания для вывода о том, что расходы ФИО1 превышали ее доходы.

По совокупности обстоятельств, учитывая то, что истцом не соблюдена предусмотренная законом процедура контроля за соответствием расходов ответчицы ФИО1 ее доходам, уполномоченным органом (Комиссией по координации работы по противодействию коррупции в РД при администрации Главы и Правительства РД) при проверке расходов и доходов ответчицы не установлено несоответствие расходов доходам, а также с учетом того, что истцом не представлены допустимые, достоверные и достаточные доказательства расходов ответчицы во вменяемом ей размере и несоответствия данных расходов по договору уступки от 18.06.2015 № № доходам ФИО1, суд приходит к выводу, что заявленные прокуратурой Тарумовского района РД исковые требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований прокуратуры Тарумовского района Республики Дагестан к ФИО1 об обращении в доход Российской Федерации переданной ООО «Билдинг-М» по договору уступки прав от 18.06.2015 № № ФИО1 квартиры № 392, а также имущества в многоквартирном доме, расположенном по адресу: 

<

адрес> а также взыскании с ФИО1 в доход Российской Федерации стоимости указанной квартиры и общего имущества в размере 8.700.548,40 руб. – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Дагестан в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Резолютивная часть решения объявлена 10.05.2017.

Решение суда в окончательно форме изготовлено 15.05.2017.

Судья Т.Э. Чоракаев