К делу №2-1829/17

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 апреля 2017 г. Советский районный суд г.Краснодара в составе:

председательствующего судьи: Арзумановой И.С., 

при секретаре Джаримок З.З.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 ФИО19 к ФИО9 о признании сделки недействительной,

установил:

ФИО10 обратилась в суд с иском к ФИО9 о признании сделки купли-продажи квартиры 

<

адрес> недействительной.

Представитель ФИО10 по доверенности ФИО11 в судебном заседании поддержал исковые требования. Пояснил, что 05.08.2015г. в Едином Государственном реестре прав на недвижимое имущество за ФИО10 зарегистрировано право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Данную квартиру ФИО10 приобрела на основании договора купли-продажи. В конце 2015г. у ФИО8 стало резко ухудшаться зрение, что подтверждается медицинскими документами, в связи с чем ФИО10 проходила лечение в городской поликлинике №27, где ей был поставлен диагноз - первичная открытоугольная 

<

данные изъяты> и рекомендована операция. В этот период ФИО10 практически ослепла на левый глаз, а зрение правого глаза стремительно ухудшалось, что подтверждается показаниями лечащего врача ФИО10

К октябрю 2015г. по состоянию здоровья ФИО10 не способна была самостоятельно себя обслуживать.

Ища выход из создавшейся ситуации, в сентябре - октябре 2015г. ФИО10 обратилась в общественную организацию - городской комитет КПРФ с просьбой оказать ей помощь, связанную с устройством её в какое-нибудь социальное учреждение, где бы ей был обеспечен надлежащий уход на период лечения. Так как у истца имеются близкие родственники и собственное жилье, ей было предложено сначала обратиться к родственникам, в том числе предложено оказать помощь по поиску «сиделки» на период трудной жизненной ситуации, связанной с болезнью глаз. В результате ФИО10 обратилась к своей племяннице ФИО9 с просьбой пожить у нее на время, пока ей восстановят зрение (с января 2016г. по настоящее время ФИО10 было проведено 5 хирургических операций по восстановлению зрения). Воспользовавшись беспомощным состоянием своей родственницы ФИО9 согласилась «приютить» ФИО10, но с условием подписания последней соответствующего договора.

17.11.2015г. между сторонами заключен договор купли-продажи, согласно которому ФИО10 продала, а ФИО9 купила жилое помещение - квартиру № расположенную по адресу: 

<

адрес>.

В соответствии с выпиской из ЕГРН право собственности на указанную квартиру зарегистрировано за ФИО9 08.12.2015г.

После лечения и частичного восстановления зрения ФИО10 вновь обратилась в городской комитет КПРФ, где рассказала, что временно живет у племянницы, с которой заключила договор, но которая создала для нее невыносимые условия проживания, а также сообщила, что ей были прооперированы оба глаза, и что лечение продолжается, а также подтвердила свое желание получить временный уход на период восстановления зрения.

Юристы общественной организации, изучив ее документы, пришли в выводу, что Договор, заключенный между ФИО10 и ответчиком, является договором купли-продажи, квартира по этому договору перешла в собственность последней и ФИО10 больше не принадлежит.

Не осознавая последствия своих действий, ФИО10 подписала договор купли-продажи и тем самым была лишена единственного своего жилья. О том, что ФИО10 не осознавала последствия своих действий, свидетельствует следующее:

Подписывая договор, ФИО10 расценивала его, как договор по которому ответчик предоставит ей право проживать на своей территории и окажет ей необходимый уход.

По состоянию своего здоровья, связанного с ухудшением зрения, ФИО10 не могла прочитать условия подписываемого ей договора.

Зная о том, что ФИО10 имеет плохое зрение, преклонный возраст, ответчик не воспользовалась предусмотренным законом порядком оформления сделки с участием гражданина, который вследствие физического недостатка, болезни или неграмотности не может собственноручно подписаться.

Зная о состоянии здоровья ФИО10, ФИО9 не предприняла попыток заключить договор через нотариуса, где бы ей (ФИО10) были разъяснены права и обязанности в связи с заключаемой сделкой.

В условиях договора не имеется указаний на то, что он был прочитан продавцом или кем-либо другим вслух.

До заключения договора ФИО10 обращалась в общественные организации, в том числе в городской комитет КПРФ с вопросом о том, возможно ли ей получить временный уход и проживание на период лечения. Более того, в городском комитете КПРФ ей обещали помочь найти сиделку на время лечения, а также рекомендовали обратиться к ближайшим родственникам.

В марте 2016г. ФИО10 вновь была на приеме в городском комитете КПРФ, где юристы общественной организации, изучив ее документы, разъяснили ей, что договор, заключенный между ней и ответчиком является договором купли-продажи, и квартира по этому договору перешла в собственность ФИО9 и ФИО10 больше не принадлежит.

Более того, зная, что ФИО10 не способна прочитать договор, ФИО9 включила в договор условие о том, что денежные средства в размере 750 000 рублей за приобретаемую недвижимость якобы переданы до заключения договора. Так как на самом деле денежные средства не передавались, то это обстоятельство свидетельствует о недобросовестном поведении ФИО9 О том, что деньги не передавались, ФИО9 сама заявляла во всеуслышание при своих родственниках, при этом утверждала, что никто не сможет доказать обратное.

Как сама ФИО10, так и ее родственники неоднократно обращались к ФИО9 и пытались призвать ее к совести с просьбой вернуть ФИО10 хотя бы денежные средства, на что ФИО9 отвечала отказом, объясняя, что ФИО10 сама подписала договор, а денежные средства - это якобы плата за то, что ФИО10 у нее живет.

С того момента как ФИО10 стала жить у ФИО9 последняя создала для нее невыносимые условия проживания, в связи с чем с сентября 2016г. ФИО10 вынуждена проживать по очереди то у одной сестры, то у другой. При этом ФИО9 не знает о том, где находится ФИО10 и, зная ее номер сотового телефона, за полгода ни разу не позвонила и не поинтересовалась где она и жива ли она вообще.

Представитель ответчика по ордеру ФИО12 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований. Пояснила, что ответчик ФИО10 многократно заключала договоры купли- продажи и пожизненного содержания, а затем расторгала их, то есть хорошо осведомлена в этой области гражданского законодательства. Ей принадлежала 2-х комнатная квартира, но при расторжении договора содержания ей была предоставлена спорная однокомнатная квартира, которую она в 2014г. продала, вернула себе, в 2015г. передала вновь в собственность по договору пожизненного содержания и вновь вернула себе. Каждый раз она жила за чужой счет, так как ее кормили, одевали, лечили другие люди. Собираясь сбежать от долгов и кредиторов, она намеревалась продать квартиру и переехать жить в станицу, однако операции и лечение задержали ее в Краснодаре. Получив от ответчика денежные средства за квартиру, она попросила ее перевезти ее вещи к ней в дом, пожить в нем на период лечения, на что ФИО9 согласилась. Факт передачи денег в размере 750 000 рублей подтверждается договором купли-продажи, расходными кассовыми талонами снятия денег со счетов, а так же тем, что с 2015г. никаких требований к ответчику о выплате денежных средств ФИО10 не заявлялось. Для покупки квартиры ответчик занимала денежные средства в размере 300000 рублей у сестры. Заявительница, строитель по специальности, была осведомлена о ремонте ее бывшей квартиры, давала ФИО9 советы, она была осведомлена, что ответчиком вкладываются большие средства в капитальный ремонт: замена окон, дверей, полов, штукатурка стен, покраска, оплачивание коммунальных услуг. Понимая, что квартира продана, с ее стороны возражений не было. Возрастное ухудшение зрения не сделало ее инвалидом, она самостоятельно читала и расписывалась в договорах, самостоятельно не только расписывалась, но и писала полностью фамилию, имя, отчество так же аккуратно, как и в договорах 2014г., 2015г. Считает, что заключенный договор между ФИО10 и ФИО9 соответствует всем требованиям гражданского законодательства: заключен в письменной форме, подписан сторонами в подтверждение самого договора и оплаты недвижимости. Стороны подтвердили свое намерение заключить именно договор купли-продажи, отрицают наличие каких-либо заболеваний, наличие крайне невыгодных для себя условий сделки и так далее. Истец, понимая, что не сможет доказать свои надуманные требования, просит вернуть ей квартиру после капитального ремонта, в которой до ремонта проживание было невозможным из-за антисанитарных условий. Кроме того, просит применить срок исковой давности, который для оспоримой сделки - 1 год. Считает начало срока исковой давности следует исчислять с 17.11.2015 по 17.11.2016г., так как заявительница, подписывая договор, будучи человеком дееспособным, без психических расстройств понимала в полной мере значение своих действий и возможные последствия их.

Ответчик в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Пояснила, что ФИО10 сама повела ее к адвокату рядом с МФЦ, где они оформили договор купли-продажи, юрист вслух прочитала содержание договора и спросила у истца рассчитались ли с ней.

Выслушав участвующих в деле лиц, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд считает иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст.454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно ч.1 ст.549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Согласно ч.1 ст.555 ГК РФ договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества.

Данный договор должен быть заключен в письменной форме и пройти государственную регистрацию (ст.ст.550, 551 ГК РФ).

17.11.2015г. между ФИО10 и ФИО9 заключен договор купли-продажи квартиры № расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Данный договор отвечает всем требованиям вышеизложенного законодательства.

Согласно п.3 указанного договора квартира № расположенная по адресу: 

<

адрес>, продана ФИО10 ответчику за 750000 рублей. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

Обстоятельства, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться каким-либо другими средствами доказывания (ст.60 ГПК РФ).

Доказательств, отвечающих требованиям ст.ст.60, 67 ГПК РФ и опровергающих письменное доказательство факта получения ФИО10 денежных средств по договору купли-продажи от 17.11.2015г. – сам договор – суду не представлено. ФИО13 факт безденежности договора купли-продажи не признает.

Суд считает несостоятельными доводы стороны истца о том, что в связи с ухудшением зрения она не видела, что именно подписывает, считала, что подписывает с ФИО9 договор, согласно условиям которого ответчик предоставит ей право проживать на ее территории и окажет ей необходимый уход. О том, что ею был подписан договор купли-продажи квартиры, ей стало известно от юристов общественной организации, которые ей разъяснили, что ФИО10 больше не является собственником квартиры. Денежные средства в размере 750 000 рублей ФИО9 ей не передавала.

Так, вышеуказанные доводы истца опровергаются показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей.

Так, ФИО – 

<

данные изъяты>, пояснила, что ФИО10 состоит на учете у офтальмолога с 2012 года, в мае 2012 года ей поставлен диагноз 

<

данные изъяты>. В 2013 году доктор, у которого наблюдалась ФИО10, уволился, после чего она перешла под ее наблюдение. В 2016 году ей была проведена операция, в марте 2016г. ФИО10 отправлена на комиссию для оформления инвалидности. В кабинет к ней истец заходила всегда одна без сопровождения. Однако, текст договора ФИО10 прочитать самостоятельно не смогла бы, очки в ее случае не помогают.

ФИО1 

<

данные изъяты>, пояснила, что у ФИО10 были проблемы со зрением, в связи с чем на первой встрече в сентябре 2015 года она просила помочь ей в поиске какого-либо учреждения, либо сиделки на время проведения операции на глаз, так как она одинокая женщина и ей нужен уход; говорила, что не хочет обращаться с подобными просьбами к родственникам. В марте 2016 года состоялась их вторая встреча, ФИО10 пришла на прием с папкой документов, пояснила, что заключила со своей племянницей договор об уходе за ней, что боится ее. После ознакомления с указанным договором ФИО1 сообщила ФИО10 о том, что она заключила с ФИО9 договор купли-продажи квартиры и не является более ее собственником. ФИО10 сказала, что не получала денежных средств от ФИО9 ФИО1 посоветовала ФИО10 обратиться к юристу, более истца она не видела. 

ФИО2., 

<

данные изъяты> ФИО10, пояснила, что истец в настоящее время проживает у нее с ноября 2016 года. 23.08.2015г. встретив ее на рынке, ФИО10 начала прятаться. Продавец сказала, что ФИО10 стала бомжевать, так как племянница оставила ее без жилья. С ФИО9 у свидетеля вражеские отношения, они не общаются, последний раз видела ее на похоронах племянника 20.04.2016г. В тот день ФИО2 спросила у ФИО9 о квартире. ФИО9 сказала, что сделала в ней ремонт. Знает, что ФИО14 платила ФИО9 5000 рублей в месяц за проживание у нее. ФИО9 предложила в обмен на возврат квартиры истцу выплатить ей 60000 рублей – стоимость, в которую она оценила произведенный ремонт. Также пояснила, что ФИО10 сама получает пенсию, сама за ее получение расписывается, читает с увеличителем. Истец оформляла доверенности, но договор купли-продажи не заключала, оформляла договор дарения, предлагала составить на имя ФИО2 завещание. ФИО9 говорила, что, если бы ФИО10 ей предложила квартиру, она бы сразу согласилась. Какой договор они заключили с ФИО9, свидетель не знает, так как ответчик запрещала ФИО10 об этом говорить ФИО2 

ФИО3 адвокат, пояснил, что в ноябре 2015г. ФИО10 и ФИО9 приходили к ним в контору для составления договора купли-продажи. ФИО10 предъявляла паспорт и правоустанавливающие документы. Он спросил у нее получила ли она денежные средства за продажу квартиры, есть ли у нее супруг, состоит ли она на учете в психдиспансере либо наркодиспансере. Так как ФИО10 человек пожилой, он спросил у нее, понимает ли она значение своих действий. В момент составления договоров ФИО3 выясняет у обеих сторон предавались ли денежные средства, если стороны подтверждают факт передачи денежных средств, то подписывают договор. В случае, если денежные средства перечисляются в рассрочку, то он составляет другую форму договора. Текст договора он прочитал вслух, после чего стороны его подписали.

ФИО4 пояснил, что знает ФИО10 с 1973 года. В декабре 2015 году ему позвонила ответчик и сказала, что нужно сделать ремонт. Они встретились, обсудили, что нужно сделать. ФИО9 сказала, что сперва нужно поменять окна. 30.12.2015г. она ему позвонила и сказала, что окна уже стоят, и так как был предпраздничный день, встречу перенесли на 03 января. 03.01.2016г. присутствовали и ФИО10 и ФИО9 ФИО10 сказала выносить мебель, после чего он спросил у нее продала ли она квартиру. ФИО10 ответила, что продала. Свидетель помогал выгружать мебель в машину, грузили ее втроем: он, еще один парень и сын ФИО9 Из квартиры выносили то, что говорила ФИО10, сервант она сказала выбросить. Они освободили квартиру для ремонта, окна в квартире тогда уже стояли. 04.01.2016г. они начали отбеливать, ФИО10 пришла, посмотрела, взяла узелок и ушла.

ФИО5 пояснил, что знает ФИО13 около двух лет. Он занимался металлопластиковыми окнами. ФИО13 обратилась к нему в декабре 2015 года перед Новым годом для установки окон. Точно помнит, что в то время было холодно. Окна вставили за один день. В то время приходила истец и спрашивала, что они делают.

ФИО6, племянница истца и сестра ответчика, пояснила, что с ФИО10 заключала договор ренты в 2002 или 2004 году, точно не помнит, на двухкомнатную квартиру, затем договор был расторгнут по инициативе истца. После между ней и ФИО10 заключен договор купли-продажи однокомнатной квартиры. ФИО6 передала ФИО10 денежные средства в размере 300 000 рублей в МФЦ. Договор был составлен на месте, расписку о получении денежных средств с ФИО10 она не брала. Через два месяца ФИО10 возвратила свидетелю 300000 рублей. В ноябре ФИО13 взяла у нее в долг 300 000 рублей, для каких целей ей стало известно позже. 

ФИО7 пояснил, что знает ФИО13, 03.01.2016г. вывозил вещи из квартиры вместе с ФИО4 и сыном ФИО13 Какие вещи вывозить говорила ФИО10 (диван, пуфик). ФИО4 спрашивал у ФИО10 зачем она вывозит вещи, на что она ответила, что продала квартиру.

Суд, отказывая в удовлетворении исковых требований, исходит из того, что ФИО10 не заблуждалась относительно природы сделки, то есть договора купли-продажи квартиры. Ранее истцом заключались договоры купли-продажи, а также иные договоры по отчуждению спорной квартиры (в период с 2013 г. по 2015 г. 5 сделок). Таким образом, ФИО10 хорошо знала как продать квартиру и как возвратить ее обратно в свою собственность. Также ФИО10 не отрицала факт того, что не оплачивала коммунальные платежи.

Кроме того, после допроса свидетеля ФИО3 истец говорила о том, что тогда была удивлена тому, что ее квартиру оценили так низко в 750 000 рублей, ведь ее стоимость составляет 1 500 000 рублей.

Суд считает несостоятельным довод представителя истца о том, что ФИО6 передала ответчику денежные средства купюрами в основном номиналом в 5000 рублей, а из пояснений ФИО13 следует, что она передала истцу денежные средства купюрами с различным номиналом в связи с тем, что стоимость квартиры от номинала переданных купюр не изменяется.

Представителем ответчика было заявлено ходатайство о применении срока исковой давности, полагая, что срок исковой давности следует исчислять с 17.11.2015г. по 17.11.2016г., в связи с чем судом были допрошены свидетели, из пояснения которых следует, что ФИО10 узнала о состоявшемся договоре купли-продажи квартиры в конце декабря 2015г. – январе 2016 года.

В декабре 2016г. ФИО10 обращалась в суд с иском к ФИО13 о признании договора купли-продажи недействительным. Определением Советского районного суда г.Краснодара от 09.01.2017г. исковое заявление возвращено заявителю.

Таким образом, установлено, что годичный срок исковой давности не истек на момент обращения ФИО10 в суд с настоящим иском

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что исковые требования не обоснованы, удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст.194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО10 к ФИО9 о признании сделки купли-продажи квартиры № по 

<

адрес> недействительной – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Советский районный суд города Краснодара в течение одного месяца. 

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 11.04.2017г.

Судья: