№ 1-83/2019

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации 

16 мая 2019 года г. Оренбург

Оренбургский районный суд Оренбургской области под председательством судьи Гавриловой Ю.В.,

с участием: 

государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Оренбургского района Оренбургской области Грязевой Н.М.,

потерпевшего К.,

защитника – адвоката Дехаевой Л.А., 

подсудимого ФИО1, 

при секретаре Малюковой Е.П.

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело в отношении

ФИО1, ..., судимого:

- 18 августа 2010 года Новотроицким городским судом Оренбургской области (с учетом кассационного определения судебной коллегии по уголовным делам Оренбургского областного суда от 05 октября 2010 года и постановления Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 07 февраля 2012 года) по ч. 2 ст. 162 (в редакции Федерального закона РФ от 07 марта 2011 года № 26-ФЗ), ст. 70, 71 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года 10 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима, освободившегося 19 февраля 2015 года по отбытии наказания; 

- 24 октября 2018 года Ленинским районным судом г. Оренбурга по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ на срок 1 год 6 месяцев исправительных работ с удержанием 15% из заработной платы в доход государства; 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 открыто похитил имущество К. при следующих обстоятельствах.

12 декабря 2018 года около 23 часов 20 минут, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в доме по адресу: 

<

адрес>, где умышленно, с целью хищения чужого имущества и обращения его в свою собственность, из корыстных побуждений, из помещения кухни открыто в присутствии К., Ч., И., похитил лежавший на столе, подключенный к зарядному устройству сотовый телефон марки «ZTE Blade G Lux» серийный №, принадлежащий К., чем причинил последнему материальный ущерб на сумму 1500 рублей.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершении инкриминируемого ему преступления признал и показал, что телефон К. он забрал не из корыстных побуждений, а с тем, чтобы тот не пригласил своих знакомых уладить конфликт между ним и И., который присутствовал там же, опасаясь, что это перерастет в драку.

Между тем, будучи допрошенным в ходе дознания ФИО1 показывал, что в ходе совместного распития спиртного в доме У., у него произошел конфликт с К., который предъявлял претензии материального характера присутствовавшей там же Ч. В результате данного конфликта, он разозлился и решил забрать мобильный телефон потерпевшего, лежащий на кухонном столе и подключенный к зарядному устройству. Он схватил телефон со стола, отсоединил его от зарядного устройства, все это происходило в присутствии К., который видел, что он сам забирает телефон и не собирается его отдавать обратно. К. просил вернуть его телефон, на что он сам снял с него батарею, вытащил сим-карту и карту памяти, вывалив все это на стол, чтобы К. мог это забрать, после чего, решив, что батарея ему нужна будет для пользования телефоном, забрал её обратно. После этого конфликт между ним самим К. и И. продолжился на улице у дома У., во время которого телефон К. был в у него руках, а потом во время драки он его, вероятно, выронил в снег (л.д. 59-61, 120-123).

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании пояснил, что настаивает на своих показаниях в судебном заседании, указав, что показания в ходе дознания он давал по просьбе родителей И., которые опасались, что последнего также привлекут к уголовной ответственности.

Оглашенные в судебном заседании показания подсудимого об обстоятельствах, при которых он совершил вменённое ему органами дознания преступление, полностью соответствуют тем, что были изложены потерпевшим К. в ходе дознания, из которых видно, что 12 декабря 2018 года примерно в 21 час 30 минут он находился в доме у У., где распивал спиртное вместе с ФИО1, Ч. и И. В ходе совместного распития между ним и ФИО1 произошел конфликт из-за долга Ч. перед ним за зарядное устройство для телефона, которое он продал ей, однако денег она не отдала, в связи с чем, он стал ей предъявлять претензии. Примерно в 23 часа 20 минут, когда он находился на улице у дома, ФИО1 и И. сказали, чтобы он уходил. Он сам вернулся домой с тем, чтобы забрать свой телефон, которых находился в помещении кухни на столе, подключенным к зарядному устройству, между ним и ФИО1 снова возник конфликт по поводу зарядного устройства, за которое ему не отдала деньги Ч., на что ФИО1 схватил его телефон, отсоединил от него аккумуляторную батарею, достал сим-карту и карту памяти, которые вернул ему самому, и сказал, что заберет его телефон. На его просьбы вернуть телефон ФИО1 не реагировал, сказал, что заберет его себе. Сразу после этого между ним и И. произошел конфликт, переросший в драку, после чего он ушел домой, а его мать вызвала сотрудников полиции (л.д. 33-35).

В судебном заседании потерпевший К. вышеуказанные показания подтвердил частично, указав, что ФИО1 забрал его мобильный телефон с тем, чтобы он никому не позвонил и не позвал знакомых для выяснений отношений с И., с которым у него произошла ссора, при этом ФИО1 сказал, что когда он сам протрезвеет, он вернет ему телефон. Сам телефон ФИО1, разобрав на части, оставил на столе, а когда он сам вышел из дома, Ч. ему его вернула, он убрал его в карман, а потом в ходе драки с И., выпал и был обнаружен сотрудниками полиции в снегу. 

Наличие у потерпевшего мобильного телефона объективно подтверждено показаниями свидетеля З., которая в судебном заседании показала, что в январе 2016 года она приобрела сотовый телефон «ZTE Blade G Lux» примерно за 4090 рублей, которым пользовалась примерно до конца 2018 года, пока не приобрела себе новый. Вышеуказанный телефон её супруг З.М. продал К. за 1500 рублей, при этом он был в исправном состоянии, имел возможность пользоваться двумя сим-картами.

Из копии товарного чека от 15 января 2016 года № следует, что приобретен мобильный телефон «ZTE Blade G Lux» (№) за 4090 рублей, что полностью подтверждает показания З. (л.д. 113)

Показания свидетеля З. в части модели и описания мобильного телефона объективно подтверждены протоколом осмотра предметов, в ходе которого осмотрен мобильный телефон «ZTE Blade G Lux», имеющий ячейки для двух сим-карт, телефон черного цвета, в рабочем состоянии, имеющий номера IMEI 1: № (что совпадает с данными из товарного чека) и IMEI 2: № (л.д. 87-91). 

Рыночная стоимость мобильного телефона, похищенного у К. объективно подтверждена заключением товароведческой экспертизы от 13 декабря 2018 года №, согласно которому на 12 декабря 2018 года она составила 1500 рублей (л.д. 83-84).

Свидетель Ч., будучи допрошенной в ходе дознания, показания ФИО1 и К. о том, что 12 декабря 2018 года в вечернее время они, а также И. находились в гостях у У., где распивали спиртное. Подтвердила факт наличия у нее денежного долга перед К. за приобретенное у него ранее зарядное устройство для телефона, а также то обстоятельство, что К. неоднократно предъявил ей в тот день претензии по данному поводу. Кроме того, показала, что при выяснении отношений с К. за нее заступился ФИО1, который сказал, что за то, что К. нехорошо относится к ней, как к девушке, он заберет его мобильный телефон. В это время мобильный телефон К. находился в помещении кухни на столе, будучи подключенным к зарядному устройству. В это время она вышла из помещения, где они все находились, а когда вернулась, в её присутствии ФИО1 вытаскивал батарею, сим-карту и карту памяти из телефона К., которые положил на стол, а сам телефон держал в руках, К. стал собираться уходить и просил отдать ему телефон. После этого между К. и И. вновь возник конфликт, переросший в драку, в которой принимал участие ФИО1, позже на месте драки сотрудниками полиции был обнаружен телефон (л.д. 46-47).

Вместе с тем в судебном заседании Ч. настаивала на том, что К., конфликтуя с И., звонил по телефону, чтобы пригласить своих знакомых разобраться с ним, на что ФИО1 взял его телефон, лежавший на столе, разобрал его и сказал, что не нужно никого приглашать. После того, как ФИО1, разобрал телефон на части и оставил лежать на кухонном столе, К. мог его беспрепятственно забрать. Мобильный телефон она сама собрала, вынесла на улицу и, не включая, отдала К., когда тот собирался уходить, последний убрал его в карман куртки. Сразу после этого к нему подбежал И., и они подрались. Свидетель настаивала на показаниях, данных в судебном заседании, указав, что в ходе дознания подписала протокол своего допроса, не читая.

Свидетель У. в ходе дознания об обстоятельствах конфликта между К. и Ч. дала аналогичные показания. Об обстоятельствах открытого хищения мобильного телефона потерпевшего показала, что примерно в 23 часа 00 минут 12 декабря 2018 года она ушла укладывать спать ребенка и не видела, что происходило в помещении кухни в её отсутствие. Вернувшись, увидела, что между К. и И. происходит драка, поэтому попросила их покинуть свой дом. В её присутствии К. просил вернуть его телефон, а позже от Ч. она узнала, что ФИО1 забрал телефон К. и не вернул, также она нашла сим-карту К. на полу в кухне, которую вернула последнему (л.д. 48-50).

Свидетель У. оглашенные показания подтвердила, указав, что в судебном заседании сообщила, что ФИО1 забрал телефон у К., чтобы он не позвал своих знакомых и не усугубить конфликт между ним и И., так как узнала это со слов Ч. позже, после того, как её допросили по обстоятельствам дела.

Свидетель И., чьи показания оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ст. 281 УПК РФ с согласия участников процесса, показал, что ДД.ММ.ГГГГ вечером он, Ч., ФИО1, К. распивали спиртное в доме У. Во время распития между К. и Ч. начался конфликт на почве денежного долга последней за проданное ей К. зарядное устройство. ФИО1 стал заступаться за нее, и между ними возник конфликт, в ходе которого ФИО1 взял с кухонного стола мобильный телефон К., снял с него батарею, вытащил сим-карту и карту-памяти, вернув их последнему, а телефон забрал себе. На просьбы К. вернуть телефон ФИО1 не реагировал. Сразу после этого между ним и К. произошла драка из-за оскорбительных выражений последнего в его адрес, после чего У. попросила их уйти. Выйдя из дома, конфликт и драка продолжились, ФИО1 также участвовал в драке. Спустя некоторое время прибывшие сотрудники полиции в ходе осмотра места драки обнаружили мобильный телефон К. (л.д. 41-44). 

Из протокола осмотра места происшествия от 13 декабря 2018 года, плана-схемы к нему и фототаблицы видно, что в снегу, примерно на расстоянии 18 метров напротив дома по адресу: 

<

адрес> при участии К. и У. обнаружен и изъят мобильный телефон «ZTE» (14-18).

Таким образом, анализ собранных по делу доказательств, которые суд признает относимыми, допустимыми и достаточными, даёт основания для выводов о доказанности вины подсудимого в совершении инкриминируемого ему органами дознания преступления. 

Свои выводы о виновности ФИО1 суд основывает на признательных показаниях самого подсудимого, данных им в ходе дознания, подсудимого, а также показаниях потерпевшего К. и свидетелей Ч., У. и И., данных ими на предварительном следствии, показаниях свидетеля З., данных в судебном заседании, отмечая, что все они стабильны, последовательны, не противоречат друг другу и согласуются не только между собой, но и с письменными доказательствами по делу. 

Давая оценку письменным доказательствам, суд находит их полностью соответствующими требованиям УПК РФ, предъявляемым к доказательствам по уголовному делу, и также принимает их за основу своих выводов о виновности подсудимого.

Суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч. 1 ст. 161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, поскольку в судебном заседании достоверно установлено, что он, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью открытого хищения имущества потерпевшего, схватил со стола в помещении кухни мобильный телефон последнего, подсоединенный к зарядному устройству, отсоединил от него батарею, сим-карту и карту памяти, оставив их на столе, а мобильный телефон, держа в руках, не реагируя на просьбы К. вернуть телефон, таким образом, открыто похитил имущество, принадлежащее потерпевшему, распорядившись им по собственному усмотрению.

Версию подсудимого ФИО1, изложенную последним в судебном заседании, которая сводится к отсутствию у него умысла на открытое хищение мобильного телефона К., и на наличие стремления избежать еще большего конфликта в случае, если бы тот пригласил своих знакомых, суд находит надуманной, направленной на избежание уголовной ответственности за содеянное, не подтвержденной материалами уголовного дела, одновременно обращая внимание, что данная версия возникла лишь при рассмотрении уголовного дела в суде.

Суд за основу своих выводов принимает показания ФИО1, данные им на предварительном следствии, поскольку они согласуются с совокупностью иных доказательств, носят стабильный характер и соответствуют фактическим обстоятельствам совершения преступления, установленным в судебном заседании. Кроме того, ФИО1 допрашивался в присутствии защитника, то есть в условиях, исключающих оказание на него какого-либо давления, каких-либо замечаний по поводу правильности занесения его показаний в протокол ни от него самого, ни от его защитника не поступало.

Показания К., данные им в ходе дознания, а также свидетелей Ч., У. и И., данные в ходе дознания по делу, свидетельствуют о том, что у К. и ФИО1 имелся конфликт по поводу денежного долга Ч., и именно в связи с тем, что, по мнению ФИО1 потерпевший повел себя неправильно в отношении Ч. как девушки, последний сообщил, что заберет его мобильный телефон, после чего, отсоединив батарею, сим-карту и карту памяти, забрал его. Именно данные показания опровергают доводы стороны защиты об отсутствии умысла у подсудимого на совершение хищения и подтверждают его показания в ходе дознания о том, что разозлившись на К., ФИО1 в его присутствии забрал его мобильный телефон. 

За основу своих выводов о виновности ФИО1 суд принимает вышеуказанные показания потерпевшего и свидетелей, критически оценивая показания данных лиц в судебном заседании, которые выдвинуты с целью подтверждения версии подсудимого в свою защиту от предъявленного обвинения. Подвергая критической оценке показания потерпевшего и свидетелей в судебном заседании, суд исходит из того, что между подсудимым, потерпевшим и свидетелями по делу сложились приятельские отношения, в настоящее время конфликт между ними исчерпан, и, давая такие показания, они стараются облегчить его положение. Убедительных доводов в обоснование наличия противоречий в показаниях, указанные лица суду не привели.

Как следует из показаний ФИО1, неоднократно данных им в ходе дознания, мобильный телефон К., который он открыто, в присутствии посторонних лиц и самого потерпевшего похитил, он собирался оставить себе для личного пользования. Указанное опровергает его версию об отсутствии умысла на отрытое хищение имущества потерпевшего и корыстных мотивов совершения преступления.

Факт обнаружения похищенного у К. мобильного телефона в снегу напротив дома свидетеля У., не свидетельствует о невиновности ФИО1 

Как установлено в судебном заседании, после того, как ФИО1 открыто похитил мобильный телефон потерпевшего, между К., свидетелем И. и ФИО1 на улице произошла драка, именно в месте которой впоследствии и был обнаружен мобильный телефон, что соответствует показаниям ФИО1, из которых следует, что когда он разнимал К. и И. мобильный телефон был у него в руке и в какой-то момент пропал. 

Оснований для освобождения подсудимого от уголовной ответственности, либо для постановления приговора без назначения наказания или освобождения подсудимого от наказания в судебном заседании не установлено.

Переходя к разрешению вопросов о виде и размере наказания подсудимому, суд в соответствии со ст. ст. 6, 60 УК РФ, принимает во внимание характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Изучением данных о личности ФИО1 установлено, что он судим, трудоустроен, ограничений к труду по состоянию здоровья не имеет, состоит в фактических брачных отношениях, участвует в воспитании малолетнего ребенка своей умершей сожительницы. Допрошенными в судебном заседании Д. и О.М. охарактеризован исключительно с положительной стороны. По месту работы и жителями села также характеризуется положительно, на профилактических учетах не состоит.

Смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами суд, в силу положений п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, признает активное способствование расследованию преступления, выразившееся в стабильных признательных показаниях по делу, а также, на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ – признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшему в судебном заседании, участие в воспитании малолетнего ребенка своей умершей сожительницы.

Совокупность установленных по делу и указанных выше смягчающих обстоятельств суд признает исключительной, дающей право на применение при назначении наказания подсудимому положений ст. 64 УК РФ.

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание подсудимого ФИО1, суд в силу п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ учитывает наличие рецидива преступлений (ч. 1 ст. 18 УК РФ), образуемого судимостями по приговорам Ленинского районного суда г. Оренбурга от 24 октября 2018 года за совершение умышленного преступления средней тяжести и по приговору Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 18 августа 2010 года за совершение умышленного тяжкого преступления.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, личность подсудимого, обстоятельства совершения преступления, принимая во внимание совокупность смягчающих наказание подсудимого обстоятельств, в том числе предусмотренных ст. 61 УК РФ, признанную судом исключительной, значимость похищенного имущества для потерпевшего и его стоимость, наличие отягчающего наказание обстоятельства, проанализировав санкцию ч. 1 ст. 161 УК РФ, суд приходит к выводу, что реализация предусмотренных ст. 43 УК РФ целей уголовного наказания, в том числе, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, могут быть достигнуты путем назначения ему наказания с применением ч. 3 ст. 68 УК РФ без учета рецидива преступлений, на основании ст. 64 УК РФ в виде исправительных работ, полагая, что оно будет отвечать требованиям соразмерности и справедливости уголовного наказания.

Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ об условности назначаемого ФИО1 наказания не имеется, поскольку сведений, позволяющих прийти к убеждению, что исправление подсудимого возможно без реального отбывания назначенного наказания, не имеется.

В связи с наличием в действиях подсудимого ФИО1 отягчающего наказание обстоятельства, правовых оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ об изменении категории преступления, не имеется.

Преступление, за которое ФИО1 осуждается настоящим приговором, совершено им в период неотбытого наказания в виде исправительных работ по приговору Ленинского районного суда г. Оренбурга от 24 октября 2018 года по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, в связи с чем, окончательное наказание ему необходимо назначить на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначаемому наказанию неотбытой части наказания в виде исправительных работ, которая по состоянию на 16 мая 2019 года составляет 1 год 2 месяца 28 дней.

До вступления приговора суда в законную силу мера пресечения подсудимому в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит оставлению без изменения.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии с требованиями ст. ст. 81-82 УПК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, и назначить наказание с применением ст. 64 УК РФ в виде исправительных работ на срок 1 год 6 месяцев с удержанием 15% из заработной платы в доход государства ежемесячно.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединить неотбытое наказание по приговору Ленинского районного суда г. Оренбурга от 24 октября 2018 года в виде 6 месяцев исправительных работ с удержанием из заработной платы в доход государства 15 %, и окончательно назначить ФИО1 наказание в виде исправительных работ на срок 2 года с удержанием 15% из заработной платы в доход государства ежемесячно. 

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: 

- сотовый телефон марки «ZTE Blade G Lux» серийный №АА3, хранящийся у потерпевшего К., считать переданным по принадлежности;

- товарный чек № от 15 января 2016 года на телефон «ZTE Blade G Lux», хранящийся при материалах дела, хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Оренбургского областного суда через Оренбургский районный суд Оренбургской области в течение 10 суток со дня его постановления.

Судья Ю.В. Гаврилова