Дело №39RS0019-01-2020-000143-80 2-128/2020

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации

14 мая 2020 года г. Советск

Советский городской суд Калининградской области в составе

председательствующего судьи Ганага Ю.Н..

при секретаре Швецовой М.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Советске Калининградской области (межрайонное) об установлении факта нахождения на иждивении и признании права на получение пенсии по случаю потери кормильца, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратилась в Советский городской суд с исковым заявлением к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (ГУ-УПФР) в городе Советске Калининградской области (межрайонное) об установлении факта нахождения на иждивении и признании права на получение пенсии по случаю потери кормильца, в обоснование требований которого указала следующее. ДД.ММ.ГГГГ умерла ее мама ФИО5. На момент смерти матери, ей исполнилось ДД.ММ.ГГГГ, с 18 лет ДД.ММ.ГГГГ она обучалась по очной форме обучения в 

<

данные изъяты>. В октябре 2017 года она обратилась к ответчику о назначении пенсии по случаю потери кормильца, но ей было устно отказано. 18.11.2019 она обратилась к ответчику с письменным заявлением о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца в связи с тем, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ее мать, у которой она находилась на иждивении. Также она является инвалидом с ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ответчик направил решение № и письмо № к нему, в котором отказал в назначении пенсии по основаниям, что по трудовой книжке ФИО5 нигде не работала с 27.01.2016, на основании сведений из лицевого счета застрахованного лица трудовую деятельность прекратила с 27.01.2016, получателем пенсии не являлась, а значит не имела никакого дохода. Позиция ответчика является не правомерной поскольку, со своей мамой она проживала до момента ее смерти. С 01.09.2015 она обучается в 

<

данные изъяты> на очной форме обучения на бюджетной основе последовательно в бакалавриате и магистратуре с окончанием обучения 31.08.2021. Ссылка ответчика на отсутствие у матери дохода является ошибочной, поскольку она состояла в браке, имела доход в виде денежных средств, являющихся общим имуществом супругов, полученных ее супругом от трудовой деятельности. Полагает, что суд вправе установить факт нахождения ее на иждивении у матери, имеющий юридическое значение и необходимый для установления пенсии по случаю потери кормильца, поскольку получить документы, подтверждающие это обстоятельство, в силу закона не возможно. Установив указанные обстоятельства, можно прийти к выводу, что ее право на установление страховой пенсии по случаю потери кормильца возникло с ДД.ММ.ГГГГ. Поскольку письменно с заявлением о назначении пенсии ФИО2 обратилась 18.11.2019, то полагает необходимо признать за ней право на назначение указанной пенсии с 18.11.2018, то есть на 12 месяцев ранее даты обращения за ее назначением. Ссылаясь на ст. 10, 22 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях», ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просит суд установить факт нахождения ее ФИО2 на иждивении матери ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ; признать решение ответчика об отказе в установлении пенсии по случаю потери кормильца №, вынесенное 03.12.2019 неправомерным и признать за ней право на назначение страховой пенсии по случаю потери кормильца с 18.11.2018; взыскать с ГУ-УПФР в г. Советске Калининградской области (межрайонное) в ее пользу судебные расходы связанные с уплатой государственной пошлины в размере 300 рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 13 000 рублей. 

Истец ФИО2, в судебном заседании поддержала требования по основаниям изложенным в исковом заявлении и просила удовлетворить. Дополнительно пояснила, что она приезжала домой 2-3 раза в месяц, мама давала ей деньги в руки по 1 000-2 000 рублей и продукты. Перед смертью мама лежала в больнице примерно с 5 августа, когда она приезжала к ней в больницу давала наличными. Она приезжала домой, сама продукты брала, отчим давал ей деньги. Стипендия была учебная 2 300 рублей, 11 000 рублей - это раз в год выплачивали материальную поддержку, так как семья многодетная была.

В судебном заседании представитель истца ФИО3, действующий на основании ордера от 21.01.2020 №, поддержал уточненные исковые требования в полном объеме по основаниям указанным в исковом заявлении и просил удовлетворить. Дополнительно пояснил, что До 27.01.2016 ФИО5 была трудоустроена и работала официально. до указанной даты она, имея онкологическое заболевание, находила в себе силы выходить на работу. В определенный момент, когда болезнь прогрессировала, то ей было тяжело находиться на работе целый рабочий день. По болезни она прекратила трудовые отношения. У нее на иждивении находилось 4 несовершеннолетних детей, поэтому она выходила на пол дня подменяла продавцов магазина, убирала подъезды, убирала могилы с подругой. В соответствии с Семейным кодексом России трудовые доходы, как супруга, так и супруги являются общими доходами, помимо того, что ФИО5 ходила, убирала могилы она еще и состояла в браке. Доход супруга был общим доходом. Из этих источников дочь и обеспечивалась. На момент смерти ФИО5 они проживали все совместно, и истец училась в университете на очной форме обучения.

Представитель ответчика ГУ-УПФР в городе Советске Калининградской области (межрайонное) ФИО4, действующая на основании доверенности № от 13.01.2020, в судебном заседании требования искового заявления не признала, поясняла, что Пенсионный фонд ограничен законами, имеется ссылка в иске, что мама имела доход в виде общего имущества супругов, так как работал ее муж. В данный момент это не применимо, так как на основании ч.3 ст.10 Федерального закона №400-ФЗ «О страховых пенсиях» членами семьи умершего признаются лица, состоящие на его полном содержании, если он является для них постоянным и основным источником дохода. Необходимо доказать, что основной источник помощи был именно от умершей. Тоже говорит и Конституционный суд России в Определении от 06.11.2014 №24-28, он признал, что назначение пенсии по случаю потере кормильца, только тем детям, которые состояли на иждивении умершего кормильца и могу это факт полностью подтвердить. Документы, которые были представлены в ПФР, они посмотрели являлась ли умершая получателем пенсии, ни одного факта не случилось, поэтому решение было вынесено на законных основаниях. Свидетельские показания они не имеют право выслушивать и делать выводы, работают строго по закону, по документам. Нахождение на иждивении подтверждается различными документами, есть ситуация, что работает отец и мать, один из супругов умирает, то проверяют заработок, если у другого родителя он больше, то считается, что ребенок находился на иждивении у него. Семейный кодекс тут не применим. У истца была стипендия больше, чем переводила ей мама. Не доказан факт того, что истец была на полном содержании умершей матери, которая была для нее постоянным источником дохода, на данный момент этих документов нет. Необоснованно завышен размер оплаты услуг адвоката. Бюджет пенсионного фонда является федеральной собственностью и входит в состав государственной казны России, также судебные расходы взыскиваются в том случае той стороне в пользу, которой состоялось решение.

Выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, свидетелей, исследовав представленные доказательства по делу и дав им оценку, суд приходит к следующим выводам. 

Конституция Российской Федерации, в соответствии с целями социального государства (ст.7 ч.1) гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ст. 39 ч.1), относит определение условий и порядка реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, оснований и условий приобретения права на них отдельными категориями граждан, правил их исчисления, к компетенции законодателя (ст. 39 ч.2).

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», вступившим в силу с 01.01.2015.

На основании пункта 10 названного выше Федерального закона право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 данной статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. 

Исходя из пунктов 2, 3, 6 статьи 10 вышеуказанного Федерального закона нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются, в том числе: дети умершего кормильца не достигшие 18 лет, а также дети умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения, по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность.

Пунктом 3 статьи 10 того же Федерального закона предусмотрено, что члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

При этом иждивение детей умерших родителей презюмируется и не требует доказательств. Однако дети, объявленные полностью дееспособными или достигшие возраста 18 лет, должны подтвердить факт нахождения на иждивении умершего кормильца (пункт 4 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Презумпция нахождения ребенка до достижения возраста 18 лет на иждивении родителей следует из норм семейного права. Согласно Семейному кодексу Российской Федерации ребенком признается лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия) (пункт 1 статьи 54), родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (пункт 1 статьи 80). Следовательно, до достижения ребенком совершеннолетия всю ответственность за его воспитание и содержание несут родители, что освобождает детей, не достигших 18 лет, от необходимости доказывать факт нахождения на иждивении родителей при назначении пенсии по случаю потери кормильца.

Согласно пунктов 10 и 11 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия по случаю потери кормильца устанавливается независимо от продолжительности страхового стажа кормильца из числа застрахованных лиц, а также от причины и времени наступления его смерти. 

В то же время, в случае полного отсутствия у умершего застрахованного лица страхового стажа либо в случае совершения нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца уголовно наказуемого деяния, повлекшего за собой смерть кормильца и установленного в судебном порядке, устанавливается социальная пенсия по случаю потери кормильца в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации».

При решении вопроса о праве ФИО2 на получение пенсии по случаю потери кормильца, подлежат применению положения ч. 4 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ, предусматривающие необходимость доказывания факта нахождения совершеннолетних детей на иждивении умерших родителей, поскольку законодательно предоставленная гражданину, достигшему возраста 18 лет, возможность работать и получать заработную плату, осуществлять предпринимательскую деятельность и получать доход, т.е. иметь собственный источник средств к существованию и самостоятельно распоряжаться им, влечет необходимость проверки этих фактов при принятии решения о праве на получение пенсии по случаю потери кормильца.

Как указано выше, право на страховую пенсию по случаю потери кормильца, по общему правилу, имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ,); вместе с тем, исходя из того что нетрудоспособность, как правило, определяется на основании возрастных критериев либо обусловливается наличием инвалидности, нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются, в частности, его дети, братья, сестры и внуки, не достигшие 18 лет, или старше этого возраста, если они стали инвалидами до достижения 18 лет, а также его дети, братья, сестры и внуки, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет (п. 1 ч. 2 ст. 10).

Само по себе предоставление детям умершего кормильца, обучающимся в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, возможности получать страховую пенсию по случаю потери кормильца, в том числе после достижения совершеннолетнего возраста, согласуется с положениями Конституции Российской Федерации (ч. 2 ст. 7; ч. 1 ст. 39), а также международно-правовых актов в области социального обеспечения, нормы которых предусматривают, что термин «ребенок» может охватывать не только лиц, не достигших возраста окончания обязательного школьного образования, но и перешагнувших данный возрастной рубеж, - при условии, что они проходят курс ученичества или продолжают учебу, в связи с чем, страховая пенсия по случаю потери кормильца, выплачиваемая детям умершего кормильца, обучающимся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, по своей правовой природе представляет собой особую меру государственной поддержки, целью которой является создание благоприятных условий для реализации указанной категорией лиц конституционного права на образование.

При этом возникновение у детей умершего кормильца после достижения ими возраста 18 лет права на получение пенсии по случаю потери кормильца обусловлено не просто самим фактом их обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, а освоением ими исключительно основных образовательных программ и лишь по очной форме обучения.

Согласно правовым позициям, изложенным в судебных актах Конституционного Суда Российской Федерации, при освоении лицом образовательной программы в очной форме - в отличие от обучения по очно-заочной (вечерней) и заочной формам - устанавливается максимальный объем аудиторной учебной нагрузки, что предполагает обучение в качестве основного вида деятельности данного лица; исходя из этого, специфика организации учебного процесса в рамках названной формы получения образования существенно ограничивает возможности приобретения детьми умершего кормильца, обучающимися по очной форме обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, постоянного источника средств к существованию за счет самостоятельной трудовой деятельности, а потому отнесение их к числу нетрудоспособных членов семьи умершего кормильца, имеющих право на получение пенсии по случаю потери кормильца, обусловлено тем, что эти дети, лишившись необходимого материального содержания, для завершения процесса обучения нуждаются в поддержке со стороны государства. При этом, реализация гражданином Российской Федерации права выбора образовательного учреждения предполагает возможность обучения как в российском, так и в иностранном учебном заведении, причем действующее законодательство об образовании не препятствует самостоятельному (без направления на учебу) поступлению российских граждан в иностранные образовательные организации и обучению в них, в том числе при отсутствии соответствующего международного договора Российской Федерации о сотрудничестве в области образования (Постановление от 27.11.2009 № 18-П, Определение от 17.12.2008 № 1071-О-О).

Как установлено судом и следует из материалов дела, матерью истца ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлась ФИО7 (свидетельство о рождении серии №, выдано отделом ЗАГС 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно свидетельству о заключении брака №, выданному ДД.ММ.ГГГГ Филиалом отдела ЗАГС 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО9 и ФИО13 был заключен брак, жене присвоена фамилия – ФИО14.

Согласно свидетельству о смерти серии №, выданному ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС 

<

адрес> ФИО5 умерла ДД.ММ.ГГГГ. 

18.11.2019 ФИО2 обратилась в ГУ-УПФР в г. Советске Калининградской области (межрайонное) с заявлением о назначении ей пенсии по случаю потери кормильца в соответствии со ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях». 

Решением ГУ-УПФР в г. Советске Калининградской области (межрайонное) № от 03.12.2019 ФИО2 было отказано в установлении пенсии по случаю потери кормильца в соответствии со ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» по тем основаниям, что факт нахождения ФИО2 на иждивении умершей матери ФИО5 (дата смерти ДД.ММ.ГГГГ) установить по представленным документам не возможно.

Из показаний истца, свидетелей ФИО8, ФИО9 усматривается, что истец ФИО2 с момента рождения была зарегистрирована по месту жительства и проживала вместе со своей мамой ФИО5, отчимом ФИО9 по адресу: 

<

адрес>. Соответственно, с рождения ФИО2 находилась на иждивении у своей мамы и отчима, предоставлявших ей полное содержание.

Согласно справки № от 12.02.2020, выданной 

<

данные изъяты>, ФИО2 является студенткой 1 курса направления подготовки 49.04.01 Физическая культура очной формы обучения на бюджетной основе. Приказом № от 12.08.2019 ФИО2 была зачислена с 01.09.2019 на 1 курс направления подготовки 49.04.01 Физическая культура очной формы обучения на бюджетной основе. Предполагаемая дата окончания обучения 31.08.2021.

Из архивной справки № от 26.11.2019, 

<

данные изъяты>, ФИО2 обучалась в университете с 01.09.2015 по 31.08.2019. Приказом № от 04.08.2015 ФИО2 была зачислена с 01.09.2015 на 1 курс направления подготовки «Гостиничное дело» очной формы обучения на бюджетной основе. Приказом № от 03.11.2016 ФИО2 была переведена с 24.10.2016 со 2 курса направления подготовки «Гостиничное дело» очной формы обучения на бюджетной основе на 2 курс направления подготовки «Физическая культура» очной формы обучения на бюджетной основе. Приказом № от 28.06.2019 ФИО2, студентке 4 курса, после успешного прохождения государственной итоговой аттестации были предоставлены каникулы по 31.08.2019, по истечении которых ФИО2 была отчислена в связи с окончанием 

<

данные изъяты>.

В справке о доходах № от 12.03.2020, выданной 

<

данные изъяты> усматривается, что размер начислений ФИО2 составляет: за апрель 2017 года – 11 700 рублей, за май 2017 года – 7 414 рублей, за июль 2017 года – 2 300 рублей, за август 2017 года – 2 300 рублей, за сентябрь 2017 года – 2 300 рублей.

На день смерти ФИО5, истец ФИО2, приходящаяся ей дочерью, достигла совершеннолетия, соответственно могла претендовать на социальную пенсию по потере кормильца, доказав нахождение на иждивение у умершего родителя.

Для признания наличия иждивения подлежит установлению одновременно наличие двух признаков: постоянность источника средств к существованию и установление факта того, что такой источник является основным для существования лица. 

Как установлено в судебном заседании по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ мать истца ФИО2 – ФИО5 официально нигде не работала, пенсионером не являлась, в связи с чем, постоянного дохода не имела, каких либо документов, подтверждающих наличие постоянного дохода, не представлено.

Согласно трудовой книжки №, ФИО5 последний раз работала с 29.12.2015 по 27.01.2016 в ФГУП «Почта России». Данные сведения подтверждаются также информацией ГУ-Центра по выплате пенсий и обработке информации ПФР в Калининградской области № от 12.03.2020.

В судебном заседании свидетели ФИО8, ФИО9, указали, что с 03.08.2017 ФИО5 находилась в больнице в тяжелом состоянии. 

Свидетель ФИО9 в судебном заседании пояснял, что его супруга два года почти лежала и не работала, у нее отказывали ноги. В 2016 году она еще ходила, подрабатывала на кладбище, в магазине, подрабатывала до января 2017 года. Весь 2016 год более менее она ходила и он с ней ходил, а потом в 2017 году уже реже, он сам подрабатывал ходил. Алине мама давала от 500 до 2000 рублей. Деньги зарабатывал он, у него была заработная плата по 30 000 рублей. Деньги были всегда общие, он хорошо зарабатывал. Давал Алине деньги от 500 рублей до 2000 рублей, если что-то нужно было купить, она просила, он давал. Жена получала пособие на детей и выделяла им деньги. У них было все общее, карточка лежала на видном месте. Продукты покупали на то, что он зарабатывал, и ФИО5 если подрабатывала, то тоже покупала продукты.

Свидетель ФИО10 в судебном заседании поясняла, что приходилась умершей подругой. Она приехала в августе 2017 года, беременная с Калининграда, пока ее не было в Советске, просила ФИО15 убирать за нее могилки. В августе 2017 года она уже не смогла ей помочь, у нее болели ноги и ходил помогал ее муж. В июле 2017 года перестала вообще уже работать, в августе она лежала в больнице. Они зарабатывали по 2 000-3 000 рублей. В зимнее время подъезды убирала за нее. Получала от 500-750 рублей, помогал ей муж, она говорила номер квартиры куда звонить по телефону предупреждала, что она придет. В 2016 году, она работала в Балтийском Меридиане, и ФИО5 брала вещи в рассрочку, говорила, что необходимо купить вещи Алине или ФИО16, но какие вещи не может сказать. 

Свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснил, что последний раз мама на почте работала, это было весной. После января 2016 года, где мама подрабатывала не знает. Мама давала ФИО2 деньги примерно от 1000 рублей до 3000 рублей. Когда это было не помнит. Видел лично 2 раза передачу денег, в какой сумме не знает. Еще деньги сестре отчим давал, бабушка помогала, но не деньгами. Она приезжала 3-4 раза в месяц домой. 

Кроме того, данные свидетели непосредственными свидетелями постоянной, систематической передачи матерью денег дочери не являлись.

Ставить под сомнение показания данных свидетелей у суда оснований не имеется. Однако, свидетели суду не подтвердили, что действительно по день смерти ФИО5 работала, получала заработную плату, часть которой шла на содержание дочери ФИО2, поскольку работала за много месяцев до смерти. 

Как пояснила в судебном заседании истец, ей мама давала деньги наличными от 1000 рублей до 3 000 рублей в месяц, иногда переводила деньги на карту. 

Из выписки по банковской карте ФИО2 следует, что ФИО5 дочери на карту 12.05.2017 было переведено 300 рублей, 07.06.2017 на телефонный номер было переведено 199 рублей, в июле 2017 года - 100 рублей. 

Согласно пояснений истца и данных поквартирной карточки у ФИО5 помимо дочери ФИО2 на иждивении на момент смерти находилось еще трое несовершеннолетних детей.

В соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доказательств покупки ФИО1 матерью ФИО5 продуктов питания, одежды в судебное заседание истцом не представлено.

Действующее законодательство определяет понятие иждивения в пункте 2 статьи 9 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», согласно которой членами семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Под полным содержанием умершим кормильцем членов семьи понимаются действия умершего кормильца, направленные на обеспечение членов семьи всеми необходимыми жизненными благами (питание, жилье, одежда, обувь и другие предметы жизненной необходимости).

Понятие основной источник средств к существованию предполагает, что помощь кормильца должна составлять основную часть средств, на которые жили члены семьи. Она должна по своим размерам быть такой, чтобы без нее члены семьи, получившие ее, не смогли бы обеспечить себя необходимыми средствами жизни.

Судом установлено, и данное обстоятельство не опровергнуто истцом и ее представителем и сомнений у суда не вызывает, что достигнув восемнадцатилетнего возраста, ФИО2 перестала находиться на иждивении своей матери, помощь которой продолжала носить для ФИО2 постоянный характер и являлась основным источником ее существования, который использовался для приобретения питания, одежды, других предметов жизненной необходимости. 

При этом, как было указано выше, у ФИО2 был собственный источник дохода, она получала стипендию, получала социальную помощь от государства, часть денег ей давал отчим, бабушка, мама официально трудоустроена не была, на момент смерти около двух месяцев находилась в больнице, до этого с января 2017 года нигде не работала, поскольку сильно болела.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что убедительных и достоверных доказательств того, что при жизни ФИО5 взяла на себя полную заботу о содержании дочери ФИО2, постоянно оказывала ей такое содержание, которое являлось бы достаточным для того, чтобы служить основным источником средств к существованию, в деле не имеется. 

При этом суд учитывает разъяснения, содержащиеся в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 21.06.1985 № 9 «О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение», согласно которым установление факта нахождения лица на иждивении умершего имеет значение для получения наследства, назначения пенсии или возмещения вреда, если оказываемая помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию. В тех случаях, когда заявитель имел заработок, получал пенсию, стипендию и т.п., необходимо выяснять, была ли помощь со стороны лица, предоставлявшего содержание, постоянным и основным источником средств к существованию заявителя.

В соответствии с ч.2 ст.264 и ст.265 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан.

При таких обстоятельствах, суд не признает установленным тот факт, что ФИО5 оказывала своей дочери ФИО2 на момент своей смерти помощь, которая была для нее основным источником для существования, и эта помощь носила длительный и постоянный характер. 

Следовательно, судом не установлен факт нахождения истца ФИО2 на иждивении матери ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ. 

Следовательно, не соблюдены необходимые условия для назначения ФИО2 страховой пенсии по случаю потере кормильца — ФИО5. 

Суд с учётом обстоятельств, установленных посредством оценки представленных сторонами доказательств, применив положения вышеприведённых законоположений, приходит к выводу об обоснованности решения ГУ-УПФР в г. Советске об отказе ФИО2 в назначении пенсии по случаю потери кормильца и возражений ответчика в отношении исковых требований ФИО2.

С учетом изложенного, учитывая вышеуказанные правовые нормы, установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу, что ФИО2, являющаяся дочерью умершей ФИО5, достигшая совершеннолетия ко дню смерти матери, обучающаяся на очной форме обучения и имеющая самостоятельный источник дохода, периодически получала от ФИО5 материальную помощь, которая не была для нее постоянным и основным источником средств к существованию, тем самым не находилась на ее иждивении, в связи с чем, не имеет право на назначение страховой пенсии по случаю смерти кормильца на период обучения по очной форме до окончания обучения, но не дольше чем до достижения возраста 23 лет. 

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

ФИО2 в удовлетворении исковых требований к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Советске Калининградской области (межрайонное) об установлении факта нахождения на иждивении и признании права на получение пенсии по случаю потери кормильца, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Калининградского областного суда через Советский городской суд Калининградской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Резолютивная часть решения вынесена в совещательной комнате.

Мотивированное решение суда в окончательной форме принято 19.05.2020.

Судья Ю.Н. Ганага