№ 2-39/2019

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

18 января 2019 г. г. Нерюнгри 

Нерюнгринский городской суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Софронова П.А., при секретаре Козловой О.В., с участием прокурора Курбановой С.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению

ФИО1 к Акционерному обществу Холдинговая компания «Якутуголь» о взыскании единовременной компенсации морального вреда в связи с установлением утраты профессиональной трудоспособности, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, мотивируя тем, что он состоял в трудовых отношениях с ответчиком, уволившись ДД.ММ.ГГГГ, в связи с выходом на пенсию. А ДД.ММ.ГГГГ он продолжил трудовую деятельность в 

<

данные изъяты> в должности 

<

данные изъяты>. И с ДД.ММ.ГГГГ трудился 

<

данные изъяты> в филиале 

<

данные изъяты>, откуда ДД.ММ.ГГГГ уволен в связи отсутствием работы, не противопоказанной по состоянию здоровья, в соответствии с медицинским заключением. 

В санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника ввиду подозрения у него профессионального заболевания (отравления) от ДД.ММ.ГГГГ № отражен его общий стаж работы 35 лет 10 мес. И указано, что он имеет предварительный диагноз: 

<

данные изъяты>. После чего ему установлена степень утраты профессиональной работоспособности 40%. 

Истец считает, что в силу положений Коллективного договора, регулирующего социально-трудовые отношения в АО ХК «Якутуголь», работодатель в счет возмещения морального вреда должен выплатить ему единовременное пособие в счет компенсации морального вреда. Учитывая это, истец просит взыскать с ответчика в его пользу указанное пособие в размере 877 172 руб. 32 коп. 

В судебном заседании ФИО1 и его представитель - ФИО2 на исковых требованиях настаивают.

Представители ответчика – ФИО3 и ФИО4 с иском не согласны. 

В письменных возражениях представитель ответчика – ФИО5 указывает, что акт о случае профессионального заболевания ФИО1 был составлен в период его работы в 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ. Данным актом не установлена причинно-следственная связь между возникновением у истца профессионального заболевания и временем его работы в АО ХК «Якутуголь». Кроме того, актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что профессиональное заболевание возникло в результате длительной работы в условиях воздействия на организм вредных производственных факторов: производственная пыль. Продолжительность воздействия вредных производственных факторов - 100 % в течение рабочей смены. При этом в соответствии с п. 21 акта, лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не установлены. Данный акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ истцом обжалован не был и, учитывая, что актом не установлена вина АО ХК «Якутуголь», оснований для возложения обязанности компенсировать моральный вред, вследствие полученного истцом профессионального заболевания на АО ХК «Якутуголь» не имеется. Истец в группе «риска» в период работы в АО ХК «Якутуголь» не состоял. При поступлении на работу в 

<

данные изъяты> истец обязательно проходил медицинское освидетельствование, и, если он был принят на работу, значит был признан полностью здоровым. ФИО1 на момент обращения в АО ХК «Якутуголь» не являлся членом Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности, поскольку выбыл ДД.ММ.ГГГГ из членов профсоюза. Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ стаж работы ФИО1 в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 33 года 02 мес. Однако, профессиональное заболевание было получено в период работы 

<

данные изъяты>, т.е. через 11 лет после увольнения из АО ХК «Якутуголь». Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от ДД.ММ.ГГГГ и трудовой книжки истца трудовой стаж в АО ХК «Якутуголь» составляет 20 лет. 

Также представитель ответчика считает, что расчет суммы единовременной выплаты компенсации морального вреда, указанный в иске, не может быть применен, поскольку у истца отсутствует право на данную выплату по вышеуказанным основаниям. И, кроме того, считает расчет истца произведенным неверно. Представитель ответчика не согласен и с указанной в расчете истца суммой среднего заработка, поскольку его средняя заработная плата составляет 49 027 руб. 09 коп., а не 120 928 руб. 68 коп., как это указано им в иске. 

Указанная сумма заработка не подтверждена ни одним документом, непонятно каким образом истец рассчитал данную сумму. Заработная плата истца за последние три календарные месяца, предшествующие событию, составляет 23 801 руб. 55 коп. 

Кроме того, расчет размера единовременного пособия в счет компенсации морального вреда, произведенный истцом, считает выполненным без учета степени вины АО ХК «Якутуголь». Следовательно, расчет истца неправомерен и необоснован, в связи с чем в удовлетворении требований истца просит отказать в полном объеме.

Прокурор находит исковые требования подлежащими удовлетворению в полном объеме. 

Изучив доказательства по делу, суд приходит к следующему. 

В соответствии с положениями ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно правилам ст. 2 ТК РФ, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, признается обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами (ст. 21 ТК РФ). А работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу положений ст. 184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

По правилам ст. ст. 10,11 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаях на производстве и профессиональных заболеваний» единовременные страховые выплаты и ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются застрахованному - если по заключению учреждения медико-социальной экспертизы результатом наступления страхового случая стала утрата им профессиональной трудоспособности.

В силу абз. 2 п. 3 ст. 8 указанного же закона возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Частью 1 ст. 21 Федерального закона от 20 июня 1996 годам № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» определено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967, а также Инструкцией о порядке применения названного Положения, утвержденной приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28 мая 2001 года № 176, предусмотрен порядок расследования профессиональных заболеваний.

Согласно установленному порядку решение по итогам проведенного расследования принимается комиссией на основании пакета документов, в который входит и санитарно- гигиеническая характеристика условий труда (п. 25 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний).

По результатам работы комиссии составляется Акт о случае профессионального заболевания (п. 27 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний).

Акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве (п. 30 Положения о расследовании профессиональных заболеваний).

Из материалов гражданского дела, в частности из записей трудовой книжки истца следует, что он с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с АО ХК «Якутуголь» и уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию. 

В санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) ДД.ММ.ГГГГ № отражено, что ФИО1 имеет предварительный диагноз: 

<

данные изъяты>. За период трудовой деятельность в АО ХК «Якутуголь» был подвержен влиянию вредных производственных факторов (содержание в воздухе рабочей зоны аэрозолей преимущественно фиброгенного действия (АПДФ). шум, тяжесть и напряженность трудового процесса), из которых имело место превышение ПДК по содержанию в воздухе рабочей зоны аэрозолей преимущественно фиброгенного действия (АПДФ), превышение предельно допустимого уровня производственного шума, показателей тяжести трудового процесса. Общий стаж работы – 35 года 10 мес. Стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание – 33 года 02 мес. 

Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях длительной работы в условиях воздействия на организм вредных производственных факторов: производственная пыль. Общий стаж работы – 35 года 10 мес. Стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание – 33 лет 02 мес.

Оснований для обжалования акта истец не нашел. 

Аналогичные выводы изложены в заключениях Якутского республиканского центра профпатологии № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, извещении об установлении заключительного диагноза острого или хронического заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ. Заболевание установлено как профессиональное. 

Согласно справке №, выданной ДД.ММ.ГГГГ, истцу установлена степень утраты трудоспособности 40 %.

Справка №, выданная ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствует о том, что истцу установлена третья группа инвалидности по профессиональному заболеванию.

Приказом 

<

данные изъяты> №-в от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 назначена ежемесячная страховая выплата в сумме 48 371 руб. 47 коп., срок выплат – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

После чего - ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ истец обратился к ответчику с просьбой выплатить ему единовременное пособие как компенсацию морального вреда.

АО ХК «Якутуголь» в ответах на имя истца № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ указывает, что у истца отсутствует право на получение единовременного пособия в счет компенсации морального вреда в связи с установлением утраты профессиональной трудоспособности, поскольку истец не является членом Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности. Актом о профессиональном заболевании вина АО ХК «Якутуголь» не установлена, причинно-следственная связь в возникновении у истца профессионального заболевания во время работы в Обществе не выявлена.

Согласно справке 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 работал в 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и являлся членом профсоюза угольщиков. 

Однако судом справка 

<

данные изъяты> по делу не учитывается, поскольку не свидетельствует о состоянии истца в профсоюзе работников уголовной промышленности в период его работы у ответчика. При этом членства истца в таком профсоюзе в период существования трудовых отношений с ответчиком представитель ответчика не отрицает. 

Таким образом, судом установлено, что у ФИО1 профессиональное заболевание возникло в результате его трудовой деятельности на предприятии – ответчике, ввиду длительного воздействия вредных производственных факторов на его организм. 

При этом суд приходит к выводу, что допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, способствовавших возникновению у истца профессионального заболевания, следовательно, причинившим вред здоровью истца, является ответчик. Об этом свидетельствуют представленные истцом доказательства. Доказательства того, что вредные производственные факторы, приведшие к возникновению у него профессионального заболевания, воздействовали на организм истца на иных предприятиях, суду не представлены. С учетом этого ответчик должен возместить вред, причиненный истцу по причине возникновения у него профессионального заболевания в период работы у ответчика. 

Суд по делу учитывает, что проявление последствий воздействия вредных производственных факторов в виде профзаболевания возможно и через определенное время после окончания работы в таких условиях. Поэтому, хотя профессиональное заболевание установлено у истца после прекращения им трудовых отношений с ответчиком, однако оно возникло ввиду воздействия вредных производственных факторов в период исполнения им трудовых обязанностей у ответчика. А вредные факторы, воздействовавшие на организм истца в период его работы в 

<

данные изъяты>, не находились в причинно-следственной связи с возникновением у него профессионального заболевания. 

Также из коллективного договора, периодом действия до ДД.ММ.ГГГГ, следует, что для выплаты пособия не требуется установление степени вины предприятия-ответчика. Достаточно возникновения профессионального заболевания в период трудовых отношений с ответчиком, связанного с производством - добычей угля. 

Таким образом, поскольку истец имеет профессиональное заболевание, которое им приобретено в период его состояния в трудовых отношениях с ответчиком, то истец имеет право на получение единовременного пособия, предусмотренного локальным актом ответчика. Иной вывод противоречит смыслу законодательства, предусматривающего ответственность работодателя за вред, причиненный здоровью работника.

При расчете размера единовременной компенсации суд приходит к следующему.

ФИО1 прекратил трудовую деятельность в АО ХК «Якутуголь» ДД.ММ.ГГГГ, то есть в период действия коллективного договора, заключенного ОАО ХК «Якутуголь» с Российским независимым профсоюзом работников уголовной промышленности, на период 2003-2006 гг. Действие коллективного договора, принятого ответчиком позднее на истца не распространяется ввиду прекращения им трудовых отношений с ответчиком до его принятия. 

Пунктом 7.7 указанного коллективного договора предусмотрено, что организация возмещает работнику компенсацию морального вреда в связи с производственной травмой или профессиональным заболеванием в процентном отношении от размера среднемесячной заработной платы работников ОАО «Якутуголь», исчисленной нарастающим итогом с начала года, на момент происшедшего события в размере 1,6 % за каждый процент потери профессиональной трудоспособности, установленной учреждением медико-социальной экспертизы.

При этом согласно п. 7.8 этого же Коллективного договора средний заработок для выплаты единовременных пособий по п. 7.7 исчисляется за последние три календарных месяца, предшествующих событию, кроме случаев, требующих специального порядка расчета.

Согласно справке № от ДД.ММ.ГГГГ, представленной ответчиком, заработная плата истца за последние три календарных месяца, предшествующих событию, составляет 23 801 руб. 55 коп. 

Поскольку заболевание у истца установлено значительно позже даты его увольнения, а размер среднемесячного заработка учитывается за три месяца, предшествующих событию, под которым понимается установление профессионального заболевания у работника, упоминаемым в коллективном договоре, то суд ориентируется на последние три месяца трудовых отношений, существовавших между сторонами. Поэтому учитывает сведения о среднем заработке истца за последние три месяца перед увольнением истца, представленные ответчиком. Эти сведения истцом не оспорены.

Приказом 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 назначена единовременная страховая выплата в сумме 90 257 руб. 28 коп. Однако средний заработок, на который ориентировался 

<

данные изъяты>, судом не учитывается, в виду отсутствия доказательств, подтверждающих такой размер. 

Также и сведения о размере заработка истца, представленные в расчете ответчика, судом не учитываются, ввиду отсутствия сведений о заработке истца в период ДД.ММ.ГГГГ. 

Таким образом, с учетом учитываемого судом среднемесячного заработка истца в размере 23 801 руб. 55 коп. и 40 процентов утраты трудоспособности истцом, размер пособия, подлежащего взысканию с ответчика, определен судом в сумме 15 232 руб. 80 коп. 

Поскольку сумма, определенная судом к взысканию, менее суммы, просимой истцом, то иск удовлетворяется частично.

При распределении судебных расходов суд приходит к следующему. 

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований в доход государства. 

Поскольку от уплаты госпошлины истец освобожден в силу положений пп. 3 п. 1 ст. 333.36 НК РФ, то с ответчика должна быть взыскана государственная пошлина, в размере, установленном пп. 1 п. 1 ст. 333.19 НК РФ. 

Взысканная государственная пошлина подлежит зачислению в доход бюджета МО «Нерюнгринский район» на основании ст. 61.1 БК РФ, с учетом удовлетворенной судом суммы иска, в размере 609 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

Исковое заявление ФИО1 к Акционерному обществу Холдинговая компания «Якутуголь» о взыскании единовременной компенсации морального вреда в связи с установлением утраты профессиональной трудоспособности, удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества Холдинговая компания «Якутуголь» в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца 

<

адрес>, единовременную компенсацию вследствие утраты профессиональной трудоспособности в размере 15 232 руб. 80 коп.

В удовлетворении остальной части иска отказать. 

Взыскать с Акционерного общества Холдинговая компания «Якутуголь» в бюджет МО «Нерюнгринский район» государственную пошлину в размере 609 руб. 

Апелляционная жалоба или представление на решение могут быть поданы в Верховный суд Республики Саха (Якутия) через Нерюнгринский городской суд Республики Саха (Якутия) в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья