Дело № 2-1447/2018 

<

данные изъяты>

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 ноября 2018 года г. Сатка

Саткинский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Тарасовой Л.Т.,

при секретаре Бастрон К.С.,

с участием прокурора Соловьевой Е.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО10, ФИО11, ФИО12 к Публичному акционерному обществу «Комбинат «Магнезит»» о компенсации морального вреда,

установил:

Истцы ФИО10, ФИО11, ФИО12 обратились в суд с иском о взыскании с ПАО «Комбинат «Магнезит»» компенсации морального вреда в связи с гибелью на производстве ФИО9 в размере 2 000 000 рублей. 

В обоснование заявленных требований указав, что ДД.ММ.ГГГГ при несчастном случае на производстве погиб супруг и отец ФИО9, состоявший в трудовых отношениях с ПАО «Комбинат «Магнезит». Смертью мужа и отца им причинены нравственные страдания. С учетом уточненных исковых требований, просят взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в пользу ФИО10 в сумме 600 000 рублей, в пользу ФИО11 в сумме 600 000 рублей, в пользу ФИО12 в сумме 800 000 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО10 на исковых требованиях настаивала, пояснив, что гибелью мужа ей были причинены нравственные страдания, через год после смерти мужа ей был выставлен диагноз «сахарный диабет», считает, что данное заболевание возникло на фоне стресса в связи с гибелью мужа. 

В судебном заседании истец ФИО11 на исковых требованиях настаивала, пояснив, что проживала вместе с родителями, отец заботился о ней, гибелью отца ей были причинены нравственные страдания. 

В судебном заседании истец ФИО12 на исковых требованиях настаивала, пояснив, что проживала отдельно от родителей, у нее была своя семья, отец помогал материально, приходил нянчиться с внуком, с отцом была тесная связь, гибелью отца ей были причинены нравственные страдания, считает, что на фоне стресса у нее возникли проблемы со здоровьем, она не могла родить второго ребенка, в связи с чем проходила обследование и лечение. 

Представитель истцов ФИО13 в судебном заседании исковые требования поддержал.

Представитель ответчика ПАО «Комбинат «Магнезит» ФИО14 в судебном заседании иск не признала по тем основаниям, что размер морального вреда необоснованно завышен, на основании коллективного договора произведена оплата компенсации морального вреда в размере годового заработка погибшего ФИО в пользу супруги ФИО10 и дочери ФИО11 в размере 319 097 руб. 26 коп. в пользу каждого, предоставила письменный отзыв по делу.

Выслушав доводы истцов, их представителя ФИО15, представителя ответчика, допросив свидетеля, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению частично.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ погиб ФИО9 во время исполнения трудовых обязанностей в ПАО «Комбинат Магнезит». 

ФИО9 состоял в трудовых отношениях с ПАО «Комбинат «Магнезит» с ДД.ММ.ГГГГ, работал мастером- взрывником 5 разряда Шахты «Магнезитовая». 

Согласно акта № о несчастном случае на производстве, утвержденному ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ на смену с 16:00 до 23:00 часов мастером горным участка горно-капитальных работ ФИО1 звену мастеров- взрывников в составе ФИО2 и ФИО9 был выдан наряд на оборку заколов, работы по наряд-путевке и охрану опасной зоны в опытно-добычном блоке, блоках №, №, на горизонтах +180- +352 метров и проведен инструктаж по выполняемой работе. Около 22:25 часов во время зарядки шпуров право стороны забоя в груди забоя произошло отслоение от целика куска горной массы (доломита) и его обрушение. При этом была задета корзина «Ютилифт», находящаяся на расстоянии 2 м от поверхности почвы камеры №, в которой находился ФИО9. От удара кабину «Ютилифт», находящуюся от корзины с противоположной стороны стрелы, резко подняло от поверхности почвы камеры № и опустило назад. При этом ФИО9 выпал из корзины на откос уступа, состоящего из навала кусков доломита размером от 0,2 до 0,6 м. ФИО3 опустил стрелу с корзиной на навал горной массы и голосом позвал ФИО9, который не отзывался. Затем он заглушил машину, подошел к откосу и увидел, что ФИО9 лежит внизу откоса. О случившемся сообщили горному мастеру ФИО5 и диспетчеру горному ФИО4. Оценив состояние ФИО9, который находился без сознания (пульс и дыхание отсутствовали), ФИО5 оказал ему первую помощь, которая не дала положительного результата. После проведения реабилитационных мероприятий ФИО9 прибывшим фельдшером здравпункта шахты и работниками Саткинского ВГСВ, пострадавшие были вывезены на поверхность и 23 час 50 мин доставлены в МСЧ «Саткинская ЦРБ» (ФИО9- в морг). В результате несчастного случая ФИО9 получил травмы несовместимые с жизнью. 

Комиссией по расследованию данный несчастный случай квалифицирован как связанный с производством. Причиной смерти ФИО9 явилось обрушение куска доломита, падение с выходы, в результате чего получена тяжелая травма со смертельным исходом.

Комиссией было установлено, что причинами несчастного случая являются обрушение части груди забоя приконтактной зоны доломита в камере № блока № горизонта +265 м. шахты «Магнезитовая», нарушение требований п.55, 78,85 «единых правил безопасности при разработке рудных, нерудных и россыпных месторождений полезных ископаемых подземным способом» (ПБ 03-553-03). 

Комиссия по расследованию несчастного случая факт грубой неосторожности в действиях пострадавшего не установила.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах).

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ. 

Согласно ст. 220 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В силу положений ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, при этом работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

В соответствии с положениями ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой, в том числе смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда.

Таким образом, именно акт о несчастном случае на производстве является документом, устанавливающим лиц, допустивших нарушения требований охраны труда.

В соответствии со ст. 5 Трудового кодекса Российской Федерации регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда ), иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права.

С учетом вышеуказанных норм права к правоотношениям по компенсации работодателем морального вреда, причиненного работнику при исполнении трудовых обязанностей, применяются положения Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу ч 2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

Статья 22 Трудового кодекса РФ возлагает на работодателя обязанность обеспечивать работнику безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда. 

Согласно положениям статьи 151 ГК РФ при причинении лицу морального вреда, то есть физических или нравственных страданий, действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу положений статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Под моральным вредом в соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействиями), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред в частности, может заключаться в нравственных страданиях в связи с утратой родственников.

Как следует из материалов дела, ФИО10 является супругой ФИО9 (л.д.7), ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения являются детьми погибшего ФИО9 (л.д.8,9).

В судебном заседании установлено, что на момент смерти ФИО9 проживал с супругой ФИО10 и дочерью ФИО11 по адресу: 

<

адрес>, хотя был зарегистрирован в принадлежащем ему на праве собственности жилом доме по адресу: 

<

адрес>. 

Указанные обстоятельства установлены также вступившим в законную силу, решением Саткинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым установлен факт нахождения ФИО11 на иждивении отца ФИО9, умершего ДД.ММ.ГГГГ вследствие несчастного случая на производстве.

ФИО6 с ДД.ММ.ГГГГ с семьей родителей не проживает, зарегистрировала брак, создала свою семью.

Свидетель ФИО7 пояснила суду, что ФИО8 до дня смерти ФИО9 проживали одной семьей, вели общее хозяйство, имеют двоих детей. ФИО10 тяжело переносила смерть мужа, постоянно плакала, сильно похудела, жаловалась на здоровье, появился сахарный диабет. Дети также сильно переживали по поводу смерти отца.

У суда нет оснований не доверять допрошенному в судебном заседании свидетелю, его заинтересованность в исходе дела не установлена, она предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Факт причинения смертью ФИО9 его супруги и детям нравственных страданий, сомнения не вызывает и представителем ответчика не оспаривался. 

Согласно информации, предоставленной ГБУЗ «Районная больница 

<

адрес>» первое обращение ФИО10 за медицинской помощью после произошедшего несчастного случая было в ДД.ММ.ГГГГ – профосмотр, ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 был установлен диагноз – сахарный диабет. Сведения о наличии причинно – следственной связи между данным заболеванием и гибелью супруга медицинские документы не содержат.

ФИО11 обращалась за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ, в ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ при этом, диагностированные у нее заболевания не связаны с ухудшением состояния здоровья в связи с перенесенными переживаниями по поводу гибели отца.

ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ была на приеме у терапевта, в ДД.ММ.ГГГГ к гинекологу в женскую консультацию по поводу женского бесплодия; в ДД.ММ.ГГГГ проходила регулярные медосмотры и обследования при беременности.

Суд считает, что наличие причинно –следственной связи между заболеваниями, имеющимися у ФИО12, и гибелью отца, в судебном заседании не установлено. 

Смерть близкого, родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные утратой супруга, отца детей.

Безусловно, супруга погибшего и дети перенесли нравственные страдания, переживания в связи с гибелью ФИО9

В судебном заседании также установлено, что ФИО9 и его дочь ФИО12 проживали в 

<

адрес>, работали на одном предприятии поддерживали тесные родственные отношения. 

В силу разъяснений, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума ВС РФ от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Круг членов семьи гражданина не всегда ограничивается его супругом, детьми и родителями. Представляется, что применительно к определению лиц, имеющих право на компенсацию морального вреда, причиненного смертью потерпевшего, в отношении супруга, родителей и детей, являющихся в подавляющем большинстве случаев наиболее близкими для гражданина лицами, следует установить, что причинение им морального вреда предполагается и доказыванию не подлежит, а в отношении других членов семьи целесообразно оставить закрепленное в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 положение о необходимости учета обстоятельств, свидетельствующих о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Исходя из этого следует, что законодатель связывает право на возмещение компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего с наличием именно семейных отношений.

В соответствии с пунктом 8.1.2 Коллективного договора ПАО «Комбинат «Магнезит» на 2011-2013 г.г. в случае гибели работника в результате несчастного случая на производстве или несчастного случая, связанного с исполнением трудовых обязанностей, работодатель в качестве возмещения перенесенных нравственных и физических страданий, выплачивает семье погибшего компенсацию морального вреда в размере годового заработка погибшего. Компенсация морального вреда выплачивается на основании заявления тех членов семьи погибшего, которые проживали с ним совместно и (или) состояли у него на иждивении. Все расходы, связанные с компенсацией морального вреда, работодатель выплачивает при условии соблюдения погибшим трудовой дисциплины, требований по охране труда, правил внутреннего трудового распорядка, которые исключают исполнение работником трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, токсического или наркотического опьянения.

Из материалов дела следует, что на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № и приказа № от ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Комбинат «Магнезит» ФИО10 и ФИО11 выплачена компенсация морального вреда в связи с несчастным случаем с ФИО9 на производстве по 319 097 руб. 26 коп. каждой.

Вместе с тем определение размера компенсации морального зависит от степени вины нарушителя, обстоятельств, при которых причинен моральный вред, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, в связи с чем добровольная выплата ПАО «Комбинат «Магнезит» компенсации морального вреда в пользу ФИО10 и ФИО11, не является основанием для отказа в иске.

Судом принимаются во внимание обстоятельства наступления смерти ФИО9, его возраст, отсутствие вины пострадавшего, степень вины ответчика, исходя из конкретных обстоятельств дела, физических и нравственных страданий истцов, с учетом их личностных особенностей и возраста, размера выплаченных сумм, основываясь на требованиях разумности и справедливости, учитывая, что в ДД.ММ.ГГГГ работодатель выплатил компенсацию морального вреда в размере 319 000 рублей каждому истцу ФИО10 и ФИО11, суд определяет размер компенсации морального вреда подлежащего взысканию в пользу ФИО10 и ФИО11 в размере 100 000 рублей каждому.

Отдельное проживание дочери ФИО12 от отца не является основанием для отказа в иске, так как установлено, что погибший ФИО9 и ФИО12 проживали в одном городе, работали на одном предприятии в ПАО «Комбинат Магнезит», поддерживали родственные отношения, ФИО9 помогал дочери материально, помогал нянчиться с внуком. 

Горе истца невосполнимо ни временем, ни иными материальными благами. В результате смерти отца, истцу, причинен моральный вред, который суд определяет в размере 400 000 рублей. 

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. С ответчика в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в размере 900 рублей.

Руководствуясь ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО10, ФИО11, ФИО12 к Публичному акционерному обществу «Комбинат «Магнезит»» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Комбинат «Магнезит» в пользу ФИО10 и ФИО11 компенсацию морального вреда в размере по 100 000 (сто тысяч) рублей каждому.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Комбинат «Магнезит» в пользу ФИО12 компенсацию морального вреда в размере по 400 000 (четыреста тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Комбинат «Магнезит» госпошлину в доход местного бюджета в сумме 900 (девятьсот) рублей. 

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Саткинский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий подпись Тарасова Л.Т.

Копия верна

Судья Тарасова Л.Т.

Секретарь Бастрон К.С.

Решение вступило в законную силу «__»_________2018 г.

Судья Тарасова Л.Т.