дело №

УИД №

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

6 июня 2024 г. г. Краснознаменск

Краснознаменский районный суд Калининградской области в составе председательствующего судьи Мальковской Г.А.,

с участием истца ФИО1,

третьего лица – представителя прокуратуры Калининградской области в лице прокурора Краснознаменского района Арутюнова И.О.,

при секретарях Андросовой Н.А., Котиевой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в порядке реабилитации, судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным выше иском, в котором просил взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в его пользу компенсацию причиненного морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы по составление иска в размере 4000 рублей, почтовые расходы. 

В обоснование требований истец указал, что 21.06.2023 следователем СО ОП по Краснознаменскому району МО МВД России «Неманский» в отношении него было возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ст.221.1 ч.1 УК РФ, по факту незаконного хранения взрывчатого вещества-фрагмента тротиловой шашки, изготовленной из бризантного взрывчатого вещества нормальной мощности- тротила (2,4,6 - тринитротолуола) массой 133 грамма и пригодного для производства взрыва при наличии средства взрывания (средства детонирования), с неустановленного периода времени по 19 час 25 минут 20 апреля 2023 г. в хозяйственной постройке, расположенной во дворе 

<

адрес>. После вынесения постановления о возбуждении уголовного дела, следователем в отношении него была избрана мера процессуального принуждения- обязательство о явке.

01 февраля 2024 г. ст.следователем отделения по Краснознаменскому району СО МО МВД России «Неманский» вынесено постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в связи с отсутствием в деянии состава преступления. По окончании расследования уголовного дела, следствие пришло к выводу, что вина истца в совершении преступления, предусмотренного ст.221.1 ч.1 УК РФ, не доказана в полном объеме, доказательства полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. Указал, что основанием для производства обыска в его гараже, стал не имеющий даты рапорт врио начальника УПП и ПДБН ОП по Краснознаменскому муниципальному округу МО МВД России «Неманский», согласно которого последним была получена информация о том, что украденное имущество, принадлежащее ФИО6, может находиться по адресу: 

<

адрес>. Был сделан вывод, что в нарушение ст.1 Федерального закона от 12.08.1995 №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» сотрудником полиции, не уполномоченным заниматься ОРД, получены агентурные сведения, которые являлись основанием для производства обыска, что является недопустимым, в связи с чем уголовное дело и уголовное преследование в отношении него подлежало прекращению в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, в связи с чем следователь постановил прекратить уголовное дело № и уголовное преследование в отношении него, как подозреваемого, по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления. 

Истец указал, что в связи с тем, что в отношении него было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела, то ему были причинены моральные и нравственные страдания. Он на протяжении десяти месяцев сильно переживал, плохо спал, его самочувствие ухудшилось, повысилось давление, что еще обострялось чувством несправедливости, поскольку он знал, что ничего запрещенного у него не находиться и он не занимается скупкой краденного имущества, родственники также переживали за него. 

Определением суда от 11.04.2024 при подготовке дела к судебному разбирательству к участию в деле в качестве соответчика привлечены: Министерство финансов в лице Управления Федерального Казначейства по Калининградской области; третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований: Российская Федерация в лице Министерства внутренних дел РФ; Управление МВД России по Калининградской области; прокуратура Калининградской области, 

Протокольным определением от 6 июня 2024 г. Следственное Управление СК России по Калининградской области исключено из участия в деле поскольку следственными органами следственного управления уголовное дело к производству не принималось и следственных действий в отношении истца не проводилось.

Ответчик Министерство финансов в лице Управления Федерального Казначейства по Калининградской области; третьи лица: Российская Федерация в лице Министерства внутренних дел РФ; Управление МВД России по Калининградской области, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, а также посредством размещения информации о дате и времени рассмотрения дела на официальном сайте суда в срок достаточный для подготовки к участию в деле, в судебное заседание не явились. Представитель Министерства финансов РФ на основании доверенности ФИО2 представила в суд заявление по существу дела, прокуратура Калининградской области обеспечила явку своего представителя – и.о. прокурора Краснознаменского района Арутюнова И.О. Иные, участвующие в деле лица, ходатайств не заявляли, в связи с чем в соответствии со ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал доводы иска, пояснил, что в иске ошибочно указана статья 221.1 ч.1 УК РФ, по которой было возбуждено уголовное дело, правильно считать статью 222.1 ч.1 УК РФ. Указал, что привлечение его к уголовной ответственности явилось незаконным, он на протяжении 10 месяцев следствия находился в подавленном моральном состоянии и душевных терзаниях из-за угрозы лишения свободы, неизвестного итога по делу, претерпел постоянные очные ставки, допросы. Имеет 

<

данные изъяты>

Представителем Министерства финансов РФ в лице УФК по Калининградской области по доверенности ФИО2 в заявлении ( л.д.35) пояснено относительно доводов иска, полагала заявленную в исковом заявлении сумму компенсации в размере 100000 рублей чрезмерно завышенной и не отвечающей требованиям разумности и соразмерности, просила определить сумму компенсации соразмерной перенесенной истцом нравственным и физическим страданиям, с учетом личных особенностей истца и требований разумности и справедливости. По отношению к судебным издержкам указала, что лицо, заявляющее о взыскании таких издержек, должно доказать факт их несения и связь между понесенными издержками и рассматриваемым делом.

Третье лицо- представитель прокуратуры Калининградской области в лице прокурора Краснознаменского района Арутюнова И.О. в суде не согласился с заявленными требованиями, полагал иск не подлежащим удовлетворению поскольку доказательств ухудшения здоровья и нравственных страданий, потери заработка истцом не представлено, сам факт проведения следственных действий не является основание для возмещения морального вреда, иск заявлен лишь с указанием правовых норм без подробного обоснования доводов истца по заявленному моральному вреду в 100000 рублей.

Выслушав истца, представителя прокуратуры Калининградской области Арутюнова И.О., изучив материалы дела в совокупности с представленными доказательствами и дав им оценку в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Из истребованного судом уголовного дела следует, что 21.04.2023 в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № СО ОП по Краснознаменскому району МО МВД России «Неманский» по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 222.1 ч. 1 УК РФ, согласно которому с неустановленного периода времени по 19 часов 25 минут 20 апреля 2023 года, в принадлежащей ему на праве владения хозяйственной постройке, расположенной во дворе 

<

адрес> в 

<

адрес>, осуществлял незаконное хранение взрывчатого вещества - фрагмента тротиловой шашки, изготовленной из бризантного взрывчатого вещества нормальной мощности - тротила (2,4,6,- тринитротолуола) массой 133 грамма и пригодного для производства взрыва при наличии средства взрывания (средства детонирования).

Допрошенный 17 мая 2023 г. в качестве подозреваемого ФИО1 показал, что к данному преступлению в котором он подозревается, не имеет никакого отношения, а данный предмет, обнаруженный в хозяйственной постройке не находился в ней и не мог в ней находиться, поскольку в день обнаружения данного предмета, он заходил в хозяйственную постройку и данного предмета, там не видел. Может также добавить, что ничего подобного он в хозяйственную постройку не приносил и не хранил. Будучи уверенным что в хозяйственных постройках ворованных вещей, а также запрещённых к обороту предметов и объектов, у него нет, и учитывая доверительные отношения с сотрудником полиции ФИО9, который проводил данное следственное действие, против проведения обыска он не возражал. Фактически обыск был проведён формально, ему было понятно что никаких ворованных вещей у него не ищут, и не искали, присутствующие понятые находились в состоянии алкогольного опьянения, поскольку он чувствовал от тех явный запах алкоголя, и за действиями сотрудников полиции те не наблюдали. В момент осмотра хозяйственной постройки, в его присутствии, осмотр производили одновременно трое сотрудников полиции и при этом каких-либо запрещённых к обороту предметов теми обнаружено не было. В этот момент его позвала сожительница и он вышел из 

хозяйственной постройки, и отсутствовал в той более одной минуты. В момент разговора с сожительницей его позвал ФИО9 и попросил зайти в хозяйственную постройку, где сотрудник полиции Донченко держал в руке предмет прямоугольной формы, и сказал «Мы нашли тротиловую шашку!». Сам момент самого обнаружения данного предмета он не видел. После того как Донченко показал данный предмет, тот не выпускал его из рук, сходил за полиэтиленовым пакетом чёрного цвета и поместил этот предмет в пакет, после чего завязал его. После того как ему показали этот предмет, он сразу же ответил «Это не моё!». Поясняет, что ранее он никогда не приобретал для личного пользования подобные вещи, так как считает их бесполезными в хозяйстве и иметь проблемы с законом он не хотел. При упаковке данного предмета ни он, ни понятые должным образом свои подписи на упаковочной бирке не ставили, так как та отсутствовала вообще. В составленном сотрудниками полиции протоколе обыска я отказался ставить свою подпись, поскольку считаю что сотрудниками полиции против него стало фабриковаться уголовное дело. Кроме троих сотрудников полиции ФИО9, ФИО10, и ФИО11, и двух понятых участвующих в проведении обыска, с его начала и по окончание, то есть до момента его отказа от подписи в данном протоколе, на придомовой территории больше посторонних людей, в том числе кинолога ФИО12, со служебной собакой и ФИО13 не было. По окончании производства обыска в хозяйственной постройке, он закрыл ворота на замок и вместе с сожительницей уехал в Краснознаменск в центральную районную больницу, куда обратились в приёмный покой.

24 июня 2023 г. ФИО1 допрашивали в качестве обвиняемого, где он вину в предъявленном обвинении в совершении преступления предусмотренного ст. 222.1 ч. 1 УК РФ не признал, настаивал на том, что к обнаруженному у него в гараже предмету не имеет никакого отношения.

24 июня 2023 г. в отношении ФИО1 избрана мера пресечения- подписка о невыезде и надлежащем поведении.

Из материалов уголовного дела также следует, что по месту жительства ФИО1 в надворных постройках 20 апреля 2023 г. проводился обыск, 20 июня 2023 г.- очная ставка и иные следственные действия по делу.

30 ноября 2023 г. вынесено постановление о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) в отношении ФИО1 на основании п.2 ч. 1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления. 

Впоследствии 31.01.2024 руководителем СО МО МВД России «Неманский» вынесено постановление об отмене прекращения уголовного дела (уголовного преследования), возобновлено предварительное следствие, а 01.02.2024 ст.следователем отделения по Краснознаменскому району СО МО МВД России «Неманский» постановлено прекратить уголовное дело (уголовного преследования) в отношении ФИО1 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Мера пресечения подписка о невыезде и надлежащем поведении отменена. За ФИО1 признано, в соответствии со ст. 134 УПК РФ, право на реабилитацию.

В статье 53 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

К способам защиты гражданских прав, в силу ст.12 ГК РФ в частности, относятся возмещение убытков и компенсация морального вреда. 

В соответствии с требованиями ст.1070, 1071 и 1100 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В случаях, когда в соответствии с настоящим кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

В соответствии с требованиями ст. 133, 135, 136 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в том числе, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 4 и 5 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Реабилитация предусматривает и компенсацию морального вреда, требование об указанной компенсации рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно ст. 150, 151, 1100 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Системное толкование положений статей 1070 и 1100 ГК РФ свидетельствует о том, что законодатель презюмирует причинение лицу морального вреда самим фактом незаконного уголовного преследования этого лица. Доказыванию в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В силу п.2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 УПК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно п.21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному, суд должен учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Как установлено при рассмотрении дела судом, 01.02.2024 в отношении ФИО1 следователем СО МО МВД России «Неманский» принято решение о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222.1 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – за отсутствием в деянии состава преступления и признано право на реабилитацию.

Факт незаконного уголовного преследования истца установлен, он подтверждается материалами уголовного дела №, постановлением о прекращении уголовного дела уголовного преследования по предъявленному ФИО1 обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222.1 УК РФ. 

Из разъяснений, данных в п. 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что нормами статей 1069 и 1070, абз. 3 и 5 ст.1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со ст.133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.). Факт причинения морального вреда в результате незаконного уголовного преследования предполагается. Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного денежного выражения и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания.

Согласно разъяснениям, данным в п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 №13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», субъектом, обязанным возместить вред по правилам ст.1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность ГК РФ, БК РФ или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (ст.1071 ГК РФ). При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном ст. 1070 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 как лицу, подвергшемуся уголовному преследованию, прекращенному впоследствии по реабилитирующим основаниям, безусловно причинен моральный вред, на компенсацию которого он имеет право в силу положений гл.18 УПК РФ. Согласно п.1 ст.1070 ГК РФ компенсация морального 

вреда подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации. 

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (п.25). Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п.26). Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий (п.27). Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28). При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п.30).Таким образом, судам надлежит приводить в своих решениях достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели требования заявителя надлежащим образом и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Таким образом, по смыслу приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных же обстоятельств дела. При определении размера компенсации морального вреда действует принцип свободного усмотрения суда, основанного на индивидуальных обстоятельствах каждого дела и характере спорных правоотношений.

При определении размеров компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет казны, суд принимает во внимание степень и характер нравственных страданий истца, причиненных ему, в том числе проведенного по месту жительства истца обыска 20.04.2023, продолжительность уголовного преследования ФИО1 - с 21.04.2023 по 01.02.2024 (более 9 месяцев ), избрание 24.06.2024 в отношении истца меры пресечения в виде подписки о невыезде и отмененной лишь 01.02.2024 при прекращении уголовного дела (л.д.11, 64), что, несомненно, явилось причиной душевных переживаний истца, имеющего преклонный возраст.

Вместе с тем, обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применив положения ст. 1101 ГК РФ, должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Какие-либо объективные сведения о том, что привлечение ФИО1 к уголовной ответственности повлекли для него нравственные страдания по мотивам утраты либо иного нарушения семейных связей, либо повлияли на трудовые отношения, в материалах дела отсутствуют. Истец сожительствует с бывшей супругой, несовершеннолетних детей не имеет, работает по вызову, осуществляя услуги по ремонту отопительной системы, водоснабжения, осуществляет монтаж электросетей, ситуация по уголовному делу не помешала ему осуществлять данные услуги и выполнять разовые работы по договору с УК «Темп», о чем он заявлял в суде.

Доказательства ухудшения состояния здоровья, в том числе обострения хронического заболевания как «бронхиальная астма» в связи с незаконным уголовным преследованием в материалы дела не представлены. Наоборот, из материалов дела следует, что в период с апреля 2023 г. по февраль 2024 г. в ГБУЗ «Краснознаменская центральная районная больница» ФИО1 не обращался, на обращения в иные медицинские учреждения истец не ссылался ( л.д.25, 78).

Проведение 20 апреля 2023 г. обыска по месту жительства истца было вызвано необходимостью обнаружения и изъятия предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела.

При указанных обстоятельствах, по убеждению суда, сумма компенсации морального вреда в размере 100000 руб., заявленная истцом, при установленных судом обстоятельствах, является явно неразумной, в связи с чем, исходя из объема нарушенных прав истца, характера и степени его нравственных страданий, перенесенных в связи с незаконным уголовным преследованием, личности истца, суд полагает необходимым взыскать в его пользу с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., поскольку такой размер компенсации будет способствовать восстановлению нарушенных прав истца и отвечает требованиям разумности и справедливости

Таким образом, исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению. Согласно ч. 1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, в связи с чем с ответчика подлежат взысканию судебные расходы в размере 4000 рублей за подготовку искового заявления и отправление искового заявления в размере 414 рублей, подтвержденные квитанциями от 5.04.2024 и 10.04.2024 (л.д.9,22).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.197-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, судебные расходы в размере 4414 рублей, всего взыскать 54414 ( пятьдесят четыре тысячи четыреста четырнадцать) рублей. 

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Краснознаменский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято 8 июня 2024 г.

Судья Г.А. Мальковская