Дело № 22-1244

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Киров 14 октября 2025 г.

Кировский областной суд в составе:

председательствующего Хомякова Е.В., 

при секретаре Малковой О.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Дзукаева А.Г. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Первомайского районного суда г. Кирова от 18 августа 2025 года, которым 

ФИО1, родившийся 

<

дата> в 

<

адрес>, гражданин РФ, несудимый,

осужден по ч. 2 ст. 330 УК РФ к 1 году лишения свободы условно, с испытательным сроком 1 год 6 месяцев, с возложением определенных обязанностей.

В приговоре разрешены вопросы, касающиеся меры пресечения осужденного, судьбы вещественных доказательств.

Заслушав выступление осужденного ФИО1, его адвоката Дзукаева А.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы, и просивших удовлетворить ходатайство потерпевших о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, мнение прокурора Абдул А.В. об оставлении приговора без изменения, выступление потерпевших ФИО2 №1, ФИО2 №2, ФИО2 №3, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, и просивших уголовное дело прекратить в связи с примирением сторон, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

судом первой инстанции ФИО1 признан виновным в совершении самоуправства, то есть самовольного, вопреки установленному законом и иными нормативно-правовыми актами порядку совершения действий, правомерность которых оспаривается гражданином, и такими действиями причинен существенный вред, с применением насилия и с угрозой его применения.

Преступление совершено в период с 01.08.2024 по 21.11.2024 в г. Кирове при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Дзукаев А.Г. просит приговор отменить, ФИО1 по делу оправдать. Указывает в обоснование, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в ходе судебного заседания установлены фундаментальные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, которые суд проигнорировал. Суд в основу приговора положил ложные показания свидетеля Свидетель №1 и потерпевшего ФИО2 №1, которые утверждали, что кроме диктофона у ФИО2 №1 никаких технических средств при себе не было. Последний утверждал, что во дворе 

<

адрес> оказался случайно. Считает, что у ФИО2 №1 имелась на груди скрытая оперативная видеозапись, которая исчезла из дела, что свидетельствует о служебном подлоге. По ходатайству защиты была приобщена к делу видеозапись, на ней видно, что ФИО2 №1 к дому ФИО1 привезли сотрудники ОУР на служебном автомобиле. Далее между ними завязался спор, ФИО2 №1 вел себя агрессивно и провокационно, что свидетельствует о незаконности проведения ОРМ «Наблюдение», которое по сути было организовано как провокация с целью получения доказательственной базы. Результаты ОРМ считает недопустимыми. Обращает внимание на то, что передача ФИО2 №1 служебного диктофона документально не оформлялась. В ходе судебного заседания не было подтверждено, что ФИО1 наносил ФИО2 №1 удары. Доводы обвинения о причинении существенного вреда потерпевшим являются надуманными и необоснованными. Никаких реальных оснований для опасения у потерпевших не имелось. ФИО2 №1 целенаправленно шел на встречу с ФИО1, говоря с ним дерзко и агрессивно, толкая его при этом.

В возражениях государственный обвинитель – помощник прокурора Первомайского района г. Кирова Зонов Д.С. выражает несогласие с доводами, изложенными адвокатом в апелляционной жалобе, находя их несостоятельными, просит приговор оставить без изменения, а жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, фактические обстоятельства, при которых совершено преступление, и которые подлежали доказыванию по делу, определены судом правильно.

Виновность осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании и подробно изложенными в приговоре.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину не признал, пояснил, что по устному договору поставки строительных материалов, заключенному с ФИО2 №1, оплатил 

<

данные изъяты> около 3400000 рублей, но в установленный срок ФИО2 №1 стройматериалы его фирме 

<

данные изъяты> не поставил, избегал общения с ним, поэтому он обратился в полицию с заявлением на ФИО2 №1 и в арбитражный суд, который исковые требования 

<

данные изъяты> удовлетворил в полном объеме. Из открытых источников он собирал сведения о ФИО2 №1 и его семье, чтобы найти последнего и добиться возврата денег. Из-за бездействия полиции он расклеил листовки о том, что ФИО2 №1 могут заниматься мошенничеством. 17.09.2024 ФИО2 №2 и ее детям насилием не угрожал. 21.11.2024 около 12 часов во дворе дома по адресу: 

<

адрес>, он встретил ФИО2 №1, который отказался возвращать ему деньги за не поставленные стройматериалы. ФИО2 №1 вел себя агрессивно, толкал его руками в грудь. Он стал снимать ФИО2 №1 на телефон, тогда последний ударил его по руке и в лицо, от чего он испытывал физическую боль. После этого он вызвал сотрудников полиции, которые увезли ФИО2 №1. Последнему ударов он не наносил, никаких угроз не высказывал. Встреча с потерпевшим 21.11.2025 была спланирована сотрудниками 6-го отдела УУР, которые привезли ФИО2 №1 во двор его дома, удаленно давали указания потерпевшему как себя вести.

Несмотря на заявление осужденного о своей невиновности в инкриминируемом ему деянии, выводы суда о виновности ФИО1 в самоуправстве являются правильными, они объективно подтверждаются совокупностью собранных по делу и исследованных судом доказательств, приведенных в приговоре, в том числе: 

- показаниями потерпевшего ФИО2 №1 о том, что помогает матери ФИО2 №3 в деятельности ее 

<

данные изъяты> В феврале 2024 года с ФИО1 заключил устный договор на поставку строительных материалов на сумму 3487520 рублей 48 копеек в срок осень-зима 2024 года. ФИО1 полностью оплатил товар. Часть стройматериалов он заказал в 

<

данные изъяты> остальные деньги ФИО1 пустил в оборот маминой фирмы. В период с 01.08.2024 по 21.11.2024 ФИО1 в сообщениях ему в Ватсапе с оскорблениями стал требовать вернуть деньги, угрожал применить физическое насилие к нему и членам его семьи. Он боялся встречаться с ФИО1, который в указанный период собирал сведения о его частной жизни, использовал их для оказания давления на него и членов его семьи с целью заставить вернуть деньги, что выходило за рамки гражданско-правового спора. ФИО1 неоднократно приезжал к его дому в 

<

адрес> и в 

<

адрес>, направлял фото его автомобиля с дорожных камер. ФИО1 расклеил листовки о том, что ФИО2 №1 мошенники. Когда ФИО1 приезжал к его квартире и дому, он боялся выйти на улицу, опасаясь противоправных действий с его стороны. ФИО1 следил за ним, выключал автоматы электроснабжения его квартиры, поэтому его семья не могла пользоваться бытовыми электроприборами, компьютером. 21.11.2024 во дворе дома по адресу: 

<

адрес>, он встретился с ФИО1, который стал угрожать ему применением насилия, оскорблял, требовал вернуть 4млн. рублей, говорил, что с одного удара уложит его на землю и он больше не встанет. Затем ФИО1 схватил его за одежду и нанес не менее трех толчковых ударов в грудь, не менее шести толчковых ударов по голове, от чего он испытал физическую боль, у него образовались ушибы на голове. ФИО1 также угрожал ему сексуальным насилием. Когда на место прибыли сотрудники ОБЭПиПК УМВД России по г.Кирову, они доставили его в указанный отдел полиции. Встречу с ФИО1 21.11.2024 он записывал на диктофон, который ему выдали в УУР УМВД области;

- показаниями потерпевшей ФИО2 №2 о том, что бывший муж ФИО2 №1 устно договорился с ФИО1 о поставке стройматериалов на сумму около 3200000 рублей до конца 2024 года. ФИО1 произвел оплату товара в марте-апреле 2024 года. В начале августа 2024 года она с ФИО2 №1 и детьми уехали из г. Кирова на юг. В это время ФИО1 с угрозами звонил ФИО2 №1. После этого ФИО1 стал звонить ей, и отправлял сообщения с оскорблениями и угрозами применения физического и сексуального насилия, распространения позорящих их сведений, эти угрозы она восприняла реально. 17.09.2024 около ее дома к ней подошел ФИО1, стал ее оскорблять, требовал вернуть ему 4 млн. рублей, угрожал превратить жизнь ее семьи в кошмар, что действовать по закону он не намерен, и будет преследовать ее семью, делать их жизнь невыносимой. В период с 07.08.2024 по 21.11.2024 ФИО1 расклеивал листовки в подъезде её дома, а также возле дачного дома в д. Головизнинцы, в которых указывал заведомо ложные сведения о том, что ФИО2 №1 семья мошенников. Также ФИО1, приезжая к ее квартире, стучал по дверям, выключал электроснабжение. Она боялась выходить из квартиры, была лишена возможности пользоваться электроприборами, компьютером. 21.11.2024 Сулейманов избил ФИО3, у которого в затылочной и правой височной области головы были отеки;

- показаниями потерпевшей ФИО2 №3 - директора 

<

данные изъяты> о том, что ее сын ФИО2 №1 помогал ей в бизнесе, контактировал с генеральным директором 

<

данные изъяты> ФИО1. С 07.08.2024 ей, сыну и ее бывшей снохе стали поступать телефонные звонки, а также текстовые сообщения от ФИО1, в которых в нецензурной форме высказывались угрозы конфискации их имущества, содержались обещания опозорить их семью на весь город, превратить их жизнь в кошмар, что конфликт решат бандиты. Ей поступило сообщение от ФИО1, в котором было указано, что никто им не поможет, также было указано, что ему известно, где их квартиры, какое имеется имущество, то есть он собрал сведения об их частной жизни. Сын сообщил ей, что не выполнил условия договора с ФИО1 на поставку стройматериалов на сумму 3487520 рублей 48 копеек, которую последний полностью оплатил. С 07.08.2024 ФИО1 стал требовать с сына возврата 4 млн. рублей. В период с 07.08.2024 по 21.11.2024 ФИО1 расклеивал листовки в публичных местах, в которых указывал заведомо ложные сведения о том, что ФИО2 №1 семья мошенников. ФИО1 направлял сыну фотографии из базы данных ГИБДД, содержащие фотографии автомашины, на которой сын передвигался. В течение трех месяцев ФИО1 отключал автоматы электроснабжения их квартиры, стучал в двери, унижал их, что привело к нервозной обстановке в семье, постоянной тревоге. Они боялись выходить из квартиры, опасаясь насилия со стороны ФИО1; 

- показаниями свидетеля Свидетель №1 о том, что 20.11.2024 в УУР УМВД области обратился ФИО2 №1, который сообщил, что ему от ФИО1 поступают угрозы применения насилия из-за имеющегося долга, и тот реально опасается за свою жизнь и здоровье, так как вернуть деньги ФИО1 не может. Было принято решение о проведении ОРМ «Наблюдение». ФИО2 №1 был выдан диктофон, даны инструкции по его пользованию. 21.11.2024 около 17 часов ФИО2 №1 вновь обратился в УУР, пояснил, что около 13 часов во дворе дома по 

<

адрес>, у него с ФИО1 произошла встреча, в ходе которой ФИО1 угрожал ему убийством, нанес удары по голове. По данному факту была проведена процессуальная проверка. Сотрудниками УУР встреча ФИО2 №1 и ФИО1 не контролировалась;

- показаниями свидетеля Свидетель №2 – оперуполномоченного 

<

данные изъяты> о том, что он проводил проверку по заявлению ФИО1 о совершении в отношении него ФИО2 №1 мошенничества, в ходе которой он долгое время не мог опросить ФИО2 №1. 21.11.2024 ему сообщили, что ФИО2 №1 находится у дома по 

<

адрес>. Когда он туда прибыл, увидел ФИО1 и ФИО2 №1, оба вели себя спокойно. ФИО2 №1 проехал с ним в ОЭБ и ПК УМВД, где отказался от дачи объяснения по обстоятельствам проверки, после чего тот был отпущен;

- оглашенными показаниями свидетеля ФИО6 – соседа ФИО2 №1 о том, что в августе-октябре 2024 года на его участок заехал автомобиль, водитель которого интересовался Потерпевшего №1, как их найти, говорил, что те должны ему денег. Он ответил, что не знаком с ними. В тот же период в 

<

адрес> были расклеены листовки с фото ФИО2 №1, в которых было указано, что тот мошенник;

- заключением эксперта № 3661 от 29.11.2024 у ФИО2 №1 установлены телесные повреждения: ушибы мягких тканей затылочной и правой височной области, не причинившие вреда здоровью, которые образовались 21.11.2024 при ударах руками; 

- протоколом осмотра предметов от 27.11.2024 зафиксировано, что на видеозаписях, изъятых с камеры видеонаблюдения, расположенной на дому 

<

адрес>, видно как ФИО1 удерживает ФИО2 №1 за одежду, наносит ему толчковые удары руками по голове и телу;

- протоколом осмотра предметов от 30.01.2025 в мобильных телефонах марок «iPhone 13 Pro Max», iPhone 13 и Samsung S22Ultra зафиксирована переписка в мессенджере WhatsApp между обвиняемым ФИО1 и потерпевшими ФИО2 №1, ФИО2 №2 и Е.А., в которых ФИО1 требует возврата денежных средств под угрозой применения к ФИО2 №1 насилия, в том числе сексуального характера, а также под угрозами распространения сведений, позорящих ФИО2 №1. Текстовые сообщения содержат оскорбления, выраженные в нецензурной форме, порочащие честь и унижающие человеческое достоинство указанных лиц.

Эти и другие доказательства по делу, исследованные в судебном заседании, были оценены судом в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. При этом, совокупность исследованных доказательств была обоснованно признана достаточной для разрешения уголовного дела по существу. 

Оценивая аудио-видеозапись разговора между ФИО1 и ФИО2 №1, состоявшегося 21.11.2024 во дворе 

<

адрес>, суд обоснованно в приговоре указал, что судебного решения на использование технических средств фиксации переговоров ФИО2 №1 с ФИО1 при проведении ОРМ не имелось, в связи с чем, правильно признал данное доказательство недопустимым.

Суд первой инстанции правильно положил в основу приговора показания потерпевших ФИО2 №1, ФИО2 №2, ФИО2 №3, свидетелей обвинения, поскольку они последовательны, непротиворечивы, согласуются между собой в деталях, взаимно дополняют друг друга, подтверждаются и соответствуют письменным доказательствам, имеющимся в деле. Заинтересованности указанных лиц в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора ФИО1, по делу не усматривается, поскольку в судебном заседании не было установлено обстоятельств, которые могли бы повлиять на объективность их показаний, либо указывающих на их заинтересованность в привлечении ФИО1 к уголовной ответственности. Допустимость положенных в основу приговора доказательств сомнений не вызывает, поскольку они собраны по делу с соблюдением требований УПК РФ.

Суд правильно критически отнесся к показаниям осужденного ФИО1 о его невиновности как избранному способу защиты.

Положенные в основу приговора доказательства не содержат каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на правильное установление фактических обстоятельств и на принятое судом по существу дела решение. 

При наличии совокупности положенных в основу приговора доказательств суд апелляционной инстанции полагает, что лишены каких-либо оснований доводы апелляционной жалобы адвоката о фальсификации доказательств, провокации со стороны сотрудников полиции, о наличии скрытой оперативной видеозаписи, служебного подлога при проведении оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение», а потому оснований ставить под сомнение вывод суда о виновности ФИО1 не имеется.

Суд апелляционной инстанции находит приведенную судом первой инстанции в приговоре оценку доказательств и доводов стороны защиты убедительной. В приговоре указано, по каким основаниям суд принял одни доказательства и отверг другие. При таких обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы о ненадлежащей оценке доказательств судом апелляционной инстанции не принимаются, поскольку ни одно доказательство, юридическая сила которого вызывала бы сомнение, не было положено в обоснование выводов суда о виновности осужденного. По существу доводы апелляционной жалобы защитника сводятся к несогласию с судебным решением, что основанием для его отмены не является. 

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1 при истребовании у ФИО2 №1 задолженности по неисполненному обязательству действовал в нарушение установленного законом порядка, систематически, на протяжении длительного периода времени, высказывал потерпевшим ФИО2 №1, ФИО2 №2 и ФИО2 №3 угрозы применения насилия, в том числе, сексуального характера, используя оскорбления и нецензурную брань, собирал сведения об их частной жизни, препятствовал их нормальному отдыху и передвижению, распространял о них заведомо ложные сведения порочащие честь, достоинство в целях возврата долга или поставки ему стройматериалов, а также применил насилие в отношении ФИО2 №1, причинив последнему физическую боль и телесные повреждения, не повлекшие вреда здоровью. 

Указанные действия судом первой инстанции правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 330 УК РФ. Выводы об этом в приговоре достаточно и полно мотивированы.

Вопреки доводам жалобы адвоката, судом первой инстанции правильно установлено, что действиями ФИО1 потерпевшим ФИО2 №1, ФИО2 №3 и ФИО2 №2 причинен существенный вред, который выразился в нарушении их конституционных прав на личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни и защиту своей части и доброго имени, право на свободу передвижения, право на частную собственность, а также нанесении потерпевшему ФИО2 №1 телесных повреждений, не причинивших вреда его здоровью, однако, в результате причинения которых он испытал физическую боль.

Нарушений УПК РФ при расследовании уголовного дела, при рассмотрении его судом, влекущих изменение или отмену приговора в апелляционном порядке, допущено не было. Все заявленные ходатайства разрешены судом в предусмотренном законом порядке с приведением мотивов принятых по ним решений, оснований не согласиться с которыми не имеется.

Наказание ФИО1 в виде лишения свободы судом назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности, обстоятельства, смягчающего наказание – наличие на иждивении малолетнего ребенка, отсутствия отягчающих, влияния наказания на исправление виновного и условия жизни его семьи.

Оснований для применения к наказанию осужденному положений ст.ст. 15 ч. 5, 53.1, 64 УК РФ судом первой инстанции не установлено, выводы в этой части являются верными и мотивированными.

Вместе с тем, с учетом данных о личности подсудимого ФИО1, наличия у него на иждивении малолетнего ребенка, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что исправление виновного возможно без реального отбывания им наказания, в связи с чем, обоснованно применил положения ст. 73 УК РФ об условном осуждении.

Назначенное наказание является справедливым.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции потерпевшими ФИО2 №1, ФИО2 №2 и ФИО2 №3 было заявлено ходатайства о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в связи с примирением сторон, так как каждый из них примирился с подсудимым, который загладил им причиненный моральный вред в полном объеме, что подтверждается соответствующими расписками. У потерпевших отсутствуют какие-либо имущественные и неимущественные претензии к ФИО1. Данное ходатайство было поддержано стороной защиты. ФИО1 согласен на прекращение уголовного дела за примирением сторон.

В соответствии со ст. 25 УПК РФ, суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Согласно ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Из разъяснений, содержащихся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 года N 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности" следует, что освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда; при разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует также учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения заявленного ходатайства потерпевшими по следующим основаниям.

В силу закона прекращение уголовного дела в отношении лица, подозреваемого, обвиняемого или осужденного за совершение преступления, отнесенного к категории небольшой и средней тяжести, является правом, а не обязанностью суда.

Основным объектом преступного посягательства, предусмотренного ст. 330 УК РФ, являются общественные отношения, обеспечивающие установленный законом порядок реализации гражданами своих прав и обязанностей. Дополнительным – законные интересы граждан, их телесная неприкосновенность, личная свобода.

Из материалов дела следует, что ФИО1 вину в содеянном не признал, совершенное им преступление относится к категории средней тяжести, к уголовной ответственности привлекается впервые, по делу установлено смягчающее наказание обстоятельство и отсутствуют отягчающие. На стадии апелляционного обжалования приговора ФИО1 добровольно выплатил каждому из потерпевших денежную компенсацию морального вреда, причиненного преступлением. Однако последнее обстоятельство, по мнению суда апелляционной инстанции, само по себе не может устранить наступившие общественно-опасные последствия от длящегося преступления, снизить степень общественной опасности содеянного осужденным, либо иным образом свидетельствовать о полном заглаживании вреда, причиненного объекту преступного посягательства. При этом, ФИО1 не предпринято никаких мер по заглаживанию вреда, причиненному основному объекту преступления. 

В связи с изложенным, несмотря на высказанную потерпевшими позицию о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены приговора в части осуждения ФИО1 и прекращения в отношении него уголовного дела по основаниям, предусмотренным ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Первомайского районного суда г. Кирова от 18 августа 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Дзукаева А.Г. – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам, установленным главой 47.1 УПК РФ, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления его в законную силу. В случае принесения кассационного представления или жалобы стороны вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий