Дело № 22-2012/2024 Судья Станишевский С.С.

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

17 октября 2024 года г. Благовещенск 

Амурский областной суд в составе:

председательствующего Пономарёвой О.А.,

при секретаре Кнут И.В., 

с участием:

прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Амурской области Мусиенко А.В.,

осуждённой ФИО1,

защитника – адвоката Герасимчука Д.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осуждённой ФИО1– адвоката Герасимчука Д.В. на приговор Благовещенского городского суда Амурской области от 25 апреля 2024 года, которым 

Ф.И.О.39, родившаяся 

<

дата> года в г

<

адрес>, несудимая,

осуждена по ч. 1 ст. 285 УК РФ к штрафу в размере 50 000 рублей с лишением права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на два года.

Заслушав доклад судьи Амурского областного суда Пономарёвой О.А., выступления осуждённой ФИО1 и её защитника - адвоката Герасимчука Д.В., просивших доводы жалобы удовлетворить, приговор отменить, прокурора Мусиенко А.В. об оставлении апелляционной жалобы защитника без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 признана виновной и осуждена за злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершённое из иной личной заинтересованности и повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства

Преступление совершено в 

<

адрес> в период с 24 апреля 2021 года по 29 июля 2021 года при обстоятельствах, установленных приговором.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) защитник осуждённой - адвокат Герасимчук Д.В. выражает несогласие с приговором ввиду неправильного применения уголовного закона, наличием существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела. 

В силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих (формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.), толкуются в пользу подсудимого. 

Судом не приведено в приговоре и не дано оценки доводам об отсутствии субъективной стороны состава преступления и доказательствам стороны защиты, касающихся периодов времени, когда ФИО1 находилась в отпуске, на первоначальной подготовке, больничном, исполняла обязанности руководителя следственного подразделения, сведениям о нагрузке по делам находящимся в производстве за инкриминируемый период, а также сведениям о количестве дел, по которым избирались меры пресечения в виде домашнего ареста и заключения под стражу. 

Судом не дано оценки тому обстоятельству, что при вынесении постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемой, руководителем следственного органа Следственного комитета по субъекту РФ в нарушение требований ч. 2 ст. 156 УПК РФ уголовное дело к производству не принималось. 

Выражает несогласие с выводом суда о том, что ФИО1 действовала в нарушение ФЗ № 3-ФЗ «О полиции». Указанный федеральный закон применяется дополнительно в части прохождения службы и только в отношении сотрудников полиции, при этом следователи и руководители следственных органов относятся к сотрудникам органа внутренних дел.

Судом необоснованно признаны в качестве допустимых доказательств протоколы допросов потерпевших Ф.И.О.40, Ф.И.О.48, Ф.И.О.58, Ф.И.О.69, Ф.И.О.78, поскольку данные протоколы содержат предположения и выводы следователя о наступивших последствиях и действиях ФИО1 Обстоятельства связанные с нарушением Ф.И.О.81 меры пресечения стали известны потерпевшим только со слов следователя, осуществлявшего расследование уголовного дела. Потерпевшие не смогли пояснить, в чём именно выразилось ненадлежащее исполнение ФИО1 служебных обязанностей. 

Потерпевшая Ф.И.О.49 фактически не допрашивалась, указанные в протоколе допроса показания не подтвердила, следователя ФИО1 виновной не считает. 

Потерпевшая Ф.И.О.66 пояснила, что изменение Ф.И.О.88 меры пресечения никакого вреда не причинило, никаких негативных эмоций она не испытала. 

Согласно материалам уголовного дела ФИО1 не имела достаточного опыта как для оценки оснований для изменения меры пресечения, так и для расследования уголовных дел данной категории. В своей совокупности стаж её работы составляет 1 год 10 месяцев, в этот период времени всего по 9 уголовным делам, находящимся у неё в производстве, избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу и по 5 в виде домашнего ареста. Ссылается на большое количество уголовных дел, находящихся в производстве у ФИО1, а также возложение обязанностей начальника отделения по расследованию преступлений против собственности. Указанное подтверждает доводы защиты о недостаточности опыта работы ФИО1, а также невозможности полноценного исполнения должностных обязанностей. Намерений приукрашивать действительное положение дел она не имела, поскольку о данной ситуации руководству было известно. 

Выражает несогласие с выводом суда о боязни ФИО1 в привлечении её к более строгой дисциплинарной ответственности в виде увольнения. Решение о привлечении к дисциплинарной ответственности и определение вида дисциплинарной ответственности принимается руководителем органа внутренних дел, при этом ненадлежащее расследование уголовного дела не относится к числу грубых нарушений. По результатам проведённой служебной проверки ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности за ненадлежащее расследование уголовного дела, при этом вопрос об увольнении на обсуждение не ставился. 

Вменяемое ФИО1 внесение заведомо ложных сведений о выполнение всего объёма следственных действий противоречит имеющимся в материалах уголовного дела доказательствам, поскольку в постановлении следователя указано о выполнении необходимых следственных действий. Факт неуказания конкретных следственных действий, которые необходимо было выполнить, не свидетельствуют о ложности и недостовернности постановления. Указание в постановлении о необходимости выполнения иных следственных действий также не является ложным. Закон не обязывает следователя указывать все следственные действия, которые ему необходимо выполнить. Изменение оценки одних и тех же обстоятельств не свидетельствует о ложности и недостоверности ходатайства и отсутствии оснований для изменения меры пресечения. 

Вывод о том, что ФИО1 ввела в заблуждение руководителя следственного органа по субъекту РФ опровергается показаниями свидетеля Ф.И.О.128 Неизучение материалов уголовного дела руководителями СО МО МВД России «Благовещенский» не свидетельствует о наличии у следователя личной заинтересованности в изменении меры пресечения. Судом не учтено, что при согласовании ходатайства предоставляются материалы уголовного дела, которые направляются в надзорный орган и в суд. 

Выражает несогласие с выводом суда о заинтересованности в самостоятельном принятии решения по мере пресечения, поскольку свидетели Ф.И.О.132, Ф.И.О.136, Ф.И.О.137 пояснили, что в связи с большим количеством лиц, содержащихся в СИЗО-1, было принято совместное с надзорным органом решение о возможности изменения Ф.И.О.89 меры пресечения. Ссылка на показания свидетеля Ф.И.О.93 не свидетельствует о том, что такое решение не принималось. 

Судом в постановлении об изменении меры пресечения не установлено обстоятельств, свидетельствующих о неэффективной организации предварительного следствия, то есть на тот момент нарушений ст. 6.1 УПК РФ следователем не допущено. Отсутствие ФИО1 в судебном заседании не могло повлиять на решение суда и не является противоправным поведением. 

Кроме того, в ходе судебного заседания прокурор поддержал ходатайство следователя, судом принято решение об изменении Ф.И.О.90 меры пресечения. Данное постановление сторонами не обжаловалось, незаконным не признавалось и не отменялось. Представленные материалы каких-либо ложных и недостоверных сведений в себе не содержали.

Таким образом, выводы суда относительно нарушения процедуры изменения меры пресечения, нарушения разумных сроков судопроизводства, отсутствие оснований для изменения меры пресечения противоречат выводам Благовещенского городского суда, изложенным в постановлении от 25 мая 2021 года. 

Судом не указано, какую норму закона нарушила ФИО1 при неинформировании сотрудников 

<

данные изъяты> о рассмотрении ходатайства об изменении меры пресечения, и сделан необоснованный вывод о том, что ФИО1 должна была предвидеть, что Ф.И.О.82 находясь на домашнем аресте, нарушит меру пресечения и продолжит заниматься преступной деятельностью. Указанное подтверждается показаниями Ф.И.О.96, который умысла на совершение преступлений в период с мая по июнь не имел. 

Вопреки выводам суда первой инстанции, ФИО1 предпринимались меры для установления местонахождения Ф.И.О.97, что подтверждается показаниями сотрудников 

<

данные изъяты>, которые получили поручение об установлении места нахождения последнего, детализацией телефонных переговоров ФИО1 с сотрудниками, защитником обвиняемого, его матерью, обвиняемым и его сожительницей.

Невозбуждение ФИО1 ходатайства об изменении Ф.И.О.91 меры пресечения с домашнего ареста на заключение под стражу являлось обоснованным, поскольку законодатель не предусматривает процедуры рассмотрения ходатайства следователя об изменении меры пресечения обвиняемому без его реального доставления в суд. 

Считает необоснованным вывод суда о том, что ФИО1 в период с 31 мая 2021 года по 29 июня 2021 года не была освобождена от исполнения своих должностных обязанностей, поскольку в тот период времени она находилась в отпуске. Факт того, что уголовное дело не изымалось из её производства, не свидетельствует о её противоправном поведении.

Судом не дана оценка доводам стороны защиты о незаконном вменении ФИО1 последствий в виде совершения преступлений Ф.И.О.124 в отношении потерпевших Ф.И.О.41, Ф.И.О.50, Ф.И.О.59, Ф.И.О.70, так как производство по этим делам было приостановлено, а виновность Ф.И.О.98 в совершении краж у потерпевших не была установлена приговором суда. Его виновность в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 132 УК РФ, установлена приговором Благовещенского городского суда 

<

дата>, тогда как постановление о привлечении в качестве обвиняемой было предъявлено 31 января 2022 года, что свидетельствует о его незаконности. 

Судом не мотивированы выводы о наличии причинно-следственной связи между изменением Ф.И.О.92 меры пресечения и совершенными им преступлениями. 

Уголовное дело в отношении Ф.И.О.99 после 26 июня 2021 года в производстве ФИО1 не находилось, а преступление в отношении Ф.И.О.140 было совершено через 1 месяц.

Постановлением суда на Ф.И.О.100 возложена обязанность не покидать место исполнения домашнего ареста, однако, он, самостоятельно нарушив указанную обязанность, в период с мая по июнь 2021 года не планировал совершать преступления, ФИО1, потерпевшие не располагали информацией о том, что он собирается совершить преступления, что свидетельствует об отсутствии причинно-следственной связи между деянием, которое вменяется ФИО1 и возникновением у Ф.И.О.101 умысла на совершение преступления 29 июля 2021 года.

Ставит вопрос об отмене приговора и вынесении в отношении ФИО1 оправдательного приговора.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника осуждённой ФИО1– адвоката Герасимчука Д.В. государственный обвинитель –помощник прокурора г. Благовещенска Амурской области Левченко С.Г. просит приговор оставить без изменения, доводы апелляционной жалобы защитника - без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, существо возражений, выслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Судебное разбирательство проведено с соблюдением требований УПК РФ и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств.

В соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ суд правильно установил фактические обстоятельства дела, всесторонне, полно и объективно исследовал и оценил все представленные доказательства с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, дал им надлежащую оценку в приговоре, правильность которой у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, поскольку доказательства, уличающие ФИО1 в совершении преступления, согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга.

В приговоре суд, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, привёл мотивы, по которым одни доказательства принял и отверг другие, данные выводы суд апелляционной инстанции находит правильными.

Доводы стороны защиты об отсутствии в действиях и бездействии ФИО1 состава преступления аналогичны их доводам в судебном заседании, которые полно и всесторонне были проверенные судом первой инстанции, отвергнуты как не нашедшие своего подтверждения, что надлежащим образом мотивировано в приговоре совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно изложенными в приговоре.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, вопреки доводам стороны защиты, обоснованного сделаны судом с учётом показаний потерпевших Ф.И.О.141, Ф.И.О.43, Ф.И.О.51, Ф.И.О.60, Ф.И.О.71 в суде (в той части, в которой они признаны судом достоверными) и на предварительном следствии, показаний законного представителя потерпевшего Ф.И.О.142 – Ф.И.О.79 в суде (в той части, в которой они признаны судом достоверными) и на предварительном следствии, свидетелей Ф.И.О.149, Ф.И.О.152, Ф.И.О.138, Ф.И.О.129, Ф.И.О.94, Ф.И.О.153, Ф.И.О.156, Ф.И.О.157, Ф.И.О.158, Ф.И.О.159, Ф.И.О.160, Ф.И.О.102 в суде (в той части, в которой они признаны судом достоверными) и на предварительном следствии, Ф.И.О.162, Ф.И.О.163, Ф.И.О.164, Ф.И.О.165 в суде, сведений, содержащихся в протоколах осмотра места происшествия, осмотра предметов и документов, заключении эксперта, а также иных доказательств, исследованных в судебном заседании.

Из показаний потерпевшего Ф.И.О.143, его законного представителя Ф.И.О.80, потерпевших Ф.И.О.44, Ф.И.О.52, Ф.И.О.61, Ф.И.О.72 следует, что в период с 18 по 29 июля 2021 года Ф.И.О.125 в отношении принадлежащего им имущества (Ф.И.О.45, Ф.И.О.53, Ф.И.О.67, Ф.И.О.77), а также против личности (Ф.И.О.148) были совершены преступления.

Доводы защитника о том, что протоколы допросов потерпевших содержат предположения и выводы следователя о наступивших последствиях и действиях ФИО1 суд апелляционной инстанции признаёт несостоятельными, поскольку тот факт, что потерпевшим только от следователя стало известно о том, что Ф.И.О.83, будучи обвиняемым по уголовному делу, находящемуся в производстве следователя ФИО1, фактически не был помещён под домашний арест, скрылся от следствия и совершил преступления, не свидетельствует о незаконности их показаний. 

Данная информация, относящаяся к расследованию уголовного дела, действительно могла быть доведена до потерпевших только в ходе их допроса, что и повлекло к формированию у них негативного отношения к правоохранительным органам, фактически не принимающим мер к пресечению и предупреждению преступлений, защите их собственности и личности.

То, что допрошенные в судебном заседании потерпевшие не смогли юридически правильно сформулировать в чём именно выразилось ненадлежащее исполнение осуждённой своих обязанностей, процедуру проведения розыска скрывшегося обвиняемого, исполнения домашнего ареста, также не свидетельствует о незаконности их показаний, поскольку они не являются профессиональными юристами. 

Необоснованным суд апелляционной инстанции признаёт довод защитника о том, что потерпевшая Ф.И.О.54 фактически не допрашивалась следователем. Согласно протоколу судебного заседания, после оглашения показаний, данных в ходе предварительного следствия, потерпевшая пояснила, что рассказывала то, что ей было известно из писем, которые приходили в её адрес, считает, что Ф.И.О.84 должен был находиться по стражей, так как совершил много преступлений, подтвердила принадлежность ей подписей в протоколе допроса (том 8 л.д. 59-60). 

Вопреки позиции защитника потерпевшая Ф.И.О.68 в судебном заседании показала, что в случае нахождения Ф.И.О.103 под стражей и в случае его своевременного задержания, он преступление в отношении неё не совершил бы, она разочаровалась в работе органов внутренних дел, что свидетельствует о существенном нарушении её прав и законных интересов (том 8 л.д. 63). Отсутствие у потерпевшей Ф.И.О.62 негативных эмоций в связи с фактическим освобождением Ф.И.О.104 из-под стражи, на которые ссылается защитник в своей жалобе, объясняется совместным проживанием потерпевшей с обвиняемым и не свидетельствует об отсутствии вреда, причинённого в результате совершения преступления осуждённой.

Судом при описании совершённого преступления обосновано указано о нарушении осуждённой ФИО1 положений 

<

данные изъяты>, в том числе п. 12 ч. 1 ст. 12, которым на полицию возложена обязанность осуществлять розыск лиц, совершивших преступление или подозреваемых и обвиняемых в их совершении, лиц, скрывшихся от органов дознания, следствия или суда. Данная норма закона связана с нарушением ФИО1 положений ст. 210 УПК РФ и выразилась в необъявлении обвиняемого Ф.И.О.105 в розыск в период с 31 мая 2021 года по 26 июня 2021 года. 

Доводы апелляционной жалобы защитника о незаконности предъявленного ФИО1 обвинения, так как в нём указано о наступлении последствий в виде совершения преступлений Ф.И.О.126 в отношении потерпевших в отсутствии приговоров суда, суд апелляционной инстанции признаёт необоснованными, поскольку сам Ф.И.О.85 при его допросе в качестве свидетеля по данному уголовному делу не оспаривал совершение данных преступлений, приговорами Благовещенского городского суда Амурской области от 13 апреля 2022 года, от 31 мая 2024 года он признан виновным в совершении преступлений в отношении потерпевших Ф.И.О.144, Ф.И.О.46, Ф.И.О.55, Ф.И.О.63, Ф.И.О.73

Позиция стороны защиты о том, что судом необоснованно вменяется осуждённой в период совершения преступления период с 31 мая 2021 года по 29 июня 2021 года, в который она находилась в очередном отпуске, судом апелляционной инстанции признаётся необоснованной, противоречащей материалам уголовного дела. 

Как следует из материалов дела и не оспаривается стороной защиты, в указанный период уголовное дело в отношении Ф.И.О.106 из производства следователя ФИО1 не изымалось, следователем в этот период времени по уголовному делу от инспектора уголовно-исполнительной инспекции Ф.И.О.154 были получены извещения об отсутствии обвиняемого по месту жительства и необходимости объявления его в розыск, изменения меры пресечения, планировалось проведения следственного действия – проверка показаний на месте с участием обвиняемого 23 июня 2021 года, принято процессуальное решение о приостановлении производства по делу и объявлении обвиняемого Ф.И.О.107 в розыск 26 июня 2021 года.

Таким образом, осуждённой ФИО1, в том числе в период с 31 мая 2021 года по 26 июня 2021 года фактически осуществлялись процессуальные и следственные действия по уголовному делу в отношении обвиняемого Ф.И.О.108

Доводы стороны защиты о нахождении осуждённой на первоначальной подготовке, больничном, исполнении обязанностей руководителя следственного подразделения, сведения о нагрузке по уголовным делам, находящимся в производстве осуждённой, в том числе по которым обвиняемым избирались меры пресечения в виде заключение под стражу, домашний арест, не свидетельствуют о незаконности приговора суда, поскольку уголовное дело рассматривалось судом по предъявленному обвинению, в рамках которого судом установлено совершение осуждённой действий и бездействие при использовании своих служебных полномочий вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 15, 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 года № 19, под использованием должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы (статья 285 УК РФ) судам следует понимать совершение таких деяний, которые хотя и были непосредственно связаны с осуществлением должностным лицом своих прав и обязанностей, однако не вызывались служебной необходимостью и объективно противоречили как общим задачам и требованиям, предъявляемым к государственному аппарату и аппарату органов местного самоуправления, так и тем целям и задачам, для достижения которых должностное лицо было наделено соответствующими должностными полномочиями. В частности, как злоупотребление должностными полномочиями должны квалифицироваться действия должностного лица, которое из корыстной или иной личной заинтересованности совершает входящие в круг его должностных полномочий действия при отсутствии обязательных условий или оснований для их совершения (например, выдача водительского удостоверения лицам, не сдавшим обязательный экзамен; прием на работу лиц, которые фактически трудовые обязанности не исполняют; освобождение командирами (начальниками) подчиненных от исполнения возложенных на них должностных обязанностей с направлением для работы в коммерческие организации либо обустройства личного домовладения должностного лица).

Ответственность по статье 285 УК РФ наступает также за умышленное неисполнение должностным лицом своих обязанностей в том случае, если подобное бездействие было совершено из корыстной или иной личной заинтересованности, объективно противоречило тем целям и задачам, для достижения которых должностное лицо было наделено соответствующими должностными полномочиями, и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства.

При решении вопроса о наличии в действиях (бездействии) подсудимого состава преступления, предусмотренного статьей 285 УК РФ, под признаками субъективной стороны данного преступления, кроме умысла, следует понимать иную личную заинтересованность - стремление должностного лица извлечь выгоду неимущественного характера, обусловленное такими побуждениями, как карьеризм, семейственность, желание приукрасить действительное положение, получить взаимную услугу, заручиться поддержкой в решении какого-либо вопроса, скрыть свою некомпетентность и т.п.

Судом правильно установлено, что следователь ФИО1, имея действующее дисциплинарное взыскание, в период с 9 февраля 2021 года по 21 мая 2021 года ненадлежащее расследовала уголовное дело в отношении обвиняемого Ф.И.О.109, а именного, не производила достаточные и необходимые следственные и процессуальные действия, направленные на окончание предварительного следствия, в том числе не допросила дополнительно обвиняемого по обстоятельствам всех инкриминируемых ему преступлений, не произвела проверку его показаний на местах инкриминируемых ему преступлений, не приняла мер к установлению суммы ущерба, причинённого потерпевшим, не предъявила Ф.И.О.167 обвинение по всем инкриминируемым ему преступлениям и не допросила его в качестве обвиняемого, а также не ознакомила обвиняемого и его защитника с постановлениями о назначении судебных экспертиз и с заключениями экспертов, что привело к необоснованному затягиванию сроков предварительного следствия и нарушению требований ч. 1 ст. 6.1 УПК РФ и ст. 52 Конституции Российской Федерации, что могло повлечь за собой негативные последствия по службе для последней, связанные с её привлечением к более строгой дисциплинарной ответственности.

Факт нарушения осуждённой ФИО1 вышеуказанных положений закона, вопреки позиции стороны защиты, подтверждается показаниями свидетелей Ф.И.О.150, Ф.И.О.95 о выявленных при изучении уголовного дела нарушениях требований ст. 6.1. УПК РФ об осуществлении уголовного судопроизводства в разумный срок, допущенной следователем 

<

данные изъяты> ФИО1 волокитой, то есть непроведением и несвоевременным проведением всех необходимых следственных и процессуальных действий, направленных на окончание расследования уголовного дела, внесением в связи с выявленными нарушениями 26 апреля 2021 года требования об устранении нарушений федерального законодательства, допущенных при расследовании уголовного дела в отношении Ф.И.О.110

Также это подтверждается и результатами служебной проверки от 5 октября 2021 года, согласно которым за нарушение ч. 1 ст. 6.1 УПК РФ, выразившиеся в нарушении разумных сроков уголовного судопроизводства, повлекшее изменение меры пресечения обвиняемому Ф.И.О.168 с заключения под стражу на домашний арест, а также существенном нарушении прав и законных интересов потерпевших по уголовному делу, на следователя ФИО1 наложено дисциплинарное взыскание в виде строгого выговора (том 5 л.д. 201-225).

С учётом вышеизложенного, нельзя согласиться с доводами защитника об отсутствии у осуждённой опасений о возможности привлечения к дисциплинарной ответственности за ненадлежащее расследование уголовного дела.

Вышеприведённые материалы уголовного дела также опровергают позицию стороны защиты об отсутствии сведений о неэффективности расследования уголовного дела в отношении Ф.И.О.111

Судом правильно установлено, что следователь ФИО1, ложно понимавшая интересы службы, желавшая создать мнимую видимость эффективности своей работы, приукрасить действительное положение и скрыть свою некомпетентность, связанную с ненадлежащим расследованием уголовного дела, в нарушение требования законодательства Российской Федерации, в том числе ч.ч. 2 и 8 ст. 109, ч. 1 ст. 110 УПК РФ, в отсутствие предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством оснований вынесла постановление от 21 мая 2021 года о возбуждении перед судом ходатайства об изменении избранной в отношении обвиняемого Ф.И.О.112 меры пресечения в виде заключения под стражу на меру пресечения в виде домашнего ареста, внеся в него недостоверные сведения, которое в дальнейшем согласовала у врио заместителя начальника 

<

данные изъяты> - начальника СУ, введённого ею в заблуждение относительно оснований и мотивов изменения указанной меры пресечения, и с копиями материалов уголовного дела, не содержащими достоверных сведений о проведённых ею следственных и процессуальных действиях, а также текущей стадии расследования уголовного дела, 25 мая 2021 года предоставила для рассмотрения в Благовещенский городской суд.

Судом вопреки позиции защитника установлено, что осуждённая ФИО1 внесла в постановление о возбуждении перед судом ходатайства об изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на меру пресечения в виде домашнего ареста в отношении Ф.И.О.113 недостоверные сведения, поскольку по состоянию на 21 мая 2021 года ФИО1 по расследуемому уголовному делу процессуальные и следственные действия (дополнительный допрос обвиняемого по обстоятельствам всех инкриминируемых ему преступлений, проверка показаний на месте, установление суммы ущерба, причинённого потерпевшим, предъявление обвинения по всем инкриминируемым преступлениям, допрос в качестве обвиняемого, ознакомление обвиняемого и его защитника с постановлениями о назначении судебных экспертиз и с заключениями экспертов) фактически не проводились, документы об их исполнении не были представлены врио заместителя начальника 

<

данные изъяты> - начальнику СУ Ф.И.О.135 и в суд.

Допрошенный в суде свидетель Ф.И.О.133 показал, что согласовывал ходатайство следователя ФИО1 об изменении меры пресечения с заключения под стражу на домашний арест в отношении обвиняемого Ф.И.О.114 В качестве оснований для изменения меры пресечения явилось то, что основные доказательства по уголовному делу уже собраны, оставались лишь следственные действия, связанные с предъявлением обвинения и выполнением требований ст. 217 УПК РФ. К ходатайству следователем были приложены документы, которые им изучались.

Анализ показаний свидетеля Ф.И.О.130 и представленных ему материалов уголовного дела для согласования ходатайства следователя ФИО1 об изменении меры пресечения в отношении обвиняемого Ф.И.О.115 позволяют сделать вывод о том, что осуждённая умышленно ввела руководителя следственного органа по субъекту РФ в заблуждение указав о необходимости выполнения требований ст.ст. 215-217 УПК РФ, что свидетельствует об окончательной стадии расследования уголовного дела, и выполнения ею всех необходимых для этого процессуальных и следственных действий, что не соответствовало фактическим обстоятельствам дела (том 1 л.д.137-142). 

Вопреки доводам стороны защиты, в показаниях свидетелей Ф.И.О.131, Ф.И.О.151, Ф.И.О.139 имеются сведения о том, что в 2021 года при прокуратуре Амурской области проводились совещания с целью минимизировать избрание меры пресечения в виде заключения под стражу, с целью снизить количество лиц, содержащихся под стражей, избрание в отношении них иных мер пресечения. Уголовное дело в отношении Ф.И.О.116 также обсуждалось на совещаниях в прокуратуре г. Благовещенска, по которому было рекомендовано рассмотреть вопрос о возможности изменения меры пресечения, а не дано указание изменить меру пресечения.

Неуказание в приговоре суда п. 4 раздела II Порядка осуществления контроля за нахождением подозреваемых или обвиняемых в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением возложенных судом запретов подозреваемыми или обвиняемыми, в отношении которых в качестве меры пресечения избран запрет определённых действий, домашний арест или залог, утверждённого совместным приказом Министерства юстиции Российской Федерации, Министерства внутренних дел Российской Федерации, Следственного комитета Российской Федерации и Федеральной службы безопасности Российской Федерации № 189/603/87/371 от 31 августа 2020 года «Об утверждении Порядка осуществления контроля за нахождением подозреваемых или обвиняемых в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением возложенных судом запретов подозреваемыми или обвиняемыми, в отношении которых в качестве меры пресечения избран запрет определённых действий, домашний арест или залог», зарегистрированным в Министерстве юстиции Российской Федерации 3 сентября 2020 года № 59635, не свидетельствует о незаконности установления бездействия осуждённой ФИО1 в части неинформирования, в том числе с использованием средств телефонной связи, уголовно-исполнительной инспекции о предстоящем судебном заседании по рассмотрению вопроса об избрании в отношении обвиняемого Ф.И.О.117 меры пресечения в виде домашнего ареста. 

Согласно ст. 12 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел» сотрудник органов внутренних дел обязан знать и соблюдать законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации в сфере внутренних дел, обеспечивать их исполнение. 

Вышеприведённый Порядок относится к нормативным правовым актам Российской Федерации, который подлежал применению с 15 сентября 2020 года и должен был исполняться в том числе следователем ФИО1 

Несостоятельными суд апелляционной инстанции признаёт доводы стороны защиты о принятых осуждённой ФИО1 мероприятиях по установлению местонахождения обвиняемого Ф.И.О.118 и отсутствии у неё оснований для обращения в суд ходатайством об изменении меры пресечения.

Согласно постановлению Благовещенского городского суда Амурской области от 25 мая 2021 года в отношении обвиняемого Ф.И.О.171 (Ф.И.О.119) мера пресечения в виде заключения под стражу была изменена на меру пресечения в виде домашнего ареста, которая заключается в нахождении в изоляции от общества в жилом помещении по адресу: 

<

адрес>, сроком на 1 месяц, а всего до 6 месяцев 21 суток (с учётом времени содержания под стражей). 

Как установлено судом и не оспаривается стороной защиты, 31 мая 2021 года следователем ФИО1 от инспектора 

<

данные изъяты> Ф.И.О.155 было получено сообщение и информация о том, что обвиняемый Ф.И.О.172, находящийся под домашним арестом, скрылся от контроля уголовно-исполнительной инспекции (отсутствовал по месту избрания домашнего ареста), его местонахождение неизвестно.

В соответствии с ч. 14 ст. 107 УПК РФ, в случае нарушения подозреваемым или обвиняемым, в отношении которого в качестве меры пресечения избран домашний арест, условий исполнения этой меры пресечения, суд по ходатайству следователя может изменить эту меру пресечения на более строгую.

В нарушение положений ч. 14 ст. 107, ч. 1 ст. 110 УПК РФ, несмотря на установленный факт нарушения обвиняемым условий нахождения под домашним арестом, осуждённая ФИО1 в суд с ходатайством об изменении Ф.И.О.169 меры пресечения на заключение под стражу не обратилась.

Указание стороны защиты о том, что в суд ФИО1 не обращалась поскольку законодателем не предусмотрено рассмотрение данного вопроса в отсутствие обвиняемого противоречит позиции самой стороны защиты о том, что обвиняемый Ф.И.О.86 от следствия не скрывался, что не препятствовало его доставлению по поручению следователя в суд для рассмотрения вопроса об изменения меры пресечения.

Довод стороны защиты о том, следователем ФИО1 принимались меры к установлению местонахождения обвиняемого Ф.И.О.120 опровергается материалами уголовного дела, поскольку в период с 31 мая 2021 года по 26 июня 2021 года ею письменных поручений о проведении оперативно-розыскных мероприятий, направленных на установление его местонахождения не давалось; допрошенный в качестве свидетеля начальник отдела уголовного розыска Ф.И.О.161 показал, что он неоднократно созванивались с обвиняемым, но последний избегал встреч с ним, не явился для проведения проверки показаний на месте 23 июня 2021 года, после чего им было дано поручение подчинённому сотруднику Ф.И.О.173 установить местонахождения Ф.И.О.121, который также посредством телефона установил, что обвиняемый выехал в 

<

адрес>, что свидетельствует о том, что следователю ФИО1 фактически не было известно местонахождение Ф.И.О.122 в период с 31 мая 2021 года по 26 июня 2021 года и последний в указанный период времени не объявлялся ею в розыск в порядке ст. 210 УПК РФ.

Между действиями и бездействиями осуждённой ФИО1 и наступившими последствиями судом правильно установлено наличие причинно-следственной связи, поскольку обвиняемый Ф.И.О.87 в результате действий и бездействий осуждённой фактически не был изолирован от общества, бесконтрольно перемещался по территории Амурской области и пребывал вне избранного места домашнего ареста, скрылся от следствия и продолжил заниматься преступной деятельностью, совершив 27 июля 2021 года в 

<

адрес> особо тяжкое преступление, предусмотренное п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ, в отношении малолетнего Ф.И.О.145, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в период с 15 по 29 июля 2021 года преступления против собственности в отношении потерпевших Ф.И.О.47, Ф.И.О.56, Ф.И.О.64, Ф.И.О.74, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства в виде неисполнения органами исполнительной власти - органами внутренних дел своих задач по защите личности, общества и государства от противоправных посягательств, а также предупреждению и пресечению преступлений, нарушения установленных статьей 2 Конституции Российской Федерации обязанностей государства по соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина, подрыва и престижа авторитета правоохранительных органов Российской Федерации, существенного нарушения прав и законных интересов Ф.И.О.42, Ф.И.О.57, Ф.И.О.65 и Ф.И.О.75, выразившихся в нарушении установленной статьей 35 Конституции Российской Федерации обязанности государства по охране их права частной собственности на принадлежащее им имущество и причинении им значительного ущерба, а также существенное нарушение прав и законных интересов малолетнего Ф.И.О.146, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, детство которого в соответствии со статьей 38 Конституции Российской Федерации находится под защитой государства, выразившихся в нарушении установленного статьей 22 Конституции Российской Федерации его права на личную неприкосновенность, причинении ему особых физических и моральных страданий, негативно влияющих на его психическое, нравственное и половое развитие, формирование личности ребёнка.

Тот факт, что преступления Ф.И.О.127 были совершены в июле 2021 года, когда уголовное дело было приостановлено за его розыском и в производстве ФИО1 не находилось, умысел на совершение преступлений у Ф.И.О.123 возник в июле 2021 года, не свидетельствует об отсутствии состава преступления в действиях, бездействии ФИО1, поскольку именно её действия и бездействия фактически способствовали его пребыванию вне изоляции от общества в отсутствии меры пресечения в виде заключения под стражу, отсутствие в месте избранного домашнего ареста, свободного, бесконтрольного перемещения по территории 

<

адрес> и совершению им преступлений.

На основании изложенного, вопреки доводам защиты, выводы суда о наличии у осуждённой ФИО1 умысла, направленного на использование своих служебных полномочий вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности, повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, суд апелляционной инстанции находит правильными.

Доводы стороны защиты о нарушении требований уголовно-процессуального закона при предъявлении ФИО1 обвинения руководителем 

<

данные изъяты> области Ф.И.О.174 в нарушение требований ч. 2 ст. 156 УПК РФ суд апелляционной инстанции признаёт несостоятельными. 

В соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 448 УПК РФ решение о возбуждении уголовного дела в отношении следователя следственного органа по городу либо о привлечении его в качестве обвиняемого, если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления, принимается руководителем следственного органа Следственного комитета Российской Федерации по субъекту Российской Федерации.

Данная норма уголовно-процессуального закона, как и нормы главы 52 УПК РФ в целом, предусматривает специальный – усложнённый – порядок возбуждения уголовного дела и производства по ним в отношении указанной категории лиц, предоставляющий им дополнительные процессуальные гарантии, которые, не исключая уголовную ответственность за совершённые преступления, посредством определённого усложнения процедур уголовного преследования обеспечивают их защиту при осуществлении публичных профессиональных обязанностей (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2012 года № 581-О-О). 

Положения п. 10 ч. 1 ст. 448 УПК РФ являются дополнительной гарантией неприкосновенности следователя при разрешении вопроса о привлечении его в качестве обвиняемого по уголовному делу и не предусматривают обязательного принятия к производству руководителем следственного органа Следственного комитета Российской Федерации по субъекту Российской Федерации уголовного дела.

Юридическая оценка действий ФИО1 по ч. 1 ст. 285 УК РФ как злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенное из иной личной заинтересованности и повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, судом дана правильно, оснований для иной квалификации не имеется. 

При назначении наказания ФИО1 судом учтены характер и степень общественной опасности совершённого преступления, сведения характеризующие личность осуждённой, согласно которым она не судима, на учёте у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит, по месту жительства, работы, прохождения профессиональной подготовки характеризуется положительно, наличие смягчающего наказание обстоятельства в виде наличие на иждивении малолетних детей, отсутствие отягчающих обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на её исправление и условия жизни семьи.

Каких-либо иных обстоятельств, в том числе смягчающих, которые не были учтены судом первой инстанции, в материалах дела не установлено и суду апелляционной инстанции не предоставлено. 

Поскольку в силу ст. 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления осуждённого и предупреждения совершения новых преступлений, с учётом личности виновной, обстоятельств дела, суд пришёл к правильному выводу о том, что достижение целей наказания возможно при назначении осуждённой наказание в виде штрафа, о чём привёл в приговоре суждения, которые суд апелляционной инстанции находит убедительными, соответствующими требованиям ч. 3 ст. 46 УК РФ.

При назначении наказания суд первой инстанции не усмотрел оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, мотивировав свои выводы в приговоре. Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции, поскольку все обстоятельства, имеющие значение для решения вышеуказанного вопроса, судом учтены.

Назначение осуждённой ФИО1 дополнительного вида наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов, связанные с осуществлением функций представителя власти, судом в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ мотивированы надлежащим образом.

Выводы суда в части назначения осуждённой ФИО1 наказания судом мотивированы, а назначенное ей наказание является справедливым.

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменения приговора, судом не допущено, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы защитника осуждённой ФИО1 – адвоката Герасимчука Д.В. суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Благовещенского городского суда Амурской области от 25 апреля 2024 года в отношении Ф.И.О.175 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника осуждённой ФИО1 – адвоката Герасимчука Д.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в шестимесячный срок в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции через суд, постановивший приговор в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ.

В случае пропуска срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы, представление на приговор подаётся непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ. 

В соответствии с ч. 5 ст. 389.28 УПК РФ осуждённая вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий О.А. Пономарёва