Дело № 

51RS0017-01-2019-001152-44

Принято в окончательной форме 05 февраля 2020 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 февраля 2020 года п. Никель 

Печенгский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Алимовой Е.В.,

при секретаре Еленской Е.Н.,

с участием:

прокурора – помощника прокурора Печенгского района Мурманской области Курлыковой О.С., 

истца ФИО1, его представителя Филиппова И.Е.,

представителя ответчиков ООО «Колабыт», АО «Кольская ГМК» - ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Колабыт» и акционерному обществу «Кольская горно-металлургическая компания» о взыскании компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Колабыт» и акционерному обществу «Кольская горно-металлургическая компания» (далее по тексту – ООО «Колабыт» и АО «Кольская ГМК») о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности.

В обоснование исковых требований указано, что он с 21.01.1983 по 24.07.2017 работал в компании АО «Кольская ГМК».

Согласно трудовой книжке работника, его общий стаж работы составляет 36 лет 8 месяцев 11 дней, из которых 25 лет 29 дней – стаж работы в плавильном цехе комбината «Печенганикель» и 3 года 7 месяцев 15 дней – стаж работы по специальности 

<

данные изъяты> цеха энерго- и электроснабжения (ЦЭ и ЭС). Указанная работа осуществлялась в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов. 24.07.2017 был уволен по инициативе работника, в связи с выходом на пенсию по старости, согласно п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

В январе-феврале 2019 года у него впервые было выявлено профессиональное заболевание. 16.08.2019 ему впервые была установлена утрата профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере 20% на срок с 28.07.2019 до 01.08.2020.

Характер и условия его труда, которые предшествовали профессиональному заболеванию, не соответствовали санитарно-гигиеническим нормам и правилам, требованиям правил безопасного производства и нормативным документам по охране труда, относятся к вредным условиям труда, характеризующимся наличием вредных производственных факторов. Данные выводы были получены в ходе расследования случая профессионального заболевания, кроме того установлено отсутствие его вины в развитии профзаболевания, что отражено в Акте о случае профессионального заболевания от 26.04.2019.

Вследствие недобросовестности работодателей он получил серьезное хроническое повреждение здоровья, носящее необратимый характер, и восстановление которого невозможно. В связи с ограничением трудовых функций он вынужден был уволиться с работы по собственному желанию, в связи с выходом на пенсию, хотя по возрасту еще мог осуществлять трудовую деятельность.

Впервые признаки заболевания: хроническая 2-сторонняя нейросенсорная тугоухость 2-3 стадии стали проявляться более 5 лет назад. В дальнейшем состояние здоровья постепенно ухудшалось, стали появляться признаки отдышки, боли суставов.

Кроме того, у него имеются сопутствующие заболевания: хроническая правосторонняя нейросенсорная тугоухость 1-2 ст., артериальная гипертензия 1 ст., артралгия локтевых и плечевых суставов, люмбалгия, цервикалгия, распространенный остеохондроз позвоночника, которые сопровождаются периодическими сильными и длительными болевыми ощущениями, функциональными нарушениями верхних и нижних конечностей, в связи с чем требуется диспансерное наблюдение и периодическое лечение у невролога, хирурга, кардиолога, терапевта, курсы лекарственной терапии, санаторно-курортное лечение.

Профессиональные заболевания, сопровождающиеся серьезными сопутствующими заболеваниями, в условиях неблагоприятного климата Крайнего Севера протекают еще тяжелее, однако сменить место жительства он не может ввиду отсутствия жилья в средней полосе.

Наличие профзаболевания, ухудшение состояния здоровья, доставляют ему физические и нравственные страдания.

На основании изложенного и статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, просит взыскать с ООО «Колабыт» денежную компенсацию морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности в размере 300 000 рублей, с АО «Кольская ГМК» 300 000 рублей, а также юридические расходы в размере 10 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении. 

Представитель истца Филиппов И.Е. в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, по доводам, изложенным в исковом заявлении, дополнительно указал, что подписанное между истцом и работодателем дополнительное соглашение о размере компенсации морального вреда не подлежит применению, поскольку оно подписано в 2012 году, суммы указанные в нем на сегодняшний день не актуальны. Просит удовлетворить исковые требования в полном объеме, полагая заявленную сумму законной и обоснованной. Судебные расходы просил взыскать с ответчиков в размере 15000 рублей.

Представитель ответчика АО «Кольская ГМК» ФИО2 в судебном заседании не согласилась с размером исковых требований, поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве, из которого следует, что размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда определен заключенным между сторонами дополнительным соглашением. Согласно п. 7 указанного Соглашения, размер компенсации морального вреда определяется в соответствии со степенью утраты профессиональной трудоспособности, исходя из 10 базовых сумм, установленных статьей 45 «Положения об оплате труда работников АО «Кольская ГМК» на дату подачи заявления за указанным возмещением за каждые 10% утраты профессиональной трудоспособности. Размер базовой суммы, установленный ст. 45 Положения, составляет 2 300 рублей. Поскольку степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО1 составляет 20 %, размер компенсации морального вреда должен быть определен в размере 46 000 руб. Общество не оспаривает своей обязанности по выплате истцу денежной компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности в размере 46 000 рублей в соответствии с условиями дополнительного соглашения к трудовому договору, однако ФИО1 не обращался к обществу с требованием такой компенсации. Просила снизить размер компенсации морального вреда до указанной суммы. Указала, что размер заявленных судебных расходов на оплату услуг представителя завышен.

Представитель ответчика ООО «Колабыт» ФИО2 в судебном заседании с иском не согласилась, поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве, из которого следует, что ФИО1 проработал в ОАО «ГМК Печенганикель» во вредных условиях 11 лет 11 месяцев. Общество не совершало неправомерных действий в отношении работника ФИО1, повлекших повреждение его здоровья. Трудовой кодекс Российской Федерации допускает существование вредных условий на рабочих местах, законом предусмотрено заключение трудовых договоров о выполнении работ во вредных условиях при условии предоставления гарантий. Общество в силу объективных причин (уровень научно-технического развития) не могло устранить вредные факторы на рабочих местах, предпринимало все зависящие от него меры по предотвращению и компенсации негативных последствий пребывания истца в условиях с неблагоприятными производственными факторами, которые были неизбежны при работе во вредных условиях труда. Поскольку степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО1 составляет 20 %, у истца не наступила полная утрата трудоспособности, а значит, он не лишен возможности работать. В связи с чем полагает, что основания для возложения на ООО «Колабыт» обязанности по выплате денежной компенсации морального вреда в пользу истца по статье 237 ТК РФ, статьям 151, 1101 ГК РФ отсутствуют. Просит в удовлетворении иска отказать.

Заслушав истца, представителя истца, представителя ответчиков ООО «Колабыт» и АО «Кольская ГМК», заключение прокурора, полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в разумном и справедливом размере, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Статьей 7 Конституции Российской Федерации определено, что в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей.

Согласно части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Как определено абзацем 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в периоды: с 21.01.1983 по 09.06.1987 (4 года 4 месяца 19 дней) 

<

данные изъяты> промышленных печей, котлов и агрегатов 4 разряда плавильного цеха комбината «Печенганикель»; с 09.06.1987 по 22.05.1999 (11 лет 11 месяцев 13 дней) 

<

данные изъяты> плавильного цеха комбината «Печенганикель».

Правопреемником комбината «Печенганикель» является ООО «Колабыт», данный факт сторонами не оспаривался.

С 23.05.1999 по 27.09.2004 (5 лет 4 месяца 4 дня) 

<

данные изъяты> плавильного цеха ОАО «Кольская ГМК».

С 27.09.2004 по 01.07.2006 (1 год 9 месяцев 5 дней) работал в должности 

<

данные изъяты> Энергоцеха № 2 ОАО «Кольская ГМК».

С 01.07.2006 по 20.03.2007 (8 месяцев 19 дней) 

<

данные изъяты> участка пл. Никель цеха энерго и электроснабжения ОАО «Кольская ГМК».

С 20.03.2007 по 09.12.2013 (6 лет 8 месяцев 19 дней) 

<

данные изъяты> (затем участка эксплуатации и ремонта оборудования воздухоснабжения и воздухоразделения) службы энергоснабжения пл. Никель воздуходувок машинного зала ЦЭ и ЭС ОАО «Кольская ГМК».

С 09.12.2013 по 24.07.2017 (3 года 7 месяцев 15 дней) 

<

данные изъяты>, затем 

<

данные изъяты>, затем 

<

данные изъяты> участка эксплуатации и ремонта оборудования воздухоснабжения и воздухоразделения службы энергоснабжения пл. Никель воздуходувок машинного зала ЦЭ и ЭС ОАО «Кольская ГМК» (АО «Кольская ГМК»).

24.07.2017 ФИО1 уволен по инициативе работника, в связи с выходом на пенсию по старости, согласно п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации 

Указанные обстоятельства представителем ответчиков не оспаривались и подтверждаются копией трудовой книжки истца (л.д. 9-12) и другими материалами дела.

При обследовании в клинике профзаболеваний НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» г. Кировска ФИО1 установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. (л.д. 14).

Из Решения ВК № от 14.02.2019 следует, что при обследовании впервые установлены профзаболевания, которые обусловлены длительным воздействием вредных производственных факторов (производственный шум; химические вещества сложного состава, обладающие токсическим действием). 

Актом о случае профессионального заболевания от 26.04.2019 № установлено, что у ФИО1 выявлено профессиональное заболевание в виде хронической 2-сторонней нейросенсорной тугоухости 2-3 ст., профэтологии, которое является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия вредного производственного фактора – производственного шума (л.д. 18-23).

Непосредственной причиной заболевания послужило длительное воздействие на организм при работе ФИО1 в качестве 

<

данные изъяты> участка эксплуатации и ремонта оборудования воздухоснабжения и воздухоразделения службы энергоснабжения пл. Никель воздуходувок машинного зала ЦЭ и ЭС ОАО «Кольская ГМК» (АО «Кольская ГМК» таких вредных производственных факторов как: 

- шум: по данным аттестации рабочего места шум при ПДУ 80,0 дБА в турбокомпрессорной машинного зала (компрессоры) составил 99,4 дБА (превышение 19,4 дБА), насосная станция (при монтаже насоса) 84,1 дБА (превышение 4,1 дБА), воздуходувки машинного зала (при работе компрессора) 10,6 дБА (превышение 20,6 дБА), в машзале (отметка 0 при ремонте насоса) шум 105,6 дБА, превышение 25,6 дБА.

Ранее при работе ФИО1 

<

данные изъяты> службы воздухоснабжения и воздухоразделения (участка эксплуатации и ремонта оборудования воздухоснабжения и воздухоразделения) службы энергоснабжения пл. Никель воздуходувок машинного зала ЦЭиЭС ОАО «Кольская ГМК» в течение 6 лет 8 месяцев 19 дней в период с 20.03.2007 по 09.12.2013, воздействие такого вредного производственного фактора как: 

- шум: при ПДУ 80,0 дБА составил от компрессоров в машинном зале (воздуходувки) 100,6 дБА (превышение 20,6 дБА), от компрессоров насосов (машзал, отметка 0) 105,5 дБА (превышение ПДК более 25,0 дБА), воздуходувки машинного зала (при работе компрессора) 10,6 дБА (превышение 20,6 дБА), в машзале (отметка 0 при ремонте насоса) шум 105,6 дБА, превышение 25,6 дБА.

Ранее при работе ФИО1 в качестве 

<

данные изъяты> 17 лет 3 месяца 17 дней: в том числе 11 лет 11 месяцев 13 дней в период с 09.06.1987 по 22.05.1999 

<

данные изъяты> плавильного цеха комбината «Печенганикель» (с 26.12.1994 предприятие преобразовано в АООТ «ГМК Печенганикель»); 5 лет 4 месяца 4 дня в период с 23.05.1999 по 27.09.2004 

<

данные изъяты> плавильного цеха ОАО «Кольская ГМК» воздействие такого вредного производственного фактора как: 

- шум, превышение ПДУ до 12 дБА.

Актом о случае профессионального заболевания от 26.04.2019 № установлено, что у ФИО1 выявлено профессиональное заболевание в виде профессиональная 

<

данные изъяты>., которое является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия вредного производственного фактора – химические вещества сложного состава, обладающие токсическим действием (л.д. 24-29). 

Из указанных актов следует, что стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 27 лет 07 месяцев 21 день, с учетом работы в плавильном цехе 17 лет 03 месяца 17 дней, машиниста газодувных машин ЦЭиЭС 06 лет 08 месяцев 19 дней и 

<

данные изъяты> ЦЭиЭС 03 года 07 месяцев 15 дней.

При этом вины работника и фактов грубой неосторожности в получении профессионального заболевания не установлено.

Работа ФИО1 по указанным профессиям в АО «Кольская ГМК» и плавильного цеха комбината «Печенганикель» в условиях вредного воздействия неблагоприятных производственных факторов подтверждается также санитарно-гигиенической характеристикой условий труда № от 04.04.2018, выполненной Управлением Роспотребнадзора по Мурманской области (л.д. 30-42).

Согласно решению ВК № от 14.02.2019 в связи с выявлением у ФИО1 профзаболевания ему противопоказана работа в контакте с шумом, вибрацией, с ДЭУ, на высоте, в подземных условиях, с пылью, аллергенами, раздражающими и токсическими веществами. Рекомендовано рациональное трудоустройство. Рекомендуется направление на МСЭ, согласно действующему законодательству. Рекомендуется «Д» наблюдение и профилактическое лечение профзаболеваний у ЛОР-врача, терапевта (пульмонолога) 2 раза в год по месту жительства. Ежегодно санаторно-курортное лечение. «Д» наблюдение и профилактическое лечение у невролога, хирурга, кардиолога по месту жительства, ежегодное обследование и лечение в клинике профзаболеваний (л.д 14).

Из справки серии МСЭ-2013 №, выданной Бюро медико-социальной экспертизы № (общего профиля) ФКУ «ГБ МСЭ по Мурманской области» следует, что ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на основании акта о случае профессионального заболевания № от 26.04.2019 в размере 20 % на срок с 28.07.2019 до 01.08.2020 (л.д. 31).

Доказательств того, что истец, работая в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов у ответчиков, нарушал требования охраны труда, что привело к возникновению профессионального заболевания, суду не представлено.

Согласие истца на работу во вредных условиях труда, выплата ему заработной платы в повышенном размере, предоставление дополнительных отпусков и других компенсирующих мер не лишают истца права на возмещение морального вреда в связи с утратой здоровья и профессиональной трудоспособности.

Учитывая вышеизложенное, суд считает, что факт причинения ФИО1 морального вреда в связи профзаболеваниями, возникшими по вине ответчиков, имеет место и в доказывании не нуждается, поскольку моральный вред истца обусловлен не только его физическими страданиями, выражающимися в болевых ощущениях и, как следствие, постоянной необходимостью соблюдения истцом назначенных курсов медицинского лечения и индивидуальной программы реабилитации по профзаболеванию, но и моральными страданиями по поводу невозможности вести привычный полноценный образ жизни, и вынужденными ограничениями по состоянию здоровья в связи с профзаболеванием. 

Согласно части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с частью 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Как следует из части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации должны учитываться требования разумности и справедливости.

При определении ФИО1 размера денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с каждого из ответчиков, суд приходит к выводу о том, что ответственность работодателей по возмещению морального вреда, причиненного работнику в связи с профзаболеванием, должна быть компенсирована с учетом его трудовой деятельности, выработанной во вредных условиях труда на каждом из производств ответчиков. 

Учитывая, что в плавильном цехе комбината «Печенганикель» истец проработал во вредных условиях труда 11 лет 11 месяцев и 13 дней, с ответчика ООО «Колабыт» подлежит взысканию компенсация морального вреда. Вместе с тем размер денежной компенсации морального вреда, требуемый истцом с ООО «Колабыт» - 300 000 рублей, завышен, в связи с чем, суд полагает подлежащим взысканию компенсацию морального вреда в размере 80000 рублей. Данная сумма является разумной и справедливой, определена исходя из всех вышеизложенных обстоятельств данного дела, с учетом длительности трудового стажа истца на производстве ответчика, а также в соответствии с установленной МСЭ 20% степенью утраты трудоспособности, в связи с профзаболеванием. 

При определении ФИО1 размера денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика АО «Кольская ГМК», суд учитывает то обстоятельство, что истец ФИО1, подписав дополнительное соглашение к трудовому договору №-л от 01.02.2003, добровольно согласился с условиями об определении размера компенсации морального вреда в случае возникновения профзаболевания исходя из 10 базовых сумм, установленных статьей 45 Положения об оплате труда работников ОАО «Кольская ГМК» на дату подачи заявления за указанным возмещением за каждые 10 % утраты профессиональной трудоспособности. Статья 45 указанного Положения устанавливает базовую сумму в размере 2 300 рублей на день судебного разбирательства.

Судом установлено, что данное соглашение не было расторгнуто, оспорено, его условия не были изменены. При этом за компенсацией морального вреда в связи с профзаболеванием, истец к ответчику АО «Кольская ГМК» до подачи иска не обращался. 

Таким образом, суд находит обоснованными доводы представителя ответчика АО «Кольская ГМК» о необходимости определения размера компенсации морального вреда из расчета, предусмотренного вышеуказанным соглашением, то есть в размере 46 000 рублей. Оснований для взыскания компенсации морального вреда с АО «Кольская ГМК» в большем размере, не имеется.

С учетом установленных выше обстоятельств, учитывая, что реально возместить потерпевшему моральный вред, причиненный профессиональными заболеваниями, невозможно, но облегчить перенесенные страдания можно, и что именно этим целям служит возмещение морального вреда, суд приходит к выводу о необходимости определить размер денежной компенсации, подлежащей взысканию в пользу истца, в следующем размере: с АО «Кольская ГМК» - 46 000 рублей, с ООО «Колабыт» - 80000 рублей.

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что ФИО1, не обладая юридическими познаниями, для защиты своих прав обратился за юридической консультацией в НО МОКА, и оплатил 15000 рублей за составление искового заявления и участие в судебном заседании, что подтверждено квитанциями (л.д. 53, 84). 

Согласно материалам дела, адвокат Филиппов И.Е. подготовил и составила исковое заявление, принял участие двух судебных заседаниях. С учетом расценок на юридические услуги в Мурманской области, проделанной представителем работы, существа спора, оплаченную истцом, не имеющим юридических познаний, сумму в 15 000 рублей, следует признать разумной для возмещения расходов на оплату услуг представителя, и она подлежит взысканию с ответчиков в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям: с АО «Кольская ГМК» (37%) - 5550 рублей, с ООО «Колабыт» (63%) - 9450 рублей.

Доказательств чрезмерности расходов по оплате услуг представителя истца, представителем ответчиков суду не представлено.

Согласно подпункту 1 части 1 статьи 336 Налогового кодекса Российской Федерации, от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, освобождаются: истцы - по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, а также по искам о взыскании пособий.

В соответствии с частью 3 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, госпошлина при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера: для физических лиц – составит 300 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с каждого из ответчиков в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Колабыт» и акционерному обществу «Кольская горно-металлургическая компания» о взыскании компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности – удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Колабыт» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 80000 рублей 00 копеек, судебные расходы в размере 9450 рублей 00 копеек, а всего 89450 (восемьдесят тысяч четыреста пятьдесят) рублей. 

Взыскать с акционерного общества «Кольская горно-металлургическая компания» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 46 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 5550 рублей, а всего 51550 (пятьдесят одна тысяча пятьсот пятьдесят) рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Колабыт» государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования Печенгский район Мурманской области в размере 300 (триста) рублей 00 копеек.

Взыскать с акционерного общества «Кольская горно-металлургическая компания» государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования Печенгский район Мурманской области в размере 300 (триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Печенгский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий Е.В. Алимова