36RS0005-01-2020-003078-46

Дело № 2-494/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 марта 2021 года г. Воронеж

Железнодорожный районный суд г. Воронежа в составе:

председательствующего судьи Толубаева Д.Н.,

при секретаре Борщевой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО5 к ФИО6 о взыскании неосновательного обогащения, процентов,

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее ИП ФИО5) обратился в суд с иском к ФИО6 о взыскании неосновательного обогащения, процентов, указав, что 02.05.2017 года был заключен договор цессии, по которому ФИО7 уступает, а ИП ФИО1 принимает в полном объеме право (требование) и обязанности на получение надлежащего исполнения по обязательству, возникшему вследствие ущерба, который понес Цедент от повреждения принадлежащего ему автомобиля ГАЗ 31105, государственный регистрационный номер № ....., в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 24.04.2017 года по адресу: 

<

адрес>. В соответствии с п. 2.2 Цессионарий уплачивает Цеденту за права требования, переданные в соответствии с Договором вознаграждение в размере 9500,00 рублей. Денежные средства были получены ответчиком 02.05.2017 года, о чем имеется соответствующая расписка. 24.07.2017 года Цессионарий обратился в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о выплате страхового возмещения. Однако СПАО «Ингосстрах» отказало в выплате страхового возмещения, ссылаясь на то, что между ФИО7 26.04.2017 года был заключен договора уступки права требования (цессии) №004420 с ФИО2. Таким образом, ФИО7 передал ИП ФИО1 не существующее право требования. В связи с заменой паспорта ФИО1 от 18.08.2017 года присвоена фамилия ФИО3 В соответствии с п. 4.3 Цедент несет ответственность за достоверность передаваемых в соответствии с настоящим договором документов и сведений, а также гарантирует наличие и передаваемость всех уступленных Цессионарию прав. В случае передачи Цедентом несуществующего права Цессионарию штраф в размере 15000,00 рублей, а также обязан возместить Цессионарию все расходы, понесенные последним в процессе реализации права на получение страхового возмещения и убытков, включая, расходы на проведение независимой экспертизы, расходы на составление досудебной претензии, судебные расходы и иные расходы, необходимость которых возникла в ходе реализации Цессионарием принятого по настоящему договору права. Таким образом, ФИО7, без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрел и сберег принадлежащие Цессионарию ФИО3 денежные средства и обязан возвратить сумму неосновательного обогащения и уплатить начисленные на нее проценты за пользование чужими денежными средствами с того времени, когда Цессионарий узнал о неосновательности получения Цедентом денежных средств. Временем, когда ФИО3 узнала о неосновательности получения Цедентом денежных средств от Цессионария, следует считать день получения отказа в выплате страхового возмещения от должника – 10.08.2017 года. 05.08.2019 года ФИО3. обратилась к ответчику с претензией о возврате полученного вознаграждения. Претензия была получена ответчиком 20.08.2019 года. Однако ответчик проигнорировал данное требование. 14.10.2019 года был заключен договор цессии, по которому ФИО3. уступает, а ИП ФИО5 принимает в полном объеме право (требование) к ФИО6, возникшие из обязательства, причиненного вследствие неосновательного обогащения по договору цессии №9729 от 02.05.2017 года, заключенного между ФИО7 и ИП ФИО1, вследствие неисполнения п. 4.3 договора цессии №7929 от 02.05.2017 года. Просит суд взыскать с ответчика неосновательное обогащение в размере 9500,00 рублей, штраф в размере 15000,00 рублей, неустойку в размере 72010,00 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 2079,67 рублей, государственную пошлину в размере 3158,00 рублей. 

Истец ИП ФИО5 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просит рассмотреть дело в его отсутствие.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил суду заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. 

В судебном заседании представитель истца ФИО8 требования своего доверителя поддержал. Отметил, что срок исковой давности по заявленному спору не истёк, поскольку его течение приостанавливалось в связи с обращениями в суд. Также в случае, если суд сочтёт срок исковой давности пропущенным, просил восстановить срок поскольку истец добросовестно пытался защитить своё нарушенное право.

В судебном заседании представитель ответчика - адвокат Роньшин С.А. против удовлетворения заявленных требований возражал, просил в удовлетворении заявленных требований отказать в связи с пропуском истцом срока исковой давности на обращение в суд с данным иском. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 382 и п. 1 ст. 384 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

На основании ст. 390 ГК РФ цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием (пункт 1); при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования. Законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке (пункт 2); при нарушении цедентом правил, предусмотренных пунктами 1 и 2 настоящей статьи, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков (пункт 3).

Согласно п. 3 ст. 385 ГК РФ кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право (требование), и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления этого права (требования).

Из системного анализа приведенных норм следует, что кредитор может передать другому лицу только существующее право требования; при передаче несуществующего права цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по уступке, а также возмещения причиненных убытков.

Из материалов дела судом установлено, что 02.05.2017 года между ФИО7 (Цедент) и ИП ФИО1 (в настоящее время, после брака, ФИО3.) (Цессионарий) был заключен договор цессии, по которому цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право (требование) и обязанности на получение надлежащего исполнения по обязательству, возникшему вследствие ущерба, который понес Цедент от повреждения принадлежащего ему автомобиля ГАЗ 31105, государственный регистрационный номер № ....., в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 24.04.2017 года по адресу: 

<

адрес>. 

В соответствии с п. 2.2 Цессионарий уплачивает Цеденту за права требования, переданные в соответствии с Договором вознаграждение в размере 9500,00 рублей. Денежные средства были получены ответчиком 02.05.2017 года, о чем имеется соответствующая расписка.

24.07.2017 года Цессионарий обратился в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о выплате страхового возмещения. 

Письмом №524-75-3232712/17 от 10.08.2017 года СПАО «Ингосстрах» отказало в выплате страхового возмещения, ссылаясь на то, что между ФИО7 26.04.2017 года был заключен договора уступки права требования (цессии) №004420 с ФИО2.

В соответствии с п. 4.3 Цедент несет ответственность за достоверность передаваемых в соответствии с настоящим договором документов и сведений, а также гарантирует наличие и передаваемость всех уступленных Цессионарию прав.

Следовательно, передача недействительного требования, под которым понимается в том числе и отсутствующее у первоначального кредитора право, влечет ответственность передающей стороны на основании положения статьи 390 ГК РФ, которая не применена судом первой инстанции при разрешении спора.

В силу положений статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Пунктом 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Судом установлено, что 16.04.2018 года между ИП ФИО9 (Цедент) и ФИО4 (Цессионарий) был заключен договор цессии №7929/1, по которому цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право (требование) и обязанности на получение надлежащего исполнения по обязательству, возникшему вследствие ущерба, причиненного имуществу Рабочего С.П. от повреждения принадлежащего ему автомобиля ГАЗ 31105, государственный регистрационный номер № ....., в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 24.04.2017 года по адресу: 

<

адрес>. 

Соглашением от 05.08.2019 года указанный договор цессии расторгнут по соглашению сторон. 

14.10.2019 года между ИП ФИО9 и ИП ФИО5 был заключен договор цессии №7929/1, по которому ФИО24. уступает, а ИП ФИО5 принимает в полном объеме право (требование) к ФИО6, возникшие из обязательства, причиненного вследствие неосновательного обогащения по договору цессии №9729 от 02.05.2017 года, заключенного между ФИО7 и ИП ФИО1, вследствие неисполнения п. 4.3 договора цессии №7929 от 02.05.2017 года.

В связи с вышеизложенным ИП ФИО5 обратился в суд с вышеуказанным иском. 

Представителем ответчика в ходе рассмотрения дела заявлено о пропуске истцом срока исковой давности, ссылаясь на то, что истцу о нарушенном праве стало известно из письма СПАО «Ингосстрах» 10.08.2017 года, тогда как с указанным иском истец обратился в суд 19.09.2020 года, то есть по истечении установленного законом трехлетнего срока. 

В соответствии с п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

На основании п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Срок исковой давности по требованиям о взыскании неосновательного обогащения составляет три года и начинает течь с того момента, когда потерпевший должен был узнать о том, что иное лицо обогатилось за его счет.

Применительно к настоящему спору о нарушении ответчиком условий договора цессии ФИО23 стало известно с момента получения ею информации об отказе в выплате страхового возмещения, указанной в письме СПАО «Ингосстрах» №524-75-3232712/17 от 10.08.2017 года.

Исковые требования к ФИО6 о взыскании неосновательного обогащения и убытков предъявлены истцом 18.09.2020 года, то есть за пределами срока исковой давности.

Представителем истца заявлено ходатайство о восстановлении срока исковой давности мотивируя тем, что истец неоднократно предъявлял иски в период срока исковой давности, то есть предпринимал попытки реализовать свое право на судебную защиту. В частности истец обращался к мировому судье судебного участка №8 в Советском судебном районе Воронежской области. 20.03.2020 года вынесено определение об оставлении искового заявления без рассмотрения. После этого истец в августе 2020 года обращался с новым исковым заявлением, 14.09.2020 года было вынесено определение о возвращении искового заявления. 14.09.2020 года истец обратился в суд с новым иском, который является предметом данного судебного разбирательства. В дополнении к заявлению о восстановлении пропущенного процессуального срока истец ссылается на то, что предыдущие обладатели права требования обращались к мировому судье судебного участка №4 Центрального района г. Воронежа. Судебное разбирательство продолжалось по 17.07.2019 года (43 дня). Полагает, что в этот период течение срока исковой давности приостанавливалось на 43 дня. Следовательно, срок исковой давности для обращения в суд окончил свое течение не 10.08.2020 года, а 22.09.2020 года. 

Суд не усматривает оснований для восстановления срока исковой давности, в связи со следующим. 

В силу ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами. 

В силу пункта 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

Как разъяснено в абз. 3 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", положение п. 1 ст. 204 ГК РФ не применяется, если судом отказано в принятии заявления или заявление возвращено, в том числе в связи с несоблюдением правил о форме и содержании заявления, об уплате государственной пошлины, а также других предусмотренных ГПК РФ и АПК РФ требований. При отмене определения об отказе в принятии или возвращении искового заявления, об отказе в принятии или возвращении заявления о вынесении судебного приказа такое заявление считается поданным в день первоначального обращения, с которого исковая давность не течет.

Таким образом, поскольку возврат заявления о вынесении судебного приказа не свидетельствует о его подаче в установленном законом порядке, то положения п. 1 ст. 204 ГК РФ не применяются, поэтому по данному делу срок исковой давности следует исчислять без учета указанного определения.

В пункте 18 (абзаце третьем) Постановления N 43 Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил применение пункта 2 статьи 204 ГК РФ - если после оставления иска без рассмотрения неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев, за исключением случаев, когда иск был оставлен без рассмотрения по основаниям, предусмотренным абзацами вторым, четвертым, седьмым и восьмым статьи 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктами 2, 7 и 9 части 1 статьи 148 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 10.08.2017 года ФИО3 был получен отказ в страховом возмещении, следовательно, трехлетний срок на судебную защиту истекал бы в календарном отношении 10.08.2020 года.

Истец обратился в суд за восстановлением своего нарушенного права к мировому судье судебного участка №8 в Советском судебном районе Воронежской области, однако, 20 марта 2020 года исковое заявление ИП ФИО5 к ФИО6 о взыскании денежных средств, уплаченных по договору цессии, оставлено без рассмотрения в связи с неоднократной неявкой истца в судебное заседание. 

Вместе с тем ИП ФИО5 повторно обратился в суд с исковым заявлением к ФИО6 о взыскании денежных средств по договору цессии, определением мирового судьи судебного участка №8 в Советском судебном районе Воронежской области от 14.09.2020 года указанное исковое заявление возвращено заявителю в связи с неисполнением требований определения об оставлении искового заявления без движения от 19.08.2020 года.

Таким образом, поскольку первоначально поданное ИП ФИО5 исковое заявления было оставлено судом без рассмотрения в связи с повторной неявкой истца в судебное заседание, а последующее возвращено, то положения п. 2 ст. 204 ГК РФ применению не подлежат, следовательно, срок исковой давности не приостанавливался.

Суд не может принять во внимание доводы ответчика о том, что предыдущие обладатели права требования обращались к мировому судье судебного участка №4 Центрального района г. Воронежа. Судебное разбирательство продолжалось с 05.06.2019 года по 17.07.2019 года, в связи с чем срок исковой давности приостанавливался на 43 дня, поскольку достоверных доказательств обращения в суд с аналогичными требованиями к ФИО6 предыдущими обладателями права ответчиком не представлено. Из представленных скриншотов с официального сайта мирового судьи судебного участка №4 Центрального района г. Воронежа не следует, что ФИО4 обращался к мировому судье с иском о защите нарушенных прав с требованиями по указанным обстоятельствам дела. 

Также суд полагает, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих наличие уважительных причин пропуска срока исковой давности, носящих исключительный характер и препятствующих обращению истца в суд за защитой нарушенного права в установленный законом срок.

В этой связи, поскольку по заявлению стороны ответчика факт пропуска истцом срока обращения установлен, а в соответствии со ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Суд также принимает во внимание то, что иных доказательств суду не предоставлено и в соответствии с требованиями ст.195 ГПК РФ основывает решение на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Индивидуальному предпринимателю ФИО5 в удовлетворении исковых требований к ФИО6 о взыскании неосновательного обогащения, процентов - отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию Воронежского областного суда в месячный срок со дня изготовления решения в окончательной форме через районный суд.

Председательствующий: Д.Н. Толубаев

Мотивированное решение изготовлено 24.03.2021 года

36RS0005-01-2020-003078-46

Дело № 2-494/2021