Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 февраля 2020 года г. Братск

Братский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Вершининой О.В.,

при секретаре Сюртуковой А.В.,

с участием прокурора Чагочкина Е.Н.,

истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1062/2020 по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» о взыскании компенсации морального вреда, судебных издержек,

У С Т А Н О В И Л:

истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ответчику ПАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 700 000 руб., взыскании судебных издержек в размере 5080 руб. –оплата за составление искового заявления, 39 руб. – почтовые расходы..

В обоснование иска ФИО1 указал, что с 1976 года по 2006 год он работал на Братском алюминиевом заводе электролизником расплавленных солей. Был уволен по сокращению штатов 13.08.2006. После увольнения трудоустроен нигде не был, являлся пенсионером, пенсия была назначена 06.10.1999. В период работы он постоянно подвергался воздействию химических веществ, газов, дымов и паров, в результате чего у него развилось профессиональное заболевание, что было подтверждено Актом о случае профессионального заболевания № 3 от 15.06.2009. Ему была установлена 3 группа инвалидности по причине профессионального заболевания бессрочно. В результате того, что он подвергался воздействию вредных веществ в период работы, его здоровье пошатнулось, качество его жизни резко ухудшилось, до настоящего времени не восстановилось, он вынужден проходить реабилитацию, в связи с чем, претерпевает длительные физические и нравственные страдания, ему причинен моральный вред. Полагает, что размер компенсации с учетом требований о разумности и справедливости составляет 500 тысяч руб. В досудебном порядке он обратился к ответчику, однако, в установленный срок ответчик не ответил, его заявление о разрешении спора миром проигнорировал, что им расценено, как отказ в досудебном урегулировании спора. Отказом ответчика в урегулировании спора ему причинены дополнительные моральные страдания, так как полным игнорированием ответчиком его мирного предложения, ответчик выразил к нему свое пренебрежительное и неуважительное отношение, несмотря на то, что он стоял у истоков строительства завода, является «старожилом» завода, ему присвоены звания «Ветеран труда завода», «Почетный металлург Российской Федерации», «Почетный металлург», он награжден знаком «Ударник 11 пятилетки», имеет иные награды, много его жизненных сил отдано заводу, он проработал на одном месте 30 лет, заслужил доверие и авторитет коллег, его ценил трудовой коллектив и руководство завода в период его трудовой деятельности, объявлялись благодарности, вручались почетные грамоты, присваивались иные трудовые награды за его добросовестный труд, а теперь к нему отнеслись, как к человеку, не заслуживающего внимания и даже формального ответа, как «к пустому месту». Ему горько, тягостно и больно это осознавать, это причиняет ему сильную душевную боль, страдания нравственного характера, его гложет и унижает чувство обиды, которое вызвал ответчик таким отношением. Свои моральные страдания в настоящий момент он оценивает в 700 тысяч руб., с учетом требований о разумности и справедливости, и полагает что, ответчик эту сумму должен ему компенсировать в полном объеме. В связи с необходимостью обращаться в суд, он понес дополнительные расходы, с этим связанные, которые составляют судебные издержки, а именно: за составление искового заявления оплатил услуги в сумме 5 080 руб., оплатил 39,00 руб. - почтовые расходы. Полагает эти расходы ответчик также ему обязан возместить.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 700 000 руб., понесенные судебные расходы.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, суду пояснила, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ПАО «РУСАЛ Братск» в период с 09.02.1976 по 13.08.2006 в должности электролизника расплавленных солей. Стаж работы истца на заводе составил 30 лет. 15.04.2009 Клиникой НИИ МТ И ЭЧ, г. Ангарск ФИО1 установлено профессиональное заболевание - 

<

данные изъяты>. Данное обстоятельство послужило поводом для организации и проведения на заводе расследования случая профессионального заболевания истца. Актом расследования профессионального заболевания от 10.06.2006, составленного по результатам расследования случая профессионального заболевания, установлено, что случай заболевания ФИО1 является профессиональным. При этом в действиях ответчика отсутствовала преднамеренность в отношении причинения вреда здоровью истца. Актом расследования установлено, что профессиональное заболевание ФИО1 возникло в результате несовершенства технологического процесса. При этом со стороны ответчика не выявлено каких - либо нарушений государственных санитарно - эпидемиологических правил и иных нормативных актов (п. 21 Акта). Работа, которую выполнял ФИО1, отнесена к категории работ с вредными условиями труда. При этом законодательством возложены на ответчика дополнительные обязанности в области охраны труда, предусмотрены определенные льготы и компенсации. Это дополнительные дни к отпуску, регулярное медицинское освидетельствование, повышенный размер заработной платы, страховые выплаты за причинение вреда здоровью, сокращенная продолжительность рабочего времени (36 часов в неделю), молочные продукты, средства индивидуальной защиты. Все названные выше меры направлены на компенсацию вреда, причиняемого здоровью работника, осуществляющего свою трудовую деятельность во вредных условиях. Работник пользовался указанными выше компенсациями, а, следовательно, не мог не знать о наличии вредных факторов на его рабочем месте. ФИО1 понимал и отдавал себе отчет, что продолжение работы во вредных условиях труда продолжительное время может негативно отразиться на его здоровье, но сознательно шел на риск, продолжая работать в условиях воздействия вредных факторов. Из-за отсутствия в Трудовом кодексе РФ соответствующей нормы права ответчик не имел возможности принудительно ограничить период работы ФИО1 во вредных условиях или принудительно перевести его на другую работу по профессии, условия труда по которой исключали бы воздействие на организм вредных факторов для здоровья, так как по заключению медицинских работников по результатам ПМО (периодический медицинский осмотр) он признавался годным к работе, допускался без ограничений. Необходимо отметить тот факт, что трудовой договор с ФИО1 расторгнут 01.08.2006 на основании п. 2 ст. 81 ТК РФ по сокращению штата. Таким образом, считает, что именно продолжение ФИО1 трудовых отношений свыше допустимых сроков трудовой деятельности в условиях вредного производства привело к возникновению у него профессионального заболевания. В составе приложения к исковому заявлению представлена копия справки серии МСЭ - 2009 № 0051383 от 24.04.2017, согласно которой ФИО1 установлено 40% утраты профессиональной трудоспособности. Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18.07.2001г. № 56 утверждены Временные критерии определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (далее - Временные критерии). Подпунктом "в" пункта 25 Временных критериев предусмотрено, что 40% утраты профессиональной трудоспособности устанавливаются в случаях, если пострадавший может выполнять работу по профессии с уменьшением объема производственной деятельности; если пострадавший может выполнять работу с использованием профессиональных знаний, умений и навыков, но со снижением квалификации на два тарификационных разряда; если пострадавший может выполнять работу по профессии со снижением квалификации на два тарификационных разряда; если пострадавший может выполнять неквалифицированный физический труд со снижением разряда работ на две категории тяжести.

К исковому заявлению приложена копия справки серии МСЭ - 2015 от 24.04.2017, согласно которой истцу установлена третья группа инвалидности. Приказом Минтруда России от 27.08.2019 № 585н утверждены классификации и критерии, используемые при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы. Пунктом 13 указанного Приказа установлено, что критерием для установления третьей группы инвалидности является нарушение здоровья человека со II степенью выраженности стойких нарушений функций организма (в диапазоне от 40 до 60 процентов), обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами. Указанное свидетельствует об отсутствии у ФИО1 до настоящего времени стойкой утраты трудоспособности и о возможности продолжения профессиональной деятельности при создании специальных условий труда.

В исковом заявлении истец указывает, что в результате приобретения профессионального заболевания ему причинен моральный вред, выразившийся в причинении вреда здоровью и нравственных страданиях в связи с повреждением здоровья. 

Учитывая, что ответчиком были предоставлены все предусмотренные льготы и компенсации вреда, причиняемого здоровью работника, осуществляющего свою трудовую деятельность во вредных условиях (дополнительные дни к отпуску, регулярное медицинское освидетельствование, повышенный размер заработной платы, страховые выплаты за причинение вреда здоровью, сокращенная продолжительность рабочего времени (36 часов в неделю), молочные продукты, средства индивидуальной защиты и т.д.), осознанное причинение вреда здоровью самим истцом, выразившееся в продолжительных трудовых отношений свыше допустимых сроков трудовой деятельности в условиях вредного производства, считает, что сумма компенсации, заявленная к взысканию с ПАО «РУСАЛ Братск» в пользу Истца, является существенно завышенной.

На основании изложенного считает требование истца о взыскании с ПАО «РУСАЛ Братск» компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в сумме 700 000 руб. необоснованным и незаконным.

Выслушав пояснения истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего возможным частично удовлетворить заявленные требования с учетом разумности и справедливости, суд пришел к выводу, что заявленный иск подлежит частичному удовлетворению.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, помимо прочего обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены; обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей (ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу указанной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации общими основаниями ответственности за причинение вреда являются наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением вреда, вина причинителя вреда.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 от 20.12.1994 г. "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физически страдания, причиненные действиями (бездействиями), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя, исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 10.02.1976 был принят на работу на должность электролизника в "Братский ордена Ленина Алюминиевый завод". 

Согласно акту о случае профессионального заболевания от 10.06.2009 № 3. у ФИО1 возникло профессиональное заболевание "Профессиональный хронический токсико-пылевой бронхит I (стадии) ремиссия, ДН-0-1 (ноль-один)". Профессиональное заболевание возникло вследствие длительного воздействия вредных производственных факторов и повышенной чувствительности организма к их воздействию.

Непосредственной причиной заболевания послужило несовершенство технологического процесса получения алюминия электролитическим способом.

Согласно п. 21 акта о случае профессионального заболевания от 10.06.2009 лиц, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не выявлено.

Согласно заключения № 861 Клиники НИИ медицины труда и экологии человека г.Ангарск, основное заболевание профессиональное, установлено на основании длительного стажа работы в контакте с соединениями фтора, пыли выше ПДК; первично-хронического течения заболевания, характерной морфологической картины, отсутствия вредных привычек (курения). Трудоспособность сохранена. Динамическое обследование в клинике через 1 год с направлением от лечащего врача.

Суд учитывает наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившим у истца профессиональным заболеванием, установленную вину ответчика, характер и степень физических и нравственных страданий истца, наступившие для здоровья истца последствия, длительность нахождения на лечении, то, что в результате профзаболевания истец был фактически лишен возможности вести привычный образ жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суд также учитывает тяжесть полученного профессионального заболевания, длительность лечения.

При этом факт наличия у истца профессионального заболевания не оспаривался представителем ответчика в ходе судебного разбирательства, как и не представлено суду документов, свидетельствующих о необоснованности заключений Клиники НИИ медицины труда и экологии человека, расположенной в г. Ангарск. 

Довод представителя ответчика о том, что именно продолжение истцом работы в условиях вредного производства свыше допустимых сроков трудовой деятельности в условиях вредного производства привело к возникновению у него вышеуказанного профессионального заболевания, судом не принимается, поскольку право граждан на труд установлено Конституцией РФ и не ограничено возрастом, при этом обязанность создания работнику безопасных условий труда лежит на работодателе. Доказательств нарушения истцом требований внутреннего распорядка или условий технологического процесса, что могло бы привести к увеличению степени воздействия вредных факторов, ответчиком не представлено. 

Ссылка представителя ответчика о том, что у истца отсутствует стойкая утрата трудоспособности и о возможности продолжения профессиональной деятельности при создании специальных условий труда, суд также оценивает критично, поскольку представленными в материалы дела медицинскими документами достоверно установлено, что заболевание ФИО1 является профессиональным, и ограничения к труду ему установлены, что нарушает конституционные права истца.

С учетом установленных обстоятельств по делу, степени утраты профессиональной трудоспособности, тяжести и характера профессионального заболевания, состояния здоровья истца, степени вины работодателя, отсутствие вины работника, суд находит размер компенсации морального вреда в сумме 160 000 руб., разумным и справедливым. При этом, в удовлетворении исковых требований истца о взыскании компенсации морального вреда в большем размере следует отказать. 

Разрешая вопрос о возмещении судебных расходов, суд учитывает, что в соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым в соответствии со ст. 94 ГПК РФ относятся, в том числе, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные судом необходимыми расходы.

По общему правилу, предусмотренному ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. По данному гражданскому делу требование истца о взыскании компенсации морального вреда было удовлетворено, ее размер был снижен судом.

Квитанцией к приходному кассовому ордеру № 20 от 24.12.2019, подтверждается, что ФИО1 понес расходы на оплату услуг по составлению искового заявления в размере 5 080 руб. 

Кассовыми чеками Почты России подтверждается размер понесенных истцом почтовых расходов на общую сумму 39 руб.

Принимая во внимание, что истец не обладает юридическими познаниями, исходя из принципов разумности и справедливости, суд приходит к мнению, что с ответчика подлежит к взысканию сумма судебных расходов в размере 5 080 руб. за составление искового заявления и 39 руб. за почтовые расходы.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 160 000 рублей, судебные издержки: 5080 руб. –оплату за составление искового заявления, 39 руб. – почтовые расходы. 

Отказать в удовлетворении иска ФИО1 в части взыскания в его пользу с публичного акционерного общества «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» компенсации морального вреда в размере 540 000 рублей.

Решение может быть обжаловано и на него прокурором может быть принесено апелляционное представление в Иркутский областной суд через Братский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 21.02.2020

Судья О.В. Вершинина