ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ АДЫГЕЯ

Судья Середа А.Н. Дело № 22-750 2020 год

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Майкоп 02.11.2020

Верховный суд Республики Адыгея в составе:

председательствующего судьи Четыз С.Г.,

при секретаре судебного заседания– помощнике судьи Киржиновой С.А.,

с участием прокурора Казаковой К.Б.,

осужденной Кияшкиной С.В. и ее защитника – адвоката Зиновчика Е.И. – 

рассмотрел в открытом судебном заседании 2 ноября 2020 г. апелляционную жалобу защитника осужденной Кияшкиной С.В. – адвоката Зиновчика Е.И. на приговор Майкопского городского суда Республики Адыгея от 2 сентября 2020 г., которым

КИЯШКИНА ФИО1, 

<

данные изъяты> несудимая,

признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 201 УК РФ, назначено ей наказание в виде лишения свободы 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

В соответствии с ч. 3 ст. 73 УК РФ испытательный срок постановлено исчислять с момента вступления приговора в законную силу. Постановлено зачесть в испытательный срок время с момента провозглашения приговора до вступления приговора в законную силу.

Постановлено обязать Кияшкину С.В. в период испытательного срока не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного по месту жительства.

Меру пресечения в отношении Кияшкиной С.В. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу постановлено оставить без изменения, после чего - отменить.

В приговоре решена судьба вещественных доказательств.

Доложив обстоятельства дела, доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, заслушав объяснения осужденной Кияшкиной С.В. и ее защитника – адвоката Зиновчика Е.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, мнение прокурора Казаковой К.Б., возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы и полагавшего приговор суда подлежащим оставлению без изменения, суд 

УСТАНОВИЛ:

согласно приговору суда Кияшкина С.В. признана виновной и осуждена за использование лицом, выполняющим управленческие функции в иной организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод для себя и других лиц, если это деяние повлекло причинение существенного вреда охраняемым законом интересам общества и государства, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 201 УК РФ.

Преступление совершено Кияшкиной С.В. в период времени с 18.01.2019 по 06.02.2019, находясь в административном здании, расположенном по адресу: 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе защитник осужденной Кияшкиной С.В. – адвокат Зиновчик Е.И. просит отменить приговор, уголовное дело прекратить, признав за Кияшкиной С.В. право на реабилитацию ввиду допущения ряда существенных нарушений уголовного и уголовно- процессуального закона, повлиявших на его исход. 

В обоснование указывает, что выводы суда относительно виновности подсудимой и квалификации ее действий являются ошибочными и необоснованными. Одним из элементов объективной стороны вмененного Кияшкиной С.В. преступления, является умышленное несоблюдение «Порядка» выдачи заинтересованным лицам документов, подтверждающих прохождение ими программы подготовки и проверки знаний правил безопасного обращения с оружием. Согласно приговору суда под отмеченным «Порядком» понимается порядок, утвержденный приказом МВД России от 27.04.2012 № 372 и Приказом Федеральной службы войск национальной гвардии РФ от 26.12.2018 №661.

Вместе с тем ответственность должностных лиц, возглавляющих организации, занимающиеся обучением навыкам обращения с оружием, предусмотрена ч. 3 ст. 20.8 КоАП РФ. При этом диспозиция ч. 3 ст. 20.8 КоАП РФ содержит состав правонарушения, который полностью идентичен тем действиям, за которые в уголовном порядке осуждена Кияшкина С.В. Ни УК РФ, ни КоАП РФ не содержат норм или правил, позволяющих определить совершен ли в данном случае административный проступок или уголовное преступление. Последствия в виде получения лицами, не прошедшими в установленном «Порядке» подготовку и проверку знаний правил безопасного обращения с оружием, свидетельств об окончании соответствующих курсов, изложенные в приговоре суда характерны и для ч. 3 ст. 20.8 КоАП РФ и для ч. 1 ст. 201 УК РФ.

На отмеченное обстоятельство обращалось внимание суда в ходе выступления стороны защиты в прениях. Однако в нарушение требований п. 2 ст. 307 УПК РФ, это обстоятельство никакого отражения в приговоре и правовой оценки со стороны суда не получило. Суд первой инстанции, несмотря на положения ч. 2 ст. 6 и пп. 5 и 7 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, проигнорировал основания для вынесения оправдательного приговора или иного реабилитирующего решения.

В соответствии с диспозицией ст. 201 УК РФ существенный вред может быть причинен правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства. То есть, диспозиция статьи содержит несколько объектов преступного посягательства. Вместе с тем в приговоре указано, что в результате незаконных действий Кияшкиной С.В. причинен существенный ущерб охраняемым законом интересам общества и государства, т.е. ущерб причинен двум объектам вместо одного, что не соответствует юридической конструкции данной статьи и влечет формулирование судом новых обстоятельств обвинения, что приведет к нарушению требований ч. 3 ст. 15 и ст. 252 УПК РФ.

Автор жалобы полагает, что в приговоре отсутствуют доказательства подтверждающие наличие в действиях подсудимой состава преступления, предусмотренного ст. 201 УК РФ. Как следует из приговора суда, Кияшкина С.В. действовала вопреки интересам возглавляемой ею организации, ее незаконные действия были направлены на получение выгоды в виде заработной платы для себя и персонала. Однако вывод суда о доказанности наличия в действиях Кияшкиной С.В. перечисленных обстоятельств, является надуманным, поскольку не основан на имеющихся в деле и исследованных судом доказательствах.

Так, в материалах уголовного дела нет ни одного письменного доказательства либо показаний свидетелей, подтверждающих факт того, что Кияшкина С.В. действовала вопреки интересам возглавляемой ею организации. В ходе предварительного расследования этот вопрос вообще не выяснялся. В предъявленном ей обвинении и приговоре суда не указано, вопреки каким интересам АНО ДО «Клуб стендовой стрельбы» действовала Кияшкина С.В., какие именно интересы организации пострадали от ее действий. Вместе с тем в ходе судебного разбирательства были получены доказательства об отсутствии нарушения или ущемления интересов 

<

данные изъяты>.

В суде был допрошен руководитель 

<

данные изъяты> ФИО2, который показал, что никакие интересы организации не пострадали, но суд оценил данные показания критически, что свидетельствует о наличии явного обвинительного уклона при оценке доказательств стороны защиты, что противоречит требованиям ч. 3 ст. 15 и ч. 1 ст. 17 УПК РФ.

Обращает внимание, что ФИО2 и Кияшкина С.В. никогда не являлись коллегами по работе. Свидетель занял должность руководителя 

<

данные изъяты> 08.02.2019 после того, как ее покинула Кияшкина С.В., вместе они не работали, не имели родственных или иных отношений. На основании каких доказательств судом сделан вывод о том, что ФИО2 желает увести ФИО3 от уголовной ответственности, также неясно.

Также суд указал, что утверждения ФИО2 не имеют значения, поскольку действия Кияшкиной С.В. повлекли причинение существенного ущерба охраняемым законом интересам общества и государства.

Указанное свидетельствует о том, что суд по своему усмотрению исключил из объективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 201 УК РФ, один из ее обязательных элементов. Между тем уголовный закон такой возможности судам не представляет и даже в тех случаях, когда от преступных действий страдают охраняемые законом интересы общества и государства.

Не основанным на исследованных в суде доказательствах является также вывод суда о том, что Кияшкина С.В. использовала денежные средства, полученные за «фиктивное обучение», для выплаты заработной платы самой себе и работникам организации.

Заключение эксперта № 01864/6-1/17.1 от 23.05.2019 таким доказательством не является, поскольку экспертом не установлено, что деньги, полученные от жителей КЧР: ФИО19, ФИО7, ФИО8, ФИО21, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО4, ФИО5 ФИО6 и ФИО22 в сумме 

<

данные изъяты> рублей, были израсходованы на выплату заработной платы.

На каком основании в приговоре суда (лист 13 абзац 2) присутствует вывод о том, что «поступившие от вышеперечисленных лиц денежные средства из кассы предприятия выдавались Кияшкиной С.В. в подотчет, расходовались на выплату заработной платы работникам организации, неясно.

Эксперт такой вывод сделать не мог, поскольку в кассе предприятия на момент поступления денег от вышеперечисленных лиц, находились и иные, более крупные денежные средства.

Преступные действия, предусмотренные ст. 201 УК РФ, могут быть совершены только умышленно. Соответственно в приговоре должны быть приведены не только доказательства расходования денег, полученных за обучение на выплату заработной платы, но и доказательства того, что это именно подсудимая дала указания о целях их расходования и получила заработную плату из этих денег сама. Однако в приговоре такие доказательства отсутствуют. Исследованные судом документы об этом не свидетельствуют, свидетели и сама подсудимая, о таких обстоятельствах показаний не давали.

Автор жалобы считает, что оспариваемый вывод суда является предположительным. Между тем исходя из требований ч. 4 ст. 14 и ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

В нарушение ч. 4 ст. 7 и ч. 1 ст. 297 УПК РФ суд не указал в приговоре, в чем именно заключается существенность вреда, причиненного охраняемым законам интересам общества и государства.

По мнению стороны защиты, получение лицами не прошедшими в установленном «Порядке» обучение навыкам безопасного обращения с оружием либо проверку наличия соответствующих знаний, лицензий на приобретение оружия или получивших возможность продлить такие лицензии, существенным вредом являться не может. Между тем состав преступления, предусмотренного ст. 201 УК РФ, является материальным, то есть требует наличия реальных «физических» последствий совершения противоправных действий, которые в приговоре не приведены.

Стороной защиты в ходе судебного следствия было полностью доказано отсутствие каких-либо реальных и негативных последствий, вызванных необоснованным получением заинтересованными лицами лицензий на оружие либо продлением срока действия таких лицензий. Допрошенные в суде свидетели показали, что с огнестрельным оружием они обращаться умеют, несчастных случаев при его использовании не было, к административной ответственности за нарушение правил использования оружия никто из них не привлекался. Однако данные показания в приговоре не приведены, никакая юридическая оценка им не дана.

Не дана судом оценка тем обстоятельствам, что ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, уже имели в собственности на легальных основаниях огнестрельное оружие и нуждались лишь в продлении действующих лицензий. Помимо недоказанности состава преступления в целом, в ходе судебного следствия не была доказана и причастность Кияшкиной С.В. к совершению действий, описанных в приговоре.

Адвокат утверждает, что в ходе судебного следствия не было установлено доказательств необоснованной выдачи свидетельств подсудимой Кияшкиной С.В. В частности, свой вывод о причастности Кияшкиной С.В. суд обосновал в первую очередь показаниями ФИО13, ФИО14 и ФИО16 Однако в ходе судебного заседания при допросе свидетелей были установлены иные обстоятельства. Вместе с тем некоторые показания свидетелей судом во внимание не приняты, а некоторые были отвергнуты без соответствующей мотивации.

В частности, как следует из показания ФИО13, он лично Кияшкину С.В. никогда не встречал, как она выглядит не знает. Опознать ее не сможет. Ее фамилию узнал только в ходе следствия. Он обратился в 

<

данные изъяты>, поскольку кто-то дал ему соответствующий сотовый телефон. Подтвердить, что по телефону он общался именно с Кияшкиной С.В., он не может.

Наряду с этим в деле имеются утверждения самой Кияшкиной С.В. (высказанные в ходе прений) о том, что с ФИО13 мог общаться любой работник организации, так как зарегистрированный на ее имя телефон использовался всеми сотрудниками для осуществления рабочих звонков ввиду отсутствия стационарного телефона для совершения звонков по рабочим вопросам. Деньги действительно могли перечисляться на ее банковскую карту, но это было сделано для удобства клиентов - физических лиц. О том, что на зарегистрированный за ней телефон должны поступить документы жителей КЧР, желающих получить свидетельства о прохождении обучения, а также на ее карту должны поступить деньги за обучение, она узнала от кого-то из сотрудников организации. С ФИО13 она никогда не общалась. Данным утверждениям оценка не дана, в приговоре они не упоминаются.

Суд лишь отверг утверждения об отсутствии общения Кияшкиной С.В. с ФИО13, указав, что это якобы опровергается показанием свидетелей: ФИО15, ФИО14, ФИО16 ФИО19, ФИО7, ФИО8, ФИО21, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО4, ФИО5 ФИО6 и ФИО22

Автор жалобы полагает, что такой вывод не соответствует показаниям перечисленных свидетелей. Никто из них не давал показаний о том, что Кияшкина С.В. и ФИО13 знакомы и имели договоренность по поводу получения свидетельств о прохождении обучения. Иных доказательств, подтверждающих данный факт, в уголовном деле нет.

Свидетель ФИО16, будучи дважды допрошенным в ходе судебного заседания показал, что Кияшкина С.В. никаких указаний составлять и подписывать документы о прохождении обучения без проведения реальных занятий (теоретических и практических) ему не давала. Свои показания в этой части, данные в ходе предварительного расследования, он не поддерживает, подписал их не читая, так как плохо себя чувствовал (испытывал сильные боли ввиду онкологического заболевания) и по этой причине хотел как можно скорее покинуть следственный комитет.

Несмотря на то, что ФИО16 дал однозначные показания, опровергающие версию обвинения, объяснив при этом причину не- соответствия его утверждений в суде, показаниям полученным в ходе предварительного следствия, суд их необоснованно отверг. В качестве причины указал несоответствие таких показаний, показаниям свидетелей ФИО14 и ФИО15 Между тем, такие выводы не соответствуют тем доказательствам, на которые в данном случае сослался суд.

Так, ФИО15 не давала показаний о том, что ей известно, что по указанию Кияшкиной С.В. сотрудники 

<

данные изъяты> составляли и подписывали документы о прохождении заинтересованными лицами обучения без проведения соответствующих занятий и в приговоре их нет.

Свидетель ФИО14 в ходе судебного заседания не подтвердила, что Кияшкина С.В. давала ей указания на подписание документов о прохождении обучения без проведения соответствующих занятий и проставление в них подписей вместо ФИО15 Как она пояснила на вопрос стороны защиты: «Так было заведено ранее, прежним руководством. Лично ей Кияшкина С.В. не давала указаний проставить за ФИО15 подписи в документах, касающихся обучения жителей КЧР».

Однако такие показания в приговоре не приведены, оценка им не дана. Суд принял во внимание лишь ее показания данные в ходе предварительного расследования. При этом суд, не обратил внимание на то, что в ключевом моменте, который должен был подтвердить довод обвинения о злоупотреблении должностными полномочиями Кияшкиной С.В., она свои показания не подтвердила.

Таким образом, вывод суда о несоответствии показаний, ФИО16, которые он дал в ходе судебного заседания, показаниям ФИО14 и ФИО15, является необоснованным.

Адвокат полагает необоснованным вывод суда о том, что подсудимая давала своим подчиненным незаконные указания и тем самым злоупотребляла своими должностными полномочиями. В ходе судебного заседания не было получено объективных и достаточных доказательств виновности Кияшкиной С.В. в инкриминируемом преступлении. Этот вывод суда основан на предположениях.

Полагает, что суд, вынося обвинительный приговор, за неимением возможности опровергнуть доводы стороны защиты о невиновности подсудимой, часть из них просто проигнорировал, часть отклонил, сделав выводы, не основанные на исследованных в суде доказательствах. Довод стороны защиты об отсутствии действий совершенных Кияшкиной С.В. вопреки интересам организации, суд произвольно толковал ст. 201 УК РФ и исключил этот обязательный элемент из состава преступления.

В дополнениях к апелляционной жалобе адвокат указывает, что в ходе рассмотрения уголовного дела, стороной защиты было заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела, поскольку постановление о соединении уголовных дел и решение о поручении расследования следователю ФИО17 вынесены не уполномоченным на то должностным лицом - руководителем отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Республике Адыгея ФИО18

Суд отказал в удовлетворении ходатайства на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, что не соответствует требованиям УПК РФ, сославшись на п. 38.1 ст. 5 УПК РФ и п. 1 и 3 ст. Федерального закона «О Следственном комитете РФ». Однако данные ссылки являются не состоятельными. В частности п. 38.1 ст. 5 УПК РФ дает лишь общее понятие термина - руководитель следственного органа. Состав должностных лиц, относящихся к руководителям следственных органов, конкретизируется в ч. 5 ст. 39 УПК РФ. При этом отмеченная норма не содержит никаких оговорок о возможности образования в структуре следственных органов разного уровня следственных отделов либо подразделений, руководители которых имеют такой же объем процессуальных полномочий, как и руководители следственного органа субъектового уровня. По мнению автора жалобы, нет понятия руководителя подразделения (отдела), занимающегося расследованием уголовных дел, которое находится в структуре, например, следственного управления СК России по субъекту РФ. 

Полагает, что ссылка на нормы п. 1 и п. 3 ст. 4 Федерального закона «О Следственном комитете РФ» противоречит УПК РФ. Суд должен был руководствоваться нормами закона, имеющими наибольшую юридическую силу, т.е. нормами УПК РФ, а не закона, регулирующего деятельность конкретного государственного органа.

Исследованная в судебном заседании должностная инструкция руководителя отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по РА ФИО18 не предоставляет ему полномочий по вынесению постановлений о соединении уголовных дел. На это обстоятельство было обращено внимание суда. Однако суд этому факту никакой правовой оценки не дал.

Кроме того анализ текста постановления суда показал, что судья фактически не разрешил вопрос о наличии у ФИО18 как руководителя отдела по расследованию особо важных дел, полномочий на соединение уголовных дел и на поручение производства расследования следователю. В тексте постановления указано, что ФИО18 является уполномоченным лицом для принятия процессуальных решений, а каких именно суд не указал.

По мнению автора жалобы, неверное разрешение ходатайства о прекращении уголовного дела привело, помимо прочих оснований, к вынесению незаконного и необоснованного приговора в отношении подсудимой.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденная Кияшкина С.В. и ее защитник – адвокат Зиновчик Е.И. поддержали доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней в полном объеме, просили отменить приговор суда первой инстанции и прекратить уголовное дело, признав за ней право на реабилитацию.

Прокурор Казакова К.Б. полагал приговор суда как законным, обоснованным и справедливым, просил оставить его без изменения, а апелляционную жалобу защитника осужденной Кияшкиной С.В. – адвоката Зиновчика Е.И. – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, заслушав участников судебного разбирательства, суд приходит к следующему.

На основании ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам и представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым, таким он признается, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Как следует из протокола судебного заседания, судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно- процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

В судебном заседании суда первой инстанции Кияшкина С.В. свою вину в предъявленном обвинении не признала по ч. 1 ст. 201 УК РФ и, воспользовалась ст. 51 Конституции РФ, от дачи показаний отказалась.

Несмотря на непризнание своей вины осужденной, доводам защиты, высказанным в судебном заседании и в апелляционной жалобе, дополнениях к ней, вина Кияшкиной С.В. в совершении инкриминируемого ей деяния, основана на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, проверенных и оцененных в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ.

Так, виновность Кияшкиной С.В. в совершении преступления, за которое она осуждена, установлена исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, в том числе:

– показаниями свидетеля ФИО13, данными им в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, из которых следует, что с июля 2018 года он состоит в должности старшего инспектора ЦЛРР Управления Росгвардии по КЧР. Ранее к нему обращались лица для получения лицензии на оружие, его знакомый дал телефон ФИО1, сказав, что она может помочь, организация называлась 

<

данные изъяты>. Со ФИО1 связывался по телефону, к ней обращались за получением лицензии: ФИО19, ФИО20, ФИО8, ФИО21, ФИО9, ФИО22, остальных он не помнит. Передавали и получали документы через автобус. Необходимости являться в Майкоп для прохождения обучения не было, она говорила, что обучение можно пройти дистанционно, при предоставлении копии паспорта, фотографии и оплаты 

<

данные изъяты> рублей за обучение и 

<

данные изъяты> рублей и за зачет. Денежные средства переводили онлайн. Перевод делал 2 раза: 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> рублей. Он передавал копию паспорта, фотографию и медицинскую справку, она передавала свидетельство о прохождении обучения, через автобус №;

– показаниями свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО21, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12,ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО22, данными ими в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, которые подтвердили показания ФИО13 и показали, что они обращались к ФИО13 по вопросу получения документов о прохождении курсов по безопасному обращению с оружием либо по продлению лицензии. Документы и денежные средства передавали ФИО13 Обучаться в Майкоп не ездили, зачеты не сдавали. Кроме того показаниями свидетеля ФИО19, который также показал, что документы передавал ФИО13, обучаться в Майкоп не ездил; 

– показаниями свидетеля ФИО14, данными ею в судебном заседании суда первой инстанции, а также оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, показаниями, данными ею на предварительном следствии (т. 3, л.д. 19-24, 26-29), из которых следует, что она работает в 

<

данные изъяты> бухгалтером. В период с июня 2018 по 08.02.2019 директором организации являлась Кияшкина ФИО1. 18.01.2019 и 06.02.2019 Кияшкина С.В. отправила в приложении « Вотсап» фотографии документов и фотокарточек на имя ФИО11, ФИО10, ФИО12, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО22, ФИО19, ФИО5, ФИО4, ФИО6, ФИО21, которым необходимо было сделать акты проверки знаний безопасного обращения с оружием и свидетельство о прохождении курсов и безопасности обращения с оружием в 

<

данные изъяты>. После чего Кияшкина С.В. дала ей указания подготовить на них кому-то акты проверки знаний, кому-то свидетельства. При этом указанные люди фактическое обучение не проходили, в 

<

данные изъяты> не приезжали. В этой связи она подготовила кому необходима была переподготовка, акты проверки знаний безопасного обращения с оружием, кому обучение свидетельства о прохождении курсов безопасного обращения с оружием. При этом, по указанию Кияшкиной С.В., в актах проверки знаний она проставила подпись вместо ФИО15 Указанные акты подписал и ФИО16, а также сама Кияшкина С.В. Денежные средства от указанных людей ей никто не передавал, в кассу они при ней не вносились и не приходовались. Она поняла, что деньги передавали самой Кияшкиной С.В., но каким образом не знает. Она не касалась, выполняла указания Кияшкиной С.В. Ее дело было по указанию Кияшкиной С.В. составлять необходимые документы, в том числе и квитанции на оплату на случай проверки налоговым органом в офисе, в которых вместо указанных выше людей расписывалась она; 

– оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО16, данными им на предварительном следствии, подтвердившими показания свидетеля ФИО14 о том, что были случаи, когда обучающиеся фактически не посещали теоретические и практические части курсов. Они не посещали лекции и не выезжали вместе с ним в тир для проведения практических стрельб и не сдавали зачеты комиссии в составе ФИО1, ФИО15 и его. Однако им выдавались свидетельства о прохождении курсов по безопасному обращению с оружием и акт проверки знаний. В данных случаях свидетельства подписывала Кияшкина С.В. Акт проверки знаний он подписывал по указанию Кияшкиной С.В., так как ему нужна была эта работа.

Кроме того ФИО16 показал, что по указанию Кияшкиной С.В. он подписывал чистые листы, для того, чтобы потом на них распечатывать акты, для создания видимости подписания им актов, как он понимает в его отсутствие и без фактического прохождения обучающимися теоретической и практической частей курсов. Кроме того ему давали ведомости обучающихся, на основании которых он заполнял журнал учета стрельб, каким образом потом велся учет патронов ему не неизвестно, этим занималась Кияшкина С.В. и ее сын ФИО23 ( т. 3, л.д. 39-43). 

Кроме того вина Кияшкиной С.В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 201 УК РФ, подтверждается исследованными в суде первой инстанции письменными доказательствами: данными протокола выемки от 19.03.2010; данными протокола осмотра документов от 17.04.2019; содержанием заключений эксперта № 56 от 29.05.2019, № 01864/6-1/17.1 от 23.05.2019; данными протокола обыска от 15.02.2019; содержанием протокола осмотра предметов (документов) от 18.02.2019 ( т. 1, л.д. 118-119, 130-149)), от 08.04.2019 ( т. 2, л.д. 1-3), 12.07.2019 ( т. 2, л.д. 97-103) и другими доказательствами по делу, приведенными в приговоре.

Так, согласно заключению эксперта № 01864/6-1/17.1 от 23.05.2019 в кассу 

<

данные изъяты> поступали денежные средства от физических лиц: - ФИО11 в сумме 

<

данные изъяты> рублей; ФИО10 в сумме 

<

данные изъяты> рублей; ФИО12 в сумме 

<

данные изъяты> рублей; ФИО7 в сумме 

<

данные изъяты> рублей; ФИО9 в сумме 

<

данные изъяты> рублей; ФИО22 в сумме 

<

данные изъяты> рублей; ФИО19 в сумме 

<

данные изъяты> рублей; ФИО5 в сумме 

<

данные изъяты> рублей; ФИО4 в сумме 

<

данные изъяты> рублей; ФИО6 в сумме 

<

данные изъяты> рублей; ФИО21 в сумме 

<

данные изъяты> рублей (т. 2, л.д. 137-153).

Вопреки доводам жалобы адвоката судом установлено, что поступившие от вышеперечисленных лиц денежные средства из кассы предприятия выдавались Кияшкиной С.В. в подотчет, расходовались на выплату заработной платы работникам организации, вносились на расчетный счет организации, откуда расходовались на нужды организации.

Материалы уголовного дела не содержат каких-либо данных о нарушениях закона, которые в соответствии со ст. 75 УПК РФ могли бы явиться основанием для признания недопустимыми доказательств. Не установлено по делу и данных, свидетельствующих об исследовании судом первой инстанции недопустимых доказательств, необоснованном исключении из разбирательства по делу допустимых доказательств или об отказе сторонам в исследовании доказательств, которые имели существенное значение для правильного и объективного разрешения дела.

Положенные судом в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, обоснованно признаны судом допустимыми, не содержат существенных противоречий, согласуются между собой, дополняют друг друга, подтверждаются показаниями свидетелей и объективно отражают событие совершенного Кияшкиной С.В. преступления. Заявленные сторонами ходатайства разрешены в установленном законом порядке, с принятием по ним решений, не вызывающих сомнений в их обоснованности.

Изложенные в приговоре выводы суда о виновности Кияшкиной С.В. в содеянном, вопреки доводам автора жалобы об обратном, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на согласующихся и дополняющих друг друга вышеприведенных показаниях свидетелей, а также на содержащихся в заключениях экспертов, протоколах следственных действий и иных документах, имеющих доказательственное значение по делу, которые подробно приведены в приговоре.

Существенных противоречий в этих доказательствах из приговора не усматривается, а оснований не доверять им у суда не имелось.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии оснований для оговора Кияшкиной С.В. со стороны допрошенных по делу лиц, чьи показания положены в основу приговора, в материалах дела не содержится и судом не установлены.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд обоснованно квалифицировал содеянное Кияшкиной С.В. по ч. 1 ст. 201 УК РФ.

Утверждения адвоката о том, что в приговоре не приведены и в ходе судебного заседания не установлены обстоятельства, позволяющие выяснить квалификацию преступления в отношении Кияшкиной С.В., которое может относиться к административному проступку по ч. 3 ст. 20.8 КоАП РФ или преступному деянию по ч. 1 ст. 201 УК РФ, являются необоснованным и полностью опровергаются приведенными выше доказательствами, согласующимися с фактическими обстоятельствами дела.

Диспозиция ст. 201 УК РФ определяет общественно опасные последствия в виде существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества и государства в качестве криминообразующих для состава злоупотребления полномочиями.

Проблема существенного вреда охраняемым законом интересам общества и государства в контексте ст. 201 УК РФ рассматривается в комплексе с существенным вредом правам и законным интересам граждан или организаций.

Указанный признак рассматривается в целом, без разграничения существенного вреда правам и законным интересам граждан и организаций, с одной стороны, и охраняемым законом интересам общества или государства - с другой.

Суд мотивировал в приговоре, что в результате незаконных действий Кияшкиной С.В. причинен существенный ущерб охраняемым законом интересам общества и государства, предусмотренным ст. 13 Федерального закона от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии». 

Довод жалобы о том, что ущерб причинен двум объектам, что является неправомерным, также является необоснованным и опровергается вышеуказанными обстоятельствами. 

Вопреки доводам жалобы в приговоре приведены показания свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, которые пояснили, что уже имели в собственности на легальных основания огнестрельное оружие и нуждались в продлении действующих лицензий.

Суд в приговоре обоснованно указал, что принимает во внимание показания свидетеля ФИО16, данные им на предварительном следствии, которые подтверждают вину осужденной, поскольку они согласуются с материалами дела, последовательны, существенных противоречий с показаниями других свидетелей не имеют. Суд мотивировал, что относится критически к показаниям данного свидетеля, данных в ходе судебного заседания, мотивы по которым отражены в приговоре.

Доводы жалобы адвоката относительно показаний свидетеля ФИО2 о том, что он с Кияшкиной С.В. не работал и они не являлись коллегами, а также отсутствие оснований, при которых судом сделан вывод о желании ФИО2 увести ФИО3 от уголовной ответственности, несостоятельны. Суд в приговоре мотивировал почему показания данного свидетеля защиты оценивает критически.

Показания допрошенных по делу свидетелей, равно как и другие доказательства, приведенные в приговоре, были тщательно проверены судом, им дана надлежащая оценка как в отдельности, так и в совокупности с другими доказательствами. Оценка показаний свидетелей соответствует требованиям главы 11 УПК РФ, и оснований не согласиться с ней суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вопреки доводам автора жалобы оценка доказательств, приведенная судом, не противоречит материалам дела и оснований для признания ее ошибочной, не имеется.

Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, содержит анализ и оценку всех исследованных судом в рамках предмета доказывания доказательств, а также убедительные мотивы, по которым суд принял во внимание одни и отверг другие доказательства.

Ходатайство, заявленное защитником в ходе судебного заседания о прекращении уголовного дела ввиду непричастности ФИО2 к совершению преступления согласно п. 1 ч. 1 ст. 27, а также отсутствия у руководителя отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Республике Адыгея ФИО18 полномочий на соединение уголовных дел, было рассмотрено судом, принявшим обоснованное решение об отказе в удовлетворении ходатайства адвоката по мотивам, изложенным в постановлении суда от 26.08.2020 ( т. 6, д. 21-23).. 

Позициям в указанной части, занятой стороной защиты, дана надлежащая оценка, которая является объективной.

Несогласие защитника с решением суда по ходатайству не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального закона, влекущем отмену приговора

Из протокола судебного заседания видно, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. 273 - 291 УПК РФ. Все представленные суду доказательства были исследованы, заявленные ходатайства были рассмотрены, судом по ним приняты решения в установленном законом порядке.

Нарушений норм уголовного и уголовно - процессуального закона, при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела в судебном заседании, которые могли повлечь отмену приговора или повлиять на законность, обоснованность и справедливость судебного решения, допущено не было. Дело рассмотрено всесторонне и объективно.

При назначении наказания ФИО2 суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о ее личности (характеризуется положительно по месту жительства и работы, к уголовной ответственности привлекается впервые, замужем).

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признал положительные характеристики по месту жительства и работы.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Суд не усмотрел оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 и ст. 64 УК РФ. Не находит таких обстоятельств и суд апелляционной инстанции.

Суд мотивировал в приговоре назначение наказания с применением ст. 73 УК РФ, что исправление подсудимой ФИО2 возможно без изоляции ее от общества и предоставлении ей испытательного срока, в течение которого она должна своим примерным поведением доказать свое исправление, возложены на нее дополнительные обязанности.

Вместе с тем суд, мотивируя свое решение о назначении ФИО2 наказания, в качестве обстоятельств, влияющих на меру наказания, указал в приговоре, что ФИО2 вину не признала, не раскаялась ( л.д. приговора 19, абзац 1). 

Это указание суда не основано на законе и противоречит требованиям ст. 63 УК РФ, поэтому подлежит исключению из приговора со смягчением ФИО2 назначенного наказания.

Кроме того доводы прокурора Казаковой К.Б., высказанные в суде апелляционной инстанции, о необходимости внесения изменений в вводную часть приговора и уточнения инициалов прокурора ФИО25 указанных ошибочно как «И.А.», заслуживают внимания, поскольку как следует из протокола судебного заседания, в рассмотрении материалов уголовного дела участвовали прокуроры ФИО24 и ФИО25

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Майкопского городского суда Республики Адыгея от 2 сентября 2020 г. в отношении ФИО2 ФИО1 изменить:

– внести изменения в водную часть приговора указав об участии также прокурора Мешлока Р.А., а также указать инициалы прокурора ФИО25 вместо ФИО25

– исключить указание суда о том, что: ФИО2 «вину не признала, не раскаялась» (л.д. приговора 19, абзац 1); 

– смягчить назначенное наказание в виде лишения свободы до 1 года 5 месяцев с испытательным сроком 1 год 5 месяцев.

В остальном приговор в отношении ФИО2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника осужденной – адвоката Зиновчика Е.И.– без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в кассационном в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК Российской Федерации, в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий С.Г. Четыз