Дело № 2-413/2024

УИД42RS0031-01-2024-000358-49

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Прокопьевск 20 сентября 2024 года

Зенковский районный суд г. Прокопьевска Кемеровской области в составе председательствующего судьи Полюцкой О.А.,

при секретаре судебного заседания Соловьевой Е.В., 

с участием помощника прокурора города Прокопьевска Гагауз Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Шахтоуправление «Талдинское - Южное» о компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к акционерному обществу «Шахтоуправление «Талдинское - Южное» (далее - АО «ШТЮ») о компенсации морального вреда. 

Требования мотивированы тем, что истец работал в АО «ШТЮ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ он получил производственную травму на производстве при выполнении трудовых обязанностей в должности 

<

данные изъяты>. Данный факт подтверждается актом о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ. Истцу был установлен первичный диагноз: 

<

данные изъяты> По последствиям данной травмы он впервые прошел освидетельствование в учреждении МСЭ в ДД.ММ.ГГГГ, где ему определили 30% утраты профессиональной трудоспособности сроком на 1 год. При очередном переосвидетельствовании ему было установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности сроком на 2 года на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Факт произошедшего несчастного случая в АО «ШТЮ» подтверждается актом о несчастном случае от ДД.ММ.ГГГГ №. Согласно п.10 акта факта грубой неосторожности в действиях истца не имеется. Степень вины застрахованного составляет 0%. То есть вина истца в произошедшем ДД.ММ.ГГГГ несчастном случае на производстве отсутствует. Непосредственно после нечастного случая истец был доставлен в ГАУЗ ПГБ «ПКОХЦВЛ» ОП, где ДД.ММ.ГГГГ ему были проведены две операции – открытая 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ была проведена еще одна операция 

<

данные изъяты>. На стационарном лечении истец находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где ему проводилось медикаментозное лечение, затем он был выписан на амбулаторное лечение по месту жительства. ДД.ММ.ГГГГ ему была проведена операция по удалению болта стяжки левой голени. На стационарном лечении находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, всего по поводу производственной травмы истец находился на лечении почти 7 месяцев. В ДД.ММ.ГГГГ истец неоднократно проходил лечение по данной травме. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился в хирургическом отделении ООО «Медицинская практика», где ему была проведена хирургическая операция – 

<

данные изъяты> после операции ему наложили гипс для обеспечения покоя. До ДД.ММ.ГГГГ он находился на лечении по последствиям производственной травмы, полученной ДД.ММ.ГГГГ. В этот период он мог передвигаться только на костылях. Из-за полученной травмы он постоянно испытывает боли в левом голеностопном суставе, лодыжке, усиливающийся при ходьбе, ноющие и тянущие боли в левой стопе, постоянно прихрамывает. В период обострения (2-3 раза в год) проходит медикаментозное лечение (капельницы, уколы), санаторно-курортное лечение 1 раз в год, периодически принимает обезболивающие средства. Указанные обстоятельства мешают истцу вести привычный образ жизни, управляться по хозяйству. Кроме того, он как глава семьи, самостоятельно финансово обеспечивал свою семью – жену и двоих детей 12-ти и 9-ти лет. Супруга с ДД.ММ.ГГГГ не работала, занималась домашними делами. Непосредственно после травмы все легло на ее плечи, семья жила на денежные средства, которые он получал по больничному листу. До травмы, они семьей постоянно с весны и до осени проживали на даче, где садили огород, всю тяжёлую работу он выполнял по хозяйству сам. В последние два года огородом не пользуются, огород зарастает. Он не в состоянии выполнять тяжелую работу по хозяйству, а у супруги не хватает на это сил и времени. Кроме того, истец более 10 лет занимался футболом, принимал участие в соревнованиях, учил своих сыновей футболу, часто с ними тренировался. После полученной травмы он ограничен в движениях, заниматься футболом не может, до полученной травмы истец с семьей катались на лыжах, на велосипедах, ходили на рыбалку, теперь такая возможность у истца отсутствует. Истец просит суд взыскать с ответчика его пользу компенсацию морального вреда в сумме 2 000 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. Ранее, принимая участие в судебных заседаниях, исковые требования поддерживал в полном объеме, поясняя, что в настоящее время он работает на 

<

данные изъяты> Он получает ежемесячное пособие от ГУ КРОФСС РФ в сумме 36 000 рублей.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, дала суду показания аналогичные иску.

Представитель ответчика АО «ШТЮ» ФИО9, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала доводы представленных в письменном виде возражений. Просила отказать истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Просила учесть, что АО «ШТЮ» на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ назначило и произвело выплату истцу в счет компенсации морального вреда за утрату им профессиональной трудоспособности в размере 30% вследствие несчастного случая в размере 571 532 рубля 21 копейка, то есть АО «ШТЮ» выполнило свои обязательства перед истцом в соответствии с нормами действующего законодательства и компенсировало причиненный моральный вред, как это предусмотрено ФОС и коллективным договором, в связи с чем, требования истца о взыскании помимо уже выплаченной суммы, дополнительной компенсации морального вреда в заявленном размере является необоснованным и неправомерным. Также просит учесть, что истец получает ежемесячное пособие от ГУКРО ФСС РФ в связи с установлением утраты трудоспособности. Истцу установлен процент утраты трудоспособности 30%, а не общей трудоспособности, он имеет возможность продолжить трудовую деятельность при снижении квалификации и при изменении условий труда согласно программе реабилитации. Кроме того, у истца имеется супруга, которая не ограничена в правах на труд. 

Представитель третьего лица Отделения Фонда Пенсионного и Социального страхование РФ по Кемеровской области-Кузбассу в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (ч.1 ст.20), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (ч.1 ст.41), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (ст.18 Конституции Российской Федерации). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (п.1 ст. 150 ГК РФ).

К мерам по защите указанных благ относится компенсация морального вреда, закрепленная в ст. 151 ГК РФ, предусматривающей, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 3 ст. 1101 ГК РФ).

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). 

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ). Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со ст.22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации

В соответствии со ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса, компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Частью 1 статьи 21 Федерального закона от 20.06.1996 года № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» определено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

Из приведенных положений закона и Федерального отраслевого соглашения, подлежащих применению к спорным правоотношениям, следует, что в отраслевом соглашении могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли, в настоящем случае - угольной промышленности, подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении.

Таким образом, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора или отраслевым соглашением, локальным нормативным актом работодателя.Действующим отраслевым соглашением по угольной промышленности Российской Федерации на 2019-2021 годы, зарегистрированным в Роструде 04.02.2019 за № 1/19-21 (далее-ФОС), срок действия которого продлен Соглашением о продлении срока действия Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2019-2021 годы (утв. Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности 29.09.2021) до 31.12.2024, предусмотрено (с п.5.4 ФОС) что, в случае установления впервые работнику, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20 % среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования РФ) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был принят 

<

данные изъяты> на участок по проведению горных выработок № 3 в ЗАО «Шахтоуправление Талдинское-Южное». ДД.ММ.ГГГГ переведен 

<

данные изъяты> на участок по проведению горных выработок №. 

ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО1 был расторгнут по инициативе работника (собственное желание), что подтверждается копией трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительным соглашением к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ, а также подтверждается копией трудовой книжки. 

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принят в ООО Разрез «Южный» на участок по проведению горных выработок № шахты «Южная Глубокая» 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ переведен на участок по проведению горных выработок № шахты «Южная Глубокая» 

<

данные изъяты> где работает по настоящее время, что подтверждается копией трудовой книжки. 

Из акта № о несчастном случае на производстве формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 40 минут с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве. Согласно установленных обстоятельств, несчастный случай произошел в результате отслоения куска породы - «с левой стороны кровли отслоился кусок породы размером 1,3мх1мх0,3м, который скатившись по решетке упал на основание почвы, придавив при этом левую ногу упавшего от удара решеткой на правый бок и лицом вниз ФИО1», в результате чего, медицинским заключением № от ДД.ММ.ГГГГ ГАУЗ «ПГБ» ФИО1 был поставлен диагноз 

<

данные изъяты> ФИО1 установлено 0% его вины в произошедшем несчастном случае (п.8, 8.2, 10 акта). 

Согласно медицинской карты ГАУЗ «ПГБ «Прокопьевский клинический ортопедо – хирургический центр восстановительного лечения» ОП стационарного больного ФИО1 №, ДД.ММ.ГГГГ в 00 часов 05 минут ФИО1 был экстренно госпитализирован (доставлен бригадой ВГСЧ) с производственной травмой с диагнозом: 

<

данные изъяты> ФИО1 была проведена 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была проведена 

<

данные изъяты>. 

На лечении ФИО1 находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, был выписан и продолжил лечение в ГАУЗ ТАО, где проходил лечение по ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается стационарной медицинской картой пациента №. 

Согласно медицинской карты ГАУЗ «ПГБ «Прокопьевский клинический ортопедо – хирургический центр восстановительного лечения» ОП стационарного больного № ФИО1 был госпитализирован планово с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ для проведения операции 

<

данные изъяты> операция проведена ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно приказу АО «ШТЮ» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 произведена выплата единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в сумме 571 532 рубля 21 копейка, за вычетом выплаченной истцу на основании приказа ГУ КРОФСС РФ № 12 от ДД.ММ.ГГГГ № суммы единовременной страховой выплаты в размере 45 911 рублей 95 копеек, что подтверждается справкой-расчетом и копией расчетного листка за ДД.ММ.ГГГГ

Перечисление истцу вышеуказанного пособия, начисленного работодателем в счет компенсации морального среда, подтверждено платежным поручением и истцом не оспаривается.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проходил лечение в ГАУЗ ПГБ ТАО №, ДД.ММ.ГГГГ был направлен на МСЭ для определения процента потери трудоспособности, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в связи с произошедшим несчастным случаем на производстве установлена степень утраты трудоспособности в размере 30 %, что подтверждается справкой МСЭ и медицинской картой №.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился в хирургическом отделении ООО «Медицинская практика» с диагнозом: 

<

данные изъяты>, что подтверждается медицинской картой № и листком нетрудоспособности. 

Как следует из п.20 Программы реабилитации пострадавшего от ДД.ММ.ГГГГ, основное заболевание, обусловленное прямыми последствиями страхового случая - последствия производственной травмы ДД.ММ.ГГГГ. 

<

данные изъяты>

Из п.27 программы реабилитации пострадавшего от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 назначено медикаментозное лечение 2 раза в год обезболивающих, противовоспалительных препаратов и гель для наружного применения, а также санаторно-курортное лечение 1 раз в год. 

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на лечении в ФКУ «Центр реабилитации «Топаз», что подтверждается выписным эпикризом.

Согласно п.33 программы реабилитации пострадавшего от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, изменены условия труда, при которых возможно продолжение профессиональной деятельности пострадавшего, а именно: необходимо изменить условия труда, уменьшить объем (тяжести) работ. 

Данные фактические обстоятельства сторонами не оспариваются.

Таким образом, достоверно установлено и ответчиком не оспаривается, что причинителем вреда здоровью ФИО1 является АО «Шахтоуправление «Талдинское - Южное».

Также не вызывает сомнений факт причинения истцу ответчиком нравственных и физических страданий, связанных с причинением вреда здоровью истца.

Опрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №1 пояснил, что работал вместе с истцом на разрезе АО «ШТЮ», уволился с разреза примерно год назад, работает 

<

данные изъяты> на шахте «Южная – Глубокая», там же работает истец ФИО1 

<

данные изъяты>, работает только с утра в ремонтной смене. ДД.ММ.ГГГГ он вместе с истцом работал на разрезе АО «ШТЮ», произошла авария, обвалилась порода, в результате чего, ФИО1 был травмирован, его увезли в травмбольницу, где он находился на лечении. Знает, что ФИО1 сделали несколько операций. У ФИО1 проблема с ногой, он не может нормально ходить, нога не полностью разгибается - сгибается, его не примут на нормальную работу, сейчас он работает, но зарплата у него значительно меньше, чем была до травмы. До травмы истец занимался спортом, сам и с сыновьями, он вел активный образ жизни, сейчас он этого сделать не может, после травмы не может долго стоять на ногах, хромает. 

Опрошенная в судебном заседании свидетель ФИО5 пояснила, что истец является ее супругом. ДД.ММ.ГГГГ на предприятии, где работал муж произошла авария, в результате которой ее муж был травмирован. Ближе к 23 часам муж позвонил и сказал, что не придет домой, так как едет в больницу с травмой ноги. Нога у мужа вывернулась в результате травмы в другую сторону, ее вправляли, ставили пластину и спицы. В больнице муж лежал до ДД.ММ.ГГГГ, затем проходил длительное лечение дома, ездил на костылях в больницу. Стяжку на ноге мужу убрали ДД.ММ.ГГГГ, а пластину в ДД.ММ.ГГГГ. В ДД.ММ.ГГГГ муж начал передвигаться самостоятельно с тросточкой, но он ограничен в движениях, голеностопный сустав не двигается, он не может встать сам на табурет, не может бегать, полноценно ходить, играть с детьми, кататься на лыжах. Поврежденная нога постоянно отекает, ноет. После травмы она за мужем ухаживала, помогала ему передвигаться, мыться, так как он не мог самостоятельно стоять на одной ноге, а поврежденную ногу нельзя было напрягать и мочить. Помогала ему подниматься по лестнице домой и спускаться в больницу, так как они проживают на 4 этаже, в доме нет лифта. Муж жалуется на постоянные боли в ноге, если долго походит, очень плохо спит из - за ноющей боли в ноге. По хозяйству он не может ничего делать, раньше он копал огород, выполнял тяжелую работу по дому, следил за хозяйством, сейчас он не может этого делать. В настоящее время муж работает на другой шахте на горах. 

Опрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6 пояснила, что со слов сестры ФИО5 знает, что ее мужа ФИО1 травмировало на работе, что он перенес несколько операций. Знает, что травмированная нога у ФИО1 теперь постоянно болит, он не двигается полноценно, постоянно принимает обезболивающие таблетки и не может вести полноценный образ жизни. 

Не доверять показаниям вышеуказанных свидетелей у суда не имеется оснований, поскольку они последовательны, согласуются с собранными по делу доказательствами.

Определяя степень и характер физических страданий, причиненных ФИО1, суд принимает во внимание, непосредственно обстоятельства получения травмы ДД.ММ.ГГГГ, изложенные в акте о несчастном случае на производстве, отсутствие вины истца в данном несчастном случае. Также суд учитывает длительность периода лечения и реабилитации истца. 

Так, на протяжении вышеуказанного периода, истец получал как консервативное лечение, так и лечение посредством хирургического вмешательства. 

Оценивая степень и характер нравственных страданий истца, суд учитывает, что вследствие производственной травмы истец, безусловно, испытывает постоянный дискомфорт, ограничения в движениях, в трудовой и бытовой деятельности. Указанные нравственные страдания длятся на протяжении длительного времени. 

Данные обстоятельства подтверждены пояснениями истца, которые в силу ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации также являются доказательствами, и представителем ответчика не оспариваются, а также пояснениями свидетелей. 

Суд принимает во внимание, что, находясь в трудоспособном, молодом возрасте – 35 лет, имея профессию, по вине ответчика истец лишился 30% профессиональной трудоспособности, длительное время находился на лечении.

Вместе с тем суд учитывает, что степень утраты профессиональной трудоспособности установлена истцу на определенный срок, что свидетельствует о возможности реабилитации и восстановления.

Учитывая, что факт причинения вреда здоровью истца при исполнении им трудовых обязанностей достоверно подтвержден материалами дела, при этом, в силу ст. ст. 22, 212 Трудового кодекса РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, доказательства наличия вины ФИО1 в произошедшем с ним несчастном случае в материалах дела отсутствуют, оснований для отказа в удовлетворении иска у суда не имеется.

Истцом ФИО1 заявлены исковые требования о компенсации морального вреда в размере 2 000 000 рублей.

Поскольку причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).

Суд соглашается с тем, что правовая природа компенсационной выплаты, предусмотренной разделом VI «Социальные гарантии и компенсации работникам» коллективного договора АО «ШТЮ», а также ФОС направлена на компенсацию морального вреда, причиненного истцу вследствие производственной травмы, однако не лишает истца права на возмещение морального вреда. 

Учитывая изложенные нормы права и обстоятельства дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, принимая во внимание показания свидетелей в качестве надлежащих доказательств по делу, суд считает, что истцу были причинены физические и нравственные страдания в результате полученной им производственной травмы и возлагает обязанность денежной компенсации морального вреда на ответчика АО «ШТЮ».

Размер компенсации определяется судом с учетом всех обстоятельств дела и требований статей 151, 1099 - 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшего, а также учитываются требования разумности и справедливости.

Исходя из изложенного, оценив все имеющиеся доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд считает требования о компенсации морального вреда, причиненного истцу в связи с производственной травмой подлежащими удовлетворению.

Вместе с тем, исходя из принципа разумности и справедливости при компенсации морального вреда, принимая во внимание размер вреда, оцененный самим пострадавшим, степень вины ответчика, и произведенную им в добровольном порядке выплату единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в сумме 571 532 рубля 21 копейка, полагает, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда подлежит снижению, взысканию с ответчика подлежит сумма доплаты компенсации морального вреда в сумме 150 000 рублей.

В удовлетворении требований о денежной компенсации морального вреда в большем размере, суд отказывает за необоснованностью.

В соответствии с ч. 1 ст.103, ст.91 Гражданского процессуального кодекса РФ, ст.333.19 Налогового кодекса РФ в доход местного бюджета с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой истец в соответствии с действующим законодательством освобожден.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Шахтоуправление «Талдинское - Южное» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Шахтоуправление «Талдинское- Южное» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в Кемеровский областной суд через Зенковский районный суд г. Прокопьевска Кемеровской области в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме.

Судья подпись О.А. Полюцкая

Мотивированное решение составлено 04.10.2024.

Судья подпись О.А. Полюцкая

Подлинный документ находится в гражданском деле № 2-413/2024 Зенковского районного суда города Прокопьевска Кемеровской области (идентификационный номер 42RS0031-01-2023-000129-41).