Р Е Ш Е Н И Е

 Дело №2-2561/2018 

Именем Российской Федерации

г. Минусинск 18 октября 2018 года

Минусинский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Шкарина Д.В.,

при секретаре Витютневой П.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по Красноярскому краю о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

истец обратился в Минусинский городской суд с иском, уточённым в порядке ст. 39 ГПК РФ (л.д. 39) к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по Красноярскому краю о взыскании компенсации морального вреда. Мотивировав свои требования тем, что приговором Шушенкского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ он был осужден по ч. 2 ст. 144 УК РФ к лишению своды сроком на один год, с применением ст. 46-1 УК РФ с отсрочкой исполнения наказания на два года. Приговором Шушенкского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ он был осужден по ч. 2 ст. 144 УК РФ на один год шесть месяцев, в силу ст. 41 УК РФ к назначенному наказанию было частично присоединено наказание по приговору Шушенкского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ и окончательно к отбытию назначено два года лишения свободы, с отбыванием наказания в воспитательно-трудовой колонии общего режима, с исчислением срока наказания с ДД.ММ.ГГГГ Определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ истец был освобожден от наказания на основании п. 3 постановления Государственной Думы от 23.02.1994г. №63-1 ГД «Об объявлении амнистии в связи с принятием Конституции Российской Федерации». По мнению истца в результате незаконного уголовного преследования он незаконно содержался под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ после объявления амнистии от ДД.ММ.ГГГГ., в связи, с чем истец просит взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 6 000 000 рублей (л.д. 3-4).

Данное исковое заявление было принято к производству Минусинского городского суда на основании ч. 6 ст. 29 ГПК РФ и разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса, регламентирующих реабилитацию в уголовном производстве" по месту жительства истца.

Определением Минусинского городского суда от 20 сентября 2018 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований были привлечены: Главное следственное управление главного управления МВД России по Красноярскому краю и Прокуратура Красноярского края (л.д. 30).

В судебном заседании истец ФИО1 на исковых требованиях настаивал в полном объеме, по основаниям изложенным в иске с учетом уточнений, а также поддержал ранее изложенные в судебных заседаниях доводы о том, что имели место незаконные действия органов предварительного расследования и прокуратуры, так как на основании акта амнистии в отношении него производство по уголовному дело не могло быть начато, а начатое дело подлежало прекращению. Кроме того, суду пояснил, что он был незаконно взят под стражу на основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ, так как в то время меру пресечения избирал прокурор, а не суд. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ не участвовал прокурор и копию вышеуказанного определения суда ему не вручали.

Представитель ответчика по доверенности ФИО2 (л.д. 22), представитель третьего лица Главного следственного управления главного управления МВД России по Красноярскому краю в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела были извещены надлежащим образом. Причины неявки суду не сообщили. Ранее в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представитель ответчика исковые требования не признавал, так как в соответствии со ст. 158 Бюджетного кодекса РФ Министерство финансов РФ является главным распорядителем бюджетных средств, а так как истец считает, что моральный вред был причинён ему органами предварительного следствия, то они и должны быть надлежащими ответчиками по делу. 

В судебном заседании представитель прокуратуры Красноярского края по доверенности ФИО3 (л.д. 103) поддержала доводы изложенные в письменном отзыве (л.д. 104). Полагала, что исковые требования ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по Красноярскому краю частично обоснованны, так как у истца возникло право на применение амнистии с ДД.ММ.ГГГГ, а именно со дня вынесения приговора суда. Вместе с тем, судом первой инстанции в отношении ФИО1 акт амнистии применен не был, в связи с чем, последний незаконно содержался под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. С учетом принципа разумности и справедливости полагала необходимым частично удовлетворить исковые требования ФИО1 в размере 50 000 рублей.

Выслушав явившиеся стороны, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам. 

В силу ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. п. 34, 35, 55 ст. 5 УПК РФ реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с данным Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч. 1 ст. 133 УПК РФ).

В силу статьи 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Статьей 1101 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса, регламентирующих реабилитацию в уголовном производстве", при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе, продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. 

В силу п. 1 ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Судом установлено, что приговором Шушенского районного суда Красноярского края от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осужден по ч. 2 ст. 144 УК РФ одному году лишения свободы. В силу ст. 46-1 УК РФ с отсрочкой исполнения наказания на 2 года (л.д. 5). 

ДД.ММ.ГГГГ было принято Постановление Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации № 63-1 ГД "Об объявлении амнистии в связи принятием Конституции Российской федерации", которое вступило в силу с момента его опубликования (26.02.1994 г.) и подлежало исполнению в течение 6 месяцев.

В соответствии с п. 4 данного Постановления подлежали освобождению от наказания условно осужденные (л.д. 11).

Кроме того, приговором Шушенского районного суда Красноярского края от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был признан виновным по ч. 2 ст. 144 УК РФ за совершение ДД.ММ.ГГГГ тайного хищения личного имущества граждан, совершенное повторно, по предварительному сговору группой лиц, причинившее значительный ущерб потерпевшему (в редакции Указов ПВС РСФСР от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ), к 1 году 6 месяцам лишения свободы. В силу ст. 41 УК РФ ФИО1 к наказанию, назначенному по настоящему приговору, присоединено частично наказание по приговору Шушенского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ и окончательно к отбытию назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в воспитатеоьно-трудовой колонии общего режима, с исчислением срока наказания с ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии со ст. 47 УК РФ ФИО1 зачтено в срок наказания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 6-7).

На основании п. 3 вышеуказанного постановления № 63-1 ГД от ДД.ММ.ГГГГ подлежали освобождению от наказания несовершеннолетние мужского пола, осужденные к лишению свободы на срок до трех лет включительно и ранее не отбывавшие наказания в воспитательно-трудовых колониях.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Шушенского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 был оставлен без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения. На основании п. 3 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации «Об объявлении амнистии в связи с принятием Конституции Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был освобожден от наказания и освобожден из-под стражи (л.д. 8-9).

Из справки начальника ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю следует, что ФИО1 , ДД.ММ.ГГГГ года рождения содержался в учреждении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10).

Уголовно-процессуальное законодательство, действовавшее в период вынесения вышеуказанного приговора суда в отношении ФИО1, до введения в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (до ДД.ММ.ГГГГ), не предусматривало признание за гражданином права на реабилитацию.

Однако на основании абз. 2 ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от ДД.ММ.ГГГГ "О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей" право на возмещение ущерба возникает при условии постановления оправдательного приговора; прекращения уголовного дела за отсутствием события преступления, за отсутствием в деянии состава преступления или за недоказанностью участия гражданина в совершении преступления; прекращения дела об административном правонарушении.

В результате анализа предоставленных доказательств в их совокупности суд установил, что в первые уголовное дело № в отношении ФИО1 по ч. 2 ст. 144 УК РФ поступило в Шушенский районный суд Красноярского края ДД.ММ.ГГГГ и ему был присвоен №, что подтверждается наря

<

адрес> (алфавитный указатель) и учетно статистической карточкой на уголовное дело (л.д. 63-66), из которой следует, что дело было рассмотрено в распорядительном заседании ДД.ММ.ГГГГ, затем назначено к слушанию на ДД.ММ.ГГГГ По делу было проведено три судебных заседания (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ) в ходе которых ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был взят под стражу, что также подтверждается справкой начальника ФКУ Тюрьма г. Минусинска (л.д. 10), и ДД.ММ.ГГГГ данное уголовное дело было направленно в прокуратуру на дополнительное расследование. 

После дополнительного расследования уголовное дело № в отношении ФИО1 по ч. 2 ст. 144 УК РФ поступило в Шушенский районный суд Красноярского края ДД.ММ.ГГГГ и ему был присвоен №, в последующем дело было зарегистрировано за номером 1-114/95. Рассмотрено дело было в распорядительном заседании ДД.ММ.ГГГГ, после чего было назначено к слушанию на ДД.ММ.ГГГГ, а ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 был постановлен обвинительный приговор. 

Доводы истца о незаконных действиях органонов предварительного расследования и прокуратуры выразившихся в не прекращении производства по уголовному делу, в связи с изданием акта амнистии, являются не состоятельными, так как они основаны на неверном толковании норм права. 

Санкция ч. 2 ст. 144 УК РСФСР (в ред. от 1 июля 1994 г.) за кражу чужого имущества, повторно, группой лиц по предварительному сговору, с причинением потерпевшему значительного ущерба предусматривала наказание в виде лишения свободы от двух до семи лет с конфискацией имущества или без таковой.

Таким образом, уголовное дело в отношении ФИО1 не подлежало прекращению производством, так как не подпадало под действие п. 6 вышеуказанного постановления № 63-1 ГД от 23.02.1994 года (подлежали прекращению все следственные дела и дела, о преступлениях, совершенных до вступления постановления в силу в отношении несовершеннолетних мужского пола, совершившими преступления, за которые предусмотрены наказания не свыше трех лет лишения свободы, ранее не отбывавшими наказания в воспитательно-трудовых колониях).

Кроме того, согласно требованиям ч. 5 ст. 5 УПК РСФСР уголовное дело не может быть прекращено вследствие акта амнистии, если обвиняемый против этого возражает. В этом случае производство по делу продолжается в обычном порядке.

Если ко дню вступления в силу Постановления об амнистии вынесено постановление о назначении судебного заседания и судебное разбирательство не завершено, то, исходя из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в определениях от ДД.ММ.ГГГГ N 488-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 292-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 1913-О, суд вправе вынести вопрос о применении акта амнистии на обсуждение в судебном заседании, и при отсутствии препятствий для этого и обязательном согласии подсудимого прекратить в отношении него уголовное дело, не доводя судебное разбирательство до конца.

Если же подсудимый не дал согласия на прекращение уголовного преследования по данному основанию, судебное разбирательство должно быть продолжено.

В судебном заседании истец ФИО1 пояснял, что согласия на прекращение уголовного дела в виду применения акта об амнистии он не давал, так как не знал об этом. Вину в совершении преступления как в ходе следствия, так в ходе рассмотрения дела судом он не признавал, что также следует из приговора суда от 21.02.1995 г. и Определения судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ

Также являются не состоятельными доводы истца о том, что ДД.ММ.ГГГГ на основании определения суда он незаконно был арестован, по следующим основаниям.

Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 года предусматривает, что арест, заключение под стражу и содержание под стражей, а также продление их срока допускаются только по судебному решению (статья 22). Согласно положениям УПК РСФСР(в редакции от 27.08.1993 г. и действовавшей до 18.05.1995 г.), решение о заключении под стражу до суда могло быть принято прокурором или судом (статьи 11, 89 и 96 УПК РСФСР).

Согласно ст. 89 УПК РСФСР (в редакции от 27.08.1993 г. и действовавшей до 18.05.1995 г.) при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, или воспрепятствует установлению истины по уголовному делу, или будет заниматься преступной деятельностью, а также для обеспечения исполнения приговора лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и суд вправе применить в отношении обвиняемого одну из следующих мер пресечения: подписку о невыезде, личное поручительство или поручительство общественных организаций, заключение под стражу.

На основании ст. 96 УПК РСФСР к лицам, обвиняемым в совершении преступлений, предусмотренных статьями 64 - 74, 75 частью второй, 77 - 79, 81, 84, 85 частью первой, 86 - 88, 89 частями второй и третьей, 90 частями второй и третьей, 91, 92 частью третьей, 93 частью третьей, 93.1, 98 частью второй, 102, 103, 108, 117, 119 частью второй, 121 частью второй, 144 частями второй и третьей, 145 частями второй и третьей, 146, 147 частью третьей, 149 частью второй, 154.3 частями второй, третьей и четвертой, 156 частями второй и третьей, 157 частью второй, 162.3 частью второй, 154 частью второй, 173, 174, 174.1, 176 частью второй, 177 частью второй, 179 частью второй, 191.1 частью второй, 191.2, 213.2, 218.1 частями второй и третьей, 224 частью второй, 224.1 частями второй и третьей, 224.2 частью второй, 226.1, 238 пунктами "б" и "в", 240 пунктами "б" и "в", 242 пунктом "б", 247 пунктами "б" и "г", 248, 249 пунктом "б", 251 пунктом "в", 255 пунктом "е", 257 пунктом "г", 259 пунктом "в", 261, 262 пунктом "б", 263 - 267 Уголовного кодекса РСФСР, заключение под стражу в качестве меры пресечения может быть применено по мотивам одной лишь опасности преступления.

Таким образом, мера пресечения в отношении ФИО1 в виде заключения под стражу могла быть избрана судом по мотивам одной лишь опасности преступления, так как последний обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 144 УК РСФСР, в связи с чем, у суда не имеется оснований полагать, что в отношении истца не законно была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 

На основании п. 1 ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор. Право на реабилитацию согласно данной норме права включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 23.12.1988 N 15 "О некоторых вопросах применения в судебной практике Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. "О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей" прекращение уголовного дела на основании акта амнистии, по истечении срока давности привлечения к уголовной ответственности, в связи с принятием закона, устраняющего уголовную ответственность за совершенное деяние и по другим нереабилитирующим основаниям, а равно изменение квалификации содеянного на статью закона, предусматривающую менее тяжкое преступление с назначением по ней нового, более мягкого наказания, либо снижение меры наказания без изменения квалификации не являются основанием для возмещения ущерба в соответствии с Указом от 18 мая 1981 г.

Аналогичная позиция Пленума Верховного суда РФ изложена в п. 4 Постановления от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" согласно которому, судам следует иметь в виду, что согласно части 4 статьи 133 УПК РФ правила указанной статьи не распространяются на лиц, в отношении которых меры процессуального принуждения или обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, поскольку прекращение уголовного дела (освобождение от наказания) в указанных случаях само по себе не является свидетельством незаконности или необоснованности уголовного преследования.

Из правовой позиции ВС РФ, выраженной в вопросе №1 "Обзора законодательства судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2008 года" (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 17.09.2008 года), следует, что исходя из содержания статей 1070 ГК РФ, ст. 133 - 139, 397 и 399 УПК РФ право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 УПК РФ).

Переквалификация действий лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, на менее тяжкое обвинение либо исключение из обвинения части эпизодов или квалифицирующих признаков судом, постановившим обвинительный приговор, сами по себе не являются реабилитирующими обстоятельствами.

В п. 9 указанного выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 разъяснено, что основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанных в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, либо отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в статье 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации перечислен исчерпывающий перечень лиц, имеющих право на реабилитацию в связи с незаконным уголовным преследованием, в котором не указаны лица, освобождённые от уголовной ответственности вследствие акта амнистии.

В силу п. 2 Постановления Государственной Думы Российской Федерации от 23 февраля 1994 года № 64-1 ГД «О порядке применения Постановления "Об объявлении амнистии в связи с принятием конституции» решение о применении либо неприменении акта амнистии принимается в отношении каждого лица индивидуально (л.д. 49). 

Акт амнистии не является безусловным основанием прекращения уголовного преследования, зависит от индивидуальных обстоятельств, устанавливаемых по уголовному делу при принятии решения о применении акта об амнистии к конкретному лицу (данных о личности обвиняемого, его позиции в отношении прекращения уголовного преследования, наличия обстоятельств, препятствующих применению амнистии к конкретному лицу, предусмотренных актом об амнистии и (или) постановлением о порядке ее применения и т.п.). Учет указанных обстоятельств относится к компетенции следственных органов, в чьем производстве находится уголовное дело, и суда.

Из п. 2 ст. 1070 ГК РФ во взаимосвязи со ст. 1069 ГК РФ, а также положениями УК РФ, на основании которых судья как должностное лицо суда может быть привлечен к уголовной ответственности, следует, что государство возмещает вред во всех случаях, когда он причинен преступным деянием судьи при осуществлении судопроизводства.

Между тем, производство по пересмотру судебных решений, а следовательно, оценка их законности и обоснованности, осуществляется в специальных, установленных процессуальным законодательством процедурах - посредством рассмотрения дела в апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях.

Из анализа вышеуказанных норм следует, что причинение вреда презюмируется в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

Следовательно, применительно к рассматриваемому делу по иску ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного незаконным нахождением в местах лишения свободы, должно быть установлено, что истец находился там без судебного решения, вступившего в законную силу.

На основании п. 16 Постановления Государственной Думы Российской Федерации от 23 февраля 1994 года № 64-1 ГД «О порядке применения Постановления "Об объявлении амнистии в связи с принятием конституции» в случаях, если вопрос о применении акта амнистии возникает по истечении шестимесячного срока со дня вступления постановления об объявлении амнистии в силу, оно исполняется в порядке, предусмотренном пунктом 1 данного постановления (л.д. 52).

Учитывая вышеуказанные нормы права, установленные по делу обстоятельства, а также то, что в ходе рассмотрения уголовного дела Шушенским районным судом ДД.ММ.ГГГГ в отношении подсудимого ФИО4 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу и в отношении последнего ДД.ММ.ГГГГ был постановлен обвинительный приговор, который кассационной инстанцией был оставлен без изменения, с учетом того, что материалы уголовного дела № в отношении ФИО1 были уничтожены ДД.ММ.ГГГГ по истечении сроков хранения (л.д. 36), в связи, с чем не возможно установить причину не применения Шушенским районным судом п. 3 Постановления Государственной Думы Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № ГД, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по Красноярскому краю о взыскании компенсации морального вреда. 

Кроме того, суд учитывает, что согласно п. 6 Постановления Пленума ВС РФ N 10 от 20 декабря 1994 года "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные и физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (ст. 54 Конституции РФ).

На основании изложенного, и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по Красноярскому краю о компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Минусинский городской суд в течение одного месяца, со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий:

Мотивированный текст решения изготовлен 23 октября 2018 года