Дело № 2-741/2021 г. 37RS0023-01-2021-000874-69

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июля 2021 года город Шуя Ивановской области

Шуйский городской суд Ивановской области в составе:

председательствующего судьи Щепеткова В.В.,

при секретаре Морозовой О.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора прокуратуры Ивановской области ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области о возмещении морального вреда, в связи с реабилитацией,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области о возмещении морального вреда, в связи с реабилитацией в размере 300 000 рублей.

Исковые требования обоснованы тем, что в отношении ФИО3 было возбуждено уголовное дело по ч.1 ст.157 УК РФ, избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 22.07.2020 г. приговором Шуйского городского суда Ивановской области ФИО3 по ч.1 ст.157 УК РФ назначено наказание в виде лишения свободы на срок 5 месяцев, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена на содержание под стражей до вступления приговора в законную силу, взял под стражу в зале суда. ФИО3 помещен в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области, содержался там до 09.09.2020 г. до отмены приговора судом апелляционной инстанции, а именно, в период с 22.07.2020 г. по 09.09.2020 г. Несмотря на то, что у ФИО3 имелся срок лишения свободы по приговору Шуйского городского суда от 28.06.2020 г,, учреждение ФКУ СИЗО-1 г. Иваново не является местом отбывания наказания в виде лишения свободы, что значительно отличается в соответствии с УИК РФ, а именно: содержание в СИЗО – это камера и АВР в соответствии с камерной системой содержания – в отличии от исправительной колонии (ИК), где осужденные содержатся в отрядах, имея свободный выход в локальный участок, имеют лучшее питание, бытовое обслуживание, медицинское обслуживание, могут работать в ЦТАО, официально трудоустроены в соответствии с Трудовым кодексом РФ, обучаются в ПУ, получают все социальные нормы и гарантии, общаются с близкими родственниками, как на длительных свиданиях до трое суток, совершают телефонные переговоры. ФИО3 за промежуток времени более полутора месяца проведенный в камере СИЗО очень много потерял, как морально, так физически и материально, потерял связь с женой и своей дочерью, прервано лечение и послеоперационная реабилитация ввиду отсутствия в медицинской части ФКУ СИЗО-1 города Иваново соответствующего медицинского оборудования и врачей специалистов, что привело к ухудшению его состояния здоровья. Кроме того, в связи с тем, что в СИЗО не предоставляется трудоустройство, ФИО3 не мог выплачивать алименты, в связи с чем, накопилась значительная сумма задолженности по алиментам, пострадала его дочь, он не мог выплачивать судебные издержки, что так же привело к накоплению задолженностью.

В судебном заседании ФИО3 поддержал заявленные требования по всем доводам и основаниям, указанным в исковом заявлении, просил взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области компенсацию морального вреда, в связи с реабилитацией в размере 300000 рублей, дополнительно пояснил, что 

В судебное заседание представитель ответчика Управления Федерального казначейства по Ивановской области (УФК по Ивановской области), извещенный о дате и месте рассмотрения дела надлежащим образом, не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие, предоставил суду письменный Отзыв, в котором указал, что безусловно, уголовное преследование невиновного лица влечет причинение ему морального вреда. Между тем, истец по данной категории дел полностью не освобожден от обязанности по доказыванию обстоятельств, имеющих значение для разрешения дела, и в соответствии с ч, 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязан представить доказательства, обосновывающие размер требуемого к возмещению морального вреда, характер и объём причиненных физических и нравственных страданий. Из представленных материалов следует, что органами дознания ФИО3 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 157 УК РФ, то есть в неоднократной неуплате без уважительных причин в нарушение решения суда средств на содержание несовершеннолетнего ребенка. Со слов ФИО3 на стадии дознания ему была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а после оглашения обвинительного приговора ФИО3 был взят под стражу и помещен в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области. В связи с незаконным уголовным преследованием, незаконным содержанием под стражей, ФИО3 просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей. Согласно информации, имеющейся на официальном сайте Шуйского городского суда Ивановской области, одновременно с обвинением в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 157 УК РФ, ФИО3 обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 158 УК РФ. Приговором Шуйского городского суда Ивановской области от 26.06.2020 ФИО3 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 158 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы с ограничением свободы с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Согласно приговору Шуйского городского суда Ивановской области от 26.06.2020 ФИО3 был задержан 16.06.2020, ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Приговор от 26.06.2020 вступил в законную силу 01.09.2020. Таким образом, истец находился в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области на законном основании, в связи с совершением преступлений, за которые он осужден. В связи с этим, довод ФИО3 о незаконном нахождении в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области в период с 22.07.2020 по 09.09.2020 не соответствует обстоятельствам дела. В обоснование заявленных требований ФИО3 указывает, что незаконным уголовным преследованием ему причинены моральные и физические страдания, условия содержания в СИЗО были плохими, ему не оказывалась должная медицинская помощь, что привело к ухудшению состояния здоровья, из-за незаконного уголовного преследования была утеряна связь с семьёй (женой и дочерью), а невозможность трудоустроиться и оплачивать накопившиеся долги, в том числе и на содержание дочери, причиняли дополнительные страдания. Однако, данные доводы истца ничем не подтверждены. Истцом не представлено доказательств того, что во время нахождения в СИЗО он обращался за медицинской помощью и ему было отказано в помощи. В подтверждение своих доводов ФИО3 не представлено медицинских документов, подтверждающих ухудшение состояние здоровья, а также экспертное заключение с установлением причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья и незаконным уголовным преследованием. Утверждение истца о том, что в результате незаконного содержания у него утратилась связь с женой и дочерью является необоснованным. Согласно материалам дела ФИО3 практически с рождения дочери (ФИО4, ….. г.р.) находился либо в местах лишения свободы (приговором Шуйского городского суда Ивановской области от 09.07.2009 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, с учетом постановления Ухтинского городского суда Республики Коми от 17.09.2011, к наказанию в виде лишения свободы на срок 6 лет 5 месяцев с отбыванием в исправительной колонии особого режима; постановлением Южского районного суда Ивановской области от 29.07.2014 освобожден условно-досрочно на 1 год 1 месяц 4 дня; постановлением Шуйского городского суда Ивановской области от 17.06.2015 условно-досрочное освобождение отменено и ФИО3 направлен для отбывания наказания в исправительную колонию особого режима; приговором Шуйского городского суда Ивановской области от 19.08.2015 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ; приговором Шуйского городского суда Ивановской области от 26.06.2020 был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 158 УК РФ), либо в реабилитационных центрах г. Иваново, г. Нижний Новгород и Московской области. На оснований изложенного довод истца об утрате связи с родственниками в результате незаконного уголовного преследования не соответствует действительности. Таким образом, истцом не представлено доказательств, подтверждающих перенесенные им моральные страдания в заявленном размере. Сам факт привлечения к уголовной ответственности не является в силу ст. 61 ГПК РФ основанием для освобождения от доказывания причинения морального вреда и его размера. Кроме того, при решении вопроса о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда и определении ее размера необходимо учитывать особенности личности истца. ФИО3 ранее неоднократно судим, в том числе за тяжкое преступление; отбывал наказание в виде лишения свободы, в том числе в исправительной колонии строгого режима; имеет рецидив преступлений; в настоящее время отбывает наказание по приговору Шуйского городского суда Ивановской области от 26.06.2020; неоднократно привлекался к административной ответственности за совершение правонарушений, посягающих на общественный порядок; по месту регистрации участковым уполномоченным характеризуется отрицательно, как злоупотребляющий спиртными напитками, не соблюдающего нормы общежития, на которого неоднократно поступали жалобы от соседей. Указанные обстоятельства свидетельствует о склонности истца к регулярному противоправному поведению, неуважении к обществу, государству, нормам поведения и закону. Учитывая изложенное, Минфин России считает, что сумма компенсации морального вреда - 300 000 рублей - не соответствует степени физических и нравственных страданий истца, не отвечает принципу разумности и справедливости и явно завышена. При определении суммы компенсации морального вреда также должен учитываться баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются, как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан. Таким образом, определяя сумму компенсации морального вреда, необходимо исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения последнего. С учетом указанных выше обстоятельств Минфин России считает, что исковые требования с учетом указанных выше обстоятельств могут быть удовлетворены в сумме, не превышающей 500 рублей, поскольку истцом не представлены доказательства причинения морального вреда в большем размере. 

В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры Ивановской области ФИО2 поддержала позицию, изложенную в Отзыве, в котором указано, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению. В силу положений ст.ст. 151, 1070, 1100, 1101 ГК РФ, поскольку ФИО3 незаконно подвергнут уголовному преследованию, имеются основания для взыскания в его пользу компенсации морального вреда за счёт средств казны Российской Федерации. При принятии решения следует учитывать фактические обстоятельства, при которых лицу причинен моральный вред. Так, одновременно с обвинением в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 157 РФ, ФИО3 обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ. Приговором Шуйского городского суда Ивановской области от 26.06.2020 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 157 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы с ограничением свободы с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. В рамках рассмотрения указанного уголовного дела ФИО3 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Приговор от 26.06.2020 вступил в силу 01.09.2020, в связи с чем ФИО3 находился в ФКУ СИЗО - 1 УФСИН России по Ивановской области. Достоверных и убедительных доказательств того, что уголовное преследование по ч. 1 ст. 157 УК РФ каким-либо негативным образом отразилось на истце, его семье, а также подтверждающих степень нравственных страданий, ФИО5, вопреки требованиям ст.ст. 56, 131 ГПК РФ, не представлено. Истцом также не представлено медицинских документов, подтверждающих, по его мнению, ухудшение состояния здоровья исключительно из-за уголовного преследования. В связи с изложенным, размер компенсации морального вреда подлежит существенному снижению.

Изучив материалы гражданского дела, заслушав пояснения истца, представителя третьего лица, суд приходит к следующим выводам. 

Статьей 5 Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» от 04.11.1950 г. регламентировано, что каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.

В силу ст. 45 Конституции Российской Федерации государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Из содержания данной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации и международно-правовых актов, основанных на принципах правового государства, верховенства права, юридического равенства и справедливости, следует, что государство, обеспечивая лицам, пострадавшим от незаконного и (или) необоснованного привлечения к уголовной ответственности на любой стадии уголовного судопроизводства, эффективное восстановление в правах, обязано гарантировать им возмещение причиненного вреда, в том числе путем компенсации из средств государственного бюджета.

Конкретизируя конституционно-правовой принцип ответственности государства за незаконные действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, федеральный законодатель устанавливает порядок и условия возмещения вреда, причиненного такими действиями (бездействием). При этом, исходя из необходимости максимально возможного возмещения вреда, он должен принимать во внимание особенности регулируемых общественных отношений (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 января 1993 года N 1-П) и с учетом специфики правового статуса лиц, которым причинен вред при уголовном преследовании, - предусматривать наряду с общими гражданско-правовыми правилами компенсации вреда упрощающие процедуру восстановления прав реабилитированных лиц специальные публично-правовые механизмы, обусловленные тем, что гражданин, необоснованно подвергнутый от имени государства уголовному преследованию, нуждается в особых гарантиях защиты своих прав. Тем более что при рассмотрении вопроса о возмещении вреда, причиненного гражданину в результате ошибочного привлечения к уголовной ответственности, действуют закрепленные в статье 49 Конституции Российской Федерации требования презумпции невиновности, исходя из существа которых на гражданина не может быть возложена обязанность доказывания оснований для возмещения данного вреда, непосредственно связанная с доказыванием невиновности в совершении преступления.

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

В силу ч. 1 ст. 134 УПК РФ, суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» в действующей редакции, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В указанном случае установление вины должностных лиц не происходит. Действия правоохранительных органов и суда могут быть законными на момент совершения, но незаконными в конечном итоге.

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 УПК РФ.

Судом установлено, что ФИО3 одновременно с обвинением в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.157 УК РФ, обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст.158, ч.1 ст.158 УК РФ.

Приговором Шуйского городского суда Ивановской области от 26 июня 2020 года ФИО3 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст.158 УК РФ, ч.1 ст.158 УК РФ, на основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО3 наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 8 месяцев с ограничением свободы на срок 8 месяцев с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. 

Приговором Шуйского городского суда Ивановской области от 22 июля 2020 г. ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.157 УК РФ и назначено наказание в виде лишения свободы на срок 5 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

09.09.2020 г. апелляционным постановлением Ивановского областного суда от 09.09.2020 г. приговор Шуйского городского суда Ивановской области от 22.07.2020 г. в отношении ФИО3 отменен, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Постановлением Шуйского городского суда Ивановской области от 18 марта 2021 года уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.157 УК РФ прекращено в связи с отказом государственного обвинителя об обвинения и на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за ФИО3 признано право на реабилитацию. 

Таким образом, доводы ФИО3 о незаконном нахождении в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области в период с 22.07.2020 г. по 09.09.2020 г. не соответствуют обстоятельствам дела, указанные доводы судом отвергаются. 

В соответствии со статьей 1099 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

К безусловным основаниям компенсации морального вреда, независимо от вины причинителя вреда, статья 1100 ГК РФ относит, в том числе, компенсацию морального вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключение под стражу или подписки о невыезде.

Вместе с тем, размер компенсации гражданину морального вреда, определяется правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

Статьей 1101 ГК РФ установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с изменениями, внесенными Постановлениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.10.96 N 10 и от 15.01.98 N 1) указано, что суду необходимо также выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

С учетом изложенного, суд считает, что требование ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, является обоснованным.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда

Ответственность за вред, причиненный актами правоохранительных органов и суда, в качестве особого вида деликтного обязательства регламентирует ст. 1070 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В данном случае вред подлежит взысканию за счет средств казны РФ, от имени которой выступает Министерство финансов РФ.

Согласно ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Оценивая характер и объем испытанных истцом страданий, с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, суд принимает во внимание, что истец, как любой гражданин РФ, был вправе рассчитывать на ничем не опороченное имя и репутацию, был вынужден претерпевать нравственные страдания, стыд, унижение, связанные с незаконным уголовным преследованием, находился в состоянии постоянного беспокойства и нервного стресса.

Вместе с тем, возмещение морального вреда не может быть эквивалентно действительным переживаниям и страданиям лица, незаконно подвергнутого уголовному преследованию, и не может служить средством обогащения.

Согласно сообщения МЧ-9 ФКУЗ МСЧ-37 ФСИН России от 01.06.2021 № …., ФИО3 убыл в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области 29.03.2021 г. вместе с имеющейся медицинской документацией. По данным амбулаторного журнала: 29.06.2020 г. и 02.02.2021 г. прошел …..

Согласно выписного эпикриза от 20.01.2020 г. ФИО3 поставлен диагноз: ….. ….. 

Согласно сообщения МЧ-3 ФКУЗ МСЧ-37 ФСИН России, в амбулаторной карте осужденного ФИО3 данных за обращением в медицинскую часть СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области в период с июля по сентябрь 2020 года по вопросу рентгена руки не поступало.

Иных доказательств, что во время нахождения в СИЗО, ФИО3 обращался за медицинской помощью и ему было отказано в ее предоставлении, а так же ухудшения состояния здоровья, суду не предоставлено.

Из материалов уголовного дела № 1-128/2019 г. усматривается, что ФИО3 ранее судим: 1) 9 июля 2009 приговором Шуйского городского суда Ивановской области по ч.1 ст.111 УК РФ к 6 годам 5 месяцам лишения свободы (с учетом постановления Ухтинского городского суда Республики Коми от 14 сентября 2011 года); постановлением Южского районного суда Ивановской области от 16 июля 2014 года освобожден условно-досрочно на неотбытый срок 1 год 1 месяц 4 дня; постановлением Шуйского городского суда от 17 июня 2015 года условно-досрочное освобождение отменено, направлен для отбывания наказания в колонию особого режима на срок 1 год 19 дней; 2) 19 августа 2015 года приговором Шуйского городского суда Ивановской области по п.«а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, на основании ст.70 УК РФ окончательно к отбытию назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года 3 месяца, с ограничением свободы на срок 6 месяцев; освободился из мест лишения свободы 6 октября 2018 года на основании постановления Палехского районного суда Ивановской области 25 сентября 2018 года о замене неотбытой части наказания на ограничение свободы, которое отбыто 28 ноября 2018 года; дополнительное наказание в виде ограничения свободы отбыто 06 мая 2019 года.

При таких обстоятельствах, довод истца о том, что в результате незаконного уголовного преследования он утратил связь с родственниками не соответствует действительности.

Так же не нашли своего подтверждения и доводы ФИО5 ВВ.М. в части того, он испытал морально - нравственные страдания в связи с тем, что в судебном заседании 22 июля 2020 г. участвовала его дочь, поскольку из протокола судебного заседания от 22 июля 2020 г. следует, что в судебное заседание не явилась несовершеннолетняя потерпевшая ФИО4, извещена надлежащим образом, в суд представлено заявление о нежелании участия потерпевшей, при обсуждении вопроса о рассмотрении дела в ее отсутствие, ФИО3 был согласен.

Кроме того, при рассмотрении вопроса о компенсации морального вреда, суд учитывает личность истца. Так, согласно приговора Шуйского городского суда Ивановской области от 26 июня 2020 года по делу № 1-21/2020 ФИО3 ранее судим за тяжкое преступления и преступления средней тяжести, неоднократно привлекался к административной ответственности за совершение правонарушений в области нарушения общественного порядка, по месту регистрации участковым уполномоченным характеризуется отрицательно, как злоупотребляющим спиртными напитками, на которого неоднократно поступали жалобы соседей.

При таких обстоятельствах, исходя из принципов разумности и справедливости, характера и объема причиненных ФИО3 нравственных страданий, суд считает необходимым взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в лице УФК по Ивановской области за счет казны Российской Федерации в пользу истца в счет возмещения морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, денежные средства в размере 15000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области о возмещении морального вреда в связи с реабилитацией, удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 15000 (пятнадцать тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Шуйский городской суд Ивановской области в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Вступившие в законную силу решение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу, при условии, что были исчерпаны установленные ГПК РФ способы обжалования судебного акта до дня вступления его в законную силу.

Судья В.В. Щепетков 

Решение в окончательной форме изготовлено 09 июля 2021 года.

Судья В.В. Щепетков