Судья: Ижболдина Т.П. № 44г-59

Докладчик: Сучкова И.А.

Председательствующий: Акинина Е.В.

Судьи: Сучкова И.А., Проценко Е.П. 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

суда кассационной инстанции

г. Кемерово 05 августа 2019 года

Президиум Кемеровского областного суда в составе: 

Председательствующего: Ордынского А.В.,

членов президиума: Сидорова Е.И., Кузнецовой О.П., Бойко В.Н., Фроловой Т.В., Шагаровой Т.В., 

при секретаре Донцовой О.А.

заслушав доклад судьи Шагаровой Т.В.,

по кассационной жалобе ФИО1 на решение Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 15.11.2018 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 28.02.2019 по делу по иску ФИО1 к Управлению Пенсионного Фонда РФ (государственное учреждение) в г. Новокузнецке Кемеровской области (межрайонное) о признании решения об отказе в установлении пенсии незаконным,

переданной определением судьи Кемеровского областного суда от 17.07.2019 с делом для рассмотрения в судебном заседании президиума Кемеровского областного суда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Управлению Пенсионного Фонда РФ (государственное учреждение) в г. Новокузнецке Кемеровской области (межрайонное) (далее – УПФР (ГУ) в г. Новокузнецке Кемеровской области (межрайонное)) о признании решения об отказе в установлении пенсии незаконным.

Требования мотивированы тем, что решением УПФР (ГУ) в г. Новокузнецке Кемеровской области (межрайонное) № от ДД.ММ.ГГГГ ему было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости по причине отсутствия необходимого требуемого специального стажа, требуемого для назначения досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п.2 ч.1 ст. 30 ФЗ «О страховых пенсиях». С указанным решением истец не согласен.

С учетом уточненных исковых требований просил признать решение УПФР (ГУ) в г. Новокузнецке Кемеровской области (межрайонное) № от ДД.ММ.ГГГГ незаконным; обязать УПФР (ГУ) в г. Новокузнецке Кемеровской области (межрайонное) зачесть в специальный стаж истцу периоды работы с 25.01.1982 по 02.08.1982 в качестве машиниста углеподачи, с 03.08.1982 по 16.06.1992 в качестве машиниста котла производственной котельной и назначить досрочную страховую пенсию по старости с даты обращения с заявлением о ее назначении - ДД.ММ.ГГГГ.

Решением Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 15.11.2018 в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказано в полном объеме.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 28.02.2019 решение Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 15.11.2018 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить решение Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 15.11.2018 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 28.02.2018 как незаконные.

В заседание суда кассационной инстанции ФИО1 и представитель УПФР (ГУ) в г. Новокузнецке Кемеровской области (межрайонное) не явились, несмотря на их извещение о времени и месте кассационного рассмотрения, при этом об отложении дела не просили, об уважительности причин неявки не сообщили. В этой связи президиум, руководствуясь ст. 385 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив законность обжалуемых судебных постановлений, президиум находит обжалуемые судебные постановления подлежащими отмене по следующим основаниям.

Согласно ст. 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения норм материального и процессуального права были допущены судами первой и апелляционной инстанций.

Как было установлено судебными инстанциями и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился к ответчику с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (л.д. 28-29).

Решением УПФР (ГУ) в г. Новокузнецке Кемеровской области (межрайонное) от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 отказано в досрочном назначении страховой пенсии по п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» ввиду того, что им не выработан специальный стаж, требуемый для назначения досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». При этом ответчиком в специальный стаж не были зачтены периоды работы: с 25.01.1982 по 02.08.1982 - в качестве машиниста углеподачи, так как эта профессия не предусмотрена Списками № 2 от 1956 года и Списками № 2 от 1991 года; с 03.08.1982 по 15.06.1992 - в качестве машиниста котла производственной котельной, так как эта профессия не предусмотрена Списками № 2 от 1956 года и Списками № 2 от 1991 года (л.д. 20-22).

Разрешая требования ФИО1 и отказывая во включении в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях», вышеуказанных периодов его работы в должности машиниста углеподачи, машиниста котла производственной котельной, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из отсутствия доказательств, подтверждающих факт работы котельной на твердом топливе (угле или сланце), а также из отсутствия доказательств полной занятости истца в течение рабочего времени и тяжелого характера его работы в спорные периоды. 

Однако президиум не может согласиться с указанными выводами судебных инстанций, поскольку они основаны на неправильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Из представленной копии трудовой книжки истца усматривается, что ФИО1 в период с 25.01.1982 по 02.08.1982 работал на Кузбасской птицефабрике мотористом углеподачи по обслуживанию производственной котельной, в период с 03.02.1982 по 15.06.1992 работал на Кузбасской птицефабрике машинистом котла по обслуживанию производственной котельной (л.д. 7-11).

Из архивных справок БУ «Муниципальный архив Новокузнецкого муниципального района» от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 12), от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 62) следует, что в документах архивного фонда ЗАО «Кузбасская птицефабрика», в личных карточках работников ЗАО «Кузбасская птицефабрика» значится ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в качестве: 25.01.1982 теплоцех моторист углеподачи по обслуживанию производственной котельной 5 р. (Пр. № ль ДД.ММ.ГГГГ); 03.08.1982 теплоцех машинист котлов 6 р. (Пр.№ от ДД.ММ.ГГГГ); 15.06.1992 уволен (Пр. № от ДД.ММ.ГГГГ). Предоставить информацию о режиме рабочего времени, дать подтверждение, что данная работа являлась на данных должностях в полной занятости, нет возможности, так как табеля рабочего времени и документы, подтверждающие вышеуказанное не переданы в архив. Кузбасская птицефабрика реорганизована в ЗАО «Кузбасская птицефабрика» на основании распоряжения Администрации Новокузнецкого района от ДД.ММ.ГГГГ №. ЗАО «Кузбасская птицефабрика» ликвидирована решением Арбитражного суда Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке МУП «Котельные и тепловые сети Новокузнецкого муниципального района» от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 81), МУП «КТС Новокузнецкого района» не может выдать подтверждающие документы о том, что в период времени с 25.01.1982 г. по 15.06.1992 г. котельная п. Степной работала на твердом топливе в связи с тем, что техническая документация была утеряна, при передачи котельной п. Степной от ЗАО «Кузбасская птицефабрика» в пользование МУП «КТС НМР». На котельной п. Степной установлены три котла ДКВР 10-13 С, на данный момент они работают на твердом топливе (уголь марки Г), реконструкция котлов не производилась, в связи с этим можно утверждать, что в период с 25.01.1982 по 15.06.1992 котельная п. Степной работала на твердом топливе.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 30 названного Федерального закона страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 мужчинам по достижении возраста 55 лет и женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали на работах с тяжелыми условиями труда соответственно не менее 12 лет 6 месяцев и 10 лет и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 лет и 20 лет. В случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона, на один год за каждые 2 года и 6 месяцев такой работы мужчинам и за каждые 2 года такой работы женщинам.

Согласно ч. 2 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается пенсия по старости в соответствии с частью 1 настоящей статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

Согласно пп. «б» п. 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 16.07.2014 № 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение» при определении стажа на соответствующих видах работ в целях досрочного пенсионного обеспечения в соответствии со статьей 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» при досрочном назначении страховой пенсии по старости лицам, работавшим на работах с тяжелыми условиями труда, применяются: Список № 2 производств, работ, профессий, должностей и показателей с вредными и тяжелыми условиями труда, занятость в которых дает право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях, утвержденный Постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 № 10; Список № 2 производств, цехов, профессий и должностей с тяжелыми условиями труда, работа в которых дает право на государственную пенсию на льготных условиях и в льготных размерах, утвержденный Постановлением Совета Министров СССР от 22.08.1956 № 1173, - для учета периодов выполнения соответствующих работ, имевших место до 01.01.1992.

Спорными являются периоды работы истца с 25.01.1982 по 02.08.1982 - в качестве машиниста углеподачи, с 03.08.1982 по 15.06.1992 - в качестве машиниста котла производственной котельной, соответственно, при определении специального стажа истца подлежат применению: Список № 2 от 22.08.1956 № 1173 – для учета периода работ до 01.01.1992 и Список № 2 от 26.01.1991 № 10 – для учета работ после 01.01.1992.

Постановлением Совета Министров СССР от 22.08.1956 № 1173 был утвержден Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение пенсии по старости лицам с тяжелыми условиями труда, который действовал в различных редакциях до 01.01.1992.

В данный Список (раздел XXXII «Общие профессии») была внесена должность - «кочегары производственных котельных и производственных печей» без указания вида топлива, на котором работает котельная.

Порядком, утвержденным постановлением Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС от 02.04.1976 № 81/8 разъяснено, что лицам, выполнявшим работы машиниста (кочегара) котельных предоставляется досрочная пенсия как кочегарам производственных котельных и производственных печей.

Новая редакция Списка № 2 утверждена постановлением Кабинета Министров СССР № 10 от 26.01.1992. 

В указанной редакции Списка (в разделе XXXIII «Общие профессии», позиция 23200000-13786 указана должность машиниста (кочегара) котельной (на угле и сланце), в том числе занятых на удалении золы.

Таким образом, обязательным условием для назначения пенсии по Списку № 2 от 22.08.1956 № 1173 являлось то, что работа кочегаром должна была осуществляться в производственной котельной. При этом вид использовавшегося топлива не имел значения, требований относительно вида топлива Список № 2 от 22.08.1956 № 1173 не содержал.

Указанные положения закона не были учтены судебными инстанциями при разрешении данного спора.

Кроме того, нельзя согласиться и с доводами суда первой инстанции о необходимости подтверждения полной занятости истца, поскольку указанный вывод основан на неправильном применении норм материального закона.

Так, в соответствии с п. 4 Постановления Правительства Российской Федерации № 516 от 11.07.2002 «Об утверждении правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со ст.ст. 27, 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и п. 5 разъяснения Министерства труда Российской Федерации от 22.05.1996 № 5 «О порядке применения списков производств, работ, профессий, должностей и показателей, дающих в соответствии со статьями 12, 78 и 78.1 Закона РСФСР "О государственных пенсиях в РСФСР», утвержденных Постановлением Министерства труда Российской Федерации от 22.05.1996 № 29, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации. Под полным рабочим днем понимается выполнение работы в условиях труда, предусмотренных Списками, не менее 80 % рабочего времени.

До принятия названного Постановления Министерства труда Российской Федерации от 22.05.1996 № 29 действовало Разъяснение Министерства труда и занятости населения РСФСР и Министерства социальной защиты населения РСФСР от 08.01.1992 «О порядке применения на территории РСФСР Списков № 1 и № 2 производств, работ, профессий, должностей и показателей, которые дают право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях», утвержденных Постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 № 10 и введенных в действие с 01.01.1992 Постановлением Совета Министров РСФСР от 02.10.1991 № 517, согласно которому право на пенсию на льготных условиях имеют работники, постоянно занятые выполнением работ, предусмотренных Списками № 1 и № 2, в течение полного рабочего дня. Под полным рабочим днем понимается выполнение работы в условиях, предусмотренных Списками, не менее 80% рабочего времени.

Однако до введения указанного Разъяснения пенсионное законодательство таких требований не содержало, следовательно, подтверждение постоянной занятости при выполнении работ, предусмотренных Списками № 1 и № 2, в течение полного рабочего дня до 01.01.1992 не требовалось.

При этом соблюдение двух условий: соответствие занимаемой должности Списку № 2 и выполнение ее в течение полного рабочего дня требуется с 01.01.1992.

Принимая во внимание, что в спорные периоды истец занимал должности по обслуживанию производственной котельной (машинист углеподачи, машинист котла), при этом, требований о необходимости подтверждения занятости рабочих указанной профессии в производстве, где основные рабочие пользуются правом на льготное пенсионное обеспечение, либо подтверждения работы в котельной на угле и сланце до 01.01.1992, Список № 2 от 22.08.1956 № 1173 не содержал, президиум не может согласиться с выводами судебных инстанций об отсутствии оснований для включения спорных периодов в специальный стаж истца по указанным основаниям.

Таким образом, выводы судебных инстанций об отказе в признании решения пенсионного органа незаконным и отказе во включении спорных периодов в специальный стаж истца, основаны на неправильном применении и толковании норм материального права, а потому судебные постановления нельзя признать законными и обоснованными.

Толкование судебными инстанциями правовых норм как не позволяющих включить спорные периоды в специальный стаж, не только противоречит их действительному смыслу и предназначению, но и создает неравенство при реализации права на досрочное назначение страховой пенсии, что недопустимо с точки зрения требований ч.ч. 1, 2 ст. 19 Конституции Российской Федерации, а также приводит к неправомерному ограничению права граждан на социальное обеспечение (ч. 1 ст. 39 Конституции Российской Федерации).

Кроме того, в соответствии с ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд.

В соответствии с частями 1, 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как следует из материалов дела, истец, обращаясь в суд, в обоснование заявленных требований ссылался на письменные доказательства, которые, по его мнению, подтверждающие вид топлива, на котором работала котельная в спорные периоды и подтверждают его право на льготное пенсионное обеспечение.

Так, истцом представлен акт № документальной проверки «Перечня рабочих мест, профессий и должностей, работа в которых дает право на льготное пенсионное обеспечение» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.35-38), Перечень рабочих мест, профессий и должностей, работа в которых дает право на льготное пенсионное обеспечение ЗАО «Кузбасская птицефабрика» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 42-43), справка режима работы производственной котельной ЗАО «Кузбасская птицефабрика» (л.д.44).

Однако указанные доказательства, в нарушение положений ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российский Федерации не получили правовой оценки судебных инстанций. Таким образом, судом первой и второй инстанций допущены нарушения норм процессуального права при исследовании и оценке доказательств, в связи с чем обжалуемые судебные постановления нельзя признать соответствующими требованиям ст. ст. 195, 198, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебными инстанциями допущены существенные нарушения норм материального и процессуального закона, что в силу статьи 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемых постановлений, поскольку без устранения этих нарушений невозможно восстановление прав и законных интересов истца.

В связи с чем, суд кассационной инстанции полагает необходимым отменить решение Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 15.11.2018 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 28.02.2019 с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку не все обстоятельства, имеющие значение для дела, судом установлены.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, правильно определить обстоятельства, имеющие значение для дела и разрешить спор в соответствии с требованиями закона.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса РФ, президиум

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 15.11.2018 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 28.02.2019 отменить.

Направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

Председательствующий А.В. Ордынский