Дело № 2-159/2020

№ 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

<

адрес> «27» мая 2020 года 

Жирновский районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Леванина А.В., единолично,

при секретаре Пешкиной Л.А.,

с участием: прокурора – помощника прокурора 

<

адрес> Алдонина К.Ю., истца ФИО1, представителей ответчика ГУЗ «Жирновская ЦРБ» – ФИО2, ФИО3, ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному учреждению здравоохранения «Жирновская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, причиненного смертью малолетнего ребенка в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1, обратилась в суд с вышеназванным иском, указав, что № в 15:55 часов ФИО1 доставлен в 2-е анестезиолого-реанимационное отделение (далее по тексту - АРО) ГУЗ «Жирновск ЦРБ» с целью интенсивного динамического наблюдения в условиях АРО. При поступлении ребенка состояние тяжелое, обусловлено дыхательной недостаточностью 1-2 степени за счет возможной бронхолегочной патологии и конкурирующей острой хирургической патологии в виде инвагинации кишечника и возможной острой кишечной непроходимости. ДД.ММ.ГГГГ, в 17:40 часов, состояние ребенка крайне тяжелое, динамика отрицательная, обусловлена картиной развивающегося инфекционно-токсического шока и ДН 3 с развитием отека легких при течении двусторонней пневмонии тяжелого течения. ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов собран консилиум, поставлен клинический основной диагноз: двусторонняя внебольничная полисегментарная пневмония тяжелого течения. ДД.ММ.ГГГГ в 19:35 часов, у ребенка констатирована клиническая смерть. ДД.ММ.ГГГГ в 20:05 часов, констатирована биологическая смерть ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

По факту ненадлежащего оказания её малолетнему сыну медицинской помощи врачами ГБУЗ «Жирновская ЦРБ» Жирновским межрайонным следственным отделом Следственного управления следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес> проводилась процессуальная проверка, в рамках которой проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

Из посмертного эпикриза № следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 20:05 была констатирована биологическая смерть ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.; диагноз заключительный клинический: Основной: Двусторонняя внебольничная полисегментарная пневмония тяжелое течение. Осложнение: Инфекционнотоксический шок. Респираторный дистресс-синдром. ДН 3. Отёк лёгких. Отёк головного мозга. Динамическая непроходимость кишечника. Фон: Анемия 3 степени неуточненная. Тимомегалия.

Согласно протоколу ВК № от ДД.ММ.ГГГГ, выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи: 

На этапе наблюдения в женской консультации:

Организационно-тактические:

Отсутствие прегравидарной подготовки.

Поздняя постановка на учет по беременности.

Отсутствие заполнения таблицы оценки пренатальных факторов риска в баллах.

Отсутствие интерпретации врачом акушером гинекологом патологической прибавки в весе ДД.ММ.ГГГГ. Прибавка в весе на очередной явке 2,2 кг за 2 нед. Общая прибавка за 7 нед. наблюдения - 6,1 кг.

Отсутствие назначения лечения врачом терапевтом при установленном в 27 нед. (ДД.ММ.ГГГГ) диагнозе: ВБВНК, 2 ст. справа, 3 ст. слева, ХВН 2-3, ИМВП.

Применение врачом терапевтом для лечения ВБВНК иных лекарственных средств, отличных от рекомендаций сосудистого хирурга: мазь Венофлегель, мазь Траумель - на кожу ног, Ортосифон 1 ст. в сутки, вместо назначенных: диосмин (детралекс, флебодиа, флебофа) 1000 мг/сут.

Некорректное установление срока беременности врачом терапевтом при двух последовательных явках ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. Выставляется диагноз: Беременность 32 нед. (срок не изменен).

При диагностике мочекаменной болезни от ДД.ММ.ГГГГ врачом терапевтом не назначено соответствующее лечение. Диагноз ИМВП врачом терапевтом не выставляется, лечение не назначается.

Отсутствие направления на родоразрешение в акушерский стационар 3 уровня согласно схеме маршрутизации. Пациентка родоразрешалась в ГУЗ «Род

<

адрес>» по направлению районного акушера гинеколога.

Лечебно-диагностические:

Отсутствие интерпретации врачом терапевтом результата анализа мочи. (ДД.ММ.ГГГГ в моче лейкоцитов 40-60 и протеинурии 0,075, гематурия - 8-10 в п/зр).

Некорректное назначение препаратов железа при выявлении анемии 105 г/л (Сорбифер 1 таб р/д).

На этапе медицинской помощи ребенку в педиатрическом отделении поликлиники ГУЗ «Жирновская ЦРБ»:

1) Организационно-тактические:

Неполное выполнение рекомендаций при выписке из ГУЗ «Род

<

адрес>».

Неверная трактовка группы здоровья ребенка (

<

адрес>) с анемией при осмотре врачом педиатром участковым в возрасте 5 месяцев.

Некорректное ведение медицинской документации. Не заполнена таблица динамического наблюдения за ребенком медицинской сестрой и врачом педиатром.

Не в полном объеме выполнены требования Приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «О Порядке проведения профилактических медицинских осмотров несовершеннолетних).

2) Лечебно-диагностические:

Отсутствие проведения ребенку УЗИ скрининга в 1 месяц;

Отсутствие проведения ребенку контроля веса 1 раз в неделю;

Отсутствие контроля расчета питания ребенка, находящегося на искусственном вскармливании с диагнозом: паратрофия.

Отсутствие контроля частоты сердечных сокращений врачом педиатром и педиатрической медицинской сестрой на протяжении всего динамического наблюдения за ребенком.

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы №«155/43 м-п от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО1 наступила от развившейся острой сердечно-сосудистой недостаточности, которая явилась следствием дилатационной кардиомиопатии.

В оказании медицинской помощи ФИО1, в АРО ГУЗ «Жирновская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ экспертной комиссией были выявлены следующие недостатки:

не была произведена катетеризация центральной вены для введения лекарственных препаратов при наличии признаков шока;

не была произведена электрокардиография для уточнения причины развития сердечно-сосудистой недостаточности.

Данные недостатки в оказании медицинской помощи не явились причиной развития у ФИО1 кардиомиопатии и сердечно-сосудистой недостаточности, а также не привели к ухудшению его состояния. На основании изложенного, экспертная комиссия не усматривает наличия причинно-следственной связи между допущенными недостатками в оказании медицинской помощи ФИО1, в АРО ГУЗ «Жирновская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ и наступлением его смерти.

Таким образом, именно непрофессиональные действия врачей ГУЗ «Жирновская ЦРБ» способствовали наступлению смерти её малолетнего сына, а также нанесли ей непоправимый моральный вред.

Возмещение причиненного мне морального вреда подлежит возложению на ГУЗ «Жирновская ЦРБ».

Смерти её малолетнего сына способствовали непрофессиональные действия сотрудников ответчика, не оказавших ему медицинскую помощь надлежащего качества и в полном объеме, и причинила ей как близкому родственнику умершего моральный вред в виде глубоких нравственных страданий, которые усилились от сознания возможности при условии оказания качественной медицинской помощи спасения его жизни.

Гибель близкого человека сама по себе является обстоятельством, нарушившим неимущественное право на родственные и семейные связи, её психическое благополучие, является невосполнимой для неё утратой и тяжелым событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания, чем ей был причинен моральный вред, который должен быть ей компенсирован.

При определении размера компенсации морального вреда просит суд учесть характер и объем причиненных ей нравственных и физических страданий, выразившихся в ненадлежащем оказании медицинской помощи её малолетнему сыну, негативные последствия - наступление его смерти, а также поведение ответчика, который не принял никаких мер для заглаживания причиненного вреда, что доставило ей дополнительные нравственные страдания.

Медицинская помощь её сыну ФИО1 была оказана некачественно и несвоевременно, что подтверждается заключением комиссионной судебной экспертизы № м-п от ДД.ММ.ГГГГ и протоколом ВК № от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, именно отсутствие прямой причинно-следственной связи между многочисленными дефектами оказания медицинской помощи её малолетнему сыну и его смертью не могут браться за основу для отказа её исковых требований, так как, она, зная о вышеуказанных дефектах оказания медицинской помощи её малолетнему сыну, и понимая, что чувствовал он, в процессе ненадлежащего лечения, испытывает переживания, моральные и нравственные страдания.

В связи с изложенным, просит взыскать с ответчика ГУЗ "Жирновская центральная районная больница" в её пользу компенсацию морального вреда, причиненного смертью её малолетнего сына ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в размере 3 миллиона рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования просила удовлетворить полностью по изложенным в иске основаниям.

Представители ответчика ГУЗ «Жирновская ЦРБ» – ФИО2, ФИО4 и ФИО3 с исковыми требованиями ФИО1 не согласны, представили письменные возражения, имеющиеся в материалах дела, в которых указали, что отсутствует прямая причинно-следственная связь между причиненным вредом в виде нравственных страданий и действиями ответчика по оказанию медицинской помощи и наступлением смерти её малолетнего сына ФИО1, факт причинения какого-либо вреда здоровью ФИО1 по вине ответчика, не установлен, вина конкретного сотрудника больницы или учреждения в целом в совершении непрофессиональных действий при оказании медицинской помощи, которые способствовали смерти малолетнего ребенка не доказана, в связи с чем просили в иске отказать полностью.

Прокурор Алдонин К.Ю. считает, что исковые требования ФИО1, подлежат частичному удовлетворению, в связи наличием нарушений порядка оказания медицинской помощи малолетнему ФИО1 Размер компенсации морального вреда просил определить на усмотрение суда.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, считает иск ФИО1 к ГУЗ «Жирновская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, причиненного смертью малолетнего ребенка в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи, подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанностью государства.

В РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ (ч. 1 ст. 17 Конституции РФ).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции РФ).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции РФ).

К числу основных прав человека Конституцией РФ отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции РФ).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции РФ).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция РФ относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в РФ, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ).

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п.3 ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ).

В силу ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ).

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч. 1 ст. 151 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац первый пункта 2 названного постановления Пленума).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзац второй пункта 2 названного постановления Пленума).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В ст. 151 ГК РФ закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо (пункт 1 этого постановления).

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней"), поэтому применение судами вышеназванной конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 10 названного постановления).

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично им также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

Пунктом 2 статьи 150 ГК РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Ст.1064 ГК РФ установлены общие основания ответственности за причинение вреда.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу ч. 2 ст. 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 3 ст. 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ).

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По нормам ч.1 ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 15:55 часов ФИО1 доставлен в 2-е АРО ГУЗ «Жирновск ЦРБ» с целью интенсивного динамического наблюдения в условиях АРО. При поступлении ребенка состояние тяжелое, обусловлено дыхательной недостаточностью 1-2 степени за счет возможной бронхолегочной патологии и конкурирующей острой хирургической патологии в виде инвагинации кишечника и возможной острой кишечной непроходимости. ДД.ММ.ГГГГ в 17:40 часов состояние ребенка крайне тяжелое, динамика отрицательная, обусловлена картиной развивающегося инфекционно-токсического шока и ДН 3 с развитием отека легких при течении двусторонней пневмонии тяжелого течения. ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов собран консилиум, поставлен клинический основной диагноз: двусторонняя внебольничная полисегментарная пневмония тяжелого течения. ДД.ММ.ГГГГ в 19:35 часов у ребенка констатирована клиническая смерть. ДД.ММ.ГГГГ в 20:05 часов, констатирована биологическая смерть ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Жирновским МРСО СУ СК России по 

<

адрес> проводилась процессуальная проверка, в рамках которой проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

Согласно посмертному эпикризу №, ДД.ММ.ГГГГ в 20:05 ДД.ММ.ГГГГ была констатирована биологическая смерть малолетнего сына истца – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Диагноз заключительный клинический: Основной: Двусторонняя внебольничная полисегментарная пневмония тяжелое течение. Осложнение: Инфекционнотоксический шок. Респираторный дистресс-синдром. ДН 3. Отёк лёгких. Отёк головного мозга. Динамическая непроходимость кишечника. Фон: Анемия 3 степени неуточненная. Тимомегалия. Медицинская помощь её сыну ФИО1 была оказана некачественно и несвоевременно, что подтверждается заключением комиссионной судебной экспертизы № м-п от ДД.ММ.ГГГГ и протоколом ВК № от ДД.ММ.ГГГГ.

Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями сторон, а также исследованными судом доказательствами, в частности, копиями свидетельства о рождении серии III-РК № и о смерти ФИО1 серии III-РК №, заключением экспертизы № м-п от ДД.ММ.ГГГГ, копией постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, копией медицинского свидетельства о смерти ФИО1 серии 18 №, копией медицинской карты беременной и родильницы ФИО1, копией медицинской (амбулаторной) карты ФИО1, копией медицинской карты (стационарного больного) ФИО1, копией протокола ВК № от ДД.ММ.ГГГГ, копией приказа о дисциплинарном взыскании №-в/19 от ДД.ММ.ГГГГ, копией приказа о дисциплинарном взыскании №-в/19 от ДД.ММ.ГГГГ, материалом процессуальной проверки № пр-19 КРСП № МРСО СУСК России по 

<

адрес>.

Исковые требования истца основаны на том, что в результате непрофессиональных действий врачей ГУЗ «Жирновская ЦРБ» наступила смерть её малолетнего сына ФИО1, в связи с чем ей был причинен моральный вред.

Исковые требования ФИО1 основаны на заключении комиссионной судебно-медицинской экспертизы № м-п от ДД.ММ.ГГГГ, в результате которой эксперт указал, что при оказании медицинской помощи малолетнему ФИО1 в ГУЗ «Жирновская ЦРБ» экспертной комиссией были выявлены следующие недостатки: не была произведена катетеризация центральной вены для введения лекарственных препаратов при наличии признаков шока; не была произведена электрокардиография для уточнения причины развития сердечно-сосудистой недостаточности.

Таким образом, доводы истца о наличии недостатков при оказании медперсоналом ГУЗ «Жирновской ЦРБ» медицинской помощи малолетнему сыну истца, подтверждаются заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № м-п от ДД.ММ.ГГГГ, оснований не доверять которому у суда не имеется, поскольку экспертиза выполнена экспертной комиссией авторитетного экспертного учреждения 

<

адрес>, в составе экспертов отдела сложных экспертиз, имеющих длительный стаж работы по специальности от 9 до 32 лет, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

При этом, суд учитывает, что смерть малолетнего ФИО1, наступившая ДД.ММ.ГГГГ в 20:05 час., в прямой причинно-следственной связи с выявленными недостатками организации оказания медицинской помощи ГУЗ «Жирновской ЦРБ», не состоит.

При установленных обстоятельствах, суд учитывает, что законом (ст. 1064 ГК РФ) установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Следовательно, на ответчика возложена обязанность доказать: принятие медицинским учреждением всех возможных и необходимых мер по спасению пациента ФИО1; отсутствие вины в ухудшении состояния здоровья пациента ФИО1; факт того, что при надлежащей квалификации врачей и правильной организации лечебного процесса не имелась возможность оказать пациенту ФИО1 необходимую и своевременную помощь. Однако, ответчиком данных доказательств представлено не было.

Исходя из объяснений истца ей лично в связи с очевидным для нее ненадлежащим оказанием медицинской помощи её сыну – ФИО1 причинены нравственные страдания в связи с переживаниями о состоянии здоровья близкого человека.

Осознание того, что её близкому человеку – малолетнему сыну в стационаре ГУЗ «Жирновской ЦРБ» медицинская помощь оказывается с недостатками, не могло не заставлять её переживать, нервничать, т.е. испытывать нравственные страдания.

В результате оказания медицинской помощи сыну истца с недостатками в её организации ответчиком были нарушены личные неимущественные права истца на родственные и семейные связи, на семейную жизнь.

В связи с чем суд полагает установленным факт причинения действиями (бездействием) ответчика в связи с недостатками в организации оказания медицинской помощи малолетнему ФИО1 нравственных страданий ФИО1, как матери, родному, близкому человеку.

С учетом изложенных обстоятельств доводы ответчика об отсутствии у истца права требовать компенсации морального вреда по мотивам причинения вреда только самому пациенту – отвергаются судом. 

Доводы ответчика о том, что смерть ФИО1 в причинно - следственной связи с недостатками организации оказания медицинской помощи ГУЗ «Жирновской ЦРБ» не состоит, с учетом обстоятельств, изложенных выше, само по себе не может быть оценено, как основание для освобождения ГУЗ «Жирновской ЦРБ» от ответственности перед ФИО1

На основании ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, конкретные обстоятельства дела, объем и характер, причиненных истцу нравственных страданий, степень близости истца с сыном ФИО1, степень вины причинителя вреда, а также принимая во внимание, что то обстоятельство, что медицинская помощь, диагностика и профилактика заболеваний являются уставными целями деятельности ГУЗ «Жирновской ЦРБ», исходя из принципов разумности и справедливости, учитывая, что компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер, размер компенсации морального вреда, причиненного истцу ФИО1, суд определяет в размере 200000 рублей; в остальной части заявленных исковых требований, истцу надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194 – 199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к ГУЗ «Жирновская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, причиненного смертью малолетнего ребенка в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи, удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Жирновская центральная районная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального, причиненного смертью малолетнего сына ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в размере 200 (двести тысяч) рублей.

В остальной части заявленных исковых требований истцу, отказать.

Решение может быть обжаловано в Волгоградский областной суд через Жирновский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме в соответствии со ст. 199 ГПК РФ составлено «03» июня 2020 года. 

Судья подпись А.В. Леванин 

копия верна: 

Судья А.В. Леванин