судья Виссарионова М.В. № 22-52/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

30 января 2026 года город Петрозаводск

Судебная коллегия по уголовным делам

Верховного Суда Республики Карелия

в составе: председательствующего судьи Матвеева С.П.,

судей Парамонова Р.Ю. и Терешко В.Я.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Стрелец Н.А., с участием: прокурора прокуратуры Республики Карелия Петровой Д.С., осужденных ФИО1 и ФИО2, защитников-адвокатов Переплесниной С.В. и Закатова А.П.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных ФИО2 и ФИО1, защитников-адвокатов Закатова А.П. и Белоголовова А.О. на приговор Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 28 октября 2025 года, которым

ФИО2, родившийся ХХ.ХХ.ХХ в (.....), гражданин РФ,

осужден по ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком 3 года,

мера пресечения в виде запрета определенных действий сохранена до вступления приговора в законную силу, и

ФИО1, родившийся ХХ.ХХ.ХХ в (.....), гражданин РФ, судимый:

- 22.04.2019 Петрозаводским городским судом Республики Карелия (с учетом последующих изменений) по совокупности преступлений, предусмотренных ч.2 ст.210, ч.2 ст.222, п.п. «а, б» ч.3 ст.163, ч.3 ст.33, ч.2 ст.167 (4 эпизода), ч.2 ст.167 (5 эпизодов), к 9 годам 6 месяцам лишения свободы с ограничением свободы сроком на 6 месяцев, Постановлением Себежского районного суда Псковской области от 23.12.2022 освобожден 10.01.2023 условно-досрочно на 1 год 7 месяцев 27 дней, наказание отбыто;

осужден по ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима,

до вступления приговора в законную силу избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, ФИО1 взят под стражу в зале суда,

срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, зачтено в срок отбывания наказания в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания под стражей с 11.01.2023 по 27.07.2023 и с 28.10.2025 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором определена судьба вещественных доказательств и разрешен вопрос о процессуальных издержках по делу.

Заслушав доклад председательствующего о содержании приговора, существе апелляционных жалоб и возражений, выступления осужденных ФИО2 и ФИО1, защитников адвокатов Закатова А.П. и Переплесниной С.В., поддержавших доводы жалоб и просивших об отмене приговора, мнение прокурора Петровой Д.С., возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО2 и ФИО1 приговором суда признаны виновными в покушении на мошенничество, то есть хищение из казны РФ денежных средств в сумме 9876167 руб. 50 коп. путем обмана, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

В судебном заседании ФИО2 и ФИО1 свою вину не признали.

В апелляционной жалобе защитник адвокат Белоголовов А.О. в интересах осужденного ФИО3 выражает несогласие с приговором, просит его отменить в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона, существенным нарушением норм уголовно-процессуального закона. Указывает, что установленные судом фактические обстоятельства дела не свидетельствуют о том, что ФИО3 имел умысел на хищение из казны РФ денежных средств. По его мнению, судом не дана оценка доказанности стороной обвинения размера имущественного ущерба и реальной возможности причинения. Ссылаясь на ч.3 ст.49 Конституции РФ, ст.14 УПК РФ, указывает, что обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, поскольку бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Считает, что уголовное дело подлежит прекращению за отсутствием в действиях ФИО3 состава преступления на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, поэтому просит отменить приговор и вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе и дополнениях осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным и несправедливым, подлежащим отмене. Считает, что выводы суда о его виновности основаны на предположении, необоснованно были отвергнуты одни доказательства и приняты другие. Умысел на совершение им преступления не доказан, что подтверждается материалами дела. Пишет, что на протяжении длительного времени он содержался под стражей, его защиту осуществлял адвокат ФИО2, который утверждал, что продление ему меры пресечения осуществляется с грубым нарушением закона и разъяснил право на обращение в ЕСПЧ с исковым заявлением о компенсации причиненного ему вреда вследствие незаконного длительного содержания под стражей. По результатам их обращения ЕСПЧ установил нарушение РФ п.3 ст.5 Конвенции от 04.11.1950 «О защите прав человека и основных свобод». Приговором суда от 22.04.2019 он был осужден и направлен для отбывания наказания в исправительное учреждение, однако продолжал поддерживать связь с адвокатом ФИО2 путем телефонных переговоров и переписки по электронной почте, однако суд необоснованно отверг переписку как доказательство по делу. В нарушение ст.307 УПК РФ судом не указан период времени совершения преступного деяния, указано лишь «до 09.08.2021». Судом сделан неверный вывод о том, что его показания и показания ФИО2 противоречат фактическим обстоятельствам дела и опровергаются иными доказательствами. Сговора на совершение незаконных и преступных действий у них не было, он обратился к защитнику за помощью в подаче иска, это его законное право, гарантированное Конституцией РФ. Обращает внимание на то, что его показания соответствуют материалам ОРМ, согласуются с показаниями свидетелей. Тот факт, что он управлял ООО «Севзаптранс», которое имело доходы, доказан в ходе судебного следствия, подтвержден трудовыми договорами и показаниями свидетелей В. , В. , В. , Ю. , однако суд необоснованно расценил показания свидетелей как попытку оказать ему помощь в виду длительного знакомства и совместной деятельности. Кроме того, суд сделал необоснованный вывод о том, что он не имел никакого отношения к ООО «СЗТ», так как с 2013 по 2015гг. Обществом не представлялись налоговые декларации. Отсутствие в материалах дела деклараций не означает, что они не подавались в налоговый орган, свидетель В. это опровергла, показала, что налоги выплачивались, деятельность организации продолжалась. Вывод суда относительного того, что ФИО2 претендовал или мог претендовать на возможную выплату, не подтверждается материалами дела, кроме того, выводы о введении в заблуждение суда относительно законности наличия права на возмещение морального и имущественного вреда посредством информационной справки не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Вопреки выводам суда основанием для обращения в суд с исковым заявлением, а также в порядке главы 18 УПК РФ, послужило его конституционное право на обращение в суд в связи с решением Верховного Суда РФ от 26.12.2018, а не информационная справка о доходе. Вывод суда в части квалифицирующего признака «особо крупный размер» носит предположительный характер, сумму выплат определяет суд, что подтвердила свидетель В. Квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» должным образом в приговоре не описан. Ни он, ни адвокат ФИО2 каких-то документов в Министерство финансов не предъявляли, не предпринимали действий, свидетельствующих о намерении добиться от Министерства финансов какого-либо имущества. Вывод суда о том, что отказ в удовлетворении иска лишил его возможности достижения преступного результата, основан на предположении, а не на реальных действиях его и защитника ФИО2. В материалах дела нет доказательств, подтверждающих их намерение в случае удовлетворения исковых требований на получение исполнительного листа и предъявление его к исполнению. Вывод о том, что обращение в суд – это способ покушения на хищение имущества путем обмана, является неверным. Ссылаясь на ст.ст. 1, 2, 46 Конституции, ст.3 ГПК РФ, считает, что суд первой инстанции допустил ошибку, осудив его за реализацию своих конституционных прав. Просит отменить приговор, вынести по делу оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе и дополнениях защитник адвокат Закатов А.П. выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным, подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона и несправедливостью. Вина ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления не доказана, более того не доказано само событие преступления. Со ссылкой на п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» указывает на то, что субъективная сторона мошенничества характеризуется прямым умыслом. В нарушение п.п. 1,2 ст.307 УПК РФ форма вины ФИО2 и доказательства его вины в приговоре не указаны. По его мнению, положенные судом первой инстанции в основу приговора доказательства виновности ФИО2 в виде показаний ФИО3, свидетелей В. , В. , В. В. и Свидетель №5 не подтверждают факта совершения им преступления. Иные доказательства по уголовному делу, в т.ч., сведения, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий: ответ из УФНС России, ответ из ОПФР, сведения, представленные налоговым и пенсионным органом относительно предоставления информации в отношении ООО «СевЗапТранс» не имеют отношения к ФИО2 и его вину в преступлении не подтверждают. Решения Петрозаводского городского суда об отказе в удовлетворении исковых заявлений ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда за длительное содержание под стражей и убытков в виде недополученного дохода, рапорта сотрудников УФСБ России по РК, протокол обыска от 15.12.2022г. и документы, изъятые в ходе обыска в жилище ФИО2, также не подтверждают и не доказывают его вину. Изъятые в ходе обыска в Адвокатском кабинете ФИО2 документы следователем были осмотрены и признаны вещественными доказательствами по уголовному делу, однако документы на английском языке и неофициальный перевод на русский язык постановления ЕСПЧ от 28.06.18г. не могут быть признаны доказательствами по делу, так как официальным языком уголовного судопроизводства в РФ признается русский язык. Доверенность от 27.09.18г. не имеет отношения к событиям, указанным в фабуле уголовного дела, поэтому не отвечает признаку относимости доказательства. Суд необоснованно отказал в ходатайстве об исключении из числа доказательств справки о трудоустройстве ФИО3 в ООО «СЗТ», апелляционных жалоб, расписки, текста прений по гражданскому делу, исковом заявлении о взыскании морального вреда, доверенности, которые являются документами, входящими в производство адвоката по делам его доверителя. На основании Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», ст.75 УПК РФ эти доказательства не являются относимыми по отношению к рассматриваемому делу, изъятые документы подтверждают лишь факт обращения ФИО2 в суд с исковыми заявлениями от имени ФИО3. Стенограммы телефонных разговоров между ФИО2 и ФИО3 также не подтверждают виновность ФИО2 в инкриминируемом деянии.

Суд первой инстанции бездоказательно установил преступный умысел ФИО2, направленный на мошенничество, с целью незаконного материального обогащения, безвозмездного изъятия и обращения денежных средств казны РФ, распорядителем которых является Министерство финансов РФ. Однако, обман органов государственной власти материалами дела не доказан, ФИО2 никого не обманывал тем, что представил в материалы гражданского дела переданные ему справки о заработной плате ФИО3, будучи уверенным в их достоверности. Доказательств того, что ФИО2 знал о неполучении ФИО3 в ООО «СевЗапТранс» заработной платы до его задержания, в материалы дела не представлено. Материалами дела не доказано, что ФИО2 был осведомлен о том, что ФИО3 не являлся работником ООО «СевЗапТранс». Более того, ФИО3 до момента фактического задержания являлся собственником ООО «СевЗапТранс». В ходе судебного разбирательства не доказано, что ФИО2 договорился с ФИО3 о предоставлении недостоверных сведений о заработной плате. Из имеющихся в материалах дела стенограмм не следует, что ФИО2 знал о неполучении ФИО3 заработной платы в период до его задержания. Суд первой инстанции счел доказанным размер ущерба в сумме 9 876 167 рублей 50 копеек, при этом в сумму ущерба включена заявленная в исковых требованиях денежная компенсация морального вреда, что в силу п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 г. №17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» является недопустимым.

ФИО2 на момент инкриминируемого деяния являлся действующим адвокатом, которому не запрещено заключать соглашения с доверителями, обсуждать с ними сумму оплаты по соглашениям, устанавливать сумму гонорара в зависимости от результата судебного решения. Таким образом, обсуждение с ФИО3 суммы вознаграждения ФИО2 за проведенную им работу по взысканию компенсации морального и имущественного вреда не является доказательством корыстной заинтересованности. Все, что установлено судом первой инстанции по обвинению ФИО2 в инкриминируемом преступлении, сводится к тому, что ФИО3 выписал на имя адвоката ФИО2 доверенность на представление его интересов в суде, от имени ФИО3 ФИО2 в Петрозаводский городской суд были поданы заявления о взыскании денежных средств. К исковому заявлению приложены справки о том, что ФИО3 был трудоустроен в ООО «СевЗапТранс», которые переданы ФИО2 . ФИО2 согласно п.7 ст.10 Кодекса профессиональной этики адвоката исходил из достоверности представленных ему справок. В ходе рассмотрения гражданских дел по исковым заявлениям ФИО3 не было сделано заявлений о фальсификации доказательств в соответствии со ст.186 ГПК РФ. ФИО2 не мог осознавать, что предоставление фальсифицированных доказательств в суд может повлечь вынесение незаконного решения, поскольку не знал и не мог предполагать о фальсификации справок, полагал, что ФИО3 имеет право на возмещение как морального, так и имущественного вреда. Действия ФИО2 по оказанию юридических услуг ФИО3 не являются незаконными. Суд признал допустимыми доказательствами полученные в результате оперативно-розыскной деятельности сведения, однако прослушивание телефонных переговоров адвоката без судебного решения недопустимо. Кроме того, указывает, что предварительное расследование незаконно неоднократно продлевалось путем вынесения следователем постановления о приостановлении предварительного расследования с последующей отменой этого решения руководителем следственного отдела, не уполномоченным на продление срока следствия. Надзирающий прокурор проигнорировал эти факты, суд первой инстанции их тоже не заметил.

Указание в приговоре на то, что ФИО2 совершил покушение на мошенничество путем совершения обмана в отношении суда, является необоснованным, поскольку суд не признавался потерпевшим по делу. Материалами дела установлено, что ФИО2 каких-либо действий, которые могли бы свидетельствовать о том, что он намерен добиться от собственника имущества его передачи, не предпринимал, а лишь обратился в суд от имени ФИО3. Из действий осужденных следует вывод о том, что ФИО3, возможно, был намерен ввести суд в заблуждение и получить решение в свою пользу. Однако Петрозаводский городской суд собственником имущества Министерства финансов РФ и Управления Федерального казначейства по РК не является. Материалами дела не подтверждается, что ФИО3 в случае получения им решения суда об удовлетворении исковых требований был намерен получить исполнительный лист и предъявить его к исполнению. Любое лицо, учитывая требования Конституции РФ и ГПК РФ, обладает правом на обращение в суд вне зависимости от того, может оно доказать или нет тот факт, что его право либо законный интерес нарушены. Просит отменить приговор в отношении ФИО2, вынести оправдательный приговор в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным и несправедливым, подлежащим отмене. Полагает, что уголовное дело подлежит возврату прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в виду нарушения положений п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ, так как орган расследования, описывая обстоятельства преступления, не конкретизировал время его совершения. Указанная в обвинительном заключении формулировка не определяет конкретный период совершения преступления и позволяет предположить установление любого времени преступления, в том числе и за пределами срока давности. Место совершения преступления также не установлено, что исключает возможность определения территориальной подсудности дела. Анализ обвинения указывает на его неконкретность, противоречивость и неопределенность, описание объективной стороны преступления не соответствует требованиям уголовно-процессуального закона. Противоречивость и неконкретность предъявленного ему обвинения выражается в отсутствии описания в обвинительном заключении конкретной материальной заинтересованности в совершении им преступного деяния. Получение имущественной выгоды адвокатом за свою работу презюмируется ст.25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ». Описание преступных действий в виде «организации и предоставления в Петрозаводский городской суд фальсифицированных доказательств в обоснование незаконных и необоснованных исковых требований» также вступает в противоречие с решением следственного органа о прекращении уголовного преследования по ч.1 ст.303 УК РФ на основании п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ. Его непричастность к фальсификации доказательств по гражданским делам исключает в его действиях обман, поскольку это предусматривает сообщение ложных сведений, а также подделку письменных и вещественных доказательств, что является объективной стороной состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.303 УК РФ. Его непричастность к действиям, предусмотренным ч.1 ст.303 УК РФ, исключает сознательное сообщение заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений по ч.4 ст.159 УК РФ. Полагает, что в обвинительном заключении надлежащим образом не описан и не раскрыт способ совершения преступления. Органом предварительного следствия, в производстве которого находилось уголовное дело, не соблюдался установленный УПК РФ порядок продления срока следствия. Следователь неоднократно приостанавливал расследование по одним и тем же основаниям с целью последующего установления срока следствия руководителем следственного органа, к компетенции которого это не относится. Общий срок расследования превысил 16 месяцев, поэтому обвинительное заключение составлено за пределами процессуального срока предварительного расследования, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Протокол от 10-12.02.2023 осмотра документов, согласно которому осмотрены материалы гражданских дел и иные материалы, ранее изъятые из Петрозаводского городского суда, содержит недостоверную информацию, поскольку исковое заявление, апелляционная жалоба и протокол предварительного судебного заседания представлены не в полном объеме, поэтому является недопустимым доказательством. Согласно протоколу осмотрены документы на иностранном языке, что не допустимо, поскольку судопроизводство в РФ осуществляется на русском языке. Ставит под сомнение содержание рапорта сотрудника УФСБ о результатах ОРМ «Исследование предметов» в части неподтверждения факта трудоустройства ФИО3 в ООО «СЗТ» в период с 01.11.2014 по 19.12.2019, поскольку приговором Петрозаводского городского суда от 22.04.2019 установлено, что до ареста ФИО3 по месту работы в ООО «СЗТ» характеризовался положительно, контракт с ООО «СЗТ» и характеристика организации на ФИО3 не получили правовой оценки суда. Полагает протокол от 01.06.2023 осмотра предметов и документов, представленных в качестве результатов ОРД из УФСБ, недопустимым доказательством, поскольку он не отвечает принципу полноты и достоверности. Протокол от 15.12.2022 осмотра предметов и стенограммы телефонных разговоров №1-42 не являются допустимыми доказательствами, поскольку судебное разрешение на проведение ОРМ «прослушивание телефонных переговоров» было выдано с 10.11.2021 на 180 суток, а суду представлены материалы указанного ОРМ до 10.11.2021 без получения судебного разрешения. Полагает ошибочным вывод о законности проведения ОРМ, поскольку судом разрешалось проведение иных ОРМ в виде снятия информации с технических каналов связи и получения компьютерной информации. В материалах уголовного дела отсутствуют сведения о том, на какой носитель были произведены записи разговоров, о происхождении дисков, приложенных к рассекреченным материалам, данные о том, является ли запись на указанном диске оригинальной, либо эта запись скопирована с оригинального записывающего устройства. В нарушение ч.6 ст.186 УПК РФ в материалах уголовного дела отсутствуют характеристики технических средств, использованных при записи переговоров. Полагает протокол от 07.02.2023 осмотра предметов недопустимым доказательством, так как он содержит недостоверные данные, противоречащие, в том числе, экспертизе по техническому исследованию записей в части размеров файлов и длительности записи разговоров. Также считает недопустимым доказательством протокол от 03.04.2023 осмотра документов, изъятых 15.12.2022 в ходе обыска в кабинете адвоката ФИО2, поскольку все изъятые документы содержат сведения об оказании юридической помощи доверителю и являются адвокатской тайной.

Показания ФИО3, данные им в ходе предварительного следствия, не являлись последовательными, в суде ФИО3 пояснил, что показания на следствии даны под принуждением в связи с применением недозволенных методов расследования. При таких обстоятельствах показания ФИО3 не могут являться безусловным доказательством вины.

По его мнению, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют обстоятельствам дела. Суд в своих выводах акцентирует внимание на факте подачи им в интересах ФИО3 необоснованного иска в судебные органы, полагая, что основанием подачи иска о взыскании имущественного вреда являлась справка о трудоустройстве, которая не подписана директором ООО «СЗТ» В. . Однако, основанием для обращения ФИО3 в суд в порядке гражданского судопроизводства послужило постановление Президиума ВС РФ от 26.12.2018, которое давало право на реабилитацию ФИО3. Законность и обоснованность исковых требований ФИО3 подтверждается материалами дела, которые суд указывает в приговоре как исследованные доказательства. Протоколы судебных заседаний гражданских судов не свидетельствуют о том, что он вводил в заблуждение суды относительно имеющегося у ФИО3 права на взыскание денежных средств с Министерства финансов РФ, он поддержал ходатайство ответчика о проверке фактических обстоятельств трудоустройства ФИО3 в период содержания под стражей.

В нарушение разъяснений Пленума ВС РФ от 29.11.2016 № 55 судом не дана оценка исследованным в судебном заседании доказательствам, оправдывающим подсудимого. Показания свидетелей, которые долгое время работали с ФИО3 и знали его как представителя ООО «СЗТ», суд оценивает критически, мотивируя хорошими отношениями с ним. Вывод суда о том, что ФИО3 официально не был трудоустроен, не соответствует действительности, опровергается материалами уголовного дела и приговором от 22.04.2019 в отношении ФИО3.

Считает, что правовая оценка его действий судом дана неверная, вывод о совершении преступления группой лиц по предварительному сговору ничем не подтверждается. ФИО3 в инкриминируемый период находился в исправительной колонии и не имел возможности с ним встречаться, разговоры по телефону подвергались административному надзору со стороны администрации колонии, а автора жалобы – негласному надзору со стороны спецслужб. В телефонных разговорах не имелось и намека на обман, в этом не было необходимости, так как ФИО3 имел все законные основания для восстановления своих прав в рамках реабилитации. Целью обращения в суд была защита нарушенного права доверителя. Умысла на хищение у него не имелось, так как он действовал в рамках своих полномочий, полагал, что ФИО3 имеет право на получение компенсации. В то же время, существующее или оспариваемое право ФИО3 на реабилитацию (гл. 18 УПК РФ) исключает само наличие умысла на совершение мошенничества. Совокупность доказательств, собранных по уголовному делу, получена с нарушениями установленного УПК РФ порядка и не подтверждает наличие в его действиях состава преступления, поскольку в материалах уголовного дела отсутствуют достоверные и неопровержимые данные о наличии прямого умысла на хищение путем обмана. Просит отменить приговор, признать его невиновным в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3, ч.4 ст.159 УК РФ, и оправдать на основании п.1 ч.2 ст.302 УПК РФ.

В возражениях на жалобы государственный обвинитель Мельникова С.А. полагает приговор суда законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, приведенные в апелляционных жалобах и возражениях, выслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Обстоятельства дела судом первой инстанции установлены правильно.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст.ст.303, 304, 307 и 308 УПК РФ, его описательно-мотивировочная часть содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, приведены доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности в содеянном, а также мотивы решений по иным вопросам, в том числе о квалификации содеянного.

Суд первой инстанции принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного рассмотрения дела. Вывод о виновности ФИО2 и ФИО1 в совершении преступления основан на совокупности исследованных и подробно приведенных в приговоре доказательств, проверенных и оцененных в судебном заседании с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, как это предусмотрено ст.ст. 87, 88 УПК РФ, а также достаточности для установления предусмотренных ст.73 УПК РФ обстоятельств.

В суде первой инстанции ФИО2 и ФИО1 вину не признали.

Виновность ФИО2 и ФИО1 в совершении преступления подтверждается исследованными судом доказательствами, в частности, показаниями осужденного ФИО1 на стадии предварительного следствия, свидетелей В. , В. , В. , В. , ФИО4 об обстоятельствах происшествия. Указанные показания являются в целом последовательными, согласующимися между собой, подтверждаются совокупностью объективных доказательств и обоснованно положены в основу приговора.

Согласно показаний свидетеля В. , ФИО3 предложил ему стать директором ООО «СевЗапТранс», он согласился. В период с 2013 до зимы 2019 года он являлся директором ООО «СевЗапТранс», но фактически Обществом не руководил, подписывал какие-то документы, связанные с обществом, в отношении ФИО3 документы не подписывал. С ФИО3 он контактировал до конца 2014 года, когда его арестовали, он продолжил работать дальше. Ему неизвестно велась ли организацией деятельность, были ли у нее имущество и доходы. В дальнейшем он принял решение о том, чтобы выйти из состава общества.

Из показаний свидетеля В. следует, что осенью 2021 года супруга В. попросила его передать документы адвокату ФИО2, с которым он встречался дважды у бизнес-центра «Сана» на пересечении улиц Энгельса и Красная в г.Петрозаводске, о встречах с ФИО2 договаривались по телефону. Про ФИО3 он слышал от супруги, пару раз виделся с ним, никаких отношений с ООО «СевЗапТранс» он не имел. В ходе допроса он прослушал аудиозаписи, где зафиксированы его разговоры с ФИО2.

Из показаний свидетеля В. следует, что с ФИО3 она знакома с 2010 года. Он управлял ООО «СевЗапТранс», которое осуществляло агентские услуги в сфере грузоперевозок и приносило прибыль, она на протяжении трех лет вела бухгалтерский учет этого Общества, до ареста ФИО3. В 2021 году ФИО3 по телефону обратился к ней с просьбой составить справку о том, что он работал в ООО «СевЗапТранс», а также о его заработной плате, ФИО3 перед арестом оставил ей печать организации, в дальнейшем он планировал продолжать вести бизнес. Ей неудобно было отказать ему, справку она сделала, после этого по просьбе ФИО3 она корректировала справку, так как что-то не устроило адвоката ФИО2. Это касалось дат либо сумм, о чем ей сообщил ФИО3 по телефону, попросил их переделать. ФИО3 был в курсе, что у нее нет контактов В. , поэтому он понимал, что справки В. не подпишет. После того как она переделала справки с учетом пожеланий В. , она их распечатала в нескольких экземплярах, каждую из которых подписала от имени В. . В справке был указан доход, который ФИО3 мог получить в ООО «СевЗапТранс», но фактически ФИО3 не был трудоустроен в Обществе, справки ФИО2 передал ее муж. В ходе допроса она прослушала аудиозаписи, где зафиксированы разговоры с ФИО3 и ФИО2. ФИО2 при встрече с В. озвучивал, что должно быть указано в справке, после чего она внесла изменения в справку. Впервые размер заработной платы ФИО3 обсуждался осенью 2021 года, однако после этого сумма корректировалась. Она не исключала, что ФИО3 мог данные справки использовать для предоставления в суд, но не думала, что это будет связано с вопросами материального обогащения или решением ЕСПЧ, такой информации он ей не сообщал. Она полагала, что поскольку ФИО3 до задержания имел отношение к ООО «СевЗапТранс» и являлся его владельцем, то в случае обращения в суд по вопросам, связанным с Обществом, это не нанесет ущерб чьим-то интересам.

Свидетель В. , начальник юридического отдела Управления Федерального казначейства по РК в судебном заседании показала, что сотрудники отдела осуществляют правовое обеспечение деятельности казначейства, представляют интересы Министерства финансов РФ в судах. Исполнительный лист по иску о возмещении вреда в порядке ст.1070 ГК РФ о взыскании денежных средств за счет казны предъявляется в Министерство финансов РФ, взыскание осуществляется с лицевого счета Министерства финансов РФ. По гражданским делам ФИО3 они предоставляли письменную позицию, в удовлетворении исков было отказано. В данном случае с ФИО3 потерпевшей стороной является Российская Федерация, так как ущерб возмещается за счет казны РФ. Управление Федерального казначейства по РК не является потерпевшим.

Из показаний свидетеля ФИО4 следует, что в 2018-2019 годах ему позвонил сын и попросил передать письмо адвокату ФИО2. При передаче письма ФИО2 сказал ему, что там доверенность, необходимая для решения вопросов сына по реабилитации и возмещения морального ущерба. Он вместе с ФИО2 принимал участие в рассмотрении гражданского дела по вопросу реабилитации и взыскания морального вреда. Ранее его сын работал, занимался предпринимательской деятельностью, грузоперевозками, топливом, сын зарабатывал деньги и помогал им. Ему известно, что длительное содержание сына под стражей было признано незаконным. Он знает, что рассматриваемое в суде гражданское дело касалось вопроса компенсации ущерба в части невыплаченной ему заработной платы, в удовлетворении исковых требований сыну отказали.

Кроме того, вина ФИО2 и ФИО1 в совершении преступления подтверждается и иными доказательствами, непосредственно исследованными в ходе судебного следствия, а именно:

- сведениями, полученными в ходе оперативно-розыскных мероприятий, из которых следует, что УФНС России по РК не располагает сведениями о доходах (декларировании доходов), полученных ФИО3 за период 2014-2020гг., ООО «СевЗапТранс» не предоставлялись декларации за 2018-2021гг. по налогу на прибыль, а также сведения о среднесписочной численности организации за 2013-2014гг., имеется копия решения участника Общества от 17.12.2019 о том, что с должности директора снят В. ; ОПФР по РК не имеет сведений о пенсионных правах за период с 01.01.2014 по 28.01.2022 на ФИО3, а в период с 01.02.2013 по 30.06.2016 в отношении ООО «СевЗапТранс» не начислялись и не уплачивались страховые взносы; в ГУ- РО ФСС РФ по РК ООО «СевЗапТранс» страховые взносы на обязательное социальное страхование в период с 01.02.2013 по 30.03.2022 не перечисляло;

- документами, изъятыми в Петрозаводском городском суде РК, из которых следует, что ФИО2 обращался в суд от имени ФИО3 с требованиями о возмещении морального и имущественного вреда, причиненного незаконным содержанием под стражей, а именно: решением и определением Петрозаводского городского суда от 24.12.2021, которыми отказано в удовлетворении требований ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в размере 730000 руб., а производство по делу в части взыскания убытков в виде неполученного заработка в размере 844074 руб. прекращено; решением и определением Петрозаводского городского суда от 14.03.2022, которыми отказано в удовлетворении требований ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в размере 832000 руб., а производство по делу в части взыскания убытков в виде неполученного заработка в размере 962062 руб. прекращено; решением и определением Петрозаводского городского суда от 25.03.2022, которыми отказано в удовлетворении требований ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в размере 1312000 руб., а производство по делу в части взыскания убытков в виде неполученного заработка в размере 2101094 руб. прекращено; апелляционными определениями Верховного Суда РК, которыми указанные судебные решения по жалобам ФИО2 оставлены без изменения; постановлением Петрозаводского городского суда от 04.03.2022, которым отказано в удовлетворении требований ФИО3 о возмещении имущественного вреда в размере 3094937 руб. 50 коп. в связи с незаконным содержанием под стражей в период с 10.01.2015 по 03.09.2018, апелляционным постановлением Верховного Суда РК от 09.06.2022 указанное постановление по жалобе адвоката ФИО2 оставлено без изменения;

- результатами оперативно-розыскных мероприятий «исследование предметов и документов», проведенных в Петрозаводском городском суде, из которых следует, что основанием для предъявления требований имущественного характера ФИО3 к УФК по РК послужили справки о его трудоустройстве в ООО «СевЗапТранс», две из которых датированы 14.01.2020, одна – январем 2020г., подписаны справки директором ООО «СевЗапТранс» В. ; иные документы, подтверждающие трудоустройство ФИО3 в ООО «СевЗапТранс», в материалах гражданских дел отсутствуют; из протоколов судебных заседаний следует, что представитель ФИО3 ФИО2 активно поддерживал исковые требования, приобщал дополнительные документы, пояснял суду, что имеются справки о заработной плате ФИО3, который в период содержания под стражей числился на предприятии, но не работал, если бы не находился под стражей, то получал бы заработок, полагал расчет заработной платы в справке правильным; при исследовании материалов уголовного дела в отношении ФИО3 не подтверждено его трудоустройство управляющим в ООО «СевЗапТранс» в период с 01.11.2014 по 19.12.2019;

- результатами оперативно-розыскного мероприятия «наведение справок», из которого следует, что ФИО2 является действующим адвокатом Адвокатской палаты Республики Карелия;

- протоколом осмотра предметов и документов, представленных в качестве результатов оперативно-розыскной деятельности из УФСБ России по РК в отношении ФИО3 и адвоката ФИО2. Осмотрены, в том числе, сопроводительное письмо о направлении результатов ОРД; постановление о представлении результатов ОРД органу дознания, следователю; постановления Верховного Суда РК о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей, о проведении ОРМ «прослушивание телефонных переговоров», «снятие информации с технических каналов связи», «получение компьютерной информации», о проведении ОРМ «наведение справок», выписка из постановления Верховного Суда РК о проведении ОРМ «прослушивание телефонных переговоров», «снятие информации с технических каналов связи»; постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей; 42 стенограммы телефонных переговоров; ответы на запросы УФНС России по РК, ОПФР по РК, ГУ – РО ФСС РФ по РК от 30.08.2022; ПАО «Сбербанк», ПАО Банк «Траст», ПАО «Московский кредитный банк»; копия решения Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 24.12.2021; протоколы опроса В. , В. , В. ; рапорты о результатах ОРМ «исследование предметов и документов» и «наведение справок»;

- протоколом обыска, согласно которому на основании решения суда, с участием понятых и представителя Адвокатской палаты РК проведен обыск в жилище ФИО2, в ходе которого обнаружены: доверенность, выданная ФИО3 ФИО2; документы, в том числе, на иностранном языке; справка о трудоустройстве ФИО3 в ООО «СевЗапТранс» с 01.11.2014 по 19.12.2019; апелляционные жалобы на решения Петрозаводского городского суда; расписка, содержащая сведения о расчетах между ФИО2 и ФИО3; текст прений по гражданскому делу с подписью ФИО2; исковое заявление о взыскании компенсации морального вреда с подписью ФИО2; конверт, направленный ФИО3 из мест лишения свободы;

- протоколом осмотра указанных документов;

- протоколом осмотра предметов (документов), согласно которому осмотрены материалы ОРД в отношении ФИО3 и ФИО2, в том числе, сведения, полученные в результате проведения ОРМ «прослушивание телефонных переговоров», «получение компьютерной информации» и иная документация. В ходе осмотра стенограммы обнаружены телефонные разговоры ФИО2 и ФИО3, свидетельствующие о наличии между ними договоренности подготовить документы, подтверждающие факт трудоустройства ФИО3 в ООО «СевЗапТранс», для дальнейшего представления в судебные инстанции в качестве обоснования причиненного имущественного вреда;

- протоколами выемки в Петрозаводском городском суде гражданских дел №№2-7564/2021, 2-1150/2022, 2-1151/2022, материала №4/17-133/2-2022 и протоколами осмотра указанных гражданских дел и материала;

- протоколом осмотра предметов, согласно которому с участием понятых осмотрены 4 оптических диска (CD-R № 14/28/ОД от 10.02.2022, CD-R № 14/61/ОД от 28.03.2022, CD-R № 14/92/ОД от 14.04.2022, CD-R № 14/185/ОД от 30.08.2022), представленные в качестве результатов оперативно-розыскной деятельности. В ходе осмотра оптических дисков прослушаны аудиозаписи телефонных переговоров между ФИО2 и В. , между ФИО3 и ФИО5, между В. и В. , между ФИО2 и ФИО3, между ФИО2 и В. .

- стенограммами №№1-42 телефонных разговоров, в которых ФИО2 и ФИО3 обсуждают обращение в суд с исками о взыскании морального вреда, а также утраченного заработка, в порядке главы 18 УПК РФ о возмещении имущественного ущерба в связи с незаконным содержанием под стражей в определенный период, а также о необходимости подготовки справки о трудоустройстве ФИО3 и неполученной им заработной платы в период с ноября 2014 года до вступления приговора в законную силу. Обсуждается содержание этой справки, получение ФИО2 оплаты за свои услуги, выдача ФИО3 на имя ФИО2 доверенности, в том числе на получение денежных средств. Также в разговорах между ФИО3 и ФИО5 обсуждается вопрос изготовления справок о трудоустройстве, между ФИО5 и ФИО2 – место и время встречи для передачи документов, в беседах между ФИО2 и ФИО4 обсуждается необходимость явки в суд в качестве свидетеля, содержание стенограмм полностью соответствуют содержанию протоколов осмотра предметов (документов);

- заключением эксперта, согласно выводам которого на представленных для исследования аудиозаписях, содержащихся в файлах, находящихся на оптических дисках № 14/28/ОД от 10.02.2022, № 14/61/ОД от 28.03.2022, № 14/92/ОД от 14.04.2022, № 14/185/ОД от 30.08.2022, не имеется признаков монтажа или иных изменений, внесенных в процессе записи или после ее окончания;

- заключением эксперта, согласно выводов которого подписи от имени В. в справках ООО «СевЗапТранс» о трудоустройстве, выданных на имя ФИО3, выполнены, вероятно, не В. , а другим лицом;

- иными документами, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Судом тщательно проанализированы и обоснованно приведены в приговоре показания свидетелей об известных им обстоятельствах совершенного осужденными преступления. Показаниям этих лиц судом первой инстанции дана надлежащая оценка, при этом обоснованно указано, что каких-либо оснований не доверять им не имеется, также как и не установлено достоверных сведений, которые могли бы стать причиной для оговора осужденных с их стороны, о чем в приговоре сделаны убедительные выводы, с которыми в полной мере соглашается судебная коллегия и не находит каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства при их допросе, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, в том числе при оглашении ряда их показаний в порядке ст.281 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судом первой инстанции фактические обстоятельства дела установлены с достаточной полнотой, допустимость доказательств проверена, в обоснование своих выводов суд в приговоре привел совокупность исследованных доказательств, при этом, в соответствии с положениями статьи 307 УПК РФ, указал мотивы, по которым принял одни из доказательств и отверг другие.

Из содержания стенограмм телефонных разговоров между ФИО2, ФИО3 и ФИО5 следует, что они обсуждали возможность взыскания в судебном порядке денежной компенсации морального вреда за период содержания ФИО3 под стражей, для чего ФИО3 нужно оформить доверенность на ФИО2, в том числе для получения денежных средств, ФИО2 указывал на необходимость обращения в суд с несколькими исками для получения такой компенсации в большем размере, говорил о том, что рассчитывать на «большой куш» в ином случае не приходится. В дальнейшем ФИО2 указал ФИО3 на возможность «накрутить» размер компенсации путем предъявления требований о якобы потерянном в период содержания под стражей заработке в какой-нибудь фирме, для чего ФИО3 нужно связаться с бывшими работниками ООО «СевЗапТранс», которые подготовят документы для предоставления их в суд. Также ФИО2 сообщает о том, что подумает, как дополнительно «содрать» деньги за юридические услуги, предлагает ФИО3 обсудить с В. возможность изготовления документов об оплате его услуг от имени организации, также указывает на необходимость указания в справке адекватного размера зарплаты ФИО3, чтобы «не перегнуть палку». В дальнейшем ФИО2 подробно консультировал ФИО3 по конкретному содержанию справки о заработной плате, размеру «утраченного» заработка, периоду начисления и обстоятельствам невыплаты зарплаты, корректировал подготовленную ФИО5 справку в связи с допущенными в ней ошибками. Кроме этого, ФИО2 при получении решения Петрозаводского городского суда по первому иску об отказе в заявленных требованиях и прекращении производства по делу, указал ФИО3 на возможность удовлетворения исковых требований другими судьями указанного суда. ФИО3 в ходе телефонных разговоров с В. передал ей указания ФИО2 по содержанию справки, просил найти прежнего директора Общества В. для ее подписания, просил скорректировать содержание справки о доходах ФИО3 в ООО «СевЗапТранс» по указанию ФИО2.

Содержание изъятых в Петрозаводском городском суде гражданских дел по исковым заявлениям представителя ФИО3 ФИО2 и материала по заявлению того же лица, поданного в суд порядке главы 18 УПК РФ, подтверждает предоставление ФИО2 суду в обоснование размера причиненного имущественного вреда, подлежащего взысканию из казны РФ в пользу ФИО3, фиктивной справки, содержащей недостоверные сведения о трудоустройстве ФИО3 в ООО «СевЗапТранс» и о размере начисленной, но невыплаченной ему заработной платы. Адвокат ФИО2 активно поддерживал в суде заявленные требования и ссылался на указанную справку в обоснование размера таких требований. Кроме этого, несмотря на полученное в декабре 2021 года решение Петрозаводского городского суда по первому иску об отказе в удовлетворении исковых требований и о прекращении производства по делу, ФИО2 не отозвал иные исковые заявления, находящиеся в производстве этого суда, решение по которым принято не было, а 19 января 2022 года обратился в суд с новым заявлением в порядке уголовного судопроизводства, которым просил возместить причиненный ФИО3 имущественный вред за те же периоды и практически в том же размере, что и по гражданским делам.

Как верно установлено судом первой инстанции, изложенное свидетельствует об умышленном и корыстном характере преступления, направленного на хищение денежных средств казны РФ путем обмана, который выразился в сознательном предоставлении в обоснование заявленных перед судом требований о возмещении причиненного ФИО3 имущественного ущерба в виде невыплаченной заработной платы несоответствующих действительности справок, содержащих недостоверные сведения о его трудоустройстве в ООО «СевЗапТранс» в должности управляющего и не получении им заработной платы в размере, указанном в справке.

Как верно установлено судом и подтверждается письменными материалами дела, сведения о доходах ФИО3 в заявленный ко взысканию период в налоговые органы и ОПФР не представлялись, налоговые декларации ООО «СевЗапТранс» за 2013-2015 годы не подавались, а подписи от имени директора Общества В. в справках, согласно заключению эксперта, выполнены не им. Вопреки доводам, изложенным в жалобах, факт трудоустройства ФИО3 в ООО «СевЗапТранс» не установлен приговором суда, поскольку в нем указано на то, что ФИО3 официально не трудоустроен. Судом первой инстанции был исследован контракт с управляющим от 25.08.2013, заключенный между Обществом и ФИО3, и характеристика осужденного, эти документы факт трудоустройства ФИО3 в ООО «СевЗапТранс» в период с 01.11.2014 по 19.12.2019 не подтверждают. Как верно указал суд в приговоре, исследованная в ходе судебного следствия переписка между ФИО2 и ФИО3 посредством электронной почты не подтверждает доводы осужденных о невиновности в совершении преступления, поскольку в ней обсуждается возможность обращения в ЕСПЧ в связи с плохими условиями содержания в исправительных учреждениях, применения льготного исчисления срока содержания под стражей и обращения в суд в порядке ст.10 УК РФ.

Учитывая наличие сговора между осужденными до начала совместных мошеннических действий, распределение ролей между ними, согласованность их преступных действий, направленных на хищение денежных средств из казны РФ, судом верно установлен в их действиях квалифицирующий признак совершения преступления «группой лиц по предварительному сговору».

Наличие в действиях осужденных квалифицирующего признака преступления «в особо крупном размере» подтверждается исследованными судом доказательствами.

Поскольку в результате преступных действий осужденных реальный ущерб казне РФ не причинен, так как суды отказали в удовлетворении заявленных исковых требований, действия осужденных верно квалифицированы как неоконченное преступление - покушение на мошенничество.

Исследовав полно, всесторонне и объективно фактические обстоятельства, дав анализ доказательствам по делу, оценив их в совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности виновности ФИО2 и ФИО1 в совершении преступлении, квалифицировав их действия по ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, как покушение на мошенничество, то есть хищение из казны РФ денежных средств путем обмана, совершенного группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере.

Юридическая оценка действий осужденных является верной.

Судом проверялись доводы осужденных о их невиновности в совершении преступления. Критичное отношение суда к такой позиции осужденных является верным, их показания признаны судом неубедительными с приведением в приговоре подробных доказательств и с изложением мотивов принятых решений, не согласиться с которыми оснований у судебной коллегии не имеется.

Так, из показаний ФИО1 на стадии предварительного следствия, оглашенных в суде на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, следует, что ФИО2 разъяснил ему о праве обратиться в суд с заявлением о возмещении вреда, причиненного незаконным содержанием под стражей. При этом можно использовать трудовой договор с ООО «СевЗапТранс», который находился в материалах уголовного дела, в качестве доказательства причинения имущественного вреда (невыплаченной заработной платы), поскольку размер взысканного морального вреда будет незначительным. ФИО2 попросил у него справку о трудоустройстве в ООО «СевЗапТранс», оформить которую он (ФИО3) попросил В. , которой указал на необходимость подписания справки директором Общества В. , с печатью организации, которую до ареста он оставил В. Также ей он сообщил о необходимости решения вопросов по справке с ФИО2. Затем ФИО2 сообщил ему, что справка получена, при этом первый вариант справки был забракован ФИО2. Иски ФИО2 подал самостоятельно, по его (ФИО3) доверенности, он получал решения судов, из которых было понятно, что справку ФИО2 представил в суд. При предъявлении ему аудиозаписей показал, что узнает на них свой голос, голос ФИО2 и В. . Комментируя разговоры, которые были прослушаны, пояснил, что идея обращаться в суд с иском о компенсации имущественного вреда исходила от ФИО2, он же предложил обращаться в суд с отдельным иском по каждому постановлению о продлении меры пресечения. ФИО2 предложил связаться с М. для подготовки справки о зарплате ФИО3, которая в полной мере соответствовать действительности не будет. ФИО2 убедил его, что сумеет с В. сделать так, что справка о трудоустройстве по форме и содержанию будет соответствовать закону. ФИО2 пояснил, что рассчитывать на большую сумму морального вреда не приходится, поэтому можно взыскать компенсацию имущественного вреда в счет неполученной заработной платы в ООО «СевЗапТранс». В. согласилась сделать справки, поскольку она доверяла ФИО2, он (ФИО3) не отрицал, что просил М. увеличить в справке размер его зарплаты с 30 до 80 тысяч рублей. Также они обсуждали с ФИО2 текст доверенности, после изготовления которой он направил ее родителям для передачи ФИО2. Козодаева волновало, чтобы размер зарплаты в справке был разумным, также он дал понять, что его услуги не взыскать. Вопрос о вознаграждении ФИО2 напрямую не обсуждался, но он понимал, что в случае удовлетворения исковых требований часть присужденной суммы ФИО2 получит в счет вознаграждения. ФИО2 в ходе общения говорил о рисках, о проблемах с законностью справки. О том, что бывший директор Общества не имеет отношения к ООО «СевЗапТранс», ФИО2 знал. Первая справка не понравилась ФИО2, потому что датой трудоустройства был указан выходной день, что могло поставить справку под сомнение. О суммах иска он точно не знал, все расчеты делал ФИО2. Суть справки и конкретные сведения, подлежащие отражению в ней, ФИО2 должен был озвучить В. или В. .

В ходе очной ставки с ФИО2 ФИО3 подтвердил указанные выше показания, в том числе о том, что ФИО2 разъяснил ему возможность компенсации имущественного вреда. При этом они обсуждали вопрос изготовления доверенности на имя ФИО2 и справки о трудоустройстве ФИО3 при помощи ФИО6 подать иски в суд и изготовить справку исходила от ФИО2.

Показания ФИО3, данные им на стадии предварительного следствия, обосновано признаны судом первой инстанции допустимыми и достоверными, с чем соглашается судебная коллегия. Показания получены с соблюдением требований УПК РФ, в присутствии защитника, с разъяснением процессуальных прав, предусмотренных ст.47 УПК РФ и ст.51 Конституции РФ. О возможности последующего использования его показаний в качестве доказательств по делу ФИО3 предупреждался, протоколы следственных действий им прочитаны и подписаны, замечаний на содержание протоколов не поступало. Данные при допросе показания ФИО3 в дальнейшем подтвердил в ходе очной ставки с ФИО2, о чем составлен соответствующий протокол, в полной мере отвечающий требованиям уголовно-процессуального закона, мотивировано признанный судом достоверным и допустимым доказательством.

Положения статьи 14 УПК РФ судом нарушены не были, каких-либо неустранимых сомнений в виновности ФИО2 и ФИО3, подлежащих истолкованию в их пользу, не имеется.

Доводы апелляционных жалоб о недопустимости ряда письменных доказательств судебная коллегия полагает необоснованными.

Протоколы обыска от 15.12.2023 в жилище ФИО2 и В. соответствуют требованиям УПК РФ, следственные действия проведены с разрешения суда надлежащим должностным лицом, с участием понятых, а в жилище ФИО2 – также с участием представителя Адвокатской палаты РК, протоколы обыска участвующими лицами подписаны.

Несмотря на доводы апелляционных жалоб, незначительные недостатки протоколов осмотра предметов и документов от 01.06.2023, от 07.02.2023 и от 10-12.02.2023 не влекут недопустимость указанных доказательств, на что обоснованно указано в приговоре, по форме и содержанию указанные протоколы следственных действий требованиям уголовно-процессуального закона соответствуют. Выводы суда в этой части мотивированы, судебная коллегия с ними соглашается.

Поскольку изъятые в ходе обыска в жилище (адвокатском кабинете) ФИО2 документы признаны вещественными доказательствами, оснований для признания их недопустимыми доказательствами, на что указано в апелляционных жалобах, не имеется, а требования п.2.1 ст.75 УПК РФ в данном случае применению не подлежат.

Несмотря на доводы апелляционных жалоб, изъятие в ходе обыска в жилище ФИО2 документов на иностранном языке и их осмотр в дальнейшем не влечет недопустимость протокола обыска и протокола осмотра, поскольку постановление Европейского суда по правам человека от 28.06.2018 (на английском языке) имеет перевод на русский язык в виде отдельного документа, содержание этого документа сторонам известно, постановление ЕСПЧ от 28.06.2018 предъявлялось ФИО2 в качестве приложения к исковым заявлениям о взыскании в пользу ФИО3 ущерба, кроме этого, постановление ЕСПЧ послужило основанием для отмены ВС РФ судебных решений о продлении срока содержания ФИО3 под стражей. Нарушений требований ст.18 УПК РФ о языке уголовного судопроизводства судебной коллегией не установлено.

Доводы апелляционных жалоб о том, что сроки следствия незаконно неоднократно продлевались путем приостановления предварительного расследования, его возобновления руководителем следственного органа и установлением срока следствия, судебная коллегия полагает необоснованными, поскольку указанные решения приняты в порядке ч.6 ст.162 УПК РФ.

Несмотря на доводы апелляционных жалоб, прекращение на стадии предварительного следствия уголовного преследования ФИО2 и ФИО3 по ч.1 ст.303 УК РФ (3 эпизода фальсификации доказательств по гражданскому делу) в связи истечением сроков давности на основании п.1 ч.1 и ч.2.2 ст.27 УПК РФ, не свидетельствуют об отсутствии в их действиях состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, поскольку уголовное преследование осужденных по этому обвинению было продолжено.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда, изложенными в приговоре, о законности проведения оперативно-розыскных мероприятий и допустимости доказательств, полученных в результате оперативно-розыскной деятельности в отношении ФИО2 и ФИО3. Как верно указал суд, проведенные в отношении осужденных оперативно-розыскные мероприятия в виде «снятия информации с технических каналов связи», «прослушивания телефонных переговоров», «получения компьютерной информации» были направлены на выявление и раскрытие преступления, судебные разрешения на проведение таких мероприятий были получены. Поскольку оперативными сотрудниками было получено разрешение на проведение оперативно-розыскного мероприятия «получение компьютерной информации» за период с 01.01.2021 по 10.11.2021 и далее сроком на 180 суток, доводы осужденных и защитника о незаконности получения информации о телефонных соединениях и переговорах ФИО2 в период до 10.11.2021г. являются необоснованными.

Критическая оценка судом показаний допрошенных по ходатайству защиты свидетелей Свидетель №6, В. и В. является верной, судебная коллегия с ней соглашается, учитывая наличие родственных и дружеских отношений указанных лиц с осужденными.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах о необходимости применения положений ст.237 УПК РФ и возврате уголовного дела прокурору, являются необоснованными, поскольку обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, в нем указано существо обвинения, место и время совершения, его способы, мотивы, последствия, а также другие обстоятельства, имеющие значение для дела, предъявленное обвинение конкретизировано и не содержит существенных противоречий. При производстве предварительного следствия существенных нарушений требований уголовно-процессуального законодательства, влекущих возврат уголовного дела прокурору, не допущено.

Изложенные в жалобах доводы осужденных и защитников аналогичны доводам, приведенным в суде первой инстанции, являлись предметом тщательной проверки в процессе судебного разбирательства. Суд дал оценку этим доводам, они не нашли своего подтверждения в суде и как опровергнутые приведенными доказательствами обоснованно отвергнуты, с чем судебная коллегия соглашается.

Несогласие с оценкой, данной судом, того или иного доказательства не является основанием к отмене приговора, поскольку судом первой инстанции приведены доказательства, на которых основаны выводы о виновности осужденных в содеянном, и убедительные мотивы, по которым им отвергнуты доказательства, представленные стороной защиты.

При назначении ФИО2 и ФИО3 наказания суд первой инстанции в соответствии с положениями ст.ст.6, 43, 60 УК РФ в полной мере учел характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности осужденных, влияние наказания на их исправление и условия жизни их семей, иные значимые обстоятельства, смягчающие наказание обстоятельства: состояние здоровья ФИО2 и состояние здоровья близких родственников ФИО3, а также отягчающее наказание ФИО3 обстоятельство в виде рецидива преступлений.

Иных обстоятельств, которые могут быть признаны смягчающими наказание ФИО2 и ФИО3, из материалов дела не усматривается.

Судебная коллегия находит назначенное ФИО2 и ФИО3 наказание в виде лишения свободы соответствующим общественной опасности совершенного преступления и личности виновных, закрепленным в уголовном законе принципам гуманизма и справедливости, отвечающим задачам исправления осужденных и предупреждения новых преступлений.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО3 наказания в виде реального лишения свободы, а ФИО2 – с применением положений ст.73 УК РФ, обоснованы и надлежащим образом мотивированы в приговоре.

При назначении наказания суд верно учел положения ч.3 ст.66 УК РФ.

Судебная коллегия соглашается с мотивированными выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения в отношении ФИО2 и ФИО3 положений ч.6 ст.15 и ст.64 УК РФ при назначении наказания. Оснований для применения указанных положений уголовного закона в отношении осужденных не имеется. Оснований для применения в отношении ФИО3 положений ч.3 ст.68 УК РФ судом обоснованно не найдено.

Вид исправительного учреждения, где ФИО3 надлежит отбывать наказание, определен судом правильно, в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ, положения п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ судом применены верно.

При этом, судебная коллегия полагает заслуживающими внимания доводы апелляционных жалоб о необоснованном включении в размер денежной суммы, которая могла быть похищена ФИО3 и ФИО2 из казны Российской Федерации, денежной компенсации морального вреда, заявленной ко взысканию за период содержания ФИО3 под стражей.

Приговором суда первой инстанции размер денежной суммы, которая могла быть похищена из казны Российской Федерации в результате преступных действий ФИО3 и ФИО2, определен в сумме 9876167 руб. 59 коп. Размер возможного ущерба при покушении на мошенничество определен следствием и судом путем суммирования всех заявленных представителем ФИО3 ФИО2 исковых требований о взыскании денежной компенсации морального вреда и возмещении имущественного вреда, как в гражданском, так и в уголовном судопроизводстве.

Из материалов уголовного дела следует, что в обоснование заявленного размера требований о возмещении морального вреда суду не представлялись подложные документы, расчет размера денежной компенсации морального вреда по трем гражданским искам определялся ФИО2 исходя из судебной практики рассмотрения аналогичных дел, из расчета 2000 рублей за 1 день содержания под стражей, и составил 2874 000 рублей. Справка, содержащая фиктивные данные о трудоустройстве ФИО3 в ООО «СевЗапТранс» и размере невыплаченной ему заработной платы, при определении размера заявленных перед судом требований о денежной компенсации морального вреда не учитывалась и в обоснование заявленных требований не предъявлялась. Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает необходимым исключить из приговора при описании преступного деяния указание на совершение ФИО3 и ФИО2 незаконных и необоснованных действий, направленных на хищение из казны Российской Федерации денежной компенсации морального вреда в общей сумме 2874 000 рублей.

Кроме этого, как установлено судом в приговоре при описании преступного деяния и подтверждается материалами уголовного дела, после получения Козодаевым вынесенных Петрозаводским городским судом 24.12.2021 судебных решений по заявленным 18.10.2021 исковым требованиям о взыскании в пользу ФИО3 денежной компенсации морального вреда в сумме 730000 рублей и имущественного вреда в виде неполученной заработной платы в сумме 844074 рубля за период с 01.11.2014 по 01.11.2015 (отказа в удовлетворении иска и прекращено производство по делу), ФИО2, продолжая реализовывать единый совместный с ФИО3 преступный умысел, 19.01.2022 обратился в тот же суд с требованием в порядке главы 18 УПК РФ о реабилитации и взыскании в пользу ФИО3 имущественного вреда в сумме 3094937 руб. 50 коп. в виде неполученной заработной платы за период с 10.01.2015 по 02.09.2018.

Таким образом, после получения ФИО2 судебного решения от 24.12.2021 о прекращении производства по заявленному требованию о возмещении имущественного вреда в сумме 844074 рубля, он обратился в суд с аналогичным требованием в порядке уголовного судопроизводства, указав при этом весь период содержания ФИО3 под стражей, и заявив, в том числе, требование о возмещении такого вреда и за период, указанный им в первоначальном, поданном 18.10.2021 гражданском иске, поэтому судебная коллегия полагает необходимым снизить общий размер денежной суммы имущественного вреда, которая могла быть похищена из казны Российской Федерации ФИО3 и ФИО2, на 844 074 рубля.

Принимая во внимание, что ФИО2 не дожидаясь вынесения судом решений по иным заявленным им 23.12.2021 исковым требованиям в интересах ФИО3 о возмещении последнему имущественного вреда на общую сумму 3063156 рублей, 19.01.2022 обратился в Петрозаводский городской суд с заявлением о возмещении ФИО3 в порядке главы 18 УПК РФ имущественного вреда на общую сумму 3094937 руб. 50 коп., в которую включил и требования, ранее заявленные им в рамках гражданского судопроизводства, не сообщил суду о наличии в производстве суда таких требований в рамках разных судопроизводств, в том числе, и после принятия 4 марта 2022 года судом решения об отказе в удовлетворении требования о возмещении ФИО3 в порядке главы 18 УПК РФ имущественного вреда, намереваясь взыскать указанные денежные средства как в рамках гражданского, так и в рамках уголовного судопроизводства, общий размер денежной суммы, которая могла быть похищена из казны Российской Федерации ФИО3 и ФИО2, судебной коллегией установлен в размере 6158 093 рубля 50 коп.

Указанные изменения не ухудшают положение осужденных и не влекут изменение квалификации их действий, учитывая требования уголовного закона, изложенные в примечании 4 к статье 158 УК РФ.

Учитывая изменение объема обвинения, назначенное осужденным наказание по ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ подлежит соразмерному смягчению.

Вопрос распределения процессуальных издержек и судьба вещественных доказательств разрешены судом в соответствии с требованиями закона.

Иных нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, влекущих отмену приговора, не допущено.

Руководствуясь ст.ст.389.15, ст.389.18, 389.19, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Приговор Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 28 октября 2025 года в отношении ФИО2 и ФИО1 изменить, частично удовлетворив апелляционные жалобы осужденных ФИО1 и ФИО2, адвоката Закатова А.П.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния указание на совершение ФИО1 и ФИО2 незаконных и необоснованных действий, направленных на хищение из казны Российской Федерации денежной компенсации морального вреда в общей сумме 2874 000 рублей.

В описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния снизить размер денежной суммы, которая могла быть похищена из казны Российской Федерации ФИО1 и ФИО2, до 6158 093 рублей 50 коп.

Смягчить назначенное по ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ наказание в виде лишения свободы: ФИО2 – до 2 лет 9 месяцев, ФИО1 – до 2 лет 9 месяцев.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных и защитников – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Третий кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ через Петрозаводский городской суд Республики Карелия в течение шести месяцев со дня вынесения, а содержащимся под стражей осужденным – в тот же срок со дня вручения копии апелляционного определения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции в порядке ст.401.10 УПК РФ.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий С.П. Матвеев

Судьи Р.Ю. Парамонов

В.Я. Терешко